Кэтти Линн Эмерсон
Отброшенная в прошлое
Глава 1
Это не было отражением в зеркале.
Лицо на картине принадлежало женщине намного моложе… Совсем девочке. Сходство было поразительным, за тем лишь исключением, что в былые времена девочки выходили замуж в тринадцать лет и вскоре становились матерями, что не могло не отразиться на их внешности.
Эти глаза — мои.
Лорен Райдер замедлила шаг и остановилась напротив картины.
Знакомые глаза смотрели на нее — огромные, искрящиеся, цвета весенних незабудок. И другие запечатленные на картине черты лица тоже соответствовали ее собственным. Лорен могла бы отыскать похожие фотографии в старом семейном альбоме, если бы таковой имелся, но, насколько ей было известно, ее ранних снимков не существовало. Родителям Лорен и в голову не пришло сохранить хотя бы один.
Пораженная на удивление точным сходством, Лорен ближе подошла к бархатному шнуру, отделяющему картины от посетителей. Неожиданно для себя самой руки ее стали липкими. Пробежавшая по телу дрожь осталась незамеченной окружающими, но словно какой-то призрак воочию встал перед ее внутренним взором.
Охранник бросил взгляд в сторону Лорен, но не заметил ничего необычного: брюнетка, невысокая, немного за тридцать, ладная, словно гимнастка. На ней было простое платье с короткими рукавами и туфли без каблуков. Она не выделялась в толпе, состоявшей из студентов, иностранных туристов и просто отдыхающих. Не подходила она и под тот тип подозрительных, который охранники тщательно учились распознавать. Маловероятно, чтобы эта женщина попыталась совершить акт вандализма или похищения на вернисаже.
Равнодушная к окружающим, Лорен впитывала каждый штрих, каждую деталь висевшей перед ней картины. Во взятом напрокат устройстве с наушниками раздался безликий голос с характерным британским акцентом: «Номер двадцать девять, холст „Двор Генриха VIII в Нонсаче“. Написана в манере Ханса Хольбейна-Младшего, приблизительно в 1545 году. Обратите внимание, что фигуры на картине принадлежат королевским слугам; слева конюх, справа, возле двери, открывающейся в сад, и в нижнем левом углу — служанки. Для живописи середины XVI века не характерно изображение таких фигур. Портретная группа, подобная этой, обнаружен;! лишь еще на одной картине раннего периода правления Тюдоров».
Это было огромное полотно, в хорошем состоянии, и Лорен предположила его недавнюю реставрацию. Ей хотелось взглянуть еще на пару картин Хольбейна, внимательно изучить гобелены и перейти к другим полотнам. Вместо этого Лорен, глубоко потрясенная, замерла на месте. Она не могла отвести взгляд от фигуры служанки, неизвестной девочки, умершей более четырехсот лет назад, у которой были не только глаза Лорен, но и в точности ее фигура.
Совпадение, решительно подумала Лорен, поежившись, словно от холода. Нажав кнопку, она отключила аппарат, голос в котором перешел к описанию «номера тридцать» — портрету короля Эдуарда VI, предполагалось, кисти Вильяма Скротса. Рассеянно постукивая пальцами по аппарату, прикрепленному к ремню сумки, Лорен пристально изучала эту внезапную схожесть черт.
Несмотря на свою незначительную роль, девочка на картине была богато одета. Видимо, королевских слуг обряжали в какое-то подобие ливрей. В данном случае, это было оранжевое платье, оттененное ярко-зеленой тканью и подбитое материей цвета слоновой кости. Снизу выглядывали изящные черные туфельки. В отличие от глубоко декольтированных платьев той эпохи, наряд служанки скрывал от любопытных глаз ее грудь черной вставкой, переходящей в маленький воротник-стойку. Простенький чепец в оранжево-кремовых тонах закрывал волосы и завершал ансамбль. Девочка с некоторым презрением наблюдала за увеселениями своих господ.
Несколько человек, желающих получше рассмотреть портрет короля Эдуарда, нетерпеливо подтолкнули Лорен, нарушив ее сосредоточенность и бесцеремонно напомнив, что она здесь не одна. С усилием вернувшись к реальности, она глубоко вздохнула, невольно ощущая в атмосфере переполненного зала смесь запахов пота, «Олд Спайса», «Шанели» и лака для волос.
Шаги тулко отдавались по деревянным половицам, дверь с тихим скрипом открывалась и закрывалась перед длинной очередью терпеливо ожидающих посетителей. Их впускали внутрь группами по двадцать человек, но желающих взглянуть на далекое прошлое не становилось меньше, и залы были постоянно переполнены.
Вспомнив, что она пришла изучить одежду того времени и позаимствовать кое-что для своих моделей, Лорен попыталась сосредоточиться на занавесях и ярких нарядах вельмож, но взгляд ее постоянно возвращался к девочке на картине.
Не в силах сдержать себя, Лорен наклонилась вперед, чтобы коснуться поверхности холста. Но властный голос прервал ее движение.
— Мэм, этого делать нельзя!
Покраснев, Лорен поспешно отдернула руку. Недовольная собой, она опустила глаза, ведь она же отлично знала, что эти полотна бесценны! Приготовившись выслушать нотацию, Лорен медленно обернулась и встретила осуждающий взгляд работника музея в зеленой униформе. Он не сказал больше ни слова, лишь покачал головой, указывая на надпись, запрещающую посетителям прикасаться к экспонатам.
— Прошу прощения, — пробормотала смущенная Лорен, быстро направилась к диванчикам для отдыха в центре зала и с облегчением присела на один из них.
С безопасного расстояния она рискнула еще раз взглянуть на волновавший ее портрет. И снова встретилась со своими собственными глазами. Но прежде чем Лорен успела задуматься об этих странностях, она услышала знакомый голос и, обернувшись, увидела жену своего деверя.
— Господи, что ты там натворила? Этот сторож готов был испепелить тебя взглядом! — воскликнула Сандра Райдер.
Она плюхнулась на диванчик рядом с Лорен. Сандра была выше Лорен, худощавая, она всюду врывалась подобно вихрю: возбужденная, броская. Она никогда не шла прогулочным шагом, если могла бежать; не садилась, а падала в кресло. Сейчас, казалось, она собрала в кулак все свое терпение, потому что отсутствие у нее интереса к выставке было очевидным. Это было ясно еще до их появления в музее.
— Не волнуйся, — заверила Лорен. — Меня не арестуют.
— Надеюсь! — Глаза Сандры лукаво искрились. — Я так и вижу заголовки в газетах: «Известного юриста срочно отзывают с международной криминологической конференции, чтобы выкупить жену под залог из тюрьмы». Правда, здорово?
Лорен попыталась улыбнуться в ответ. Она все еще была расстроена из-за своей несдержанности. Сандра была права: во всем Нью-Йорке не сыскать более законопослушного гражданина, чем Адам Райдер — супруг Лорен.
Вспомнив об Адаме, Лорен успокоилась. Их супружество было счастливым. С момента их встречи Лорен знала, что он будет единственным в ее жизни. Адам в свою очередь утверждал, что полюбил ее с первого взгляда. Их свадьба состоялась вскоре после знакомства. С тех пор ни один из них еще ни разу не пожалел о своем решении.
— Ну, и много тебе еще осталось? — с надеждой спросила Сандра. — Я уже все обглядела и хотела было выйти на улицу, но побоялась потерять тебя в толпе, ведь назад меня не пустили бы.
Уже не впервые Сандра жаловалась, что они попусту тратят время. Ей хотелось побывать в «Саксе» на Пятой авеню, в «Ф. А. О. Шварце» и других магазинах. Сандру несколько утешило, что она смогла купить кое-какие сувениры в музейном киоске, но потом, перед входом на выставку, ей заявили, что обязаны осмотреть ее сумочку, и это Сандру очень огорчило.
В очереди, где им пришлось потерять почти час, Сандра не переставая ворчала, жаловалась на долгое ожидание и на то, что ей жмут туфли.
— Не могу понять, почему тебе приспичило провести такой день именно здесь, — проворчала Сандра, скинув надоевшую обувь.
— Работа, — напомнила Лорен, которая даже в этот прекрасный осенний день не могла бегать по магазинам.
— Думаю, ты будешь разочарована, — заметила Сандра. — Эти картины совсем не похожи на обложки исторических романов, которые ты вечно читаешь. Что же касается твоей работы, ты уж и так нарисовала достаточно моделей.
— Я всегда ищу что-то новое, — попыталась объяснить ей Лорен, но в конце концов не выдержала и попросила:
— Сандра, не могла бы ты взглянуть на ту картину, на которую сейчас пялится толстуха в джемпере, и сказать, нет ли там знакомого тебе лица?
— Если ты видела хоть один портрет Генриха VIII, значит, видела их все, — проворчала Сандра, нащупывая ногами туфли под диванчиком.
Морщась, словно взывая о милосердии, она наконец влезла в туфли, встала и, покорившись судьбе, направилась к номеру двадцать девять. Спустя мгновенье Лорен поднялась и последовала за ней.
— Ну, кто-нибудь тебе знаком?
— Конечно.
Лорен взволнованно посмотрела на свою спутницу, которая вновь была настроена игриво.
— Кто?
— Вот именно — кто!
— Сандра, перестань!
— Тебе было все совершенно ясно, если бы ты увлекалась классикой. Видишь того парня, второго справа, с кислым выражением лица, жезлом и роскошной золотой цепью?
Лорен кивнула, смутившись еще больше.
Сандра широко улыбнулась.
— Он похож на Патрика Траутона. Он играл второго доктора «Кто», — невестка Лорен увлекалась английскими телесериалами.
Внезапно у них за спиной раздался приглушенный смех.
— Знаете, вы абсолютно правы, — Лорек обернулась и увидела все еще улыбающегося замечанию Сандры пожилого коротышку.
— Правда, похож? — спросила Сандра.
— Верно. Позвольте представиться. Профессор Стивен Маркам. До пенсии я специализировался на изучении истории Тюдоров. Вы, должно быть, помните, несколько лет назад шло два телесериала: один про Генриха VIII и его жен, а другой — про Елизавету I. Режиссеры набирали актеров, внешне походивших на персонажей. Костюм и грим подбирали, глядя на портреты исторических фигур. Вы видите перед собой на картине Томаса-Говарда III, герцога Норфолкского. Патрика Траутона пригласили на эту роль из-за его поразительного сходства с герцогом.
— Я же говорила! — воскликнула Сандра, толкая Лорен локтем под ребра.
Лорен не ответила. Она смотрела на изображение служанки. Неужели все так просто? Всего лишь случайное сходство?!
Легкая улыбка тронула ее губы, когда она в последний раз взглянула на свою «копию». Если уж режиссерам с «Би-Би-Си» удалось отыскать похожих актеров из XX века на роли королей и королев, тогда, очевидно, существуют и современные двойники простонародья. Сандра дружески болтала с их новым знакомым, а Лорен со вздохом облегчения перешла к следующему портрету.
Визитки с именами были одновременно сняты и засунуты в карманы пиджаков, как только их обладатели заказали столик в баре отеля. Одного звали Дэниэл Райдер, шеф полиции Ламбертона, другого — Адам Райдер, консультант, докладчик на конференции.
— Что угодно, джентльмены?
Молодая женщина, подошедшая принять заказ, заученно улыбалась каждому, хотя старалась быть естественной: мужчины были в ее вкусе.
— Что вы можете нам предложить? — приветливо глядя на нее, спросил Дэн.
Она наизусть перечислила длинный список напитков, что дало ей возможность повнимательней изучить обоих гостей.
— «Коре Лайт», — махнул рукой Дэн. Она проследила за движением его руки и заметила обручальное кольцо на пальце. И без всяких сожалений тут же переключила внимание на второго мужчину.
Адам Райдер был на шесть лет моложе своего брата, весил на двадцать пять фунтов меньше и производил на слабый пол сильное впечатление. Он сделал заказ тоном, от которого сердце женщины растаяло. Голос его был глубоким и волнующим, темно-русая прядь волос, с проблесками седины, спадала ему на лоб. У Адама была крепкая квадратная челюсть и густые усы, в которых тоже начала пробиваться седина.
— К нам должны присоединиться наши жены, — сказал Адам Райдер женщине. — Я был бы весьма признателен, если бы вы провели их к нам сюда. Кстати, когда они придут, принесите, пожалуйста, бутылку шампанского. — Весь его облик излучал такое довольство, что официантка почувствовала зависть.
— Ваша жена — счастливица, — произнесла она.
— Сегодня — годовщина нашей свадьбы.
— Лорен заслужила шампанское за то, что живет с тобой вот уже пять лет, — пошутил Дэн, когда официантка отошла.
— Лорен — это лучшее, что есть в моей жизни.
Дэн засмеялся.
— Может быть, может быть. Но если бы тебе не пришлось в свое время заменить одного из заболевших офицеров, ты никогда не приехал бы сюда.
Адам хорошо знал своего брата. Поэтому он ничего не ответил.
— А как насчет еще одной бутылочки шипучки для меня и для Сандры?
— Почему бы и нет? Но тогда, по всем правилам, мне следует послать шампанское в Томастон в знак благодарности Грегу Уилксу за то, что он познакомил нас с Лорен.
Дэн ухмыльнулся:
— Только будь осторожен с надзирателем. Лицо Адама омрачилось при воспоминании, что Уилкс через год выйдет на свободу. Двенадцать месяцев в Томастоне, государственной тюрьме усиленного режима, недостаточно долгий срок для подонка, ворвавшегося в дом Лорен и напавшего на нее.
"Отброшенная в прошлое" отзывы
Отзывы читателей о книге "Отброшенная в прошлое". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Отброшенная в прошлое" друзьям в соцсетях.