— Илай и Челси терпеливо слушали душераздирающие подробности, из вежливости не перебивая Рэнди. — Так вот, жена не раздумывая переметнулась к высокому стройному брюнету, а муж остался с носом. — Рэнди мечтательно вздохнула. Только, боюсь, на самом деле все случается по-другому и, как правило, заканчивается куда хуже. Не хочу разочаровывать тебя, Челси, но я плохая советчица в этих вопросах, если речь идет о реальной жизни.
Они больше не касались этой темы, но после нескольких дней раздумий казавшееся единственно верным решение было найдено.
В скором времени Лесли получил письмо, отпечатанное на фирменном бланке популярного местного врача. Тот уведомлял его о том, что, обследовав некую мисс Хизер Олбрайт, установил беременность. При этом Олбрайт заявила, что отец ребенка — Лесли Харкурт.
Шутка сработала совсем не так, как планировали Илай и Челси. Когда ошарашенный Лесли потребовал объяснений у своей подруги, та и глазом не моргнув объявила, что все это — чистая правда. Каким образом дети попали в точку, остается только гадать. Впоследствии Рэнди старалась скрыть все это от Илая.
Однако Хизер пригрозила Лесли судебным преследованием, если он не разведется с матерью Илая и не женится на ней.
Сострадательная Рэнди сказала, что следует прежде всего подумать о неродившемся ребенке и Лесли получит развод в самое ближайшее время. Харкурт нагло ответил, что подобная спешка устраивает его лишь при выполнении двух условий Рэнди заплатит половину судебных издержек и удовлетворится минимальными алиментами до восемнадцатилетия Илая. Он великодушно согласился оставить ей дом, упомянув, однако, что кое-какие ценные для него вещи прихватит с собой.
Выплаты же по закладной, конечно, остаются на Рэнди.
Едва отъехал автомобиль Лесли, потрясенные Илай и Челси обменялись взглядами, еще не осознав до конца, что же они, собственно, натворили, и боясь открыть правду кому бы то ни было.
Через неделю после свадьбы с Лесли Хизер сделала аборт.
Больше всего Илай боялся, что это известие приведет Рэнди в отчаяние, но та лишь только улыбнулась:
— Ничуть не сомневалась в таком исходе. Умная миссис Хизер избавилась от ребенка, потому что это наверняка входило в ее планы.
Больше Илай никогда не заговаривал с матерью на эту тему и безмерно радовался, что ее не огорчил развод, Итак, Илай завел свой велосипед в заросшую травой бетонную трещину перед домом и бросил быстрый неприязненный взгляд на удаляющийся отцовский автомобиль. Несомненно, он заезжал, чтобы уговорить Рэнди подождать еще немного с выплатой алиментов. Лесли загребал около сорока семи тысяч долларов в год, торгуя подержанными автомобилями в перерыве между карточными играми.
Безусловно, Харкурт обладал редким талантом продать любому прохожему все что угодно. Из этих денег Рэнди видела не более двадцати тысяч и экономила на всем, порой ударяясь в философию:
— Чтобы успокоить плачущего ребенка, бывает достаточно развернуть перед ним красивую конфету. Я занимаюсь приблизительно тем же, только со взрослыми людьми. Разница лишь в том, что конфету ребенок может съесть, а вот взрослый…
По-моему, это просто тщетная попытка заполнить пустоту. К несчастью, люди не платят за услуги подобного рода. Да, Илай, пожалуй, я хотела бы воспользоваться только одной реальной возможностью — стать компаньонкой какой-нибудь старой, очень богатой и приличной дамы, то есть такой, которая не только лакомится попкорном перед видео изо дня в день, но интересуется чем-то еще Илай знал, что все героини любимых романов матери либо становились владелицами огромных корпораций, не достигнув и двадцатилетнего возраста, либо работали официантками в третьесортных забегаловках и вечерами прилежно посещали муниципальные школы По этому поводу Рэнди справедливо замечала:
— Если бы все женщины на земле делились лишь на эти две категории, кто бы тогда читал эти романы?
Илай очень радовался, что мать понимает хотя бы это и не считает прочитанное единственно верной моделью мироздания. Но по большому счету Рэнди нельзя было назвать непроницательной, напротив, иногда Илаю приходило в голову, что мать наделена редким даром безошибочно проникать в самую суть вещей.
Он взбежал по ступенькам и распахнул дверь:
— Что ему здесь понадобилось?
Порой Рэнди казалось, что Илай не прочь пырнуть отца своим перочинным ножом. Стараясь не встречаться с настороженным взглядом сына, таким же, как у члена наблюдательной комиссии при вскрытии урн с бюллетенями, Рэнди равнодушно ответила:
— Так, ничего особенного…
— И сколько же ты ему дала? Готовая выслушать все что угодно, она опустила глаза — Мама, — настойчиво продолжал Илай, — все равно я узнаю правду, мне нетрудно вскрыть банковские файлы. Итак, сколько денег ты выложила этому?..
— Сынок, не забывайся! Пока что деньги в нашей семье зарабатываю я.
Слушая мать, Илай прокручивал в голове цифры. Он прекрасно помнил, сколько денег на банковском счете матери, и мгновенно вычислял проценты. Кроме того, на всякий случай он держал под контролем содержимое ее кошелька, поэтому уверенно заявил:
— Пару сотен баксов, а? Чеком. — Это был максимум, но, зная характер папаши, Илай не сомневался, что тот не удовольствуется скромной подачкой.
Поскольку Рэнди молчала, мальчик удостоверился, что не ошибся ни в сумме, ни в форме выплаты. Челси имела все основания поздравить его с выдающимися аналитическими способностями. Он сквозь зубы процедил несколько слов, которых никогда не употребляли в школе и избегали в литературных произведениях.
— Илай! — сурово бросила Рэнди. — Я запрещаю, слышишь, запрещаю тебе обзывать родного отца такими словами! — Но ее лицо быстро смягчилось: Дорогой, ты еще слишком молод для цинизма. Прости за банальность, но необходимо верить людям. Конечно, мне тяжело, что теперь ты растешь без отца Не возражай, уверена, что и ты переживаешь сложившуюся ситуацию.
Мальчика передернуло:
— Должно быть, мама, ты опять насмотрелась по телевизору своих дешевых шоу? Это я-то переживаю? Да он ко мне и близко не подходил, пока жил с нами!
Послушай меня: отец — законченный эгоист и самодовольный ублюдок!
Рэнди нахмурилась:
— Так это или нет — не важно! Он твой отец!
— К сожалению. Как бы мне хотелось, чтобы ты хоть раз в молодости наставила ему рога и моим настоящим отцом вдруг оказался кто-нибудь из августейших особ маленького, но очень богатого европейского государства!
Рэнди невольно улыбнулась. Она не могла долго сердиться на Илая, когда тот неодобрительно высказывался о ее бывшем супруге. Как-никак, но он, пусть еще по-мальчишески, все же старался защитить ее. Правда, в одном Рэнди не рискнула бы признаться ему, опасаясь, что он возненавидит ее: она продолжала любить Лесли, и очень сильно даже после развода. Рэнди ничего не могла с собой поделать и боялась, как бы Илай не заметил этого.
Господи, как им обоим надоели проделки Лесли с уплатой алиментов! Илай, не сдержав раздражения, плюнул и пошел в свою комнату. Харкурт-старший задолжал им уже за полгода, а теперь еще нахально приходит к его матери, пустив для убедительности несколько слезинок, рассказывает ей о том, как тяжело переживает разрыв, и клянчит последние деньги!
Зачем расстраивать мать и сообщать ей, что вконец обнищавший папочка совсем недавно приобрел в кредит последнюю модель «мерседеса» за шестьдесят тысяч, а выплаты за такую покупку бьют по его карману? Для Илая и Челси это не было секретом — они свободно вскрывали банковские коды и знакомились с информацией, считавшейся строго конфиденциальной.
Он полчаса ходил по своей комнате, кляня про себя отца на чем свет стоит, но заметив в окно, как Рэнди заботливо ухаживает за садовыми розами, растущими возле дома, снова вышел в гостиную, где обложил Лесли уже вслух:
— Если ты, скотина, не заплатишь моей матери в течение двадцати четырех часов за три месяца, а потом за три следующие, клянусь, твой говенный «мерс» узнает, что такое фунт сахара в топливном баке! — С этими словами Илай поднял телефонную трубку…
…Ровно через двадцать четыре часа Лесли принес деньги и, косясь на Илая, стоявшего позади матери, начал велеречиво расхваливать ее долготерпение, а также добавил что-то о всеобъемлющей доброте и ответственности людей друг перед другом. Илай свирепо посмотрел на отца, и тот быстро ретировался, не забыв при этом упомянуть, что оставшуюся трехмесячную задолженность непременно погасит в течение следующих тридцати суток.
Илай, с трудом сдержавшись, так и не крикнул ему вслед, что через месяц он уже будет должен не за три месяца, а за четыре.
Когда Лесли, улыбаясь и пятясь, как собака, наконец-то отбыл, Рэнди торжествующе повернулась к сыну:
— Видишь? Я же говорила: людям нужно верить, твой отец, кажется, одумался!
Мальчик промолчал, но десятью минутами позже уже что-то возбужденно рассказывал по телефону Челси.
— Встречаемся в Шервудском лесу, — с готовностью ответила Мэриан-Челси.
Глава 3
— Что будем делать дальше?
Они сидели на качелях в «Шервудском лесу» — в саду родителей Челси, владевших земельным участком в двадцать акров. Такого огромного участка не было ни у кого в Денвере В свое время Гамильтон купил четыре дома, стоящих рядом, три из них снес и стал обладателем такой обширной площади. Вообще-то отцу Челси не нужно было столько земли, но это позволяло ему важно пыжиться, когда про него говорили, что он владеет более чем восемью гектарами Денвера.
— Не знаю… — пробормотал Илай. — Я не могу бросить мать на произвол судьбы — это ясно как Божий день. Как только я уеду, Лесли опять начнет тянуть из матери последнее.
После рассказа Илая о недавних событиях Челси ни на секунду не сомневалась в этом. Тем более что визит экс-папаши за очередной суммой повторялся уже не единожды.
— Думаю… — начала она и замолчала, надеясь, что Илай сам предложит какую-нибудь идею. Челси внезапно вскочила и, взглянув на мальчика сверху вниз, увидела его понуро опущенную голову. — Послушай, по-моему, мы должны до Рождества найти Рэнди нового мужа.
Он презрительно фыркнул:
— Как-то раз мы уже пробовали, помнишь? Не знаю уж почему, но матери всегда нравились такие мужчины, как Лесли. А им нужны были только ее деньги.
Взять в долг и забыть вернуть — вот их жизненное кредо.
— Я знаю, но ведь если найти ей мужа, похожего на героя ее любимых книжек… Ну, вроде… Помнишь, она рассказывала про высокого черноволосого красавца миллиардера? Того самого, который…
— Миллиардера?
— Ага! Отец говорит, что сейчас инфляция, поэтому миллионеры и даже мультимиллионеры не годятся.
Порой Илая даже пугало то, что он и Челси так по-разному относятся к деньгам. И ему, и матери две сотни долларов казались не то чтобы огромной, но весьма солидной суммой. Гамильтоны же вызывали на дом парикмахера для своей ненаглядной Челси и выкладывали за визит триста.
— У тебя нет на примете знакомого миллиардера? — весело спросила она, но мальчик даже не улыбнулся.
— Есть. Более того, он мой лучший друг, среди взрослых, конечно.
Челси недоверчиво вытаращила глаза — больше всего ей нравилось в Илае то, что он умел всегда и неожиданно удивить ее. Казалось, у него про запас припрятана бездна всяких тайн и секретов.
— Где же ты встретился с миллиардером и как он стал твоим лучшим другом?
Ты не заливаешь?
Мальчик задумчиво смотрел на Челси. О, она прекрасно знала это замкнутое выражение лица, свидетельствующее о том, что из него ни слова не вытянешь.
Лишь через два дня он снова назначил встречу Челси в «Шервуде». Никогда еще она не видела Илая таким возбужденным, с лихорадочным блеском в глазах.
— Что случилось? — шепотом спросила она, охваченная ужасными предчувствиями.
Мальчик протянул ей свежий номер газеты, и Челси встревожилась еще больше, заметив, что у него дрожат руки Прочитав небольшую заметку, молча указанную Илаем, она совсем растерялась. Речь шла о некоем Франклине Таггерте, одном из президентов компании «Монтгомери — Таггерт энтэрпрайз». С ним произошла неприятность — двойной перелом правой руки Сообщалось, что Таггерт до полного выздоровления останется в своем домике, затерянном где-то в Скалистых горах.
Назначенные встречи и заключение контрактов откладываются. Челси опять пробежала глазами заметку.
— Ну и что?
— Как что? Это и есть мой друг! — Он произнес это с таким пылом, что Челси затрепетала, но, впрочем, быстро пришла в себя.
— Это и есть твой миллиардер? — недоверчиво спросила она.
— Кстати, это была твоя идея. Иногда твоя логика хромает еще сильнее, чем у моей матери — Челси задели эти слова. — Если помнишь, ты на днях утверждала, что Рэнди необходим новый муж, причем с деньгами. Но не могу же я отдать ее первому встречному, пусть даже богатому? Ко всему прочему претендент на ее сердце должен обладать чуткостью и деликатностью.
"Сердечные перемены" отзывы
Отзывы читателей о книге "Сердечные перемены". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Сердечные перемены" друзьям в соцсетях.