— Положи ещё один, — попросил Макс, доставляя стул.

— Зачем? Нас же трое.

— Четверо. Еще Стефан придет.

— Да? Ну, хорошо. — Она достала дополнительную тарелку. — Я думала, это будет семейный вечер, — разочарование сквозило в голосе.

— Это и будет семейный вечер. Стефан... он... очень близок нашей семье, отец сам захотел его видеть.

— Понятно. Он будет с Мариной?

— Нет. Кстати, как она здесь оказалась? Никто так и не ответил мне на этот вопрос.

— Я попросила Стефана привезти её. Михаил начал распускать руки втрое сильнее прежнего.

— Она так важна для тебя? — Он мог понять Зару, так как и у него был такой важный человек. Но их со Стефаном связывало нечто большее, чем просто дружба.

— Да. Она моя лучшая подруга.

— Прям лучше некуда? — сам не зная почему, ехидствовал Макс.

Девушка странно посмотрела на него и произнесла еще более странные слова:

— Знаешь, у меня была другая подруга раньше, пока с ней не случилась беда. Могу рассказать, если тебе интересно.

— Расскажи.

— В общем, мы с ней дружили несколько лет, пока она работала в «Шкатулке». Её зовут Оля. Я знала о её прошлом всё и не осуждала, в отличие от других людей. Михаил шантажировал её все эти годы.

— Чем же?

— Тем, что она убила двух человек, почти трех, — тихо сказала Зара, не поворачиваясь к нему, делая вид, что усердно что-то мешает в кастрюле.

— Как это «почти»? Какая-то часть третьей жертвы выжила?— веселился он.

— Это не смешно, — оборвала его она. — У человека вся жизнь пошла под откос.

— Понятное дело. Убить трех человек.

— Она не хотела, я точно это знаю. Она даже не помнит, как это произошло. Помнит лишь, что очнулась в лесу с окровавленным камнем в руке, — воспоминания затопили её с головой. Вокруг была та самая поляна и камень. — И там же оказался Михаил. Он сказал, что двое были мертвы, и это она убила их камнем. До этого пять парней пытались изнасиловать... Олю. А ей недавно исполнилось восемнадцать! Всего восемнадцать! Представляешь, сколько надежд и мечтаний? Представляешь, сколько планов на жизнь?!

— Малышка, успокойся. Ты сейчас заплачешь. — Он видел, как быстро она вращала ложкой, словно желая взбить жидкость в кастрюле.

— Извини. Просто я очень её любила, как подругу...

— И что было дальше?

— Оля была сиротой. Родители оставили её в роддоме, а оттуда она попала в детдом. Сам понимаешь, жизнь там не сахар, а с её-то именем и фамилией...

— А что с ее именем и фамилией? Оля и Оля.

— Нет, это я так просто, — тряхнула головой. — Оказалось, что двое были убиты, а третий, дав показания, скончался в больнице. Оставшиеся в живых тоже дали показания полиции, а потом... исчезли. У Михаила оказались связи в полиции, он был знаком с людьми высокого звания. Он предложил Оле помощь. Тройное убийство! Да ей пришлось бы полжизни сидеть в тюрьме. За якобы свободу Михаил попросил её тело. Так она и оказалась в «Шкатулке». Все улики, весь компромат хранится у Михаила, и он шантажирует её этим каждым день.

— Хранится? Шантажирует? Я думал, её уже посадили. Или она умерла? Ты говорила о ней в прошедшем времени.

— Да, я опять напутала. В прошедшем, конечно. Я не знаю, где она сейчас. Её выкупили, и Михаил отпустил Олю.

— Невеселая история... Но он хотя бы спас её от тюрьмы. Хотя, не знаю, что лучше.

— Спас! Три ха-ха два раза. Он заставлял её проходить через такое в самом начале, чтобы собрать еще больше компромата, чтобы удержать её навсегда. — Слезинка скатилась прямо в кастрюлю. — Что за грёбаная жизнь? Где Бог? Скажи, где он, если он существует?! Где он был?! Чёрт! — Ложка упала в кипящую жидкость, а палец обожгло.

Макс подскочил и оттащил её от плиты, выключая конфорку. Подставил палец под холодную воду и стёр слёзы со щёк.

— Зара, ты чего? — Потряс её за плечи. — Ты как себя чувствуешь?

— Всё хорошо. Я приняла это близко к сердцу. Просто она была моей лучшей подругой... Скажи, ты осуждаешь её? — подняла на него заплаканные глаза.

— Нет. С твоих слов всё выглядит, как подстава в чистом виде. А даже если и нет, то... я её понимаю. Не знаю, что она чувствовала и сожалела ли о содеянном, но... я её понимаю. Я бы тоже этих уродов убил. Всех пятерых. Это же была самооборона?

— Да. Но кому это было интересно? Кому нужна какая-то саратовская девчонка- беспризорница? Повесили бы всё на неё и упекли за решётку.

— Твоя правда. А она тоже из Саратова?

— Н-да... Так получилось, чисто случайно. Ты, правда, не стал бы её осуждать? Ты бы... ты бы попытался её понять?

— Я же сказал уже. Я и так её понимаю. Но попытался бы ещё больше понять. — Подхватил Зару на руки и отнёс на диван. — А ты переставай быть такой эмоциональной. Не хватало себя угробить из-за какой-то подруги.

— Ладно, — Зара улыбнулась и положила голову ему на плечо. Теперь она знала, что сделает в первую очередь после того, как очарует его отца.

Через полтора часа она ходила вокруг стола и постоянно что-то поправляла. Волнение достигло пика, уже даже руки начали трястись. То салфетка западёт, то вилка не под тем углом ляжет, то бокалы недостаточно блестят. И руки вспотели. Зара поняла, что отец Макса человек сложный, и им обоим влетит за расставание Макса и Алисии. Это было смешно, но такова реальность. Которая порой бывает комичней любого анекдота. Ещё и Стефан придет. Он-то что тут забыл сегодня? Одним словом, её раздражало всё и все.

— Ты прекратишь нервничать? А то точно какую-нибудь ерунду сделаешь, как только мой отец появится, — он не переставал улыбаться сегодня.

Это было чертовски классно, что она так волновалась. Значит, он действительно был важен для неё, раз она была настроена решительно понравиться его отцу. Макс не стал говорить Заре, что он уже всё решил, и это решение не изменится, несмотря ни на что. А решил он, что мнение отца на сложившуюся ситуацию его волнует меньше всего. Он нашёл, наконец-таки нашёл, девушку, которая является чем-то большим, нежели игрушкой для него. И он уже не отпустит её от себя. Никогда. Пусть она поволнуется, а потом узнает, что её место рядом с ним, в независимости от симпатий и планов его отца.

— Всё, всё, прекращаю. Только ещё раз протру все тарелки. Какие-то они тусклые, не находишь? — Потянулась за салфетками.

— Не нахожу. Это же тарелки из нового сервиза. Они просто не могут быть тусклыми! Чёрт, забыл документы. Сейчас вернусь. — Чмокнул её в щёку и ушел в кабинет за бумагами.

В дверь позвонили. Зара подпрыгнула. Чёртово волнение. Она даже дверь открыть не сможет. Руки заскользят по ручке, не в силах потянуть за неё. Вдохнув поглубже, она разгладила своё синее платье до колен, взбила волосы, чтобы придать им объём и, улыбнувшись, направилась к двери.

На пороге стоял невысокий джентльмен в строгом чёрном костюме и с не менее строгим лицом. Зара сглотнула. Какой суровый мужчина. Она подала ему руку, помогая войти. Выглядел он лет на семьдесят-восемьдесят. Староват он что-то. Наверное, Макс был поздним ребенком.

— Благодарю, мисс. Но я и сам ещё в состоянии ходить. — Демонстративно отстранил её руку.

— Давайте ваш портфель, я отнесу, — предложила Зара.

— Спасибо, милая, я сам. Можешь быть свободна, — отдал мягкий приказ он и направился в столовую.

Она удивленно посмотрела ему в спину и пошла следом за ним. Можешь быть свободна... Это значит всё, она могла проваливать?

— Мистер Дэвидсэн, присаживайтесь. Макс сейчас придёт. Он документы какие-то ищет, — сказала Зара, входя на кухню.

— Хорошо. Дорогая, ты, правда, можешь идти. Я даю тебе выходной на сегодня. Мы и сами справимся, — продолжал путать её с кем-то он.

— Но я...

— Отец! — Макс спускался по лестнице с папкой в руках. — Привет! Давненько не виделись. Как ты? — похлопал его по спине и слегка приобнял. — Как встреча с японцами?

— Ох уж эти японцы и их менталитет. Эта их культура... Хрен поймешь, «да» это «да» или это «нет», — рассмеялся он.

Макс и его отец сели за стол, Зара, наполнив тарелки супом села рядом с Максом. Мистер Дэвидсэн недовольно посмотрел на неё и сказал:

— Сын, я вижу, ты держишь прислугу в ежовых рукавицах. Я ей уже два раза сказал, что она свободна, а она всё ещё тут.

— Она не прислуга. Она...

— Ясно, — перебил его отец. — Девушка твоего брата. Кстати, где он? У него вроде раньше не было привычки опаздывать. — Посмотрел на часы и покачал головой.

Зара перевела вопросительный взгляд на Макса, словно спрашивая — «что за хрень происходит?», потом, получив ответ в виде «забей, всё потом», посмотрела на его странного отца. О каком брате он говорил? Да ну, у Макса был брат? Вот это сюрприз. А Стефан действительно опаздывал. Что же могло его так задержать? Она улыбнулась. Если только Марина...

Они приступили к ужину, не дождавшись Стефана. Макс обсуждал с отцом его поездку в Японию и ещё какие-то дела, а Зара пыталась разгадать загадку под названием «Мистер Дэвидсэн». Он вызывал у неё массу вопросов. До чего странный отец был у Макса!

В дверь позвонили, и в дверях появился Стефан. Зара забыла закрыть дверь на ключ.

— Сынок! — воскликнул мистер Дэвидсэн. — Ну, наконец-то. Ты что это опаздываешь?

Челюсть Зары коснулась стола, а Макс вздохнул. Он ждал этого момента все эти две недели. Момент знакомства его семьи с Зарой.

— Дела были, отец. Рад тебя видеть, — сдержанно ответил Стефан и обнял отца. — Брат, — кивнул Максу. — Зара, — натянуто улыбнулся, тоже понимая, что им предстоит интересный разговор, так как глаза Зары выдавали такое потрясение, словно она увидела живого инопланетянина.

— Подождите, — она тряхнула головой, стараясь прогнать картинку перед собой. — Стефан твой брат?!

— А вы, милочка, не знали, что у вашего мужчины есть брат? — Посмотрел на Стефана.

— Она не моя девушка, — сказал он. Теперь Стефан выглядел сбитым с толку.

— Как? Она всё же горничная? Тогда уволить её немедленно за невыполнение указаний!

— Так! Прошу у всех минуту внимания, — громко произнес Макс, читая про себя все знакомые молитвы. — Зара, Стефан мой брат. Отец, Зара... моя девушка.

— Что?! — в один голос сказали Зара и его отец.

— Твоя девушка? — повысил тон мистер Дэвидсэн.

— Твой брат? — не верила она.

— Да, — ответил сразу на все вопросы Макс.

— Подожди, как твой брат? Я... не пойму. Точнее — не верю. Вы же совсем не похожи. — Она была отправлена в нокаут его словами. — И фамилии у вас разные. Причем, у всех троих. — Шестерёнки у неё в голове вращались так быстро, что можно было услышать их скрип.

— Они изменили фамилии, чтобы стать самодостаточными, — фыркнул их отец.

— Но ведь они и внешне совсем не похожи!

— Мы приемные дети, — сказал Стефан, решая не тянуть с самым главным откровением.

Брови Зары достигли корней волос, до того сильно она была удивлена. Свихнуться можно было! Братья, приёмные дети...

— А ваша мама...

— Мать Макса была моей последней женой. Она уже двадцать лет как мертва. Стефана я усыновил, забрав из детдома. Кстати, можете звать меня Джек, — объяснил мистер Дэвидсэн.

— Хорошо, Джек. Это так неожиданно...— Она переводила взгляд с Макса на Стефана, и обратно, пытаясь найти хоть какое-то сходство, но его не было. Узнать бы всю историю. Но это явно не сейчас.

— Согласен. Для меня мои сыновья тоже припасли достаточно сюрпризов. — Строго посмотрел на них.

— А я что? Я просто пришел, без всяких сюрпризов, — развел руками Стефан.

— Ну, да, да, у меня есть один. Я расстался с Алисией. Думал, ты уже знаешь.

— Я знаю. Её отец сказал, что у вас произошёл какой-то разлад, вы поссорились. Но я и предположить не мог, что ты бросишь её! Бросишь красавицу и умницу, дочь Питера! — возмущался Джек.

— Я хотел познакомить тебя со своей новой девушкой...

— Вижу, — опять не дал договорить отец. — Только всё равно не понимаю, почему ты бросил Алисию.

Зара задохнулась от такого завуалированного оскорбления. Это называется «да, я вижу, сидит тут одна, но не вижу, чем она лучше красавицы Алисии».

— Простите, — вмешалась в разговор она.

— Прощаю, милая, — даже не посмотрел в её сторону. — Что ты делаешь, сын? — Взгляд сканировал Макса.

— Я делаю себя счастливым, отец. В данный момент счастье не измеряется деньгами. Впервые в жизни.