— А что ты думаешь об оленине, Кора? Кажется, наш повар превзошёл сам себя! — Лидия улыбнулась и кивнула, словно поощряя свою подругу наконец-то заговорить.

— В самом деле, это просто замечательно! — мисс Шипли на миг покраснела, а после вновь перевела взгляд на стол.

Лидия посмотрела на склонившуюся вниз голову мисс Шипли, нахмурила брови, тихо вздохнула и вновь повернулась к компании.

— Вам нравится жить в Бате, мистер Ньютон?

Оценив её усилия перевести разговор в более мирное русло, Роберт мягко улыбнулся.

— Да, вопреки тому, что благодаря своей работе я в основном слишком занят, чтобы насладиться городом.

— О, в таком случае, вам не до легкомыслия?

— Верно, верно… — он кивнул в знак признательности её доброте и внимательности, а после наблюдал за тем, как она медленно вытягивала разговор из глубокой ямы.

— Значит, Слоттен станет вашим после отцовской смерти? — миссис Кембл, однако, не была чувствительна к эмоциям других людей, потому повела разговор в ту струю, о которой Роберт и думать боялся. — Ведь ваш второй брат получит титул и место в Виссете… Как называется родовое поместье? Тонингтон-Холл?

— Пожалуйста, тётушка Фрея, ведь речь идёт о смерти отца мистера Ньютона, а этого вопроса лучше избегать! — Лидия энергично тряхнула головой и посмотрела себе под ноги. А после, глубоко вдохнув воздух, повернулась к Роберту. — А вы сможете уделить минутку для того, чтобы принять участие в балу? Мы будем отмечать мой день рождения довольно скромно, в начале мая, и соберётся не больше двухсот человек.

Она улыбнулась с таким энтузиазмом, что согласие соскользнуло из уст Роберта прежде, чем он хотя бы понял, что за вопрос перед ним стоял. Но, когда понял, обрадовался — вероятно, вот там-то он и хотел бы присутствовать, и приглашение было очень лестным.

Лидия ещё несколько минут говорила о планах этого великого дня, пока, наконец-то, не заразила охотой и остальных дам. Обсуждение перескакивало от человека к человеку, постепенно, минута за минутой, становился громче и смех, действительно заразный. Теперь и Роберт мог внести свою лепту в разговор. О последней моде он ничегошеньки не знал, как и о том, что теперь играли на балах или где разместить такое количество гостей, но всё же, он наслаждался их волнением — тем, как ярко пылали глаза Лидии, когда она вспоминала о своих друзьях, её терпеливой улыбкой, когда она слушала, как её кузена описывала свои бальные туфли в бесполезных мельчайших деталях.

Казалось, вот-вот обед закончится, но внезапно сквозь дверь прорвался голос, а в столовой стало тихо. Когда голос вновь разрушил тишину, миссис Кембл покраснела и посмотрела на сестру своего супруга.

— Вы должны меня извинить, полагаю, мне стоит…

Роберт поднялся, пока дама подобрала юбки и выскользнула в коридор. За тот короткий миг, что дверь была открыта, эхо раздражения мистера Кембла ворвалось в столовую. Разумеется, резонанс и то, что у него страшно заплетался язык, исказило смысл слов, но в том, что он был пьян, не могло быть никакого сомнения.

— Боже мой, кажется, Артур и майор позволили себе слишком много… — миссис Уитфилд подарила Роберту мертвенно-восковую улыбку. — Это происходит достаточно редко, так что стоит просто игнорировать…

Лидия фыркнула, а мисс Элейн тем временем начала громко читать письмо, полученное от знакомого. Речь её заглушила голоса из другой комнаты, так что это явно было сделано специальной, но все остальные тоже просто сидели и смотрели на тарелки перед ними. К тому времени, как закончилось письмо и разговор в коридоре, подошло к концу время для десерта, но вместо того, чтобы отправиться в другую комнату, миссис Уитфилд предложила всем отправиться ко сну.

Попрощавшись, Роберт поднялся по лестнице, обдумывая всё, что выяснилось за дверь. Ему не хотелось слышать разговор Лидии и миссис Уитфилд, но казалось, что в Роузберри была просто-таки театральная акустика.

— Мама, тебе надо сделать что-то с баловством дядюшки…

— Лидия, ну, не знаю… В конце концов, всё закончится хорошо…

— Игнорирование проблемы её не уничтожит! Он может — и он сделает ситуацию ещё хуже!

— Именно так бы и сказал твой отец.

— Спасибо.

— Это не было комплиментом.

— Я знаю, но буду считать его таковым.

Роберт, случайно остановившийся на самом верху лестницы, улыбнулся и зашагал дальше, намереваясь отыскать свою комнату.


***

В соответствии с тем, как они договорились, Роберт ждал в кабинете Эрика Друри, что, по заверению Лидии, должен прибыть уже в девять. Он ни капельки не удивился, когда часы на камине пробили уже положенный час, а мужчина так и не появился. Поднявшись на ноги, Роберт открыл дверь и обнаружил, что коридор не был пуст, как он ожидал, хотя человеком оказался не Друри.

Внезапно во рту у него пересохло, а сердце забилось быстрее, словно во время марша.

— Друри до сих пор не появился? — Лидия казалась свежа, словно маргаритка в столь ранний час — а ведь до полудня дамы обычно и не появляются на глаза.

— Нет, мисс Уитфилд. Боюсь, что нет, — Роберт тяжело вздохнул.

— Я найду его и приведу сюда, даже если он в дальнем имении. Я не буду принуждать вас оставаться ещё на одну ночь, если у вас такое количество неотложных важных дел…

Роберт не мог отыскать ничего более существенного, чем потребности великолепной мисс Лидии Уитфилд, так что собирался предложить остаться ещё на ночи… или на две, но она уже успела продолжить.

— Я уверена в том, что это должно быть решено, так что откажусь от своего обычного времени ответа на письма — между половиной десятого и десятью минутами одиннадцатого…

— Так точно?

— Да… Что? Простите?

— Извините. Не хотел вас прерывать.

— О. На чём я остановилась?

— Откажетесь от времени ответа на письма.

— Верно. Мама, возможно, пересмотрит меню к одиннадцати, если дядя захочет маяться этим вновь. Это не её любимая задача, но если я занята, выбора у неё нет. Всё шиворот-навыворот, мистер Ньютон! Путаница, беспорядок… И нам надо справиться с нею! Однажды путаница превратил мир в полымя…

— Мисс Уитфилд, привилегии графов не отложат этого и на день…

— Почему вы говорите это?

— Мои дни — это просто рутина, но, когда я скучаю, я считаю каждый, будто бы последний.

— В рутине и спокойствии чувствуется безопасность.

— Но ни приключений, ни сюрпризов!

— Сюрпризы несколько переоценены!

— Зато они веселы. Это часть приключений.

— Это странная философия, как для ученика адвоката.

— Не все мы из одного и того же теста, мисс Уитфилд.

— Я заметила, — возможно, слова были немного острыми, они должны были бы его осадить, но нет! Ведь они были произнесены с такой улыбкой и таким блеском озорства, что у Роберта появилось ощущение, что Лидия Уитфилд переоценённой считала как раз рутину.

Спустя полчаса наконец-то в кабинет вошёл Друри — и Лидия шагала за ним.

— Простите, молодой человек, потерял счёт времени… Мисс Уитфилд велела кучера искать меня, а я как раз оставил лошадь переждать… Нельзя всюду быть, знаете.

— И вправду, но нам повезло. Прошу, присаживайтесь, — Роберт кивнул Лидии в знак признания её успеха и увидел, что она желала что-то сказать. — Да, мисс Уитфилд?

— Я полагала, что вы будете рады узнать — ваша повозка восстановлена и будет готова к поездке тогда, когда вы этого пожелаете. Я сказала мистеру Ходжу, что это может быть и поздно вечером, верно?

— Да, должно быть, мне хватит времени, чтобы вернуться в Бат до наступления темноты. Спасибо, благодарю вас, — Роберт заставил голос звучать практически восторженно, он не заставит Лидию думать, что жаждет остаться подольше, чтобы крутиться вокруг её юбки подобно мистеру Чилтону. Ошеломлённый направлением своих мыслей, Роберт посмотрел на стол и переложил бумаги с места на место, пока наконец-то не смог контролировать свои эмоции. А когда он оглянулся, Лидия уже исчезла, дверь кабинета была закрыта, а Друри смотрел в потолок.

— Итак, начнём с самого начала. Почему Ананасы?

— Чай. Мистер Ньютон, я никогда не говорил ни о чём, кроме чая. В этом-то я разбираюсь.

— Приятно слышать. Мне следует принять это к сведению. И где же вы заработали столь ценный опыт, сэр? Вы бывали в Индии? Может быть, в Китае?

— Нет-нет, что вы, — мужчина слабо рассмеялась. — Вы знаете, я его, однако, пью…

— Я вижу, — да, Роберт видел, что утро будет очень долгим.


*** 

К тому времени, как Роберт сел с мисс Уитфилд и лордом Алдерштом в два часа дня, он уже имел хорошее представление о разгромных рекомендациях мистера Линча по отношению к чаю и ананасам. Он отыскал в Друри всё то, на что указывала Лидия относительно управления недвижимостью. Этого человека необходимо было заменять, и быстро. Конечно, проблема была во времени. Большинство земельных агентов, хороших, имеется в виду, были при делах, в конце концов, сейчас весна, а это время очень плодотворное.

Первая проблема — заменить Друри.

Решение было — у брата Чарльза был агент, а ещё можно было взять из Слоттен-хаус, сделать запрос мистеру Брендэну. Да, Слоттен достаточно далеко от Роузберри, так что Артур Кембл не будет иметь никакого влияния на человека…

Но из этого выходила и вторая проблема.

Дядя Артур.

Вторая, более взрывоопасная часть утреннего разговора тоже произошла. Роберт и хвалил, и увещевал, в ответ на что получил крик и хлопок по спине. Этот мужчина был в лучшем случае непредсказуемым, в худшем — просто пьяным безумцем. Но он явно показывал, что собирался угнездиться в Роузберри. Чай, ананасы — ему было всё равно, Кембл просто хотел быстро заработать денег.

Трудно было представить, как заблуждался Оливер Уитфилд, доверяя этому отвратительному крикливому человеку достаточно, чтобы доверить ему свою драгоценную дочь… Точнее, драгоценное имение после своей смерти. Что-то могло измениться, и не в лучшую сторону. В результате, Кембл без конца издевался над Лидией в своих словах. Её безоблачное будущее, её богатство, её мнение.. Всё, включая цветочки, мимо которых она проходила, были частью тирады дяди Артура против монстра по имени Лидия.

Возможно, всё сводилось к банальной жадности — Кембл привык к Роузберри и ненавидел одну мысль о возвращении в свой небольшой дом с ограниченными средствами и двумя незамужними дочерьми. То, что он растратил своё наследство, играя в азартные игры и покупая лошадей, в расчёт не бралось. И теперь он старательно ставил крест на будущее ещё и Лидии, принимая сомнительные решения.

Если бы только Роберт мог заменить Кембла — но ведь родственников мужского пола было мало, а ещё они не имел никакого отношения к Уитфилдам.

Решение второй проблемы предполагало, что будет создана какая-то система комиссионных на основе успеха торгов. Кембл мог заработать деньги — эта концепция была предельно отвратительна для всех представителей высокого общества, но весьма понятна для нуждающихся.

Таким образом, поиски были завершены, Роберт знал источники жалобных писем, а ещё мог предоставить подробные сведения и возможные решения. Он мог вернуться в Бат с чётким пониманием проблемы. Ну, почти… Теперь следовало решить ту проблему, ради которой они собрались в исследовательской. Леди с деньгами выходит за обедневшего лорда. Старая игра с меняющимися игроками. И даже молодой возраст невесты не был проблемой.

Нет, единственная трудность, которую испытывал Роберт, оказалась личной.

Когда он смотрел в очаровательные смеющиеся глаза мисс Уитфилд, он впервые в жизни пожелал оказаться первенцем и унаследовать титул…

Глава 5

В которой мисс Уитфилд предотвращает отчаянное положение путём приглашений.

— Я бы с радостью позволил тебе выбирать земельного агента, но это же где-то должно заканчиваться, Лидия! Ты не будешь управлять агентом или мной.  Я не буду играть вторую скрипку в собственном доме, и не позволю моей супруге заключать сделки. Действительно, знания дамы о растениях должны ограничиваться тем, в какой вазе лучше смотрятся розы!

— Да, я понимаю…

— Не понимаешь! Твои ожидания общества изменятся в момент свадьбы, и тебе с ними тоже придётся измениться. Мне жаль говорить так, но твой отец, сколько бы я ни восхищался его хваткой, дав тебе образование, не принёс никакой пользы. Леди должна…

— Барли, ты отлично понимаешь, что я мышкой тоже не буду, так что же ты кивал, оставаясь на моей стороне?! — Лидия пристально посмотрела на лорда Алдершота. Если Барли не понял, кто она такая, но она уже вполне отыскала опору в трясине семейной жизни. Она, в конце концов, заставит Барли придерживаться её точки зрения, но перспектива начать свою жизнь с такими глупыми ожиданиями… это её утомляло. Она вдруг почувствовала себя на все двадцать пять, а не на неполные восемнадцать.