Ольга переступила порог, негромко кашлянула. Девушка обернулась на звук, взглянула вопросительно.

— Вам кого?

— Мне Инну Витальевну. Мы договорились о встрече.

— Заходите, она у себя. — Девушка кивнула на дверь в смежную комнату.

Поблагодарив, Ольга вежливо постучала, распахнув дверь, зашла. Возле массивного деревянного стола, заставленного бумагами, стоит женщина, ее руки оттягивает увесистый том. Подняв глаза, она приветливо улыбнулась, отложив том, шагнула навстречу.

— Здравствуйте, насколько я понимаю, вы — Ольга? Присаживайтесь.

Она указала на небольшой столик, с двумя фарфоровыми чашечками и соломенной корзинкой полной шоколадных конфет. Женщина вышла, но вскоре вернулась, аккуратно придерживая за ручку исходящий паром чайничек. Осторожно, стараясь не расплескать, наполнила чашечки кипятком, добавив по пакетику с заваркой, подвинула одну чашку к Ольге.

— Угощайтесь.

Насыщенная заваркой, вода начала темнеть, наливаться цветом, а в воздухе распространился тонкий аромат. Ольга опустилась на стул, несколько раз вдохнула, взяв чашечку, сделала пару коротких глотков. Во рту разлилась приятная свежесть. Женщина присела напротив, откинувшись на спинку кресла, испытывающе глядела сквозь толстые стекла очков. Удовлетворившись осмотром, она произнесла:

— Как я поняла, вы обучаетесь на психолога?

— Да, заканчиваю второй курс, — подтвердила Ольга.

— Чем же вас заинтересовала вакансия секретаря?

Ольга поставила чашечку на стол, ответила честно:

— Мне очень нужна работа, но, к сожалению, по специальности меня пока не возьмут.

С долей любопытства женщина уточнила:

— У вас есть опыт работы, или вы полагаете освоиться уже на месте?

Стараясь, чтобы не прозвучало вызовом, Оля ответила:

— Я быстро учусь.

Директор кивнула, отвечая скорее мыслям, чем обращаясь к Ольге, произнесла:

— Да, возможно. Тем более, раз уж так складывается… — Ее глаза вновь сфокусировались на собеседнице. — Я имею в виду, что Мариночка, наш бывший секретарь, уходит в декрет, и в понедельник снимает с себя обязанности, а сейчас весна, на подходе программы педагогов, да и множество прочей документации. Все нужно обработать вовремя, а когда найдется подходящий человек — неизвестно. Тем более, ваша будущая специальность. Полагаю, в нашем творческом коллективе ваши навыки психолога, пусть даже не закончившего обучение, в дальнейшем пригодятся. Соберете группу детей, возьмете учебные часы, и будете заниматься.

Чувствуя, как чаще забилось сердце, Ольга широко улыбнулась. Сказала с благодарностью:

— Я очень рада, что вы мне даете возможность. Скажу честно, я даже не надеялась.

Женщина развела руками.

— Что же тут странного. Молодая девушка, будущий специалист… Не вижу повода отказывать, тем более, вы располагаете к себе, а это немаловажно. У нас секретарь тесно общается с педагогами, а поддержание должного климата в коллективе не последнее дело. Единственный момент… — в ее голосе мелькнули официальные нотки, — зарплата. Заведение у нас государственное, и, как вы, надеюсь, понимаете, сумма будет достаточно скромная, особенно в начале, но в дальнейшем, если не произойдет непредвиденных обстоятельств, и мы продолжим работать вместе, она увеличится.

Ольга сказала просто:

— Я понимаю. Тем более, — она позволила себе слегка улыбнуться, — желания нужно соизмерять с возможностями.

Директор чуть изогнула бровь, взглянула по-новому, замедленно произнесла:

— Что ж, вы радуете меня все больше. Тогда, раз мы во всем сошлись, жду вас в понедельник к пяти часам. Захватите документы и, по возможности, не опаздывайте, у меня плотное расписание, можете не застать.

Поняв, что разговор окончен, Ольга встала, одновременно с ней поднялась директор, сказала с чувством:

— Было очень приятно познакомиться. В понедельник к пяти часам я буду здесь.

Женщина слегка кивнула.

— Взаимно. Постараюсь сделать все вовремя, чтобы вам не пришлось ждать.

Ольга вышла из кабинета в состоянии душевного подъема. Будущее казалось светлым, а в груди, с трудом сдерживаемый, рождался смех. Отодвинув тяжелую створку двери, она оказалась на улице, беспечно улыбаясь, огляделась. Неподалеку, у торговых ларьков толпились люди. Мазнув по ним взглядом, Оля отвела глаза, но смутное ощущение чего-то знакомого остановило, заставило обернуться, посмотреть внимательнее.

Из толпы, скопившейся возле одного из киосков, на нее пристально смотрела Белка. Ольга приветливо махнула рукой, поспешила вниз, поглядывая под ноги, чтобы не упасть на скользких ступеньках. Но, спустившись, она обнаружила, что Белка исчезла. Немного побродив вокруг в тщетных поисках, Ольга пожала плечами, и выбросив эпизод из головы, направилась к ближайшей остановке.

Подошел троллейбус с цифрой «восемь» на табличке номера маршрута. Оля вспомнила, что уже почти две недели не навещала родителей, ограничиваясь короткими звонками, а этот маршрут останавливался точно напротив их дома. Отложив ближайшие планы, она зашла в троллейбус.

Через четверть часа Ольга вышла на знакомой остановке. Снег вокруг дома почти растаял, лишь жалкие остатки былого зимнего величия, местами выступающие из-под слоя грязной листвы, быстро испарялись под жаркими лучами апрельского солнца.

Обогнув дом, Оля обнаружила отца, переминающегося у двери подъезда с задумчивым видом. С трудом сдерживаясь, чтобы не броситься ему на шею, Ольга подкралась сзади, и громко произнесла:

— Гав!

Отец вздрогнул всем телом, мгновенно развернулся. Его лицо расплылось в улыбке.

— Привет, дочь. Что-то ты нас совсем забыла — ни звонишь, ни заходишь.

— Как видишь, не совсем. Хотя, действительно, свободного времени мало: то учеба, то работа, то еще что. — Оля развела руками.

— Ты устроилась работать? Столько новостей, а мы не в курсе. — Отец удивленно раскрыл глаза.

Ольга отмахнулась.

— Пока рассказывать нечего, только устраиваюсь. Кстати, а что ты здесь делаешь?

Отец развел руками.

— Представляешь, забыл дома ключи, а кричать, чтобы открыли, как-то не очень удобно. Вот и стою, жду, пока кто-нибудь пустит.

— И кто же тебя пустит в будний день — весь дом на работе? — Ольга рассмеялась.

— Мама дома.

— Вот это да! — Ольга удивленно округлила глаза. — А я уж собралась вас до вечера ждать. Что ж, тем лучше. — Она извлекла из сумочки связку ключей, выбрала нужный.

Едва они переступили порог, из кухни выскочила мать, закричала:

— Сергей, я ничего не могу приготовить, плита почти не греет! Когда ты, наконец, заменишь… — Увидев Ольгу, она замерла на полуслове, спросила удивленно: — И откуда вас столько?!

Ольга с улыбкой обняла мать, сказала успокаивающе:

— Мама, ну что ты кричишь? Папа только зашел. Сейчас он разденется, и все, все сделает.

Ирина Степановна обняла дочь, ответила недовольно:

— Я ему уже который день говорю.

Отец наклонился к Ольге, негромко произнес:

— Вчера в час ночи обнаружила. И надо же, до сих пор не работает! — Он скептически хмыкнул.

Мать фыркнула:

— Больно надо! Сами же без горячего останетесь. Вон, салат на столе, им теперь и питайтесь.

Ольга последовала за отцом в кухню. На столе, в огромной металлической миске, возвышается разноцветный холмик мелко нарезанных овощей. Отец уже накладывает себе в тарелку, зачерпывая салат большой столовой ложкой.

— Только маслом разбавьте, — донесся голос матери из соседней комнаты. — Я едва нарезала, и еще не солила.

— Еще как разбавим, — ворчливо отозвался отец. — Конфорки чинить всякий дурак умеет, а вот правильно приготовить салат… — Ольга смотрела, как отец вытащил из холодильника баночку со сметаной и бутылку с маслом, четкими скупыми движениями достал хлеб, нарезал ровными ломтями, заметив ее взгляд, улыбнулся, подвинул тарелочку. — Кушай на здоровье, теперь сил будет уходить гораздо больше. — Он присел рядом, сказал серьезно: — Не знаю, насколько это действительно нужно, мы с мамой тебе всегда поможем деньгами, но… раз уж ты решила, не могу не одобрить.

В кухню заглянула мать, спросила удивленно:

— Я не ослышалась? Наша дочь устроилась на работу?

Ольга смущенно опустила глаза.

— С понедельника пойду устраиваться, пока только договорились.

Мать подошла ближе, поинтересовалась пытливо:

— Зарплата хоть достойная?

Сергей Петрович покачал головой, сказал укоризненно:

— Ирина, ну что ты ее пилишь? Какая может быть серьезная зарплата у студента, да еще и без опыта работы? Уже то хорошо, что взяли.

Мать кивала в такт словам, но под конец добавила:

— Это все правильно, но деньги лишними не бывают. — Она повернулась к дочери, сказала с нажимом: — Работай хорошо, а будут выдавать деньги — смотри, чтобы не обманули, а то с зарплаты удерживать нынче модно.

ГЛАВА 15

Выходные пролетели незаметно. Заказов почти не было, и разводящая отпустила большую часть девушек со строгим наказом — собраться по первому звонку. Ольга гуляла, наслаждаясь весенним теплом и оживающей природой. На деревьях набухли почки, а кое-где даже пробились первые листики. Черные проплешины газонов, напитавшиеся талой водой, запестрели зелеными иголками травы. В кустах радостно верещали воробьи, а бездомные псы разлеглись на солнцепеке, после длинной зимы отогреваясь под жаркими лучами.

Денис, занятый подготовкой к зачетам, не выходил из дома, и Ольга, страдая от избытка времени, зашла в институт. Пройдя по пустым коридорам, на выходные студенты разъезжались по домам, а кто остался — старательно изучали науку за плотно притворенными дверьми аудиторий, Оля остановилась возле доски объявлений, пробежалась глазами по расписанию предстоящей сессии, отметив ряд новых предметов, пошла вдоль стены, вчитываясь в списки должников, и чувствуя, как, в предвкушении учебы, душа наполняется ликованием.

Побродив еще немного, Ольга вышла из института, размышляя, куда направиться дальше, когда в сумочке заверещал мобильник. Выслушав строгий голос разводящей, Ольга спрятала телефон — отдых закончился.

* * *

В понедельник, ровно в пять часов, Ольга вошла в уже знакомое здание детского центра. Пройдя мимо охранника, который настолько увлеченно беседовал с молодой женщиной, что даже не повернул головы, она поднялась по лестнице, остановилась возле кабинета директора. Дверь, как и в прошлый раз, оказалась распахнута настежь, но в помещении никого не было. Ольга зашла внутрь, негромко постучала в дверь, не дождавшись ответа, постучала смелее, затем прислушалась, приложив ухо к двери. Внутри царила тишина. Пожав плечами, Оля присела на одно из кресел. Вспомнив, что директор предупреждала о возможных накладках, она откинулась на спинку, расслабившись, закрыла глаза.

Время шло, иногда по коридору проходили женщины с толстыми папками в руках, порой, с топотом пробегали дети, но в кабинет никто не заглядывал. Большая стрелка висящих над входом часов показала четверть часа, затем половину. Когда она дошла до трех четвертей, Ольга почувствовала легкое волнение, но продолжила ждать, честно выполняя данное обещание.

В четверть седьмого послышались приближающиеся шаги. Насторожившись, Оля повернула голову, внимательно всматриваясь в коридор. Спустя мгновение в проеме возникла знакомая фигура директорши. Ольга вздохнула с облегчением, поднявшись с кресла, приветливо улыбнулась, но женщина, словно не заметив ее, прошла мимо, отперла дверь, и скрылась в глубине кабинета.

Ольга замерла в недоумении. Немного постояв, она повернулась, подошла к двери, осторожно постучала. Прошла минута, затем еще, но ответа не последовало. Набравшись смелости, Ольга потянула за ручку, зашла в кабинет. Директор стояла у окна скрестив руки на груди. Услышав, как скрипнула дверь, она повернула голову, спросила сквозь зубы:

— Что вы хотели?

Ольга поразилась жесткому выражению ее лица. Пересилив растерянность, она мягко улыбнулась, сказала негромко:

— Мы договаривались в пятницу насчет работы, вы сказали…

Директор сорвалась с места, приблизившись, прошипела:

— Как вы посмели? — Ее лицо исказилось яростью. — Как вы посмели прийти сюда, в детское учреждение, будучи… — Она с трудом сдержалась, проглотив последнее слово. — Ее голос упал до свистящего шепота: — Немедленно, слышите, не-ме-длен-но, уходите отсюда, пока я не вызвала охрану!

Ощутив, как холодеет в груди, Ольга с трудом прошептала:

— Но, я не понимаю, что случилось?