Эта семья идеальна. Женщина рядом со мной идеальна. Рождество… посмею сказать это, идеально?

Я собираюсь раз и навсегда перестать быть слабаком, и сказать Ноэл о своих чувствах, как только мы останемся наедине. Я не хочу отпускать эти чувства. Чувство теплоты, счастья, удовлетворенности и нужности у меня впервые в жизни. Я хочу держать их как подарок в руке и никогда не отпускать.

Следующий час мы заканчивали открывать огромное количество подарков, совмещая это с уборкой бумажной упаковки, которая раскидана с одного конца комнаты до другого. Пока все заняты помогая Бев на кухне с приготовлением Рождественского ужина, Ноэл берет меня за руку и вытягивает в коридор к передней двери.

Черт, она выгоняет меня? Она скажет мне, что все было милым, но пора уходить? Черт возьми, я не готов. Я НЕ ГОТОВ!

— Я только хочу отдать тебе подарок, чтобы никто не видел, — она говорит быстро, доставая из-за спины плоский, квадратной формы подарок, упакованный в бумагу со снеговиками, и протягивает его мне.

Я облегченно выдыхаю и беру подарок, улыбаясь ей.

— Ты не должна была ничего покупать мне. НИКТО не должен был ничего мне дарить. Это слишком, — я отвечаю, несмотря на то, что теперь, когда я вошел во вкус получения рождественских подарков, я готов открыть еще тысячу.

— И ты не должен был дарить всей моей семье подарки, но ты подарил, так что заткнись! – она спорит, смеясь.

— Твой подарок все еще не готов, — я смущенно пожимаю плечами, держа подарок рядом с грудью. — Обещаю, он будет чуть позже.

Она отмахивается.

— Ты не должен мне ничего дарить. Ты здесь, делаешь все это, и не сбежал с криками в первые пять секунд после встречи с моей семьей, это тот подарок, который мне был нужен.

Точно, быть здесь и притворяться твоим парнем.

— Вперед, открой его, — она говорит, взволнованно переступая с ноги на ногу.

Я быстро разрываю оберточную бумагу, бумага падает на пол, и я смотрю на то, что у меня в руках.

Я НЕ заплачу, как слабак, я НЕ заплачу, как слабак.

— Ты всегда будешь частью этой семьи, несмотря ни на что. Надеюсь, это не слишком дешево, я просто подумала, что ты хотел бы иметь это, чтобы навсегда нас запомнить. Знаешь, когда ты решишь, что мы все чокнутые и наконец-то сбежишь отсюда с криками, — она говорит, нервно посмеиваясь.

Я провожу рукой по стеклу в центре деревянной рамки с надписью «Семья» наверху в центре. Внутри рамки фото с ночи конкурса освещения, когда Бев поставила нас всех перед домом, и попросила одного из соседей сфотографировать нас рядом с огнями. Я не хотел быть на фотографии. Я всеми силами сопротивлялся и твердил об этом Ноэл, до тех пор, пока вся семья не начала кричать, чтобы я тащил свою задницу делать фото, пока они все не замерзли до смерти.

Реджи и Бев присели впереди, положив руки на колени, Николас, Кейси и тетя Бобби стоят по краям за ними, Ноэл и я стоим в центре, ее рука вокруг моей талии, моя рука на ее плече. Ее голова у меня на плече и у всех огромные дурацкие улыбки на лицах. Можно увидеть белый падающий снег вокруг нас и блеск огней за нами.

Это мое первое семейное фото и оно идеально.

— Послушай, Ноэл. Мне нужно сказать тебе кое-что, — я начинаю мягко, отрывая взгляд от фото, чтобы посмотреть ей в глаза.

— Тебе не нравится фото. Знала, это была глупая идея, — она вздыхает, пытаясь забрать у меня рамку.

— Нет! — я кричу, отходя от нее. — Нет, клянусь, мне нравится. Оно идеально. Я должен сказать тебе кое-что еще. Кое-что серьезное и важное.

Она делает шаг ко мне и смотрит на меня красивыми зелеными глазами, и я вижу, как она нервно сглатывает.

— Хорошо. Потому что я тоже должна поговорить с тобой о чем-то важном и серьезном, — она шепчет.

Черт, я ошибался, думая, что все это не взаимно? То есть, я надеялся и хотел этого, но все это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Взгляд полный надежды и то, как она нервно крутит руками, заставляет меня думать о том, каким я был идиотом и должен был признаться раньше, вместо того, чтобы дожидаться дня, когда я должен уезжать.

Ноэл делает еще один шаг ко мне, пока рамка не прижимается к моей груди от ее близости, оберточная бумага, которую я бросил на пол, шуршит под ее ногами.

Я делаю глубокий вздох и мысленно готовлю себя, чтобы сказать слова вслух.

— Ноэл, я лю…

— НОЭЛ! Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!

Голос снаружи обрывает меня, крича слова, которые я собирался сказать.

— Какого хрена? — я говорю тихо, в то время как мы вдвоем поворачиваем головы и смотрим на закрытую дверь прямо рядом с нами.

— НОЭЛ! ТЫ ТАМ? Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!

— Срань Господня! — Ноэл вскрикивает, ее рука взлетает, чтобы прикрыть рот.

Звуки шагов слышаться нам, как топот слонов, семья выбегает из кухни.

— Какого Сэма, кто так кричит? — Реджи спрашивает раздраженно, в то время как я смеюсь как инопланетянин, услышав свое имя из его уст впервые. Конечно же, это было всего лишь ругательство.

— НОЭЛ! МНЕ ТАК ЖАЛЬ! ВЕРНИСЬ КО МНЕ! Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!

Снова приглушенный крик из-за двери и я слышу, как Ноэл хнычет рядом со мной.

— Нет, нет, нет, — она бормочет себе под нос.

— Приготовься, Кейси. Говнюк собирается испортить веселье, — Николас говорит, обнимая одной рукой свою жену и сочувствующе похлопывая меня по спине.

Что за херня происходит и кто, черт возьми, прервал мое признание в любви Ноэл?

— Почему этот мужчина, в одном костюме, стоит на лужайке перед нашим домом и кричит как сумасшедший? — Бев спрашивает, смотря в окно гостиной рядом с нами.

— Ооооу, это «Армани». Очень красивый, — воркует тетя Бобби, подходя к Бев, чтобы посмотреть в окно гостиной.

— НОЭЛ! ПОЖАЛУЙСТА! Я ТАК БОЛЬШЕ НЕ МОГУ! Я НЕ МОГУ ЖИТЬ БЕЗ ТЕБЯ!

— Леон, ты знаешь этого человека? — Бев спрашивает, смотря через плечо на крайне тихую женщину, стоящую рядом со мной, в затем опускает голос до кричащего шепота. — Он на наркотиках? Леон, ты дружишь с наркоманами?

Тетя Бобби нервно смеется и делает шаг назад от окна.

— Наркоманы? Кто знает наркоманов? Я не знаю наркоманов, вы знаете наркоманов? — она спрашивает. — Здесь нет наркотиков, а особенно экстази и еще чего-либо сумасшедшего!

В дверь рядом с нами раздается громкий стук, сопровождающийся более жалким криком.

— МЫ НЕ ДОЛЖНЫ ЖЕНИТЬСЯ! ЭТО НЕ ВАЖНО, Я ПРОСТО ХОЧУ, ЧТОБЫ ТЫ ВЕРНУЛАСЬ!

Сукин сын! Логан здесь?

Реджи пробирается между мной и Ноэл и распахивает дверь. Я раздраженно смотрю на мужчину с идеально уложенными назад черными волосами, в черном костюме и с завязанным как у гомика белым шарфом на шее.

— Для чего, черт подери, так кричать? Ты наркоман? Моя дочь задолжала тебе денег? — Реджи кричит тупице напротив.

— Что? Нет, я Логан, — заявляет он, пыхтя и протягивая руку.

Я рычу, и Ноэл снова хныкает.

— Нет, ты не Логан. Он Логан, — Реджи спорит, указывая большим пальцем через плечо на меня.

Логан смотрит вокруг Реджи и на меня.

— Нет, Я Логан. Я без понятия кто это. Кто ты? — он злобно спрашивает меня.

— Это ЛОГАН! — Бев кричит, выходя из-за меня. — ЛОООООГААААААН.

Она кричит громче, растягивая слова, как будто у придурка проблемы со слухом.

Логан смотрит на всех в замешательстве.

— Я думаю, он под наркотиками, он в замешательстве, — Бев шепчет. — Или он глухой. Как на языке жестов будет «Сойдите с нашего крыльца»?

— Я ЛОГАН! — придурок кричит в бешенстве.

— ОН ЛОГАН! — Реджи кричит в ответ, указывая большим пальцем на меня снова. — Это очень весело! — Николас объявляет.

Я гневно смотрю на него, и он немедленно убирает улыбку.

— Прости, чувак. Моя ошибка.

— Эм, ребята, мне нужно кое-что вам сказать, — Ноэл, наконец, говорит.

— Ох, Господи! Ты на наркотиках! Это твой дилер и он пришел, чтобы избить тебя! — Бев вопит. — Реджи, достань заначку в банке из-под печенья на стойке. Я не позволю этому болвану бить мою малышку!

Реджи трясет головой, снова крича на придурка.

— У тебя пять секунд, чтобы рассказать мне, кто ты или я позволю тете Бобби выпроводить тебя, — Реджи говорит ему.

Тетя Бобби встает рядом со мной и сжимает гигантские мускулы на своих огромных руках.

— Будет не так весело как хватать подарочек Логана, но что поделаешь.

— Последний раз, Я ЛОГАН! — придурок снова говорит раздраженно. — Вы позволите мне войти, пожалуйста? Здесь холодно, а я не взял пальто.

Он умоляюще смотрит на Ноэл, доставая из кармана кольцо с самым большим бриллиантом, который я когда-либо видел в жизни.

— Пожалуйста, Ноэл, я не могу перестать думать о тебе без этого кольца на пальце. Мне плевать, если ты никогда не выйдешь за меня, пожалуйста, просто возьми кольцо, и давай решим это.

Ноэл поднимает руку, нервно убирая волосы с глаз, глаза придурка сразу же приковываются к жалкому кольцу, которое я надел на ее палец прошлым вечером, сияющему на утреннем солнце, пробивающемся через дверь.

— Что это, черт возьми? Это кольцо? — он шокировано спрашивает.

Ноэл быстро опускает руку и прячет ее за спину, мое сердце полностью разбивается.

— Ох, дорогая. Он сутенер и он тупой, это не хорошо, — Бев бормочет. — Леон, ты нашла в Сиэтле тупого сутенера.

— Кто, черт возьми, Леон? — спрашивает тупица.

— Она, — Реджи отвечает, большим пальцем в этот раз, указывая на Ноэл.

— Ладно, достаточно с «кто на первое, что на второе», — Ноэл говорит со вздохом. — ЭТО Логан. Настоящий Логан. А это Сэм.

Она указывает на каждого из нас, и я убираю руки в карманы своих клетчатых пижамных штанов, не имея понятия, что еще сделать с ними, потому что не могу решить, хочу ли я врезать придурку по морде или схватить руками Ноэл и вытащить ее из комнаты, и притвориться, что ничего не происходит.

— Кто Сэм? — спрашивает Бев.

— Я, — я отвечаю отрывисто.

— Я все еще под кайфом? — тетя Бобби тихо говорит рядом со мной. — Скажите, кто-нибудь видит белку в красном свитере в коридоре прямо сейчас?

Все игнорируют тетю Бобби и смотрят на меня, как на виновника.

Черт, я виновник. Я врал этим людям, я остался в их доме, и я ел их еду. Это не было проблемой до тех пор, пока я не узнал какие они, и теперь я чувствую себя самым большим мудаком на планете.

— Ты мужчина, переодетый в женскую одежду? — тупица говорит с гримасой, смотря на тетю Бобби сверху вниз.

Все вздыхают, и я достаю одну руку из кармана, чтобы погладить тетю Бобби по спине.

— Ты прекрасно выглядишь дорогая. Этот голубой свитер выделяет твои глаза, — я говорю ей, пытаясь успокоить ее пока она не расплакалась.

— Спасибо, — она отвечает мне с улыбкой. — Могу я теперь оторвать ему член?

Тупица вздыхает и делает шаг назад на крыльцо.

Вот и правильно, продолжай шагать назад, пока не вернешься в Сиэтл, далеко, далеко отсюда, недостойный кусок дерьма.

— Думаю, я должен прострелить ему яйца. Как думаешь, Сэм? — спрашивает Николас.

— Могут все просто заткнуться на минутку? — Ноэл кричит, делая шаг вперед и беря руку Логана, заводя его в теплый дом и закрывая дверь.

Он дрожит как киска, обернув тело руками и потирая ладонями руки, все еще сжимая кольцо с огромным бриллиантом.

— Я все еще не понимаю, что происходит. Если ты не Логан, а ты Сэм, Леон все еще Леон? — спрашивает Леон. — Это часть твоей пьесы из Оклахомы? Ты сейчас в образе? Ооох, мы принимаем участие? Я всегда хотела сыграть в пьесе!

Я смотрю, как Ноэл закрывает глаза и наклоняет голову, мягко говоря всем в коридоре:

— Я потеряла работу, Логан сделал предложение, и я сбежала, не дав ему ответ. Я встретила Сэма в аэропорту и уговорила его приехать домой со мной, притворится Логаном, потому что я не хотела разочаровать вас, ребята, — она высказывается.

Вся семья начинает кричать и ругаться, все кроме Николаса и меня, мы стоим, молча наблюдая, как все спорят напротив нас.

— Борись за нее. Не позволь этому придурку протоптать себе путь обратно в ее жизнь, — он громко шепчет мне сквозь крики.