Сидя на последней паре (это для меня уже достижение), рубился в PSP и краем глаза ухватил подозрительно знакомое, но вызывающе раскрашенное лицо на дисплее смартфона Ритки, которая как раз сидела передо мной. Уткнулась в гаджет и явно с интересом читала про то, как моя девушка пару дней назад ездила в ТЦ и закупилась там самой модной косметикой. И если бы на этом леди успокоилась, я бы вообще сделал вид, что не в курсе тайной жизни этой повернутой на моде блогерши.

Выключил игру и полез в карман джинсов за собственным телефоном. Витек Обухов, с которым мы пропустили по стакану пива часа два назад заинтересованно на меня посмотрел.

— Ты чего? — наблюдая, как я судорожно снимаю блокировку и лезу в приложение, спросил парень.

А меня уже начинало потрясывать. Потому что авка у Бессоновой оказалась совсем не скромной. Да, стройная, да, чертовски сексуальная… Но зачем было выставлять фотку где она в полуголом виде? Снизу красные туфли на шпильке, джинсы с подворотами и в обтяжку, а сверху красный же кружевной лифак. Ну и боевой раскрас. На заднем плане якобы в бессознанке лежит какой-то мужик в расстегнутой рубашке. Моя же довольно ухмыляется, всем своим видом показывая, что королева.

— Прикинь… — наклонился к другу, показывая ему аккаунт Юли. — Узнаешь?

— Эм… — промычал тот. — Твоя что ли?

— Моя, — кивнул. И тут же добавил: — Бывшая.

Взгляд выхватил фотку, где я полураздетый и чуток поддатый целую ее в шею. Она, кстати, тоже была навеселе. Мне же все равно, что она делает селфи на свой телефон. Это возбуждало похлеще последовавшего далее массажа.

— А я не знал, что она настолько тупая, — выдал Виктор, ошарашенно рассматривая фотку. Я вопросительно на него посмотрел, и друг пояснил: — Закрыла черной полоской тебе глаза, решив, что никто не узнает.

Я ничего на это не ответил, потому что знал Юльку намного лучше. С ней круто было зажечь в клубе, переместиться потом на хату и отрываться до утра в постели. Меня все устраивало. Единственное, что было не айс — это жить на два дома. Да, друзья, да гонки, да секс. И вот с последним надо было заморачиваться, так как Юлю еще надо было достать. Она могла гулять с подругами, уехать к сестре в Зеленоград или вообще захотеть на выходные смотаться в Милан. А мне нужен был запасной аэродром. Понятное дело, святым я никогда не был, поэтому время от времени имел связи на стороне. Ни к чему не обязывающие. Так, развлеклись и разбежались по обоюдному согласию. Ну а Бессонова хотела съехаться и заполучить статус гражданской жены. Истинно женская логика. Главное, чтобы ее тело всегда был в моем распоряжении. На данный момент гонки для меня были важнее этой девчонки. Так что… Юлька знала об этом изначально, и согласилась на роль моей игрушки осознанно.

— Я не понял, это что? — прищурился, пробегая взглядом по коряво написанному посту.

— Это божественная сила красоты и женской хитрости, — прыснул в кулак товарищ.

— Заткнись, — ткнул его локтем под ребра. — А то получишь. По гроб жизни помнить будешь.

— За что? — притворно обиделся Витя. — Это же не я волочусь за прекрасной блогершей, покупаю ей брюлики и вожу в дорогие рестораны.

— Я ни одного украшения ей не подарил и никуда, где бургер дороже двухсот рублей, не водил, — нахмурился. — А вот тра…


— Да тише вы! — шикнула отвлеченная от созерцания прекрасного Рита (а заодно и ее подружка Вика, с которой я как-то перепихнулся в туалете Макдака еще на первом курсе. Было всего раз, а стремается меня до сих пор). Они обе обернулись к нам и недовольно взирали, как я нахально откидываюсь на спинку стула, поигрываю бровями и широко улыбаюсь. Нагло и главное так, чтобы не просекли, что я встречаюсь с их разлюбимой «beautyladyU». И почему мне кажется, что уже вечером Юля будет всем плакаться о том, что все мужики козлы?

— А иначе что? — спросил, понимая, что еще немного и доведу этих двух до белого каления.

— Ничего, — процедила Марго и отвернулась.

Виктория тоже не стала задерживать на нас свой взгляд. Я, конечно, никому про тот случай так и не сказал. Все-таки не такая я сволочь, чтобы портить девчонке жизнь еще в самом начале обучения. Но почему она стала настраивать против меня всю прекрасную половину нашей группы так и не понял. Ей же тогда все понравилось. И я был у нее явно не первый. Алкоголь соединил воедино двух одиноких на тот момент людей, а потом так же разъединил. Сделали друг другу приятное и разбежались.

— Чем-чем она тебя там приворожила? — продолжал допытываться Виктор, который не прекращал пялиться в мой гаджет. — Ши… Шеллак, делающий ногти красивыми и прочными.

— Что за бред? — я вновь переключился на пост.

— Типа царапала ногтями кожу, а ты вздрагивал, стонал…

Черт, лучше бы я не перевозил к ней вещи. Пора сваливать. Не факт, что сразу порву отношения. Но вот до скандала точно дойдет. За этим, скорее всего, последует бурное примирение… «Жаль», что я не оправдаю ее ожиданий. Впервые мне захотелось отомстить девушке.

Маша

Посидев еще немного на бортике и печально взирая на урну, в которой нашел свое последнее пристанище стакан с моим кофе, вяло жевала бургер. Потом перешла к картошке. Пить хотелось еще больше, но отстаивать в очередной очереди… Нет, хватит с меня на сегодня. Усталость отдавалась напряжением в ногах, ноющей болью в плече и начинающей раскалываться голове. Бывало, когда едешь в метро случайно слышишь разговоры пожилых людей и узнаешь о своем поколении много нового. Оказывается, если ты молод, у тебя никогда ничего не болит. На тебе вообще можно пахать, как на лошади. Еще и хамлом растем. Попав несколько раз на таких разговорчивых дам (мужчин, к слову сказать, я таких болтливых не встречала еще), стало любопытно, неужели в то время, когда они были молодыми, все вели себя воспитанно, прилично и слов матерных не знали? Ну и здоровы были, как те самые лошади. Сомневаюсь. Тогда зачем об этом говорить?

Доев картошку, положила пустую упаковку в бумажный пакет и, опять повесив на натертое ремешком плечо сумку, пошла выбрасывать то, что осталось от моего скромного ужина. Надо бы что-нибудь купить на завтра, чтобы перекусить перед уходом на учебу. Да ногами еле шевелила. Того и гляди, снова завалюсь куда-нибудь.

Дом, в котором жила подруга находился в получасе езды на метро от моего института. Неплохо. Не общага, конечно, которая располагалась прямо напротив ВУЗа, но выбирать было не из чего. По крайней мере, сегодня.

Время было ближе к девяти вечера. Такого столпотворения, как еще часа три назад, в метро не было. И до нужной станции я доехала без приключений. Подъем по ступеням дался мне с трудом. Шла уже на чистом упрямстве. Самое главное, добраться до дома, доковылять до квартиры, сбросить свою ношу и пойти мыться. Потом с чистой совестью можно ложиться спать. Утром встану пораньше, чтобы собрать сумку и взбодриться кофе, который, я точно знала, Светка для меня оставила. Знала, хитрюга, что я люблю этот напиток. Сама она была к нему равнодушна. Зато столько раз пыталась завлечь меня к себе, расписывая, что у нее в шкафчике специально для меня стоит баночка натурального молотого кофе…

Добравшись до дома, набрала на домофоне код, который предусмотрительная Света прислала мне по эсэмэс и вошла в чистый светлый подъезд. Дальше мой путь лежал на шестой этаж. Поднявшись на оный, нашла взглядом дверь, на которой красовались золотистые цифры «265» и пошла к ней. Стащила сумку с плеча и оставила ее у стены. Присела на корточки, достала ключ и уже через пару секунд входила в квартиру с явным намерением завалиться спать.

Оставив свою ношу в коридоре, сбросила старенькие кеды и пошла исследовать чужую берлогу. Две просторные комнаты-спальни, большая кухня, туалет и ванная комната, довольно просторный балкон. Не сложно было догадаться, где именно спит моя подруга. Идеально расставленные на полках книги. Застеленная кровать. Шкаф с одной зеркальной дверцей, в правом верхнем углу которого красуется наклейка Микки Мауса. Ковер под ногами светлый, мягкий. По такому ни в коим случае нельзя ходить в ботинках. Именно в эту комнату я и перетащила свою сумку. Устроила ее в изножье кровати и пошла дальше. Честно, заходить в спальню Меркулова не хотелось. Во всем виновато треклятое любопытство. Оно толкнуло меня в спину и поволокло к двери, за которой скрывалась вторая жилая комната. Взгляну одним глазком и все. Надо же осмотреться как следует. Пребывание в квартире бывшей одноклассницы может затянуться.

Я еще давно поняла, что брат с сестрой совершенно не похожи. Нет, я говорю не о внешности. Тут сразу становилось понятно, что они родственники. Ну… так было до того, как Света перекрасилась. До сего злосчастного дня у них был одинаковый цвет волос, овал лица, глаза. Только у Макса взгляд был с хитринкой. Всегда, когда я видела его в школе и потом, после того как он закончил обучение.

Спальня была в легком беспорядке. Постель не заправлена, один уголок одеяла касался пола. Под компьютерным столом лежат носки. Сомневаюсь, что они чистые. Стол, кстати, был чистым. Кроме ноутбука на нем ничего не лежало-стояло. С противоположной от постели стороны у стены стоял высокий узкий книжный шкаф. Рядом с ним обычный, для вещей.


Не мешкая первым делом пошла посмотреть, какие книги читает Меркулов. Трогать чужие вещи не собиралась. Дверца была стеклянной, позволяя спокойно все рассмотреть. Кто бы мог подумать, что этот избалованный богатей хранит у себя произведения таких классиков литературы, как Пушкин, Кафка, Брэдбери, Гюго, Уайльд… И это далеко не все. Помимо книг, на полках стояли фотографии в рамках. Две цветные карточки, на которых был изображен, собственно, Макс. На первой он стоял в экипировке рядом с черно-красным гоночным автомобилем. Комбинезон на нем тоже был примечательный — черный. И как явно в жаркую погоду он в таком на солнце стоит? На шлеме, который он держал в левой руке, имелись две узкие красные полосы. Тоже мне, жук-пожарник. Улыбается еще так… Словно гран-при выиграл.

На второй он сидел в каком-то кафе. На столе стоят три высоких стакана с пивом. Пальцы сжимают сигарету. Несмотря на отталкивающее фото (терпеть не могла, когда парни мало того, что курят, еще и выпить любят), на ней Максим выглядел умиротворенным. Взгляд, правда, немного усталый. Будто он собрался с друзьями впервые за долгое время. А до этого у него не было ни минутки свободной.

Если бы не скверный характер Макса, я бы ему посочувствовала. Он на самом деле выглядел изможденным, усталым. Или опустошенным. Я не из тех, кто по одному короткому взгляду может точно определить, что у человека на душе. Чего там… и в людях я не особо разбиралась. Поэтому у меня и была всего одна хорошая подруга, которую я знала еще со школы. Девчонкам в институте доверяла гораздо меньше. Выбиралась с ними на встречи крайне редко и с неохотой. Не до того было. После подлянки коменданта, времени на прогулки совсем не останется. Нужно будет поднапрячься и найти стабильную работу. Ну и хотя бы кровать в комнате на шестерых (будем реалистами, на более комфортабельные условия нечего было и рассчитывать) человек. Мне очень повезет, если все они окажутся девушками. Желательно русскоязычными. Последнее, впрочем, маловероятно.

Задерживаться на чужой территории не стала. Выйдя из комнаты, прикрыла за собой дверь. Тишина в квартире давила на нервы. Я привыкла к тихому щебетанию соседки по комнате. Ее бормотанию в трубку, когда звонила мама. Немного истеричный смех. А здесь… здесь даже живности не было. Пусто, одиноко и непривычно. Конечно, интерьер шикарный. Мебель дорогая, окна высокие. Если отодвинуть жалюзи, сюда проникнет солнечный свет. Не сейчас, само собой, а днем. При условии, что погода порадует солнцем.

Подумав немного, решила, что лучшим будет для начала выпить кофе, а уже потом идти в ванную, окончательно приводить себя в порядок. Того и гляди, засну на ходу. Молотые зерна в маленькой дорогой баночке обнаружились на одной из кухонных полок. Там же была и турка. Схватив первую попавшуюся чашку с не очень приличной надписью на боках, приступила к завариванию.

После, уже держа в одной руке кофе, я таки рискнула сунуть нос в холодильник. И сразу увидела цельный торт. Не тронутый, по наклейке на прозрачной крышке, наисвежайший. Я не могла от такого отказаться. Светка, хитрая лиса, знала, чем меня можно заманить. В отсутствие Макса, конечно же.

Быстро сориентировавшись, уже вскоре отрезала от сладости приличный кусок. А ведь недавно поужинала. Откуда свободное место в желудке взялось, загадка. Просто при виде торта я напрочь забыла, что, вроде как, сыта. Видно, сыта я была по горло. А вот голод проснулся и стал душить с новой силой.

После второго ужина, перемыла грязную посуду и пошла в комнату Светы за пижамой, нижним бельем и мочалкой с полотенцем. Порывшись в сумке, извлекла необходимое и пошла намываться. Свой шампунь и гель брать не стала. Подруга сказала, что я могу пользоваться ее тюбиками. Попробую разок. Наглеть не стану. Чтобы потом не заслужить укоризненный взгляд серых глаз.