И я, наконец, увидела Кевина около одиннадцати утра. Он остановился у моего стола и сказал собирать мои вещи. Мое сердце сжалось. Он знает? Он обнаружил, что я подорвала его доверие, находясь с Максом? Я почувствовала, что у меня пересохло в горле и началось небольшое пощипывание, которое появляется перед тем, как ты расплачешься, когда наворачиваются слезы.

- Ты выглядишь так, будто собираешься уходить, - сказал он. – Не беспокойся. Я пошутил. Или попытался, без разницы. Но ты должна собрать свои вещи и пойти со мной.

Я встала.

- Что происходит?

- Просто сделай это.

Он поставил коробку на мой стол и начал складывать в нее вещи. Я присоединилась к нему, и это не продлилось долго, когда мы закончили. Не так уж и много было на моем столе. Я убедилась, что упаковала ящик, который использовала, чтобы прятать мои многочисленные пакетики с семечками – привычка перекусывать, из-за которой Кевин однажды обратился ко мне, как к птичке.

Он вел меня по коридору к помещению, которое использовали, как кладовку. Он открыл дверь. Все посторонние вещи, которые хранились здесь, были убраны, и теперь это было помещением со столом, большим кожаным креслом за ним, и двумя симпатичными стульями для посетителей с другой стороны стола.

- Я думаю, ты заработала свое собственное помещение под кабинет, - сказал он, вставая в сторону, чтобы я могла войти.

Мой собственный кабинет. С окном! И за эти окном был вид большей части Лос-Анджелеса. Появился комок в горле, когда озарение ударило меня, что я уже продвигаюсь вперед в мире шоу-бизнеса. Только несколько месяцев назад я даже не мечтала сделать то, что уже сделала, а теперь в моем новом кабинете я почувствовала себя на своем месте.

- Вау. Спасибо, Кевин, - я поставила мою маленькую коробочку с принадлежностями на мой новый стол.

- Ты это заслужила. А теперь обустраивайся и возвращайся к работе, - он улыбнулся и развернулся к коридору.


***


Спустя час, я проводила интервью с еще одной начинающей актрисой, которая искала представительство. Ее настоящее имя Мадлен Островски, но, как и у многих других, чьи имена трудно произносить, она планировала использовать другую фамилию для профессии.

- Редфорд, - сказала она.

- Редфорд, - повторила я скептически.

- Звучит элегантно. Как богатое, успешно звучащее имя.

Я отреагировала на это настолько мягко, насколько могла.

- Люди могут подумать, что вы пытаетесь заработать на имени Роберта Редфорда.

- Кого?

О, Господи Боже. Она на самом деле не знает, кто такой Роберт Редфорд? В смысле, конечно, он был из другого поколения и вполне вероятно, что она не видела ни одного его фильма, даже из последних. Но что за начинающий актер или актриса даже не слышал имя «Роберт Редфорд»?

Когда я рассказала ей, кем он был, насколько большим его имя было в Голливуде, и повторила мое предыдущее опасение на этот счет – люди будут думать, что это дешевая уловка, использовать имя Роберта Редфорда, чтобы сделать ее более узнаваемой.

- Мы должны поработать над именем, - заключила я и начала просматривать ее резюме и фотографии.

- Мы? Это означает, что вы берете меня в качестве клиента?

Я замолчала. Не так делаются дела в агентстве Кевина.

Ей должно быть не понравилось мое молчание, представляя это, как плохие новости, она сказала:

- Мне действительно нужно это. Я сделал их только ради актерства, - она начала поднимать свою блузку. – Они еще немного болят…

- Нет, нет, - сказала я быстро. – Вам не обязательно делать это. На самом деле.

Такой полдень у меня был. Ох, ну. В конце концов, он прошел в моем новом, красивом кабинете.


***


- Я должен уехать из города на несколько дней.

Слова, которые исходили от Макса в трубке, разочаровали меня. Было только начало пятого и я сидела на своем столе, разглядывая мою новую обстановку и представляя, что я могла бы сделать со стенами.

Я начала привыкать видеть Макса так часто, или по крайней мере, разговаривать с ним по телефону каждый день, я знала, что мне будет не хватать его и это просто сделает мои рабочие дни более затянутыми, пока я не увижу его снова.

- Когда?

- Я уезжаю через пару часов. Есть несколько людей изучающих местоположение для съемок, и они, кажется, не могут договориться, поэтому я собираюсь сделать это сам.

- Ох, такой ответственный человек.

- Я слышу сарказм в твоем голосе?

Я засмеялась.

- Нет, ты много чувствуешь, - мне нравилось наше подшучивание, поэтому я решила быть веселой, чтобы облегчить свое разочарование.

- А ты, - сказал он. – Лучше следи за языком, а то я могу тебя отшлепать.

Мои брови взлетели до лба. Слава богу, он не мог увидеть их.

- Речь идет о времени, когда ты рос?

- Тебе нравится, хах?

- Мое любимое, - сказал я приглушенным голосом, пытаясь прозвучать сексуально. Правда в том, что меня никогда не шлепали. Никогда даже не задумывалась об этом. Но было что-то в мысли о том, что Макс делает это, отчего мои внутренности зашевелились немного. Ладно, сильно.

- Буду иметь в виду. Ты должна поехать со мной.

- Что?

- В мою поездку в Нью-Йорк.

Я никогда не была в Нью-Йорке раньше. Я так сильно хотела поехать. Но знала, что не могу.

- Мне нужно работать.

- Брось ее.

- Не могу, Макс. Особенно с тех пор, как у меня есть свой собственный кабинет.

Он присвистнул саркастично.

- И кто теперь большая шишка в городе?

- По-прежнему ты,- сказала я. Я рассказала ему о кабинете, и как Кевин предоставил мне его.

- Так что нет ни единого способа, что я могу бросить все на всю эту неделю. Это будет не очень красиво.

- Тогда ладно. Мы поедем на этих выходных. Я приеду забрать тебя, и мы отправимся. Я наслаждался нашими выходными загородом. Хорошие, тихие…

- Не такие тихие в спальне.

- Я породил это, - он хмыкнул. – Итак, у нас был тихий отдых. Теперь мы проведем еще один не-очень-тихий.


***


Макс и я переписывались и разговаривали по телефону все следующие дни. Он рассказал мне все о своей поездке, а я рассказала ему, как прошла моя неделя. Но больше всего мы говорили и подшучивали над нашими предстоящими выходными в Нью-Йорке.

Грей звонила в среду утром, когда я ехала на работу. Она сделала все в точности, как я попросила ее.

- Он работал последние два дня, - сказала она.

Несколько дней назад, когда я сказала, что хочу, чтобы она сделала кое-что, это было тем, о чем я ее просила. Все, что я хотела от нее, найти Криса, который вернулся домой, заставить меня почувствовать себя в безопасности, зная, что он больше не в ЛА, и именно так я ощутила себя, услышав ее новости.

- Слава Богу, - сказала я.

- Я думаю, ты имеешь в виду «Слава Грейс»

- Я бы не стала выкидывать такое, если бы была тобой, - сказала я. – Ты была главной причиной всего того, что произошло, в первую очередь.

Ее тон снова сместился к извиняющемуся, но я сказала ей забыть об этом.

- Спасибо, что проверила, - сказала я. – Ты еще не рассказала маме и папе, так ведь?

- Ни за что.

- Хорошо.

- Итак, - сказала она, меняя тему. – Ты встретила кого-нибудь?

Я хотела рассказать ей о Максе. Я действительно хотела. Я просто еще не была готова раскрывать это миру. И я не хотела, чтобы она переживала, чем я знаю, она будет заниматься. Она просто настолько относилась скептично к моей жизни в ЛА, как и мои родители. В то время, как родители в основном не одобряли, Грей беспокоилась обо мне. Все больше причин, чтобы пока не рассказывать ей.

Глава 6

Остаток недели прошел без осложнений. Я была рада, что больше не было собеседований с потенциальными клиентами. Я смогла сконцентрироваться на своей работе, которая в основном включала в себя координацию нашей PR-команды, чтобы убедиться, что аккаунты в социальных сетях наших клиентов были актуальными. Что также включало в себя отвечать фанатам. Перед тем как я получила эту работу, я не имела представления, как много взаимодействия между фанатами и звездами, было на самом деле между фанатами и PR-работниками.

Когда я добралась до дома в пятницу днем, не оставалось ничего, кроме как ждать. Я уже собрала вещи, и Макс пришлет за мной машину. Он возвращался из Ванкувера, - через ЛА, чтобы захватить меня, затем мы отправимся в Нью-Йорк.

Я села на диван и загрузила Твиттер, все время думая о том, что мой первый полет был, когда мне исполнилось двадцать, и теперь я проводила очередной перелет на личном самолете, в течении нескольких выходных. В какой водоворот это все обернулось.

Я получила смс от Макса: Машина будет у тебя в любую минуту.

Я ответила: Отлично! Не могу дождаться, когда увижу тебя.

Макс: Я скажу водителю, чтобы он поторапливался.

Я: Хаха. Где ты сейчас?

Макс: Приземляюсь в Бербанке. Ты хочешь есть?

Я: Только тебя.

Черт возьми. Я не должна была отправлять это. Ах, какого черта, - как будто я играю жестко, чтобы получить больше.

Макс: Ты плохая девчонка. Мне нравится это.

Я: Я не хочу есть.

Макс: Слишком поздно. Я уже заказал тебе еду. Увидимся.

Несколько минуть спустя, я была на заднем сидении черного Rolls Royce. Водитель был пожилым джентльменом по имени Сэмюель. Он спросил, хочу ли я выпить по дороге. Я отказалась, и он закрыл дверь, а потом погнал прямо в аэропорт Бербанка.

- Извините, - сказала я.

- Да, мэм.

- Это…ты…вы работаете на Макса?

- Нет, Мисс Роуленд. Не напрямую. Я работаю на себя, вообще-то. Мистер Далтон один из моих клиентов.

- Ох, ладно.

- Извините, что разочаровал, мэм.

Я посмотрела в зеркало заднего вида и увидела, что он смотрит на меня.

- Я не разочарована. Извините, что это так прозвучало.

- Все в полном порядке, мисс Роуленд.

- Зовите меня Оливия.

Он кивнул.

- Я бы не хотел, если вы не возражаете. Мне нравится, когда моя работа на высшем уровне, поэтому, хоть вы и вольны называть меня Сэмюелем, или как вам угодно, я предпочитаю обращаться к вам мисс Роуленд или мэм, если вы не возражаете.

- Какая у вас фамилия?

- Гарви.

- Хорошо, мистер Гарви, вы можете называть меня мисс Роуленд.

- Спасибо, мэм.

- Пожалуйста, сэр.

Он не засмеялся громко, но в зеркале я увидела в уголках его глаз морщинки, так я смогла, наконец, принести улыбку на его лицо.

К тому времени, как мы приехали в аэропорт, смеркалось. Красивый закат виднелся в конце взлетно-посадочной полосы. Личный самолет Макса приземлился на асфальт, дверь открылась и опустилась лестница. Когда мистер Гарви повернул к самолету, я увидела Макса, стоящего у подножия лестницы.

Он был одет в плотную белую футболку, джинсы и черные, походные ботинки. Так просто, но так чертовски сексуально.

Макс обошел вокруг и открыл мою дверцу, взяв меня за руку. Когда я встала рядом с ним, он обнял меня и подарил такой поцелуй, который вы дарите, когда не виделись с кем-то давно.

- Вау, - сказала я, когда он освободил мой рот от своего. – Тебя не было только несколько дней.

- Я скучал по тебе. Пошли.

Он повел меня к самолету, вверх по лестнице, и когда мы вошли на борт, я увидела, что на столе было несколько контейнеров на вынос из китайского ресторана. Я действительно имела в виду то, что сказала раньше, - что я не хотела есть, - но от всего этого, внезапно я проголодалась. Еда так хорошо пахала.

Когда самолет взлетал, Макс и я смотрели в окно. Я решила, что лучший способ наблюдать за закатом над спокойным горизонтом, был из взлетающего самолета.

- Давай есть, - сказал он.

Мы ели и разговаривали о Нью-Йорке. Макс знал, что я никогда там не была, поэтому он рассказал мне обо всем, что запланировал показать мне на выходных.

- У нас едва ли есть два дня, - сказала я.

- Мы все просчитаем.


***


Полет займет немного больше пяти часов, поэтому после перекуса, мы уселись вместе на том, что оказалось очень удобным сидением для двоих. Положив голову ему на грудь, я уснула, а когда проснулась, заметила, что прошло уже три часа. Макс спал, и я, пытаясь не разбудить его, встала, чтобы сходить в туалет.

Когда я вернулась, он проснулся.

- Я решил, что ты передумала насчет поездки и выпрыгнула, - пошутил он, потирая свои глаза и потягиваясь.