ГЛАВА 17

АЛИНА


Я едва не кричу в голос. Что он со мной творит… Что вытворяют его наглые пальцы внутри меня… Меня всю трясет, я забываю обо всем, мой мужчина, только мой. Не хочу делить его ни с кем и в этот момент мне так плевать, женат ли он или нет. Есть ли в его жизни другие женщины или нет. Наплевать на них всех. Одним движением он раздвигает мои ноги. Его горячие пальцы бесстыдно во мне, я закусываю губу до боли пытаясь пережить эту пытку. Мне словно сносит крышу, я как одержимая, только могу судорожно ртом хватать воздух. Гаспаров резко тормозит, толкает дверь и выходит из машины. Я откидываюсь на сидении, тяжело дышу, когда я успела стать такой развратной сучкой — сама не знаю… Гаспаров открывает дверь и вытаскивает меня на улицу. Мы за городом, я оглядываюсь, вокруг какие-то дома вдали, но мне сейчас не до этого. Он притягивает меня к себе и, подхватив под ягодицы, кладет на капот. Когда-то очень давно я представляла секс на капоте машины, но даже подумать не могла что у меня такое может быть. Разрывает одним движением на мне трусы, твою же мать… Его грубые движения отдаются отголоском в моем теле, хочу очень хочу трахаться, именно трахаться. Тянет за ноги меня к себе, расстегивает ширинку и одним резким толчком вдалбливается в меня, я даже охнуть не успеваю, лишь закрываю глаза от дикого экстаза, стоны вырываются с моих губ. Хочу его до безумия хочу и плевать на все, даже если он сам считает меня шлюхой, я буду его шлюхой, только его.

Себя в чем-то презираю, что не могу ему отказать, что даже не пытаюсь сопротивляться, но не никаких сил, очень хочу его сейчас, в этот момент, наш грубый животный секс сводит меня с ума, припадает губами к моей шее, оставляет на ней засосы, кусает до крови, а я обхватываю его ногами и в этот момент, может кто-то посчитает меня сумасшедшей, я счастлива. Счастлива что я под мужчиной, под настоящим мужчиной, а не под тряпками которые у меня до этого были…

* * *

АЛАН


Я никогда раньше не мог подумать, что могу быть таким. Да мне нравился грубый секс без всяких лишних прелюдий и нежности, но чтобы так… Ее тело агрессивно отдавалось мне, реагировало на каждое мое движение. Я яростно вдалбливался в девчонку и на секунду забывал о том, что мы были людьми, это было так дико, по-звериному, но именно это сочетание грубости доводило нас до апогея, заставляло ее задыхаться и выкрикивать мое имя. Остановившись, я провел ладонью по ее внутренней стороне бедра, коснулся пальцами ее кисками, она вся текла, текла только для меня.

— Тебе хорошо, девочка? — внезапно, сам не ожидая от себя такого, спросил я.

Алина лишь слабо кивнула и обхватила меня ногами еще крепче. Она хотела, в ее взгляде читалось: "Трахай меня. Трахай".

Я склонился к ней и коснулся губами ее губ, какие они нежные и сладкие на вкус, поймал себя на дикой мысли, что не хочу ее потерять.

— Алан. Мне холодно.

Больше мне было ничего не надо, в очередной раз у меня словно поехала крыша, резко насадил ее на себя и ворвался в нее вновь. Длинные ногти девушки яростно впились в мою шею, я сходил с ума по ней, оставляя свои следы на ее нежной коже, на хрупкой шее. Толчки становились все сильнее, я больше сам не мог, настолько узкая и горячая была она.

— Давай девочка. Кончай. Давай быстрее солнышко, — хрипло задышал я и почувствовал, как она вся обмякла в моих руках, ногти вонзились в мою кожу лишь сильнее.

Сучка… Какая же она сучка…

* * *

Я не знал, сколько прошло времени, может час может больше. Мы занимались диким бурным сексом, я брал ее, как хотел и куда хотел. Ее тело словно было создано для меня, как и ее бурный темперамент. Алина прижалась ко мне всем телом, а я стоял и курил, застегивая рубашку. Я почему-то с ней даже не думал о Наташе, хотя, с другими женщинами, я постоянно вспоминал ее образ. С ней все было по-другому, все резко, бурно, страстно. Хотелось касаться ее кожи, зарываться в ее волосы, переплетать пальцы со своими. Хотелось большего чем с кем — либо другим и я знал, что она тоже хотела. Она изголодалась, рядом с этим пуделем она не чувствовала себя настоящей женщиной, а со мной раскрылась.

— Я хотела спросить, — она прижалась ко мне крепче и я, протянув руку, обнял ее, ощущая, как она вся дрожит от еще не отошедшего оргазма.

— Спрашивай, — я отшвырнул сигарету.

Мне нужно было поговорить с Аней, но почему-то все мысли были заняты другим, я совсем не хотел разговора с ней, я как пацан забывался в объятьях Алины.

— А твоя жена, она же не знает всего этого да, зачем ты везешь меня в дом?

Я скрипнул зубами. Черт возьми, какая жена… О чем она вообще думает? Но я же сам рассказал ей про жену.

— Алина. Никакой у меня жены нет. Если была бы жена, то не было бы тебя и всего что сейчас происходит. Понимаешь?

Она взмахнула своими длинными, как у куклы ресницами, по ней совсем не скажешь, что ей 29 лет. Взгляд такой с одной стороны, как у умной повидавшей жизнь молодой женщины, а с другой, как у девчонки. Совсем юной девчонки.

— Я почему-то так и подумала.

Я усмехнулся.

— Почему?

— Я не знаю, — она пожала плечами. — Не похож ты на женатого человека и дело даже не в кольце, просто такие как ты не изменяют, если есть жена, значит им больше никто не нужен.

Я провел рукой по ее пушистым черным, как смоль волосам.

— Такие, как я? — продолжал усмехаться я. — А ты много встречала таких, как я?

Алина смотрела мне в глаза, не отрываясь, моя рука скользнула с ее волос к ее шее, пальцы прошлись по девичьей коже, где виднелись отпечатки моих зубов, вкладывая всю нежность, осторожно коснулся синяка.

— Таких, как ты никогда не встречала.

Я коснулся губами мочки ее уха, другой рукой прижал ее к себе сильнее, таких, как она я тоже не встречал.

— Мне нужно будет поговорить с племянницей, и потом мы поедем разбираться к твоей сестре и ее кавалеру.

— Тебе это важно? — тихо спросила она.

Все что связано с ней, для меня было все важно, но я знал, что не стоит это произносить, я не хотел привязываться и дарить и ей, и себе надежду. Зачем? Мне не двадцать и твою мать, даже не тридцать. Я словно волк-одиночка сам по себе, не стремлюсь окружать себя молоденькими девчонками, как делают это многие в моем возрасте, я просто не хочу. Мне не нужны никакие отношения, никакие клятвы… Смотрю на нее и понимаю, что сам себе противоречу, я давно искал такую, как она и сейчас, встретив, старался гнать от себя все эти мысли. Считал это все глупостью, но стоило окунуться в ее глаза, тут же все забывал, хотя и усиленно давил в себе это. Резкий звонок телефона заставил меня оторваться от своих мыслей, глянул на дисплей, это звонил Валет. Черт возьми, ему то, что нужно…

ГЛАВА 18

АЛИНА


У меня все болит между ног, эта сладкая боль заполняет меня всю. Я действительно в его власти, я не встречала таких, как он. Он матерится с кем-то, разговаривая, потом кладет телефон и, подходит. Встаем между моих раздвинутых ног, мимо нас изредка проезжают машины, но нам обоим так наплевать.

— Нужно перед разговором с Аней заехать в одно место. В машине посидишь.

Он так все это говорит, так жестко, его тон не терпит никаких возражений.

— Хорошо.

— Посмотри на меня девочка.

Я смотрю на Гаспарова, он двумя пальцами берет меня за подбородок, как мне хочется опять податься бедрами вперед к нему, опять почувствовать его член в себе, ощущаю себя извращенкой, но ничего не могу с собой поделать, он сводит меня с ума.

— Решим все проблемы и поедем куда-нибудь вдвоем, солнышко.

Касается губами моих губ, я отвечаю на его поцелуй. Не знаю чему я так обрадовалась, тому, что у него нет жены…

— Я хочу этого очень, Алан, — тихо шепчу я.

Он лишь крепче прижимает меня к себе, я ощущаю аромат его мужского тела, его сильные руки, я растворяюсь, тону, схожу с ума. Я хочу сделать все, чтобы он был рядом со мной…

* * *

Я ехала в машине, Алан с кем-то всю дорогу разговаривал, я смотрела на него. Искоса любовалась его мужественными чертами лица, рядом с ним я забываю обо всем. Мне мучительно хочется коснуться его, сходить с ума с ним. Алан кладет телефон и смотрит на меня. Улыбается, первый раз вижу его искреннюю улыбку.

— Красавица моя.

Я улыбаюсь ему в ответ, впервые за долгое время я чувствую себя спокойной, мне хорошо, что он рядом. Что он со мной, непроизвольно касаюсь его руки.

— Я если честно особо не верующий, но о мертвых либо хорошо, либо ничего. Как ты была с этим пуделем?

Я пожимаю плечами.

— Так сложилось.

— Так больше не сложится малышка.

Резко тормозит, мы останавливаемся у небольшого коттеджа. Алан притягивает меня к себе и смотрит мне в глаза.

— Я не хочу тебя отпускать, знаешь, сам не понимаю, что нашло на меня сейчас, но я хочу, чтобы ты была рядом. Не хочу давать тебе надежду, ни себе, ни тебе, просто хочу, чтобы ты знала. Сейчас хочу, чтобы была со мной.

— Я тоже хочу, — абсолютно честно отвечаю я. — С тобой по-другому, никак с другими.

Алан морщится и берет меня за подбородок.

— Других не было, нет, и не будет. Не хочу про них слышать, поняла, моя девочка?

Я киваю и касаюсь губами его пальцев, в глазах Гаспарова тут же загорается огонь.

— Какая же ты, сучка, — жарко целует меня в губы.

Прижимает к себе крепче, я обвиваю его шею руками, сама яростно впиваюсь в его губы, я словно питаю от него кислород, ощущаю себя женщиной, безостановочно хочу его, сама себя не узнаю, будто схожу с ума…

Наш страстный поцелуй прерывает телефонный звонок, Алан тяжело дышит, но отрывается от меня.

— Сиди тут, девочка, — берет в руки телефон. — Я скоро вернусь. Поняла и продолжим?

Я киваю, и когда он собирается выходить из машины, хватаю его за руку, почему-то внутри что-то переворачивается, сама не понимаю, что это. Просто внутри что-то сжалось и на секунду стало страшно.

— Будь осторожен.

Гаспаров ухмыляется.

— Сиди в машине, за меня бояться точно не стоит.

Смотрит на ключи, а потом на меня.

— Я хочу тебе доверять, девочка.

Я улыбаюсь.

— Я не сбегу, теперь точно.

Он усмехается и выходит, закрыв дверь, а я беру сигареты и закрываю глаза. Я даже не верю, что у меня что-то налаживается, знаю, что не модель и мне далеко не 18, но мне плевать, в этот момент я ощущаю себя первый раз хрупкой маленькой девочкой рядом с ним, с настоящим мужчиной. Понимаю, что не важно, сколько женщине лет, если она с мужчиной который заставляет ее почувствовать себя маленькой, то она может быть девочкой, даже если она уже давно не девчонка. Опускаю стекло и закуриваю, я никогда такого не испытывала, такую сильную нужду, такое сильное желание быть вместе, вместе с ним до конца, какой бы он не был…

ГЛАВА 19

АЛАН


Иду в сторону дома Валета, про себя жестко матерю его, что у него такого стряслось, что заставило меня оторваться от нее. Я даже с Наташей так не вел себя, никогда не занимался с ней таким сексом, Наташа была правильная манерная, а она другая… Дикая, развратная, как и я, словно мое отражение. Хочу ее, хочу перебирать ее волосы, держать за руку, не отпускать от себя ни на минуту. Решительно трясу головой, хватит Гаспаров, не будь мальчишкой.

Подхожу к воротам, странно они открыты. Почему-то в голове мелькает шальная мысль, какого хрена я оставил ствол в машине, но стараюсь об этом не думать, захожу на участок. Странно, Рекс его собака не на месте. Иду дальше и вижу, что дверь гаража открыта. Внутри что-то сжимается, какого хрена происходит? Подхожу ближе и все-таки вхожу внутрь, никогда ничего не боялся, просто все это как-то странно.

— Валет? твою мать. Ты где?

Делаю пару шагов и замираю, в гараже рассыпана шмаль повсюду, столько наркоты я не видел давно, да и не связывался с ней никогда, не уважал торчков вообще. Всегда с презрением относился к ним, хотя знал, что Валет не брезгует, но чтобы торговал… Делаю шаг назад и внезапно резко оборачиваюсь, слышу визг тормозов, в открытые ворота бегут омоновцы. Твою же мать, какого хрена… Это подстава…

— Руки за голову. Лицом к стене.

Понимаю, что сопротивляться бесполезно, становлюсь лицом к стене, чувствую, как скулы сводит от ярости, Валет, Валет, какая же ты мразь…

* * *

Меня ведут к машине, ярость закипает все сильнее. В голове бьется мысль, Алина… Алина… будет с ней? Подводят к уралу, я поднимаю глаза, мои руки сжимаются браслетами. Смотрю в тачку, она пуста, Алины поблизости нет. Где она бл…дь? Только бы догадалась сбежать, только бы догадалась…Меня толкают вперед и я оборачиваюсь, улавливаю какое-то движение и вижу, что ее тоже ведут к машине, руки в наручниках, она во все глаза смотрит на меня. Резко дергаюсь, но меня запихивают, не давая возможности даже дернуться, изо всех сил пинаю ногой дверь. Чертовы мрази, ее-то за что… Только не она, не она… В глазах темнеет все сильнее, не могу даже представить, что будет, только бы с ней все было хорошо, только бы они ей ничего не сделали…