Он так сильно замерз, что чувствовал боль во всем теле.

Когда у Эдриана уже не осталось сил на то, чтобы поднимать ноги, он стал волочить их по земле.

Он отказывался думать о смерти.

Он думал о матери, об отце…

Пошатнувшись, Эдриан налетел на указатель. Снег, покрывавший его, осы́пался, и стала видна сделанная зеленой краской надпись. Тяжело дыша, Эдриан с трудом поднял голову, отчего ледяная корка на затылке хрустнула.

Сквозь метель виднелся теплый свет в окнах. Они добрались до Маллард-Коттеджа.

Но все еще не дошли до двери.

Ворота были закрыты, у входа лежали сугробы. Эдриану пришлось положить Болта на землю и отвязать поводья от руки. Деа обмотал их вокруг столбика ворот. Он по-прежнему был сосредоточен.

Ему пришлось собрать остатки сил, чтобы открыть ворота, – навалившись на них всем весом, Деа упал на колени, успев подставить руки. Сквозь перчатки Эдриан почувствовал ведущую к двери дорожку. Остатки сил ушли на то, чтобы заставить себя подняться, взвалить на спину Болта и, едва волоча ноги, потащиться к двери.

Эдриан споткнулся о ступеньку крыльца, скрытую под снегом, и упал. Со всех сторон подступала тьма, которую он мысленно отгонял прочь. Бранясь про себя – что угодно, лишь бы не потерять сознание, – он потянулся вверх, касаясь дерева пальцами, которые уже ничего не чувствовали. Опираясь на стену, Эдриан поднялся на ноги и дернул шнурок дверного звонка.

И мысленно поблагодарил Бога, когда звонок зазвонил.

Внутри послышался звук торопливых шагов, из окошка над дверью заструился свет. Эдриан зашатался, крепче прижимая Болта к себе, – и наконец услышал, как щелкнул замок.

Дверь открыла женщина с огненно-рыжими волосами.

«Это не мисс Трив…» – вот все, что подумал Эдриан.

Затем он услышал удивленный вздох. Худощавая женщина вышла вперед.

– Эдриан?

Он узнал ее голос, ее глаза, ее волосы – но все остальное изменилось. Он отвел взгляд, а затем с трудом заставил себя снова посмотреть ей в лицо.

– Я ехал домой… – Он удивленно уставился на нее.

Это было уже слишком. Эдриан сделал шаг и понял, что падает. Его сознание окутала тьма, и он свалился к ногам милой женщины, которая восемь лет назад, будучи еще невинной девушкой, соблазнила его.


Эбигейл Вулли чертыхнулась, нагнувшись над лежащими телами.

– Помоги мне занести их внутрь.

Ее горничная Агнесс наклонилась к ней.

– Боже милостивый! Неужто это и вправду лорд Деа?

Эбигейл перевернула его на спину, дала знак Агнесс взять его за плечи, а сама подняла за ноги.

– И он может стать последним лордом Деа, если мы как можно быстрее не занесем его внутрь.

– Том, иди сюда, парень! – Агнесс наклонилась и подняла Эдриана за укутанные плащом плечи. – Уфф… – Она тяжело выдохнула, поднимая его тело. – Он не легкий…

Эбби ничего не ответила: она была занята тем, что переносила через порог тело, которое казалось мертвым. Ее грудь сдавило так, что она едва могла дышать. Они уложили Эдриана на ковер в гостиной. Из кухни выбежал Том. Агнесс прикрикнула на него и велела перенести второго мужчину.

Эбби опустилась на колени возле головы Эдриана. Она попыталась убрать волосы с его лба, но обнаружила, что они заледенели.

– Тетя Эсме!

– Да, дорогая? Боже милосердный! – Худая и сутулая, Эсме остановилась в проходе, уставившись на лежащее на полу тело. – Это Деа?

– Да, а это, я полагаю, его кучер. – Эбби указала рукой на человека, которого как раз внесли в комнату Том и Агнесс. – Помнишь Болта?

– О, несомненно. – Эсме поглядела на мужчину, который был ниже ростом. – Мне было интересно, остался ли он с Деа.

Эбби удалось стянуть с Эдриана перчатки. Она принялась растирать его замерзшие руки. Они были белее снега, холоднее самой смерти.

– Нужны нагретые камни и горячая вода – да побольше.

Эбби поднялась на ноги, пока Агнесс закрывала входную дверь.

Том, худой, неуклюжий шестнадцатилетний парень-слуга, переступал с ноги на ногу у двери.

– Там лошади, мисс… Они привязаны к воротам. Мне их забрать?

– Да, сделай это. – Эбби посмотрела на человека, лежащего у ее ног. – Они, наверное, стоят целое состояние.

– Я позабочусь о них. – Том выскользнул за дверь.

Эбби подняла голову.

– Поставь их в конюшню и сразу же возвращайся, Том. Понадобится твоя помощь, чтобы поднять этих господ наверх. Нельзя терять время, нужно побыстрее их согреть.

– Это точно. – Агнесс, осматривавшая Болта, поднялась на ноги. – У этого, кроме того, что он насквозь промерз, огромная дыра в голове.

– Я поставлю чан. – Эсме направилась в кухню. – Принесите их одежду вниз – я повешу ее у огня.

Агнесс повернулась к Эбби.

– Где мы их положим? Не можем же мы раздевать виконта в холле.

Эбби повернулась.

– Бренди. Это должно помочь.

Ей и самой хотелось сделать глоток. Эдриан, в ее доме, замерзший до полусмерти, – все это не укладывалось у нее в голове. Взяв графин с полки в гостиной, она поспешила обратно в холл. Агнесс исчезла. Открывая графин, Эбби вздохнула. Она окинула взглядом крупное тело, лежавшее на полу в ее холле, и ей вдруг стало неуютно, словно хаос проник в ее дом и стены вот-вот начнут сжиматься. Вода ручьями стекала с незваного гостя, впитываясь в ковер и образовывая лужицы на полированном паркете.

– Вот. – Агнесс вернулась с двумя мерными стаканами. – Так будет проще.

Эбби плеснула в каждый стакан добрую порцию спиртного и отставила графин в сторону. Пока Агнесс занималась Болтом, Эбби присела возле Эдриана, приподняла его за плечи и положила его голову себе на колени. Склонившись над виконтом, она осторожно попыталась влить немного бренди в его замерзшие губы. Казалось, ей это удалось. Она влила еще немного, а затем потянула за шарф. Он весь смерзся, но там, где лед уже оттаял, был мягким и влажным.

– Никакого проку. – Агнесс поднялась на ноги. – Он не приходит в сознание. – Она повернулась к Эбби. – Так в каких комнатах мы их положим?

– Думаю, каморка рядом с твоей комнатой подойдет для Болта – можем перенести туда старую лежанку. А лорда Деа лучше разместить в комнате рядом с моей. Нужно будет ночью проверять их состояние.

– И то верно. – Агнесс повернулась к ступенькам. – Я постелю.

Эбби рассеянно кивнула, не сводя глаз с Эдриана. Она налила еще бренди, потом снова попыталась ослабить шарф. И ее усилия были вознаграждены – он сделал глоток.

– Вот, выпей еще.

Она опять поднесла стакан к его губам. На этот раз они разомкнулись, и когда она убрала стакан, лорд облизнул потрескавшиеся губы. Когда Эбби вновь поднесла к ним стакан, Эдриан сделал уже более уверенный глоток, а затем его веки дрогнули.

Концом шарфа Эбби нежно отерла его брови и ресницы от налипшего льда.

Глаза Эдриана открылись. Он взглянул на нее.

– Эбби?

Ей понадобилось время, чтобы прийти в себя. Прошло семь лет с тех пор, как она видела эти глаза так близко – достаточно близко, чтобы попасть под их влияние. Это были янтарные глаза хищника, все еще сохраняющие свою силу.

– Да, это я… – наконец смогла ответить Эбби. Затем, понимая причину его растерянности, добавила: – Теперь я здесь живу.

Она снова поднесла стакан к его губам, и Эдриан сделал еще один глоток.

– Сесть сможешь?

Не дожидаясь ответа, она потянула его вверх, не обращая внимания на мокрые пятна на своей юбке. Она помогала ему подниматься, пока он не сел. Но без ее поддержки Эдриан все еще с трудом удерживал равновесие.

Эбби нахмурилась.

– Нужно снять с тебя плащ. Он почти весь обледенел.

С помощью Эдриана Эбби в конце концов удалось стянуть с него длинный, богато украшенный серо-коричневый плащ. Одной рукой она отбросила плащ в сторону. Визитка Эдриана тоже была покрыта льдом.

– И это придется снять.

Следовало снять также и всю остальную промерзшую одежду.

– Дай мне сначала еще бренди.

Эбби выполнила эту просьбу. Эдриан взял у нее стакан, но, пока он пил, ей пришлось придерживать его, прижавшись к его спине и положив руку ему на грудь. Она знала, что он – его мускулистое тело – сейчас чувствует, ощущала исходящий от него холод.

Вошел Том, и Эбби махнула ему рукой, указывая на лестницу.

– Разожги огонь в комнате, которая находится рядом с моей. Да пожарче.

Том поспешил наверх, и Эбби снова обернулась к Эдриану.

Он протянул ей пустой стакан.

– Хорошо. Давай попробуем.

Снять его элегантную визитку было куда сложнее, чем плащ, – Эбби была рада, что Эдриан пришел в себя и мог ей помочь, потому что в одиночку ей это было бы не под силу. Когда она вполне резонно предложила (в тот момент, когда он наполовину выпутался из визитки), что, возможно, им просто стоит ее разрезать, Эдриан коротко заметил:

– Шлутц мне голову оторвет.

– Плевать, – ответила она. – Кем бы этот Шлутц ни был.

Эдриан рассмеялся.

– Это святотатство…

Он продолжал возиться с визиткой, и наконец ему удалось стянуть ее, не повредив, хотя эти усилия и утомили его.

– Сюда. – Подталкивая и подтягивая его, Эбби усадила Эдриана к стене, позволив ему опереться на нее спиной.

– Спасибо. – Он прикрыл глаза.

Эбби была вне себя от тревоги – он был таким холодным, таким бледным. Таким слабым.

– Выпей еще бренди. – Она взяла графин и снова наполнила стакан, вложив его лорду в руку. – А я займусь твоей комнатой.

Она помчалась вверх по ступенькам, не в силах выбросить из головы его смертельно-бледное лицо. Эбби согрела подушки у огня и застелила постель, а затем в поисках Агнесс поспешила к лестнице, ведущей на чердак. Том только что закончил разводить огонь в небольшом камине в каморке. Агнесс подтащила кровать настолько близко к огню, насколько это было возможно.

– Нужно следить, чтобы она не загорелась.

Эбби окинула быстрым взглядом комнату и кивнула.

– Давай поможем им дойти.

Втроем они спустились вниз.

– Думаю, – сказала Эбби, взглянув на Эдриана, – что если вы вдвоем понесете Болта, то я помогу лорду Деа.

Агнесс взглянула на него и кивнула.

– Хорошо. Только смотрите, чтобы он не упал со ступенек. И вы тоже.

– Буду осторожна.

Оставив Агнесс и Тома помогать Болту, Эбби подошла к Эдриану. Он все еще сидел, прислонившись к стене, с закрытыми глазами, а рядом стоял пустой стакан. Его рубашка промокла и липла к телу, подчеркивая мощную мускулатуру.

– Как Болт? – прошептал лорд, когда Эбби присела рядом с ним.

– Все еще без сознания. Сейчас они отнесут его наверх. – Женщина нежно сжала его руку. – Как ты думаешь, если я тебе помогу, ты сможешь подняться по ступенькам?

Медленно подняв веки, Эдриан посмотрел ей в глаза, а затем перевел взгляд на лестницу.

– Хм… – Его губы дрогнули, брови слегка опустились, но лицо лорда онемело, и ему не удалось нахмуриться. – Не попробуем – не узнаем.

Первая же задача – поднять его на ноги – едва не оказалась непреодолимой. Только когда Эбби подставила Эдриану плечо и взвалила его руку на свои плечи, крепко держа ее, он смог подняться – и тут же они оба зашатались. Эбби была рада, что никто не видел, как они тащатся через холл, точно пара пьяных танцоров.

– А я ведь никогда не танцевал с тобой, да, Эбби? – улыбнулся Эдриан, взглянув женщине в лицо, когда они подошли к лестнице.

– Да, никогда. – Она отвернулась. – А теперь сосредоточься на ступеньках.

Эдриан взялся рукой за перила, к облегчению Эбби, перенеся на них часть своего веса. Им предстояло преодолеть десять ступенек до площадки, а потом еще десять до второго этажа. Серьезное испытание.

На первом же шаге Эдриан остановился.

– Знаешь, я еду в Беллевер.

– Ты говорил, что едешь домой. – Эбби попыталась помочь ему, но одной ей было его не сдвинуть.

– М-м… Да, верно. Домой.

Эдриан соблаговолил сделать еще один шаг и остановился. Эбби бросила на него пронзительный взгляд.

– С меня довольно, знаешь ли…

– Довольно чего? – Она тоже остановилась, решив, что ему лучше самому выбирать темп.

– Их. – Эдриану было явно тяжело сфокусировать взгляд на ее лице. – Знаешь, как они меня зовут?

– Я знаю, что тебя прозвали «Скандальный лорд Деа».

Его губы изогнулись в горькой улыбке.

– Скандалы – это все, до чего им есть дело, тебе это известно?

– Могу себе представить.

Эбби помогла ему сделать еще один шаг. Затем еще один. Она уже начала надеяться, что они смогут дойти без остановок, но тут Эдриан пошатнулся и едва не упал в ее объятья. Только то, что он схватился за перила, уберегло его от падения.

– Гарпии! Все они…

Он взмахнул рукой. Эбби пришлось пригнуться, а затем она снова – сильнее – ухватилась за него. Его рубашка выбилась из брюк, делая Эдриана похожим на дикаря.

– Осмелюсь заметить, тебе следует подняться наверх.