В палату вошла медсестра, проверила шов Хлои и записи в ее карте и

помогла расположить малышку у груди.

– Вы уже договорились об имени?

– Нет, – хором ответили мы оба.

Сестра положила карту на полку.

– Вас там дожидается целая толпа народу. Впустить их?

Хлои кивнула и поправила ворот больничной пелерины.

Я услышал их, прежде чем они появились. Смех Джорджа, низкий голос

Уилла Самнера, акцент Макса и восторженные визги троих младших Стелла.

И вот все они разом ввалились в палату, поздравляя и держа в руках подарки.

Одиннадцать улыбающихся лиц. Не меньше чем у восьми по щекам катились

слезы.

Макс тут же подошел к нам, словно примагниченный крошечным

младенцем. Склонившись над малышкой, он спросил:

– Можно?

С сияющими глазами Хлои переложила ее в его руки.

– Вы уже выбрали имя? – спросила Сара, глядя на малютку в руках ее

мужа.

– Мэйси, – ответила Хлои, а одновременно с ней я сказал: – Лиллиан.

– Звучит так, словно в этом мире все снова стало правильно, –

присоединившись к ним и воркуя над моей дочкой, заметил Джордж.

Я посмотрел на Аннабель и Айрис, стоявших рядом с Уиллом П.,

который держал на руках Эзру. Улыбнулся Ханне с Уиллом, оглядывающих

все вокруг с молчаливым интересом.

Минутку.

Было же одиннадцать лиц.

Уилл, Ханна, Макс, Сара, Аннабель, Айрис, Эзра, Уилл, Джордж…

Я кивнул Дженсену, стоящему в стороне и обнимающему Пиппу.

– Поздравляю вас, ребята, – сказал он, с широкой улыбкой посмотрев по

сторонам. – Я смотрю, все принесли детские вещи или цветы. А мы… хм…

– А мы притащили выпивку! – закончила за него Пиппа и протянула мне

бутылку «Патрона».

– Спасибо, – со смехом ответил я и подошел пожать руку Дженсену и

поцеловать в щеку Пиппу. – Пригодится и то, и другое. Кстати, вот это, – я

показал на них обоих, – кое-что важное.

Он кивнул.

– Сто процентов.

Ханна шлепнула его по руке.

https://vk.com/beautiful_bastard_club

– А мне они ничего такого не говорили.

– Вообще-то, я собирался, – со смехом ответил ее брат. – Но ты рванула

в Нью-Йорк, так что мы тоже приехали!

– У меня такое чувство, что мне стоит извиниться, – сказала всем Хлои.

Все уставились на нее, и в палате повисло звенящее молчание.

– Ой, да ну вас в сад, посланцы, – прорычала она. – Может, и стоило бы, но я не буду.

– Слава тебе, Господи, – восторженно отозвался Макс.

– Стерва вернулась! – пропел Джордж.

– А ты вообще уволен, – рявкнула Хлои.

– Он работает на меня, сладкая, – мило и уже в сотый раз ответила Сара.

– И еще. Лучше веди-ка себя хорошо, – сказал Джордж Хлои и показал

ей свою левую руку, на пальце которой поблескивало кольцо. – Иначе не

быть тебе моей монструозной свидетельницей.

– Буду стервой-подружкой? – благоговейным шепотом спросила она.

– Ага, будешь рядом, – ответил Джордж, – непрерывно напоминая, что я

его не заслуживаю.

Моя жена еще явно не успела в полной мере оправиться после такого

насыщенного эмоциями события, потому что разрыдалась прямо у всех на

глазах и махнула рукой Джорджу, чтобы тот подошел и она смогла бы его

обнять.

– И ты тоже, Перкинс, – потребовала Хлои, протянув ему свободную

руку.

Уилл Самнер тут же подскочил к ближайшей стене, чтобы удержать ее,

когда грянет гром и мир рухнет. Но чудом все вокруг осталось спокойным.

Хлои обнимала Джорджа, Джордж – Хлои и, ко всеобщему недоумению,

Апокалипсис не наступил.

Я поглядывал на свою жену, сидящую в кровати, опершись на подушки,

и с восторгом обсуждающую с двумя мужчинами планы их предстоящей

свадьбы и с какими приключениями мы ехали в больницу. Сара с жадностью

смотрела на младенца в руках Макса, и я подумал, как отчаянно, должно

быть, она ждала конца этой своей, очевидно, не простой беременности.

Усевшись на полу, Уилл с Ханной слушали красочный рассказ Аннабель о

бабочке, что жила в цветах, которые они принесли. У Пиппы зазвонил

телефон, и они с Дженсеном подошли к Саре и Максу, чтобы по FaceTime

показать мою малышку Руби и Найлу.

В дверях появились мои родители и Генри с семьей, и даже в просторной

палате-люкс стало тесно от такого большого количества людей. Они

двигались по комнате от одних приветственных объятий к другим, по

очереди брали на руки ребенка, вдыхали ее младенческий аромат и

провозглашали ее самой красивой на свете.

Двое моих племянников сели на пол с детьми Стелла и начали играть с

корзинами с цветами. Обычно я бы проследил, чтобы они обращались с

цветами поаккуратнее и чтобы на пол не осыпались лепестки, но… Странно, но повернутость на аккуратности куда-то пропала. «Чистота и порядок» не

https://vk.com/beautiful_bastard_club

стоили того, чтобы за них так упорно сражаться. Куда большего внимания

стоили стремление защитить свою семью и упорно работать каждый день,

чтобы сделать мир лучше для каждого. И еще больше сил мне нужно как

отцу дочери – быть ее опорой и вырастить ее уверенной в себе и сильной.

Так что забавляйтесь с чертовыми цветами в свое удовольствие, детки.

– Хватит ее тискать, – заявил я и, растолкав толпу, взял свою дочку на

руки. С ее крохотными, плотно сжатыми кулачками и широко распахнутыми

внимательными глазами, она являла собой странное сочетание хрупкости и

значимости. Я сел на кровать рядом с Хлои, откинулся на подушки и

почувствовал, как она положила голову мне на плечо. Мы с любовью

смотрели на нашу маленькую девочку.

– Мэйси, – прошептала она.

– Лиллиан.

Хлои посмотрела на меня, приподняв голову и упрямо сжав челюсти.

– Мэйси.

Что еще я мог сделать, кроме как поцеловать ее?

– Чтобы заполучить себе лучшую женщину на земле, – шепотом сказал

я, – нужно начать с самого важного: любить ее такой, какая она есть, а не

такой, какой мне хотелось бы ее видеть. Самому стать таким, без кого она

жить не сможет. Стать ее правой рукой. Понять, что ей нужно. И тогда она

ни за что меня не променяет. Ни за какие сокровища мира.

И я стал тем, без кого Хлои не смогла жить. Стал ее правой рукой… и

отцом ее ребенка. А когда это случилось, каждый день я чувствовал себя

самым счастливым подонком на свете.

**КОНЕЦ**