— Ты у меня умница, Ирка! Не всякий мужик так соображает, как ты.

— А по-твоему, если женщина, значит, обязательно дура?

— Ты же знаешь, что я так не думаю, дорогая. Наоборот, я с тобой согласен. Нам лишний шум ни к чему. Да и старик этот на вид такой крепенький. Черт его знает, если дойдет до драки, кто из нас кому по башке даст?

— Да, Яша, побереги себя. Тем более, что еще есть женщины в русских селеньях.

* * *

Кирилл под давлением жены решил все-таки сходить к врачу. Уже в больнице он засомневался в своем решении.

— Я не понимаю, Руслана, зачем мы пришли, я и так все про себя знаю.

— Нет, Кирилл. Мы должны использовать самую малейшую возможность, чтобы постараться тебя вылечить. Я не хочу упрекать себя в том, что чего-то для тебя не сделала.

— Ну и какой в этом смысл? Подумай сама, Руслана. Ну, проживу я на день больше.

— Пускай нам удастся вырвать у смерти только один день. Зато мы проживем его с тобой вместе! — твердо сказала Руслана. — Мы будем бороться за каждый твой день, Кирилл. Не опускай руки! Я люблю тебя, Кирилл. И я не позволю тебе отказываться от своей жизни! Я буду всегда рядом с тобой.

— Спасибо, родная. Я зайду один. Подожди меня здесь. Мне так будет легче.

Кирилл зашел и поздоровался:

— Привет, Иван!

— Хорошо, что ты пришел, Кирилл. Садись. Как дела?

— Все как обычно.

— Боли усилились?

— Терпимо, Ваня. Ты лучше скажи, зачем ты позвонил моей жене? Зачем ты ей все рассказал и разрешил приехать? Я ведь просил тебя…

Онколог нервно покрутил в руках бланки направлений:

— Руслана сама позвонила. Я же говорил, что она обо всем догадается. А ты бы хотел, чтобы я скрывал от нее правду? Я больше не мог врать! Я ведь твой друг, Кирилл…

— Друг… Как же ты не понимаешь? Я не хотел, чтобы Руслана видела мои последние дни!

— А я не хотел, чтобы ты умирал один!

— Я не хотел, чтобы она видела мою слабость, мою беспомощность. Как же ты не можешь понять? Я ведь люблю ее! Я не хочу, чтобы она страдала, видя мои мучения. Мне все равно умирать… Но ее от этого я мог оградить!

— Ты эгоист, Кирилл.

— Это почему? — удивился Кирилл.

— Ты все решил за нее сам. А ты подумал е ее чувствах? Руслана тебя так любит. Думаешь, она не чувствует, что с тобой происходит? Да она извелась там, в этой хваленой Швейцарии! Волновалась за тебя, переживала, ,что не может ничем помочь. Руслана правильно сделала, что приехала! И очень хорошо, что она теперь с тобой рядом!

— Ты прав, Иван. Я эгоист. Потому что, если честно, я очень рад, что Руслана сейчас со мной. Мне ее так не хватало.

— Вот видишь! В общем, вот что, Кирилл. Я думаю, тебе надо еще раз пройти обследование. Возьмем анализы, сделаем томограмму.

— Зачем зря тратить время, Ваня? Ведь это не имеет смысла…

— Почему не имеет смысла, Кирилл? Я тебя не понимаю.

— Да все ты прекрасно понимаешь! Объясни мне, зачем это обследование? И ты, и я знаем, что я умру. И знаем, что скоро… Так что изменится? Ну увидишь ты, что эта проклятая опухоль стала больше, что метастазы дошли до мозга. От этого станет кому-нибудь легче?

— Ты пойми, Кирилл, это моя работа. А вдруг я что-то упустил, чего-то не заметил. Я должен все знать!

— Да… я понимаю. Тебе историю болезни надо заполнять, отчеты писать. Ну что ж… Делай свою работу, Ваня. Я согласен.

После всех процедур и анализов Кириллу хотелось только одного — побыстрее уйти, но Руслана хотела дождаться результатов.

Кирилл решительно потянул жену из этого неприятного для него помещения:

— Пойдем, Русланка!

— Подожди. Куда ты меня тащишь? — сопротивлялась Руслана.

— Давай пошлем эту больницу ко всем чертям! Завалимся сейчас с тобой в хороший ресторан, забудем про всех этих врачей, про все анализы! Я хочу провести мои последние дни с радостью! — Кирилл больше не хотел ожидания и нервотрепки.

— Нет, Кирилл. Мы дождемся результатов обследования. Я хочу знать всю правду, — жена села на стул и показала всем своим видом, что не уйдет, пока не разберется во всем сама.

Кирилл немного опешил:

— Я не думал, что ты у меня такой командир! Просто железная леди!

— Приходится быть железной. Господи, Кирилл, если бы ты знал, как я тебя люблю!

— И я тебя люблю, Русланка. Мне так тебя не хватало все это время.

— Зачем же ты меня отправил в эту чертову Швейцарию?

— Хотел, чтобы ты запомнила меня, сильным и бодрым…

— Дурак ты, Кирилл! Какой же ты дурак! Мы так бездарно потратили несколько месяцев! Последних, драгоценных месяцев… Мы ведь могли провести их вместе! Неужели ты думал, что я так глупа, что поверила тебе? Думал, я не замечаю, что ты стараешься скрыть от меня свою боль? Да разве я могла развлекаться, зная, как тебе плохо, зная, что ты тут совсем один!

— Прости, Русланочка… Я ошибался…

— Помнишь, когда мы венчались, обещали друг другу всегда быть вместе. И в радости, и в горе.

Кирилл обнял ее и серьезно сказал:

— Я хочу, чтобы ты запомнила: дороже тебя у меня никого нет.

В это время из кабинета вышел врач и пригласил их:

— Кирилл, Руслана, зайдите ко мне. У меня есть для вас важные новости.

Руслана взволнованно вскочила. Кирилл замер. Вот они — новости о будущем. Только какие?

— Новости у меня очень важные, — сказал онколог. — По результатам обследования получается, что. картина болезни очень изменилась. Я бы сказал, кардинально.

— Видимо, у меня и двух месяцев уже нет, — сказал Руслане Кирилл. — Не зря я не хотел сюда идти. Как чувствовал.

— Изменился не только прогноз, — продолжил врач. — Но и диагноз. Похоже, он был ошибочным.

— В чем ошибка? В сроках? Я умру раньше? Когда?

— По срокам я теперь не могу сказать ничего определенного. Дело в том, что в течении болезни произошел неожиданный поворот. Даже не представлял, что такое может быть.

— Наверное, когда болезнь так быстро прогрессирует, ничего невозможно точно предугадать, — предположил Кирилл.

— Иван Петрович, неужели нельзя хоть как-то остановить болезнь? — взмолилась Руслана. — Назначить новый курс лечения или сделать операцию. Мы на все готовы!

— В этом нет необходимости. Я уже использовал все известные медицине средства лечения! Сейчас речь идет совсем о другом. Я двадцать лет работаю в онкологии, но никогда такого не видел. Чтобы последняя стадия заболевания, колоссальный рост опухоли, и вдруг раз — и все! Взяла и остановилась.

— Что? — переспросила Руслана.

— По всем моим прогнозам опухоль должна была к этому моменту увеличиться в два раза. А она… она перестала расти! — сообщил врач. — Опухоль замерла, абсолютно не увеличилась с момента предыдущего осмотра. Должен признаться, что я растерян. В моей практике такое впервые. Скажи, Кирилл, ты принимал какие-нибудь препараты, кроме тех, что назначил я?

— Никаких. Честно говоря, и из назначенных я пил только обезболивающие.

— И ты больше нигде не лечился? Может, прошел какой-нибудь экспериментальный курс?

— Нет.

— Значит, лечение болезни в последнее время отсутствовало полностью. И как ты себя чувствовал?

— У меня исчезли боли. Боли прошли сами. Без таблеток.

— Вообще-то это невозможно, — заметил врач. — Я пока не могу точно определить, что произошло. Научных объяснений у меня нет. Единственное, что я могу сейчас сказать: такое ощущение, будто организм вдруг активно включился в борьбу с болезнью.

— Но если организм начал бороться с болезнью, он может ее победить? — с надеждой спросила Руслана.

— Сейчас рано делать подобные выводы.

— Но по поводу сроков ты можешь мне что-нибудь сказать? Сколько мне теперь осталось? — вернулся к самому страшному для себя вопросу Кирилл.

— Пожалуйста, не бери меня за горло. То, что с тобой произошло, для меня — чудо. А я с чудесами не работаю. Давать прогнозы я могу, только изучая и анализируя ситуацию. Я не ясновидящий. Но то, что произошло, действительно .дает повод для определенных надежд. Теперь важно не упустить момент, нужно помочь организму.

— Как? Снова горы таблеток? — спросил Кирилл.

— И таблетки, и обследования. Буквально через день.

— Я через день должен приходить в больницу? Я не выдержу! — Кирилл явно не хотел быть в больнице.

— В таком случае я не смогу ни диагноз уточнить, ни о прогнозах говорить.

— Мы будем ходить к вам через день, Иван Петрович. А если надо, и каждый день. Я за это отвечаю, — пообещала Руслана и улыбнулась Кириллу. — С того момента, как узнала о твоей болезни, я ни разу не чувствовала себя такой счастливой.

Супруги покинули больницу, обрадованные и обнадеженные тем, что узнали.

— Знаешь, я так себя настроил, привык к мысли, что скоро… все, конец, так сказать. И сейчас чувствую себя довольно глупо: будто мне дали то, чего я больше всего хотел, а я не знаю, что с этим делать, — взволнованно говорил жене Кирилл.

— Мы придумаем, как распорядиться твоей дальнейшей жизнью. Все-таки чудеса случаются. Нужно просто в них верить, — убежденно сказала Руслана.

Вдруг Кирилл остановился и сказал:

— Я вспомнил!

— Что?

— Кажется, я догадываюсь, почему это со мной произошло. Я знаю, что могло остановить опухоль. Кажется, это сделала та девушка, целительница…

— Та Маша, о которой ты мне рассказывал? — переспросила жена.

— Да, и это не может быть просто совпадением!

— Почему ты не сказал врачу, что лечился у целительницы? — удивилась Руслана.

— Не то чтобы я у нее лечился. Так, видел ее несколько раз. Она сказала, что чувствует мою боль. После общения с ней боль и пропала! Если мне помогла эта девушка, тогда она, похоже, волшебница. Надо сходить к ней. Я должен все рассказать и понять, что произошло. А вдруг я ошибаюсь? Так не хочется пустых надежд.

— Пойдем! Если это шанс, мы должны его использовать, — решительно сказала Руслана.

— Но мы с тобой никогда не верили в целительство, считали это шарлатанством.

— Сейчас я готова поверить во что угодно, если это тебе помогает, — тихо сказала жена.

* * *

Алеша пытался сделать хоть что-то для своего освобождения. В конце концов он был моряком и настоящим мужчиной, который не сдается даже в безвыходных ситуациях.

Он внимательно осмотрел все, что было вокруг, и наконец заметил то, что искал. Это был гвоздь, который можно было использовать для того, чтобы открыть наручники. Он осторожно, медленно подтянул его к себе, пододвинул еще раз и наконец взял в руки! Началась долгая работа, потому что открыть наручники гвоздем .не так-то просто. Но у Алеши было для этого и время, и терпение, и желание.

Он ковырял замок, опускал руки, чтобы отдохнуть, и все начинал сначала. Казалось, что это продолжается целую вечность. Но наконец его усилия оправдались, наручники упали, и Алеша освободился. Шатаясь, он встал на ноги, подошел к двери, подергал ее. Дверь была заперта.

Однако теперь можно было не только осмотреть, но и обследовать все помещение. Алеша пядь за пядью обыскал свою тюрьму и в небольшой нише обнаружил шар с древними украшениями, который спрятал Жора. Шар был железным, поэтому Алеша попытался с силой ударить им по замку, надеясь, что тот откроется. Но открылся не замок, а шар, и из него высыпались древние украшения.

Алеша присел на корточки и стал их рассматривать. Он вдруг вспомнил, что видел их в своих снах. Их носила девушка, похожая на Машу. Он стал перебирать украшения, узнавая каждое.

Ему казалось, что он давно знает все, что сейчас держит в руках. Сложив все снова в шар, Леша вернулся к основной задаче, которая перед ним стояла, — стал думать, как открыть дверь.

Ему удалось найти кусок проволоки, которым он стал ковырять в замке. Но от всех этих активных действий у него закружилась голова, и он потерял сознание.

* * *

Когда жизнь кажется невыносимой, многим хочется уйти от этого ощущения напившись. Конечно, это удел слабых. И хотя Костя слабым себя не считал, напился он основательно и пришел домой, едва держась на ногах. Он в очередной раз споткнулся, придержался рукой за стену и тут заметил в комнате отца.

— Привет, па… — начал он, но язык заплетался, и Костя замолчал.

— Это еще что? — строго спросил отец. — Ты откуда?

— Выпил в ресторане, — сообщил Костя. — А что?

— Не выпил, а напился, как свинья! — уточнил Самойлов.

— Хотел — и напился. Я совер-шенно-летний… — язык Костю явно не слушался. — Имею право…

— Я понимаю, ты переживаешь из-за брата, но надо же держать себя в руках! Нам сейчас нужны трезвые головы, надо быть готовыми ко всему… А ты где-то шляешься, когда в семье такое горе! — выговаривал сыну отец.

— Конечно, вы только о Лешке и можете думать! А на меня вам всем наплевать! — неожиданно обиделся Костя.