Конни МЭЙСОН

ПРЕКРАСНАЯ СПАСИТЕЛЬНИЦА

Глава 1

Ордуэй, Колорадо 1868 год

Рейф Гентри представил себе, как веревка впивается ему в шею, и судорожно сглотнул. Сейчас его повесят. Толпа линчевателей штурмовала здание тюрьмы, и шериф ничего не мог сделать, чтобы остановить их. Проклятие! Он никогда не думал, что закончит жизнь, болтаясь на веревке.

Внезапно от палатки проповедников, установленной на городской площади, до него донеслись чарующие звуки музыки. Рейф заслушался ангельским пением и ненадолго забыл о своих страданиях. Прелестный голос, перекрывающий крики, доносящиеся из-за двери тюрьмы, пел какой-то гимн. Занятый мрачными мыслями, Рейф погрузился в воспоминания. Перед его мысленным взором проплывала череда последних событий.

Было просто чудом, что он и его братья, Джесс и Сэм, выжили в этой войне, хотя их отец погиб в первом же бою. Все четверо мужчин семьи Гентри вступили в армию конфедератов, несмотря на то что двадцать тысяч канзасцев поддерживали юнионистов. Семья Гентри переехала в Канзас из Теннесси, и симпатии ее принадлежали Югу. Джесс стал военным врачом, он хотел спасать человеческие жизни, а Рейф и Сэм пошли служить в кавалерию.

Первым после окончания войны домой вернулся Рейф. Джесс и Сэм появились в конце 1866 года. Это было грустное возвращение. В усадьбе царило полное разорение. Урожай уничтожен, большая часть построек сожжена. Измученная бесконечными попытками свести концы с концами, бедная матушка умерла вскоре после возвращения сыновей. Рейф, Джесс и Сэм засеяли поля, надеясь выгодно продать зерно и уплатить налоги. Но налетавшие два года подряд пыльные бури свели на нет все их труды. Джесс попробовал было заняться врачеванием и даже заказал себе вывеску, но пациенты отчего-то к нему не спешили.

В последней отчаянной надежде спасти ферму братья явились в городской банк, чтобы попросить там кредит. Банкир Уингейт, который был верным сторонником юнионистов, выставил свои условия. Несмотря на свое печальное положение, Рейф фыркнул, вспомнив, как повели себя он и его братья, услышав возмутительное предложение Уингейта.

Тот заявил, что даст им заем, если один из братьев «прикроет грех» его неизвестно от кого беременной дочери. Хотя все три брата и флиртовали с Делией Уингейт, никто из них не спал с ней, и жениться на ней ни один не собирался. Им ив голову не могло прийти, что этот отказ положит начало их многолетним скитаниям.

Они уже выходили из банка, когда Уингейт визгливо закричал:

— Ограбление!

Рейф вспомнил, как они разом обернулись, думая увидеть какого-то отчаянного преступника. Но вместо этого с удивлением обнаружили, что Уингейт указывает на них.

Ограбили банк? Кто, братья Гентри? Впрочем, для объяснений времени не было. Краешком глаза Рейф увидел, что к банку бегут шериф и его помощник. Испугавшись, что представители закона сперва выстрелят, а потом начнут задавать вопросы, братья сломя голову ринулись вон из города. Они вернулись в свою усадьбу за вещами, разделили поровну небольшие сбережения и ускользнули из-под самого носа линчевателей. Некоторое время они ехали вместе, потом решили разделиться, чтобы запутать преследователей.

Джесс отправился на север, Сэм — на юг, а Рейф пустился на запад. Перед разлукой они торжественно поклялись, что встретятся ровно через год в Денвере, в отеле «Энтлерз». Если один из них не явится, остальные поймут, что его нет в живых.

Рейф не желал даже думать о том, что кто-то из его братьев может погибнуть после того, как прошел всю войну, отделавшись легкими царапинами. Ему пришлось свыкнуться с этой мыслью. Черт побери, ведь неизвестно, переживет ли он сам эту ночь.

В это грустное место его привело обвинение в ограблении дилижанса и убийстве. Рейф пересек границу штата Колорадо и ехал верхом, занятый своими мыслями, когда внезапные выстрелы заставили его остановиться. Не раздумывая он выхватил свой армейский револьвер и поскакал на шум. Приблизившись, Рейф заметил двоих преступников, выстрелами сбивавших замок с сейфа дилижанса.

Он спугнул их, и они не успели забрать деньги, но три пассажира, кучер и человек, вооруженный дробовиком, были мертвы. Ковбои с ближайшей фермы нашли Рейфа, который стоял над сейфом, сжимая в руке дымящийся револьвер.

Объяснений никто не стал слушать. Когда ковбои обнаружили трупы, его без промедления отволокли в тюрьму ближайшего города Ордуэя, чтобы он ждал там суда.

Ангельская певчая птичка начала новый гимн. Рейф подошел к узкому зарешеченному окну своей камеры и посмотрел сквозь ночную темноту на ярко освещенную палатку проповедников. Ее звали сестра Анджела. Он встретился с ней, когда покупал припасы в главном магазине города Гарден-Сити штата Канзас, чтобы отправиться дальше, в Колорадо.

Рейф укладывал покупки в седельную сумку, когда увидел, как парочка пьяных ковбоев пристает на улице к красивой блондинке. Понимая, что не следует привлекать к себе лишнее внимание, Рейф все же решил вмешаться. Он быстро разделался с наглецами и получил в награду тысячи благодарностей от сестры Анджелы. Он намекнул, что она могла бы выразить свою признательность не только словами. Сестра Анджела лишь покачала головой. Она ласково спросила, как его зовут, и пригласила на собрание их общины. Рейф со всевозможной учтивостью отклонил ее предложение.

Рейф слышал, как шериф рассказывал своему помощнику о певице с ангельским голоском и прелестным личиком. Но он и без того не спутал бы ее пение ни с чьим другим. Если бы у Рейфа спросили, каково его последнее желание, он не задумываясь ответил бы: «Услышать еще раз сладкий голос сестры Анджелы».

Тюремная дверь распахнулась, и Рейф вернулся к действительности.

Глава 2

Сестра Анджела Эббот, уставшая от почти трехдневного пения гимнов, собрала ноты и аккуратно сложила их в папку. Те, кто пришел сегодня на собрание, уже разошлись, за ними вскоре последовали преподобный Конрад и его жена сестра Грейс. Анджеле хотелось как можно скорее добраться до постели. Она привела в порядок и упаковала музыкальный инструмент, на котором играла во время долгой четырехчасовой службы. До того как преподобный и его жена вернутся домой в Топику, по плану им останется побывать всего в одном городе.

Преподобный Конрад и его супруга предложили Анджеле работать вместе, и девушка с радостью согласилась. Ей очень хотелось покинуть родной городок. Ее мать недавно умерла от воспаления легких, оставив ее в полной власти противного привередливого отчима. Через некоторое время она получила письмо от своего отца, переданное его адвокатом.

Родители Анджелы расстались, когда она была совсем маленькой, но Саймон Эббот все эти годы сохранял нежную привязанность к своей единственной дочери. Отец владел золотоносным прииском, который и стал причиной семейного раздора. Мать Анджелы и думать не желала о жизни в лагере старателей, а отец не захотел отказаться от прииска, который мог принести большую прибыль.

Анджеле было десять лет, когда мать увезла ее в Топику, быстренько получила развод и вышла за Десмонда Кента, человека, которого Анджела терпеть не могла. Саймон Эббот обзавелся компаньоном и неожиданно разбогател, напав на золотую жилу. Тогда-то Анджела и получила его последнее письмо. По словам адвоката, Саймон Эббот умер в результате несчастного случая, и девушка унаследовала его долю в прииске и все многочисленные доходы.

Анджела помнила отцовское письмо так, будто получила его вчера. Отец словно предчувствовал скорый конец и велел дочери пристально следить за партнером, если кончина окажется внезапной или подозрительной. Вскоре после этого пришло письмо от Брейди Бакстера, отцовского компаньона. Бакстер писал, что прииск истощился, и предложил выкупить ее долю доходов за баснословно высокую для выработанной жилы цену.

Анджела догадалась, что дело здесь нечисто, и наотрез отказалась. Она решила тайком отправиться в Колорадо, как только будет возможность. Ей хотелось лично увидеть и Брейди Бакстера, и прииск.

Отчим скоро нашел для падчерицы жениха. Анджела отлично понимала, что и Десмонд Кент, и Энсон Чандлер желают лишь свободно распоряжаться ее деньгами, и всячески сопротивлялась этому браку. Но приготовления к свадьбе шли вовсю. Чувства невесты никого не интересовали. Случайно Анджела услышала в церкви, что некий баптистский проповедник намеревается нести слово Божье к западным границам и что преподобный Конрад и его супруга, сестра Грейс, ищут исполнительницу гимнов. Анджела считалась лучшей в церковном хоре. Она поняла, что ей представляется возможность сбежать в Колорадо.

Анджеле удалось убедить преподобного Конрада, что ее отчим вполне одобряет ее поездку с евангелистами. Она сочинила целую историю, выдумав жениха, который должен встретить ее в Пуэбло, где они обвенчаются, а потом поедут на прииск ее отца неподалеку от Каньон-Сити.

Поэтому она потратила часть своих сбережений и тайком наняла фургон. За несколько часов до свадьбы невеста потихоньку сбежала, не оставив даже записки. Конечно, рано или поздно жених и отчим найдут ее, но, быть может, к тому времени ей уже исполнится двадцать один. Всего полгода — и она станет хозяйкой своей судьбы, доберется до Колорадо, отомстит убийце отца. В глубине души она знала, что смерть Саймона Эббота была неслучайной.

Внезапно Анджела услышала шум, доносившийся с улицы, и встревожилась. Выбежав наружу, она увидела толпу, собравшуюся перед тюрьмой. Пока она смотрела, пытаясь понять, что происходит, толпа прихлынула ближе к зданию. Некоторые мужчины держали зажженные факелы, все были вооружены до зубов. Анджела решила добираться до гостиницы кружным путем, но тут из тюрьмы выволокли человека с веревкой на шее.

Суд Линча! Она слышала, что такое еще случается на Диком Западе, но никогда не думала, что ей придется увидеть это собственными глазами. В ужасе она смотрела, как беспомощного человека повезли на лошади к старому дереву на краю городской площади.

Сердце у Анджелы замерло, когда она увидела, как конец веревки перекинули через толстый сук. Его хотят повесить! Каким же нужно быть варваром, чтобы совершить такое!

Когда обреченный повернул к ней голову, у нее перехватило дыхание. Она сразу же узнала его. Человек с веревкой на шее был тем самым, кто спас ее от пьяных ковбоев в Гарден-Сити!

Голос сердца заставил Анджелу действовать. Она понятия не имела, за что собирались повесить Рейфа, но твердо решила не допустить убийства.

— Что он сделал? — спросила Анджела первого же встречного.

— Не волнуйтесь, сестра Анджела, — ответил он, очевидно, узнав ее. — Этот парень вне закона. Он ограбил дилижанс и застрелил пятерых.

Анджела похолодела. Нет, это невозможно. На одно долгое мгновение она встретилась глазами с Рейфом. Но за эту краткую вечность девушка узнала о Рейфе Гентри все. Его стальные глаза ясно говорили о том, что он человек жесткий, но вовсе не хладнокровный убийца.

Она почувствовала, что он смирился со своей участью. На его лице застыло безразличие, он ссутулился и отвел взгляд. Анджела, работая локтями, протискивалась сквозь толпу.

— Стойте! Вы не можете его повесить. Он не убивал! Человек, державший под уздцы лошадь, тупо уставился на Анджелу.

— Вы что, из этих странствующих проповедников?

— Я — сестра Анджела. Вы не можете повесить этого человека.

— Слушайте, сестра Анджела, — попытался он урезонить ее, — это не ваше дело.

— Спасать души — мое дело, — настаивала Анджела, — а повесить невиновного — дело противозаконное.

Толпа недовольно загудела.

— Его судили по закону? — не отступала Анджела.

— Тут и суда не нужно! — крикнул кто-то из толпы. — Кучер дилижанса и тот, кто стрелял из дробовика, были хорошими людьми, а теперь они мертвы. И пассажиры тоже.

— Он застрелил пять человек, сестра, — пояснил первый горожанин со все возрастающим нетерпением. — Отойдите. Это будет неприятное зрелище.

— Нет, прошу вас! — Она с трудом сглотнула, глубоко вздохнула и звонко произнесла: — Рейф Гентри — человек, за которого я собираюсь выйти замуж. Он не мог убить пять человек. Он приехал сюда, чтобы встретиться со мной, а не грабить дилижансы.

Рейф перевел взгляд на сестру Анджелу, и его темные брови удивленно поднялись. Чего это ради ей вздумалось сказать, что он ее жених?

Она казалась хрупкой, почти неземной в резком свете факелов, золотистые волосы создавали сияющий нимб над ее головой. Правильное овальное лицо, красиво изогнутые полные губы, огромные синие глаза, в которых Рейфу почудилась на миг вспыхнувшая страсть. Его бросило в жар.

— Вы хотите сказать, сестра Анджела, что собираетесь окрутиться с этим человеком? — недоверчиво спросил самозваный палач. Он задумчиво почесал подбородок, обросший темной щетиной, явно озадаченный таким поворотом событий.