После основного обеда, перед подачей десерта, пара тетушек увлекла Дашу на балкон, переоборудованный матерью под зимний сад-огород. Димка попытался прийти ей на помощь, но, услышав пару слов, понял, что война ведется на Дашиной территории, и помощь ей не требуется. Потом его самого отвлекли каким — то невнятным вопросом по купле-продаже квартиры батиного коллеги. Он же, блин, крупный эксперт во всех правовых вопросах. Кое-как отделавшись, понял, что Даши нет ни в гостиной, ни на балконе. «Никак, матушка на кухню утащила, типа помогать».

Едва повернув за угол, в коридоре, ведущем в кухню, услышал голоса. Остановился.

— А мне имя Вера нравится, — это мать.

— Очень хорошее имя, — Дашин голос звучит серьезно, но ему кажется, что она с трудом сдерживает улыбку.

— А еще мне нравится Зоя. Зоя Дмитриевна — очень хорошо звучит.

— А чего это одни девчонки? — это уже отец. — Я внука хочу. Наследника рода, так сказать.

— У тебя уже есть наследник, — сердито отрезает мать. — Я хочу внучку. Двух. А потом, может быть, и о тебе подумают.

В Дашином голосе явно слышится смех, но она сдерживается изо всех сил.

— Вы же знаете, что пол ребенка на сто процентов определяет отец.

— Ну, если это от Димки зависит, значит, будет пацан, — торжествует отец.

Дима прижимается затылком к стене. Улыбается. Его родители вместе с его невестой выбирают имена для их будущих детей. Если кто-то сказал ему об этом полгода назад, он бы решил, что воплощается самый страшный его кошмар. А сейчас…. он чувствует, что все в его жизни происходит как надо. Наконец-то правильно.

— Ты всем очень понравилась. По-моему, они в тебя просто влюбились, — они едут в машине домой.

— Я знаю, — Дашин голос звучит задумчиво.

Димка бросает на нее удивленный взгляд.

— Даш, ты чего?

— Извини, мне надо подумать.

— О чем?

— Да так, случай интересный.

— Это как-то связано с тем, о чем ты шепталась с теткой Надькой на балконе?

— Тебе такие слова, как «врачебная тайна», ничего не говорят? — парирует Даша.

Димка усмехается, переключает все внимание на дорогу. Впрочем, смотреть особо не на что. Дороги пусты, воскресенье, поздний вечер, все уже разъехались по домам.

Резко принимая вправо, машина останавливается.

— Дима, что случилось?

Он молча выходит из машины, открывает пассажирскую дверь, протягивает ей руку.

— Дим, ты чего? Смотри, какая лужа. Туфли жалко.

Так же молча подхватывает на руки, переносит через лужу, ставит на мокрый асфальт.

— Смотри вокруг. Не узнаешь?

Даша оглядывается.

— Что я должна узнать? Ночь, улица, фонарь, аптека. Тихомиров, ты чудишь.

— Вот здесь я оставил машину тогда, — Димка махнул в сторону остановки, — и заскочил в троллейбус, в котором ты ехала.

Даша смотрит на него. На губах ее появляется нежная понимающая улыбка.

— Значит, здесь все началось?

— Ага.

И они начинают целоваться. Сырой мартовский ветер играет с Дашиными волосами. В воздухе пахнет весной. И вдруг совершенно неожиданно с неба начинает падать снег. Последний снег в этом году. Снежинки ложатся на темные волосы мужчины, на светлые локоны женщины. Как будто кто-то там, наверху, решает благословить их.

Сзади к «Кайену» подъезжает патрульная машина. И, немного постояв, трогается и уезжает. Гаишники тоже люди. И волшебная магия на них тоже иногда действует.