Эрин Ноэль

«Обнажая правду»


Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

«Обнажая правду» Эрин Ноэль

Обнажая правду #2



Название: Эрин Ноэль, «Обнажая правду»

Серия: Обнажая правду #2

Переводчик: Ольга П

Редактор: Женя (с 20 главы), lessialova (пролог — 19 глава)

Сверщик: betty_page

Вычитка: Hazzard

Переведено для группы: https://vk.com/bellaurora_pepperwinters


Аннотация:

Ее смутное прошлое не тревожило меня. Я никогда не съеживался от ее душераздирающих шрамов, и демоны, которые ее преследовали, делали меня только сильнее. Но в тот день, когда Блейк Мартин украли у меня, я был до смерти напуган. Я был готов сделать что угодно, чтобы вернуть ее. Но и не подозревал, что это будет стоить мне жизни. Меня зовут Мэдден Декер, и это моя история.

+18 


(в книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера)


Любое копирование без ссылки

на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!


Пролог.


(Something I Can Never Have ~ Nine Inch Nails)


Рейз


В день, когда мне исполнилось четырнадцать, я в первый раз пытал человека. Он висел голым на одном из складов, принадлежащих моему отцу. С кляпом во рту, чтобы мне не приходилось терпеть крики его предательской задницы, которой он на самом деле и являлся, пока я каждые полчаса почти целый день отрезал по кусочку от его тела. За последние пару лет я уже множество раз наблюдал за тем, как это происходит, и теперь просто повторял то, что видел.

Сначала шли руки и ноги, каждую из них я отрезал одним взмахом своей новой шашки, подаренной мне за завтраком отцом в день моего рождения. Я помнил, как он и мой дядя гордились моими аккуратными, точными ударами, настаивая, чтобы каждый из них мы отмечали рюмкой элитной водки. Алкоголь поднял мою уверенность в себе и в собственной правоте, и, когда я в пятый раз вернулся в комнату для допросов, освещаемую только мерцающей флуоресцентной лампой, висящей в центре потрескавшегося потолка, я чувствовал себя крутым паханом: непобедимым, бессмертным, стоящим на вершине пирамиды Русской мафии.

Еще один взмах позолоченного лезвия, и мужчина технически перестал быть мужчиной. И когда я привел его хорошенькую невесту увидеться с ним в последний раз, я, находясь всего лишь в полуметре от него, продемонстрировал ему все способы, которыми он больше не сможет ею наслаждаться, жестко трахая каждую дырку, что предлагало ее тело. Чтобы он не мог закрыть глаза, его веки были прибиты степлером, вынуждая наблюдать за тем, как она, забыв обо всех своих клятвах, дрожала от оргазма на моем молодом члене, пока я грязно вколачивался в нее.

Затем, когда остальные члены моей семьи по крови и чести, ушли, чтобы продолжить с ней в соседней комнате, я поднес лезвие к шее этого кастрированного ублюдка и прошептал по-русски:

— Прости меня, боже, ибо я согрешил, — а потом перерезал ему горло от уха до уха.

Весь склад содрогнулся от поздравлений и аплодисментов, пока шестерки, члены банды, находящиеся на самой нижней ступеньке ее иерархии, бросились убирать кровавое месиво, оставшееся после нас, чтобы успеть до того момента, когда женская половина семьи и мои школьные друзья придут на настоящий праздник.

Возможно, я и родился в могущественной семье Кабиновых благодаря слепому случаю, но умру я преступником добровольно.

Все это произошло восемнадцать лет назад, и, хотя теперь я третий человек в одной из самых влиятельных преступных организаций в мире, став мужчиной, я стал ко многому относиться по-другому. Мне больше не интересно тратить время, разделывая всяких вонючих ублюдков или трахая распутные киски грязных шлюх. Нет. Я больше не проматываю жизнь, занимаясь этим дерьмом. Я берегу свой гнев до того дня, когда человек, ответственный за убийство моих жены и брата, да и многих других членов моей семьи, предстанет передо мной, чтобы ответить за то, что совершил.

И, взяв в свидетели Господа Бога на небе и дьявола в Преисподней, клянусь, что когда я до него доберусь, Винсент Риччи всеми фибрами души захочет, чтобы я остался все тем же четырнадцатилетним мальчишкой, который не знал, что это такое, когда у тебя отнимают самое дорогое в жизни. Мальчишкой, который не чувствовал яростной агонии и расчетливого гнева, что приходят к тебе, когда ты теряешь человека, которого любил больше всего на свете.

Несмотря на то, что боссу могущественного семейства Риччи из Чикаго на протяжении последних двух лет удавалось ускользать от меня и моих братьев, наконец, я заполучил одну вещицу, которую он страстно желает иметь. Вещицу, которая сделает его уязвимым, заставит забыть об опасности и долге перед семьей.

И в данный момент она привязана к моей кровати.

Глядя на то, как она крепко спит, одурманенная тем, что ей вколола эта рыжая сука, я не могу не заметить, как она похожа на мою Дарью. Моего милого котика — мою Дарью.

Фарфоровая кожа. Густые, темные ресницы мирно покоящиеся на высоких скулах. Розовые губы, такие пухлые и сочные, будто сами умоляют поцеловать их. Я почти боюсь того момента, когда она откроет глаза. А что, если они будут того же сапфирового цвета, что может…

Я резко встаю со стула, стоящего у кровати и подхожу к окну, вглядываясь в то, как волны неустанно разбиваются о скалистое Тихоокеанское побережье и смеюсь над собой за эти абсурдные мысли. Сейчас не время думать о ресницах, губах или цвете глаз. Не время обольщаться прелестями моей пленницы — этой американской принцессы, как они ее называют.

Она всего лишь средство для достижения цели.

Потому что пришло время мстить.


Глава

1.


(No Moon ~ Iron & Wine)


Мэдден


Севший во время ланча аккумулятор в машине. Это раз. Опоздание на встречу днем из-за севшего аккумулятора. Это два. Мобильный телефон, потерянный где-то между моим офисом, парковкой и дневной встречей, на которую я опоздал из-за севшего аккумулятора. Это, мать твою, три.

Сегодня все, определенно, пошло не так, как я предполагал, и, если бы это была не пятница, я бы, наверное, убил бы кого-нибудь прямо сейчас, сидя в час пик в пробке на печально знаменитом сто первом шоссе. Ненавижу, когда все идет не так, как запланировано. Я уже в восьмой раз за последние десять минут смотрю на часы на приборной панели, и в настоящий момент все действительно идет не так, как, на хер, запланировано.

Я потратил уйму времени, дожидаясь, пока механик из дилерского центра «Мерседес» приведет мою машину в рабочее состояние. Затем я еще дольше общался с чрезмерно услужливой молоденькой сотрудницей «Эппл Стора», которая целый час выписывала мне новый телефон, взамен потерянного, загружала на него мой контент и настройки, и все это время смотрела на меня взглядом, умоляющим отвезти ее ко мне и хорошенько трахнуть. И вот, наконец, я еду домой, чтобы начать уик-энд со своей сладкой девочкой… которая до сих пор не ответила ни на один мой звонок или сообщение. Да что сегодня такое происходит?

Дотянувшись до телефона, лежащего на пассажирском сидении, я большим пальцем жму на маленькую круглую кнопку, и черный экран подтверждает, что я ничего не пропустил, ни звонка, ни смски. Хватаясь покрепче за руль, я недовольно ворчу, мои костяшки сначала синеют, а потом белеют. Блейк прекрасно известно, что я волнуюсь, если она сразу мне не отвечает. И, так как я хорошо знаю, что в этот момент она должна находиться в своей машине и ехать ко мне домой, у нее нет абсолютно никаких причин, чтобы за последние двадцать минут не перезвонить или не написать мне. Я уже серьезно подумываю о том, чтобы при встрече перегнуть ее через колено и отшлепать ее аккуратную маленькую задницу.

К тому времени, когда я подъезжаю к своему дому в испанском стиле в Калабасе, мой желудок сворачивается в тугой узел от беспокойства. Прошло уже больше часа, а от Блейк до сих пор ни слуху, ни духу. На нее это совсем не похоже, и, хотя за последние несколько недель ее эпизоды стали повторяться гораздо реже, нельзя исключать возможность, что что-то могло опять спровоцировать один из них. Мысль о том, что она совершенно беззащитная лежит где-то в таком состоянии, или что у нее мог за рулем случиться приступ, заставляет меня похолодеть. Она может быть в опасности или серьезно ранена.

Нет! Говорю я себе, выходя из машины, я отказываюсь думать о самом худшем. Держу пари, что это просто недоразумение, возможно у нее разрядился телефон, и она забыла дома автомобильную зарядку. Уверен, Блейк сейчас уже на пути сюда, застряла где-то на шоссе вместе с тысячами других автовладельцев, которым так же, как и мне, не терпится начать свой уик-энд.

Открывая дверь и проходя внутрь, я продолжаю убеждать себя, что она вот-вот приедет, и все будет так, как было каждые выходные на протяжении последней пары месяцев. Я просто накручиваю себя… позволяя своей доминантной, властной натуре, проявляющейся, когда Блейк рядом, взять верх над здравым смыслом. Да, Мэдден, ты, черт побери, накручиваешь себя. Проветрись, на хер.

Я изо всех сил стараюсь избавиться от мрачных предчувствий и быстро просматриваю записку от Сары, моей домоправительницы, о том, как разогреть ужин, который она приготовила и оставила в холодильнике. Усмехнувшись над последней строчкой, в которой она напоминала мне, что в конце надо выключить духовку, я беру с верхней полки пиво и направляюсь наверх, принять душ и переодеться. К тому времени, когда я закончу, моя сладкая девочка уже должна быть здесь.

За последние шесть лет, до того, как я встретил Блейк, выходные меня совсем не радовали. После того как я из-за пошатнувшегося здоровья отца неожиданно раньше срока стал генеральным директором «Декер Энтерпрайзис», я обнаружил, что больше предпочитаю проводить время в офисе и заниматься развитием и расширением нашего семейного бизнеса, чем одному сидеть дома. Конечно, я довольно часто бывал с братом или какими-нибудь друзьями в барах. По обыкновению, я выпивал несколько бокалов, а потом уходил с какой-нибудь хорошенькой мордашкой, но меня всегда не покидало чувство, что я делаю все это, потому что должен, а не потому, что мне этого хочется.

Теперь же уик-энд обрел для меня новый смысл. Он означает, что я три ночи подряд проведу с Блейк, и я начинаю обратный отсчет с той самой минуты, когда она покидает мой дом в понедельник утром. Я не понимаю, как мы так быстро к этому пришли, да это и не важно. И, несмотря на мои первоначальные намерения, я определенно влюблен в нее. Сильно. Это самое естественное чувство, которое я когда-либо испытывал.

Но, каждый раз, когда я начинаю произносить эти три слова, чтобы сказать ей как сильно и как глубоко мое чувство к ней, и как много она значит для меня, Блейк находит способ прервать меня, как будто она еще не готова к тому, что они за собой несут. Поэтому я жду, опасаясь, что оттолкну ее, если буду настаивать. Прежде всего, ей следует осознать, что она достойна быть любимой, и это то, над чем я сейчас так усердно тружусь.

Несмотря на то, что мне известно очень немногое о ее тяжелом прошлом, я довольно быстро выяснил, что, что бы там не случилось, это было по-настоящему дерьмово. Чтобы в двадцать два года оказаться без семьи и начинать все заново в совершенно незнакомом городе, где она не знает ни единого человека, не каждый обладает подобным мужеством, и моя цель состоит в том, чтобы дать ей чувство надежности и безопасности, чтобы стать яркой, красивой, веселой молодой женщиной, образ которой иногда проскальзывает наружу, когда мы остаемся наедине. Я хочу, чтобы она была такой всегда. Я хочу этого для нас.

В семь пятнадцать, когда я, наконец, смыл с себя пыль и грязь трудового дня и переоделся в удобную футболку и пару джинсов, ее все еще нет на месте. С телефона на меня по-прежнему глядит пустой экран, мне хочется схватить еще одну банку пива, чтобы успокоить свою тревогу, но меня останавливает настойчиво крутящаяся мысль о том, что, возможно, придется снова сесть за руль, чтобы поехать на ее поиски.

В восемь вечера я начинаю сходить с ума. За последние сорок пять минут я так часто ходил туда-сюда по твердому деревянному полу в кабинете, что удивляюсь, как не протер в нем колею. Я больше не могу сидеть здесь и ничего не делать. Я нутром чую, что что-то совершенно точно не так, а моя интуиция меня редко подводит.