Дженнифер Нивен

С чистого листа

Jennifer Niven

HOLDING UP THE UNIVERSE


© Jennifer Niven, 2016

© Издание на русском языке AST Publishers, 2017

* * *

Керри, Луису, Анджело и Эду – вы помогаете мне держаться за мой мир, а также всем моим читателям – вы этот мир олицетворяете

– Аттикус, он же был очень милый…

– Все люди хорошие, Глазастик, когда их в конце концов поймешь.

Харпер Ли. Убить пересмешника

Я не гад, но собираюсь совершить нечто гадкое. И ты меня возненавидишь, и кое-кто еще меня возненавидит, но я все равно это сделаю, чтобы защитить тебя, да и себя тоже.

Это прозвучит как отговорка или самооправдание, но я страдаю тем, что называется «прозопагнозия», то есть не могу узнавать лица людей, даже тех, кого люблю. Даже свою маму. Даже себя самого.

Представь, что заходишь в помещение, где полно незнакомых людей, которые ничего для тебя не значат, потому что ты не знаешь их имен или биографий. А теперь вообрази: ты идешь в школу, на работу или, что хуже всего, к себе домой, где должен всех знать, вот только люди там кажутся тебе чужаками.

Вот так у меня складывается жизнь: захожу в помещение и никого там не знаю. Везде и всегда. Но я нашел выход: я запоминаю человека по походке. По жестам. По голосу. По волосам и по прическе. Запоминаю людей по приметам. Я говорю себе: «У Дасти оттопыренные уши и каштановая прическа «афро». Потом запоминаю эти факты, они и помогают мне найти младшего брата, но в действительности я не могу вызвать в памяти его образ с большими ушами и афро-прической, пока он не оказывается передо мной. Запоминать людей – это вроде некой сверхспособности, которой, похоже, обладают все, кроме меня.

Поставлен ли мне официальный диагноз? Нет. И не только потому, что, как предполагаю, это за пределами возможностей доктора Блюма, нашего городского педиатра. И не только потому, что за последние несколько лет на моих родителей свалилось столько проблем, что никому мало не покажется. И не только потому, что лучше не быть уродом и посмешищем. Но потому, что в глубине души я надеюсь: это все не так. Может быть, мое отклонение пройдет и рассосется само собой. А пока я живу по таким правилам:

Кивай и улыбайся всем.

Будь любезным и дружелюбным.

Будь «в теме».

Будь, черт подери, веселым.

Ходи на вечеринки, отрывайся, но не пей. Не рискуй потерять самоконтроль (это и на трезвую голову часто случается).

Будь внимателен.

Делай все, что от тебя потребуется. Будь хоть повелителем козлов. Кем или чем угодно, лишь бы не жертвой. Всегда лучше быть охотником, чем дичью.

Я говорю тебе все это не для того, чтобы оправдать то, что намереваюсь сделать. Но, возможно, ты запомнишь мои слова. Это единственный способ удержать моих друзей от того, чтобы они не сотворили еще чего похуже, и единственный способ прекратить эту идиотскую игру. Просто знай, что я никому не хочу причинить боль. Не этим и не поэтому. Хотя именно так и случится.

Искренне твой, Джек.

P. S. Ты – единственный человек, кто знает, что со мной.

ПРОЗОПАГНОЗИЯ: 1. Неспособность узнавать в лицо знакомых людей, обычно как результат травматических или функциональных поражений мозга. 2. Когда все окружающие – незнакомые или чужие.

Восемнадцать часов назад

Либби

Если бы из лампы у моей кровати выпрыгнул джинн, я бы попросила его исполнить три желания: чтобы мама была жива, чтобы никогда больше не случалось ничего плохого или печального и чтобы меня приняли в группу «Девчата» средней школы Мартина Ван Бюрена – лучший спортивно-танцевальный коллектив в штатах Висконсин, Иллинойс и Индиана.

А что, если тебя не примут в группу «Девчата»?

На часах 03.38, и глубокой ночью мысли начинают дико и беспорядочно скакать, как мой кот Джордж, когда он был еще котенком. Внезапно они принимаются карабкаться по занавеске. Вот раскачиваются, уцепившись за книжную полку. Вот они запускают лапу в аквариум, погрузив голову в воду.

А что, если ты снова попадешь в ловушку? Что, если придется выбивать дверь в столовую или ломать стену туалета, чтобы выпустить тебя? Что, если папа женится, а потом умрет и ты останешься с его новой женой и сводными братьями или сестрами? Что, если ты умрешь? Что, если никакого рая не существует и ты никогда больше не увидишь мамочку?

Я велю себе спать.

Закрываю глаза и лежу очень смирно.

Очень смирно.

Минута за минутой, которые тянутся бесконечно.

Я заставляю свои мысли лечь рядом и говорю им: «Спать, спать, спать».

А вдруг ты придешь в школу и поймешь, что там все по-другому и дети совсем другие, ты никогда не сможешь их догнать, как бы ни старалась?

Я открываю глаза.

Меня зовут Либби Страут. Вы, наверное, слышали обо мне. И, наверное, видели видеосюжет о том, как меня вызволяют из моего же дома. По последним данным, это видео посмотрели 6 345 981 человек, так что существует большая вероятность того, что вы – один из них. Три года назад я была Самым Толстым Подростком Америки. В то время я весила 261,2 килограмма, то есть лишний вес составлял 200 кило. Я не всегда была толстухой. Если вкратце изложить мою историю, то у меня умерла мама, и я растолстела, но каким-то образом все же осталась жива. В этом нет ни малейшей вины моего отца.

Через два месяца после моего спасения мы переехали в другой район на другом конце города. Теперь я могу самостоятельно выходить из дома. Я сбросила почти 121 килограмм. Общий вес двух здоровых людей. Мне осталось скинуть еще 76 кило, и меня это вполне устраивает. Я нравлюсь себе такой. Во-первых, теперь я могу бегать. И ездить на машине. И покупать одежду в торговом центре вместо того, чтобы заказывать ее. И я могу кружиться. Кроме того, я перестала бояться, что у меня откажет какой-нибудь внутренний орган, а это, наверное, самое лучшее в моем теперешнем положении.

Завтра у меня первый школьный день аж с пятого класса. Меня станут называть старшеклассницей, что, согласитесь, звучит куда лучше, чем Самый Толстый Подросток Америки. Но трудно испытывать что-либо иное, кроме ВСЕПОГЛОЩАЮЩЕГО УЖАСА.

Я жду, когда начнется приступ паники.

Джек

Кэролайн Лашемп звонит еще до того, как у меня срабатывает будильник, но я перенаправляю ее на голосовую почту. Знаю – что бы там ни было, это не сулит ничего хорошего, и виноват в этом я.

Она звонит три раза, но оставляет всего одно сообщение. Я едва не удаляю его без прослушивания, но вдруг у нее сломалась машина и она попала в беду. Кэролайн все-таки девушка, с которой я периодически встречался последние четыре года. (Да, мы из тех самых парочек. Встречаемся-расстаемся, ссоримся-миримся, а все вокруг полагают, что мы наконец-таки поженимся и умрем в один день.)

Джек, это я. Знаю, сейчас у нас пауза в отношениях или вроде того, но она моя двоюродная сестра. Моя ДВОЮРОДНАЯ СЕСТРА. Я серьезно – моя двоюродная сестра, Джек! Если ты хотел отплатить мне за то, что я с тобой рассталась, то поздравляю, урод, тебе это удалось. Если сегодня увидишь меня на занятиях, в коридоре, в столовой или вообще на планете Земля, не заговаривай со мной. И вообще, сделай одолжение и проваливай к черту.

Через три минуты звонит ее кузина, и сначала мне кажется, что она плачет, но потом на заднем плане слышится голос Кэролайн, и кузина принимается орать, а вслед за ней и Кэролайн. Я удаляю сообщение.

Через две минуты приходит эсэмэска от Дэйва Камински – он предупреждает, что Рид Янг хочет дать мне в морду за то, что я приударил за его подружкой. Набираю в ответ: «Я твой должник». И это не пустые слова. Если уж считаться, то Кам выручал меня гораздо чаще, чем я его.

Весь этот шум вокруг девчонки, которая, если честно, была так похожа на Кэролайн Лашемп, что – по крайней мере сначала – я решил, это она и есть, а значит, происшедшее неким странным образом должно льстить Кэролайн. Это походило на прилюдное признание, что я хочу вернуться к ней, хотя она и бросила меня в первую неделю лета, чтобы встречаться с Заком Хиггинсом.

Я хочу отправить ей это все эсэмэской, но вместо этого выключаю телефон, закрываю глаза и думаю, как бы перенестись обратно в июль. Тогда меня волновало лишь то, не устроиться ли на работу, а также не пошарить ли по местной свалке, не соорудить ли какие-нибудь (умопомрачительные) проекты в своей (чумовой) мастерской и не потусить ли в компании своих братьев. Жизнь сложилась бы куда легче, если бы в ней присутствовали лишь Джек + свалка + чумовая мастерская + умопомрачительные проекты.

Не надо было тебе ходить на эту вечеринку. И не надо было пить. Ты же знаешь, что после выпивки ты шалеешь. Избегай алкоголя. Избегай скопления людей. И людей избегай. Все кончается тем, что ты их злишь.

Либби

На часах 06.33 утра, я давно встала и теперь любуюсь на себя в зеркало. Не так давно, чуть больше четырех лет назад, я не могла и не желала видеть свое отражение. На меня глядело лишь надутое лицо Мозеса Ханта, кричавшего на всю игровую площадку: «Тебя никто никогда не полюбит, потому что ты жирная!» И лица остальных пятиклассников, когда они принимались хохотать. «Ты такая здоровенная, что луну заслоняешь. Мотай домой, толстомясая, домой, к себе в комнату…»

Сегодня я по большей части вижу лишь себя – миленькое темно-синее платье, кроссовки, средней длины каштановые волосы, которые моя добрейшая, но немного сдвинутая бабуля однажды описала как «точь-в-точь масть шотландских коров». А еще я вижу отражение своего огромного кота, похожего на гигантский, чуть грязноватый ватный шар. Четыре года назад у него диагностировали порок сердца и дали ему полгода жизни. Но я достаточно хорошо его изучила, чтобы знать: Джордж сам решит, когда настанет время уходить.

А сейчас, по-моему, он велит мне дышать.

Так что я дышу.

Я довольно-таки хорошо научилась управлять дыханием.

Смотрю на свои руки, и они не дрожат, хотя ногти обкусаны до самого мяса, и, что странно, я чувствую себя довольно спокойной. Я понимаю: приступ паники так и не случился. Это повод для маленького праздника, так что я ставлю один из старых маминых альбомов и танцую. Танцевать я люблю больше всего на свете и именно танцам собираюсь посвятить всю свою жизнь. Я не брала уроков с десяти лет, но танец живет во мне, и никакое отсутствие тренировки не сможет это изменить.

Я говорю себе: «Может, в этом году ты попытаешься попасть в «Девчат».

Мысли упираются в стену и застывают там, трясясь. А что, если этого не случится? А что, если ты умрешь до того, как с тобой произойдет что-нибудь хорошее, удивительное или поразительное? В последние два года единственное, что меня волновало, – как остаться в живых. Целью всех людей в моей жизни, включая меня саму, было: мы должны сделать все, чтобы тебе стало лучше. И вот теперь мне лучше. Неужели я их всех подведу, после того как они потратили на меня столько времени и сил?

Я начинаю танцевать быстрее, чтобы отогнать эти мысли, пока в дверь не стучится папа.

– Знаешь, я сам обожаю начать утро с заводной песенки Пэт Бенатар, но возникает вопрос: а как же соседи?

Я немного убавляю громкость, но продолжаю двигаться. Когда песня заканчивается, нахожу маркер и украшаю кроссовку цитатой. Пока ты живешь, всегда чего-то ждешь, и даже если знаешь, что будет плохо, что же тут можно поделать? Не можешь же ты перестать жить (Трумен Капоте. Хладнокровное убийство). Потом тянусь за помадой, которую бабушка подарила мне на день рождения, наклоняюсь ближе к зеркалу и крашу губы в красный цвет.

Джек

Снизу доносится шум воды в душе и голоса. Накрываю голову подушкой, но слишком поздно – я уже проснулся.