Весь день я провела с мыслями о том, чтобы скорее закончился день, и наступила ночь. Мне хотелось снова к Максу. Я начинала считать часы до того, как стемнеет. Только летом дни становятся длиннее, и мне приходилось ждать, когда же сядет солнце и на небе появится сонная луна с армией звезд.

Я ходила, как сама не своя, и как только стемнело, пошла в комнату, даже не поужинав.

Макс позвонил и сказал, что скучает по мне и у меня снова сердце начало биться быстрее.

– Я тоже очень хочу тебя видеть, милый.

– Хочешь, приеду и заберу? – Спросил он.

– Конечно, хочу. Безумно хочу, – тут же слова сами по себе слетели с моих уст.

– Тогда не буду дожидаться утра и сейчас же заберу тебя. Жди, любимая, я скоро буду.

Пока он ехал за мной, я уже вылезла из окна и ждала его на дороге, спрятавшись от родителей в кустах.

Макс появился буквально через пятнадцать минут, и я села к нему в машину.

– Кто это в кустах прячется? Может принцесса и она хочет скрыться от злодея? – Сказал он, когда заметил меня в устах. Он продолжал он шутить, даже когда я уже села в машину.

– Я разве похожа на принцессу? – Спросила я.

– Да, самая красивая принцесса, и сейчас её похитит страшный злодей! – Грозно сказал, Макс, и обнял меня.

Я не сопротивлялась его объятиям. Мы так и продолжали сидеть в обнимку еще некоторое время, так как он не хотел отпускать меня из своих объятий.

Через некоторое время, он завел свою машину, и мы тронулись с места. Только почему-то он свернул не в сторону леса, а поехали в темноте в неизвестном направлении.

– Куда это мы едем? – Спросила я у Макса, так как у меня не было представления в темноте, в какую сторону мы держали свой путь.

– Выросла в этих местностях и не знаешь дороги? – С улыбкой спросил Макс. А ведь следить за мной с подругой в темном лесу, ты могла. – Макс рассмеялся и дотронулся до моей щеки и ущипнул меня.

– Темно и я не могу разобраться в нашем местоположении,– меня смутило то, что он шутил насчет того, что мы с Мэри за ним следили в темноте.

– Со мной ничего не бойся. Если ты все же не можешь доверить мне свою жизнь, то Никс, точно не даст тебе заблудиться.

– А где он? – Спросила я и повернулась к задним сиденьям. Никс лежал и спал на задних сиденьях.

– Спит он. Сегодня он столько бегал по лесу, что уже не в силах шевелить своими маленькими лапками.

– Странно. Как это он не обрадовался мне и не проснулся? С ним все хорошо? Может он снова заболел? – С волнением в голосе спросила я.

– С ним все хорошо. Ты не представляешь, сколько он бегал в лесу, гоняясь за мышами. Он устал и спит крепким сном, – успокоил меня Макс, и я спокойно выпрямилась вперед.

Мы ехали по дороге, и никто из нас ничего не говорил. Только музыка играла в салоне, и мы слушали, как играла грустно скрипка.

– Какая красивая мелодия, – сказала я.

– Тебе нравится? – Спросил Макс, и свободной рукой обнял меня.

– Да, очень.

– Мне тоже очень нравится скрипка.

– Это дорога к озеру, – сказала я, наконец, рассмотрев знаки по трассе.

– Да, мы едем к озеру, Элис. Я взял с собой все необходимое, и мы проведем там ночь. Хотел сделать тебе сюрприз, но ты сама догадалась, – Он с досадой, но улыбаясь, посмотрел на меня.

Мы приехали к озеру, и ночная красота завораживала душу. Было слышно только кваканье лягушек и кузнечиков. Не знаю как, но с нашим прибытием к озеру, Никс тут же проснулся и выпрыгнул из машины. Его видимо разбудило кваканье лягушек, и он уже бегал по берегу, всматриваясь в воду.

Мы с Максом снова зашли в воду и купались там долго. Он сажал меня на свои плечи и сбрасывал в воду. Меня это забавляло как ребенка, и просила еще раз повторить этот трюк. Когда Макс устал, а я это заметила по его частому дыханию, я спросила:

– Макс ты устал? Наверное, я очень тяжелая.

– Нет, не устал, хотя моя принцесса порядком тяжелая, – начал шутить он.

Несмотря на то, что он противился, выходить из воды и еще хотел меня побросать, я взяла его за руку и сама вывела его на берег.

– Отдохни, Макс, – я и начала доставать одеяла и термос со стаканами, чтобы выпить горячий чай.

– Ты решила за мной поухаживать? – Спросил Макс и, схватив меня, повалил рядом с собой. Мы сидели в обнимку и смотрели на воду, как наше внимание привлек Никс. Он выследил большую лягушку и пристально смотрел на неё. Нас с Максом это рассмешило. Большая лягушка подпрыгивала и тяжело опускалась на камни. Никса это так напугало, что он подбежал к нам, чтобы найти у нас защиту от большой лягушки. Он расположился возле нас и больше не бегал по берегу. Только изредка поднимал на нас глаза и снова закрывал их. Через некоторое время, он вовсе и задремал и продолжал спать.

Мы накрылись с Максом одеялом и хотели спать, но назойливые комары не давали нам расслабиться. Нам все же пришлось перебраться в салон машины и, забравшись в его объятия, мне было так хорошо, что хотелось, чтобы остановилось время, и ночь никогда не кончалась.

Утро мы встретили на берегу озера. Снова искупавшись в воде, мы поехали домой. Никс тоже намочил лапки в воде, но за лягушками больше не бегал, хоть со всех сторон только и слышалось их кваканье. Старая и толстая лягушка так напугала щенка ночью, что у маленького щенка пропала всякая охота гоняться за хозяевами озера.

Приехав в село через полчаса, Макс высадил меня возле моего дома. Мне тайком от родителей удалось пробраться в свою комнату, где даже стены давили на меня. Любимый и родной дом словно хотел вытеснить меня. Но дом к моему желанию не имели никакого отношения. Это моя душа сама хотела снова оказаться рядом с Максом. За такое короткое время, что мы с ним общались, он занял мое место настолько сильно, что в целом мире для меня существовал лишь он – Макс.

В обед позвонил Макс и он снова и сказал, что уже скучает по мне. Меня его звонок так обрадовал, что вздохнула полной грудью. Через час он уже был у моего дома, и мы поехали к нему в лес. Нам снова было хорошо вместе. Мы старались наслаждаться обществом друг друга, насколько позволяло время. А время позволяло, так как у меня еще были каникулы. Что касается Макса, то и у него было много свободного времени, поэтому мы без общества друг друга не хотели терять свое драгоценное время.

Однажды, мы сидели вдвоем на свалившемся дереве возле домика и мило вели беседу.

–Элис, я часто думаю над тем, что бы было, если бы я не приехал в этот лес? Где бы я еще встретил свою лесную фею?

– Ты бы встретил городскую фею, – подшутила я.

– Думаешь, её бы тоже так сильно любил, как тебя?

– Не могу сказать. Может, любил бы, ведь ты умеешь любить и располагать к себе кого угодно. У тебя талант общения с людьми. Это я в тебе заметила с первого дня нашего знакомства, Макс.

– Если у меня и есть талант общения, то мне бы хотелось его тратить только на тебя и ни на кого больше, любимая.

– Я знаю, любимый. Я чувствую твою любовь. Даже если я далеко от тебя, я её чувствую и знаю, что она у нас взаимна. Макс, между нами редкая любовь.

– Я рад, что нашел место в твоём красивом сердце, родная.

– Без тебя так пусто было в жизни, Макс. Почему ты до сих пор не появлялся? Где ты был до сих пор? Почему ты заставлял меня ждать?

– Любимая, это все судьба. Я не при чем, если бы даже сильно этого хотел. Судьба сама решила, когда нам с тобой встретиться. Только знай, что я больше тебя рад нашей встрече и нашей бесконечной и взаимной любви, моя лесная фея.

– Макс, спасибо за любовь.

– Не говори мне спасибо, любимая. Это я должен благодарить тебя за то, что ты вообще есть в этом мире.

– Знал бы ты, как мне приятно слышать твои сладостные слова, Макс.

– Привыкай, любимая. Теперь ты всегда будешь их слышать от меня.

– Я буду тому только рада.

– А если ты еще устанешь от меня и моих признаний в любви?

– Этого никогда не будет, любимый. Нельзя устать от того, что дает смысл жизни.

– Только будь, Элис. Я самый счастливый человек в мире, раз сердце и тело лучшей девушки принадлежат мне.

–Хочется кричать о своей любви, – сказала я.

–Так кричи.

– Да, Макс, хочется кричать так сильно, чтобы вся планета услышала.

– Только зачем кричать о своей любви? Главное – это мы сами знаем о нашей любви.

– Но мне хочется, Макс, – не унималась я.

– Так тебе все же очень хочется, чтобы все знали о нашей любви? – С улыбкой спросил он.

– Очень, – тут же ответила я.

Мы пошли в сторону большого оврага, который располагался с левой стороны от домика. Глядя с высоты, можно было увидеть внизу на трассе, как машины, словно муравьи ползали по темной линии дороги. Стоя так высоко над оврагом, любое слово отдавалось эхом.

Макс подвел меня ближе к месту, где можно было стоять на безопасном месте. Мы стояли у обрыва, и он взял меня крепко за талию.

– Теперь кричи, любимая, – сказал он, убрав мои волосы с моего лица.

Я и крикнула:

– Макс, я тебя люблю!

Эхо отозвалось по всему лесу, и это было так приятно, что мне тут же захотелось это повторить. Только Макс меня перебил:

– Теперь моя очередь.

Он нежно прикрыл мне губы ладонью и сам крикнул:

– Элис, я люблю тебя!

– Я тебя тоже! – Вслед ему, крикнула я, высвободив свои губы от его пальцев.

Все громко произнесенные слова отдавались эхом. Казалось, что мир принадлежит нам двоим.

– Элис, теперь ты довольна? – Спросил Макс.

– Да, довольна. Пусть весь мир знает, как я тебя люблю, – ответила я.

– Тогда пусть! – Сказал он и снова крикнул, – навеки вместе!

Потом мы уже вместе с Максом крикнули:

– Навеки вместе!


Вдруг мы услышали какой-то шум со стороны дороги. Никс тут же залаял, Он все это время стоял и смотрел на то, как мы кричали о нашей любви. Переглянувшись, мы с Максом поспешили в ту сторону, откуда послышался шум.

В кустах с правой стороны от дороги лежал мужик и махал рукой.

– Помогите! – Кричал он с испугом.

Я тут же подбежала к нему и разглядела в нем нашего почтальона, который любил в любое время дня выпить несколько рюмок чего-нибудь покрепче. Мы с Максом подняли его вместе с его стареньким велосипедом, на котором он решил проехаться по лесной тропинке.

– Как я понял, это вы кричали? – Спросил он, стряхивая пыль с одежды.

Мы с Максом переглянулись и улыбнулись друг другу.

– Кричите о своей любви сколько угодно, только я отвлекся на ваши признания, и сбился с тропинки, – с улыбкой сказал он.

Я знала, что не наши крики о любви были причиной его ушиба, а градусы в его голове, но ничего не стала говорить. Я только начала стряхивать пыль с его пиджака.

– Я же говорил, что любить нужно тихо, – сказал мне на ухо Макс и рассмеялся.

– Это точно, – ответила я ему шёпотом.

Он тяжело отдышался и вытащил из сумки письмо. Я тут же почуяла запах спиртного, который исходил от него.

– Может, вы присядете, и я вам посмотрю ваши раны? – Предложила я почтальону, который порядком повредил свою одежду в кустах.

– Нет, доченька. Со мной все в порядке. Мне еще много писем раздавать в поселке и некогда сидеть и болячки свои считать, – сказал почтальон, широко двигая своими пышными усами. Он улыбнулся нам в знак того, что с ним все хорошо. Встряхнув снова пыль с одежды, он достал из сумки письмо и потянул Максу. Сев на свой велосипед, он умчался раздавать письма в селе, так как были еще в селе такие, которые получали и отправляли бумажные письма. Макс взял письмо и развернул его. С первыми строчками прочитанного письма, у Макса напряглись скулы. Это сразу стало заметно, хоть его скулы и прикрывала аккуратно подстриженная борода. По его выражению лица я поняла, что содержание письма является очень важным.

– Мне нужно ехать, причем срочно, – почесав свой висок, сказал он с каким-то волнением в голосе.

– Но что за срочность и куда ты едешь? – Спросила я, поглядывая то на Макса, то на письмо, которое он продолжал держать в руках.

– Элис, поверь, это очень важно. Меня не будет определённое время, и за Никсом некому будет присмотреть. Если тебя не затруднит, возьми его на время. Я обязательно вернусь, как только смогу, родная.

Макс говорил таким взволнованным голосом, что мне хотелось быстрее уверить его в том, что Никс до приезда хозяина, будет в надежных руках.

– Я возьму щенка. Не оставлять же его без присмотра? Только зачем тебе прислали это письмо, если существует электронная почта? – Несмотря на то, что я понимала по выражению лица Макса, что ему сейчас не до моих вопросов, я все же спросила его.

– Элис, милая моя, не время объяснять. Я решил не пользоваться мобильным телефоном и побыть наедине с природой. Только когда дела неотложные, то и бумажные письма человека достанут. Телефоном же я пользовался только с тобой.

Только тогда я поняла, почему с нашей первой встречи, Макс не писал и не звонил мне. Он начал пользоваться телефоном лишь только ради меня. Меня его слова так растрогали, что я его обняла и долго не отпускала от себя.