— Глупо, смешно и просто абсурдно! — заявила полуобнаженная красотка Вирджиния, пытаясь переубедить свою властную подругу.
— А вот и нет. Смотри, дорога через Лос-Анджелес и пригород свободна сегодня, как на заказ. Даже и не припомню, когда здесь было так легко проехать. Значит, мы все делаем правильно, — беззаботно ответила сидевшая за рулем «фольксвагена» Диана.
— Ни одна здравомыслящая женщина не позволила бы втянуть себя в подобную авантюру.
— Посмотрю, что ты скажешь, когда мы приедем. Вилла Квимби когда-то принадлежала кинозвезде. Ты не представляешь, что это за чудо! Тридцать комнат, теннисные корты, бассейн… А вид — просто дух захватывает.
— Ты совершенно меня не слушаешь! — рассердилась Вирджиния.
— Слушаю. Просто не взяла с собой словаря, чтобы переводить чушь, которую ты несешь, — возразила Диана, самодовольно улыбаясь. — Знаешь что, Джинджи, ты похожа на своих роботов.
— А ты — невозможный человек! Останови на следующей развилке. Самое разумное для меня — взять такси в обратную сторону.
— В таком наряде тебя затащит в кусты первый же встречный, — сухо заметила Диана. Не обращая внимания на отчаянное сопротивление собеседницы, она свернула с автострады на бульвар Санта-Моника. — Перестань ныть. — Она успокаивающе похлопала Вирджинию по спине. — Гарантирую, что ты отлично проведешь время. Праздник Всех Святых бывает только раз в году, а костюмированный бал, который устраивает Джером Квимби в своей калифорнийской усадьбе, — великое событие для компании.
— Но я не сотрудник компании, мне-то с какой стати на нем быть? И этот костюм! Он неуместен на женщине моего положения.
— Не знаю, не знаю. — По веселому лицу Дианы пробегали рекламные огни, делая его загадочно-насмешливым. — По-моему, как раз женщине твоего положения он и подходит. — Она засмеялась, не обращая внимания на возмущенное фырканье подруги.
— Когда устанешь от этого великолепного маскарада, найдешь меня в машине, — заявила та.
— Знаешь, что я в тебе заметила, Джинджи? При разговоре у тебя абсолютно неподвижны лицевые мышцы. Иной раз кажется, будто разговариваешь с машиной типа АВ-615.
— АВ-615 — очень хороший компьютер.
— Сдается мне, что вы родственники, — парировала Диана. — Я понимаю, что ты приехала сюда заниматься роботами, но едва ли создателю следует уподобляться своим машинам. — Она неумело присвистнула. — Джинджи, что случилось с той шаловливой, веселой девочкой, что ходила вместе со мной в школу в Бойсе?
— Это было так давно… А теперь я доктор физики, специалист по электронике и инженер-дизайнер… И перестань звать меня Джинджи.
— О, прошу прощения! — Диана закатила глаза и с сарказмом произнесла: — Теперь ты прославленная Вирджиния Фаррэл, почетный член физического общества и прочее, и прочее. Только вот куда исчезли влюбленные в тебя парни?
— Ты разговариваешь как девчонка из старшего класса. Пора повзрослеть.
— В чем-то я очень взрослая, — с усмешкой ответила Диана. — Но в чем-то никогда не повзрослею. Вероятно, именно поэтому я и работаю в такой веселой фирме. Кроме серьезных заказов, мы получаем заказы от производителей игрушек. Это мне как раз по душе. А работа с «Диснеем» — это просто фантастика!
Остановив машину у светофора, Диана вгляделась в сердитое лицо подруги.
— В костюмированной вечеринке есть что-то возбуждающее. Это высвобождает потаенные инстинкты. Ты ощущаешь себя дикой, необузданной и озорной. К тому же сегодня полнолуние, магическая ночь волшебства. — Диана заразительно рассмеялась.
— Ты можешь делать все, что тебе вздумается, а я останусь в машине, — холодным тоном заявила Вирджиния. — В таком виде я отказываюсь идти на вечер. Я вообще не понимаю, как тебе удалось уговорить меня напялить все это!
— Ты надела это потому, что за компьютеризованными мозгами скрывается твоя настоящая сущность. Отбрось условности, живи настоящим, принимай жизнь во всей ее красоте и стремительности. Так и поступала когда-то настоящая Джинджи, всегда готовая к приключениям и ищущая их.
— Ты преувеличиваешь, — протестующе поджала губы Вирджиния.
— Ничего подобного! Встретив тебя на прошлой неделе, я поверить не могла, что ты так изменилась. Ожидала увидеть прежнюю Джинджи — девчонку, когда-то околдовавшую меня своей смелостью. Ту, что была наказана за дымовую шашку, подложенную в кафетерий. Ту, что участвовала во всех озорствах мальчишек…
— Это было четырнадцать лет назад, — перебила Вирджиния рассерженно. — Не можешь же ты утверждать, что я должна такой и остаться.
— Ну, может, и не такой сумасшедшей, но уж никак не занудной ученой дамой, — грубовато парировала Диана. — Я ждала встречи со своей шальной школьной подругой. Господи, как весело мы жили! — Диана вздохнула. — Я надеялась тряхнуть стариной.
— Теперь у меня есть заботы поважнее дымовых шашек. Я приехала в Калифорнию, чтобы помочь вашей компании завершить проект, предназначенный для «Диснейленда». Когда все проблемы будут решены, я вернусь во Флориду, и фирма «Бриаклиф» направит меня на другую работу.
— Ты говоришь так, словно являешься частью оборудования… Как жаль, что администрация школы не поняла, почему тебе скучно учиться! Ведь твой интеллектуальный показатель равнялся ста шестидесяти единицам.
— Ста семидесяти трем, — автоматически поправила Вирджиния.
— Тем хуже для тебя. Ты превратилась в мозговой центр.
Вирджиния презрительно хмыкнула:
— Напрасны все твои насмешки.
Теперь уже рассердилась Диана:
— Недавно я слышала, как двое наших инженеров-механиков делились впечатлениями о тебе. По их мнению, ты — нечто вроде лабораторного кролика в халате и очках. Именно поэтому я и выбрала для тебя этот наряд. «Ах, кролик! — решила я. — Ну, я вам покажу, какой это кролик!» Они и понятия не имеют, какие у тебя ноги, не говоря уж о фигуре.
— Не увидят они ни ног, ни фигуры, — резко парировала Вирджиния. — Кстати, послушать тебя, так больше всего мне подошел бы костюм серой мышки Микки Мауса.
— Слишком откровенно, — усмехнулась Диана, направляя машину по боковой дорожке к частному владению. — Ты и так сделала себя серенькой мышкой.
Вирджиния проверила, закрыта ли дверца машины с ее стороны, и заявила:
— Ни за что не выйду отсюда.
— Я, конечно, ниже тебя ростом, но уверяю — я достаточно сильная. Ты пойдешь на вечер! И будешь вместе со всеми веселиться! — тихим, но угрожающим голосом проговорила Диана. — Ты одета так, как только может мечтать любая женщина. Костюм словно для тебя создан.
— Для меня?! — возмутилась Вирджиния. — Да я в нем как голая! Твое платье хоть что-то закрывает, а мое…
— Мне нельзя так беззаботно оголяться: моя фигура далека от идеала. А тебе, честно говоря, лучше бы всего вообще ходить без одежды: длинные ноги, узкая талия, божественные плечи…
— Чушь какая! В человеке главное — голова, а вовсе не длинные ноги. — Вирджиния каждое слово процедила сквозь зубы.
— Х-м-м. — Диана сосредоточенно нахмурила лоб. — У меня мысль! С твоими великолепными мозгами ты вполне бы смогла сыграть роль глупенькой женщины.
— Что?!
— Но это же старо как мир, — добродушно заметила Диана. — Я очень люблю наблюдать, как сообразительные женщины завоевывают внимание мужчин, неся полную околесицу. — Она хитро подмигнула подруге. — Все, что от тебя требуется, — это хлопать своими длинными ресницами, надувать губки и вздыхать. Будешь иметь грандиозный успех!
Желтый «фольксваген» въехал во двор обширной загородной усадьбы и остановился возле машин, уже стоявших здесь в несколько рядов. Многоэтажная вилла Джерома Квимби, построенная в испанском стиле, предстала перед подружками на склоне холма, искусно подсвеченная прожекторами. Аккуратно подстриженные кусты также освещались разноцветными огнями и отбрасывали замысловатые тени. Из дома раздавались звуки музыки, взрывы смеха и общий говор.
Диана нервно забарабанила пальцами по приборной доске, боясь, что Вирджиния опять начнет сопротивляться. Повернувшись лицом к подруге, она пристально посмотрела на нее:
— Джинджи, когда ты веселилась в последний раз? Когда обострялись все твои чувства, и ты ощущала себя энергичной и оживленной? Ты очаровательная и самостоятельная женщина, добившаяся многого. Но ты вся в работе, у тебя нет ни увлечений, ни развлечений. Не холодно ли тебе по ночам? Надо хоть изредка взбадриваться, а не цепенеть от одиночества и тоски. Когда-нибудь ты окончательно замерзнешь.
Вирджиния задумалась, глядя на себя в зеркальце над сиденьем. Пара ярко-розовых заячьих ушей лихо свисала на круто завитые белокурые локоны; Диана обрызгала их подкрашивающим лаком, и они из каштановых превратились в золотистые, романтически поблескивающие. Мастерски наложенный грим превратил привычную для нее самой простоватую Вирджинию в соблазнительную и чувственную. Шею закрывала черная бархотка, а ниже тело было обнажено до половины нежной упругой груди. Аромат цветущего жасмина исходил от великолепных плеч и рук. На запястьях — черные бархатные манжетки. Белый атласный костюмчик-мини с заячьим хвостиком дополнен полупрозрачными колготками и элегантными туфельками.
Ни яркий грим, ни экзотический наряд никак не могли принадлежать доктору физико-химических наук Вирджинии Фаррэл, «лабораторному кролику в халате и очках». Ученому, работающему в одном из крупнейших мозговых центров страны, было не до косметических ухищрений и сексуальной соблазнительности.
Отчаяние овладело Вирджинией. Глубоко вздохнув, она произнесла трагическим тоном:
— Последний раз я ощущала наплыв чувственного влечения лет десять назад. Но лучше бы мне совсем забыть о том неудачном опыте…
Диана виновато взглянула на нее:
— Джинджи, я не хочу подталкивать тебя на новый, может быть, неудачный опыт, но ты ведь была такой энергичной, такой наполненной жизнью, а теперь… — Она попыталась изобразить руками нечто бесформенное. — Что с тобой случилось? Помню, как я поздно приходила домой, а мама растерянно говорила, что тебя все еще нет.
Вирджиния потерла лоб, вокруг губ появились горькие складки.
— Твоя мать не любила меня. — Откинувшись на спинку сиденья, она задумчиво смотрела на разноцветные карнавальные огни парка. — Хотя, конечно, она немногим отличалась от других приемных родителей… Я была невозможным, невыносимым ребенком, которого следовало бы отослать обратно в детский дом. Но твои родители мирились со мной целых два года… Сознайся, Диана: это были худшие годы в твоей школьной жизни? — Вирджиния внимательно посмотрела на притихшую подругу.
— Ничего подобного! — решительно возразила та. — Ты была неугомонной выдумщицей, и мне это нравилось. Ты-то и сделала меня такой, какая я есть, — веселой, неунывающей, научила меня воспринимать жизнь без излишней серьезности… Твоя беда состояла в интеллектуальной скуке, а вовсе не в своенравном характере. И уж тем более ты не можешь винить себя в том, что тяжело переживала раннее сиротство, гибель родителей в автомобильной катастрофе.
— Да… Вся моя сущность восставала против того, чтобы кто-то заменил их. Сколько же хлопот я доставила людям, которые взяли меня в свою семью! Бесконечные капризы и строптивость улетучились, только когда я попала в колледж с интенсивным обучением. Потом был университет, после чего мне предложили писать диссертацию… А затем я оказалась в международной фирме «Бриаклиф» и стала безошибочной машиной, как те компьютеры, что я создаю. Ты права, увы.
— Ты любишь свою работу? — спросила Диана.
— Да, по-настоящему люблю. — Повернувшись лицом к подруге, Вирджиния улыбнулась, голос ее стал добрым и взволнованным. — Ни за что не променяла бы ее на жизнь обеспеченной домашней хозяйки при работающем муже… Я купила себе дом — уютный, симпатичный, в стиле швейцарского шале. И привыкла жить одна. Фактически я всю жизнь одна… Но люблю командировки. Получаю удовольствие от того, что моя работа нужна людям.
— Да, действительно нужна, — сделала ей комплимент Диана. — Ты работаешь над ошеломляющими проектами! Искусственные конечности, силиконовые чипы для робототехники… Ты имеешь все основания гордиться собой.
Вирджиния усмехнулась:
— Не относись к моей работе с излишним почтением. Мне приходится заниматься и смешными вещами. В прошлом году я была в Японии — разрабатывала там звуковые синтезаторы для компании по изготовлению игрушек. В этом году занимаюсь созданием серии роботов, в том числе устрашающих динозавров в вашей компании; они будут использованы во флоридском «Диснейленде».
— В профессиональном смысле ты добилась феноменального успеха. А как насчет личной жизни? — вернулась Диана к началу разговора. — Ты забыла, что такое веселье, ты разучилась радоваться.
"Приговоренные к любви" отзывы
Отзывы читателей о книге "Приговоренные к любви". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Приговоренные к любви" друзьям в соцсетях.