Примерное нахождение Кейлы Рид – территория чуть северней города Олбани, штат Нью-Йорк. Просим любого, кто увидит девушку, немедленно сообщить в центральный офис Полиции по данному номеру.

На экране вновь появилось старое фото Кейлы из школьного ежегодника, а под ним – номер отделения полиции. Стоящий за барной стойкой мужчина, обернулся и пристально взглянул на девушку в дверях. Женщина рядом с ним закопошилась, пытаясь понять, куда это уставился её собеседник.

Кейла провела ладонью по коротким прядям, чтобы хоть каким-то образом незаметно прикрыть лицо, и выскочила за дверь. Слева от входа, за углом, было темно, так что девушка нырнула в сумерки, по стеночке медленно пробираясь в укрытие. Пригнувшись почти к самой земле, она ждала неподвижно, опасаясь погони, но когда из открытой двери так никто и не показался, кинулась дальше в спасительную темноту.

Оказавшись у огромной сосны, девушка упала на землю. В новостях сказали, что она "скрывается от закона". Как могло дойти до такого? Как так получилось?

Лес перед её глазами закружился, словно на карусели, а пару секунд спустя всё погрузилось во тьму.

Очнулась Кейла лишь через пару часов с ужасной головной болью. Желудок урчал, он был совершенно пуст и, казалось, глубок, будто бездонная пропасть. Голоса, доносившиеся из бара-хижины, затихли. Возможно, он уже закрылся на ночь. Но, к счастью, рядом с домиком стоял большой мусорный бак, в котором могло найтись хоть что-то съестное.

В кромешной темноте было сложно вновь доковылять до бара. Впрочем, когда девушка наконец-то подошла ближе, то приметила тусклое сияние огонька. Именно оно помогло Кейле отыскать путь к бару, привело её к задней двери. Спрятавшись за деревом, девушка оглядела здание: "Оазис", конечно же, был закрыт, а через небольшое окошко виднелась часть кухни. На столе покоилась забытая персоналом нетронутая половина жареного цыплёнка.

От ветра хлопнула, резко закрываясь, сетка от насекомых на задней двери. Свет доносился как раз из дверного проёма, подсказывая Кейле, что там, позади рамы с сеткой, проход всё ещё открыт – видимо, кто-то ещё внутри. Не могли же хозяева уйти, не удосужившись запереть дверь?

Но, может, если этот человек сейчас в зале, у парадной двери, у Кейлы есть шанс пробраться внутрь, быстро спереть цыплёнка и сбежать незамеченной? Голод подгонял её, заставляя испытать судьбу.

Прячась в тени, девушка осторожно прокралась к открытой двери и проскользнула на тускло освещённую по-деревенски обставленную кухню. До лежащего на столе цыплёнка оставалось преодолеть всего пару метров, но Кейла боялась сделать к нему даже шаг.

Не зря. От первого же нервного шага пол под ногами протяжно заскрипел. Девушка застыла на месте, скованная ужасом, ожидая, что будет дальше.

Но ничего не произошло.

Очередной шаг – и Кейла вновь неподвижно застыла, когда в полуметре от неё в полу приоткрылся люк. Девушка видела две руки, толкавшие его. Кто-то поднимался наверх, и через пару секунд должен был нос к носу столкнуться с нежданной посетительницей.

Схватив со стола кухонный нож, сжав его крепко-крепко, Кейла приготовилась к встрече.

ГЛАВА 21

– О, Боже! – выдохнула Кейла.

Парень, придерживающий открытый люк, был не менее шокирован.

– Кейла?

– Мфамб? – отозвалась она. Было так классно – вновь увидеть его лицо. – Как ты сюда попал? Я слышала, ты пропал. Всё в порядке? Что случилось?

– Убери оружие, и я всё расскажу, – парень полностью вылез из люка.

Смущённо улыбнувшись, Кейла положила нож на место. Мфамб в свою очередь выдвинул грубо обтёсанный стул, предлагая девушке присесть.

– Милая стрижка, – заметил он. – Но кровь на лице привлекательности не добавляет.

Парень намочил грубую белую тряпку водой из-под крана и протянул её Кейле. Как же приятно было коснуться кожи тёплой влажной тканью! И каково же было удивление девушки, когда тряпка, отнятая от лица, оказалась вся сплошь красной.

– Можно мне кусочек цыплёнка? – подтверждая её вопрос, желудок громко заурчал.

– Конечно же, – Мфамб переложил жареную тушку на тарелку и передал её девушке вместе с ножом и вилкой – Может, хочешь газировки? – поинтересовался парень, выуживая из холодильника банку и дёргая кольцо.

Пока Кейла жадно вгрызалась в цыплёнка, Мфамб протирал столешницы. Потом он выдвинул стул и для себя и оседлал его задом наперёд.

– Ты стала той ещё знаменитостью, пока мы не виделись.

– Да, настоящий кошмар, – горько рассмеялась она.

– Я верю, что ты не поджигала дом, – максимально серьёзно. – Но что случилось?

И девушка рассказала ему всё, всё до последней капли, вновь переживая те жуткие события.

– Ужасно, – сочувственно сказал Мфамб, когда Кейла закончила. – Моя история куда проще, ничем настолько диким похвастаться не могу, но… когда я тем вечером вернулся домой, папа уже ждал. С ним был один хороший друг, работник почты, штрих-кодовый тату-мастер, который пришёл к нам со всем необходимым оборудованием. Отец хотел, чтобы мне сделали татуировку немедленно, прямо здесь и сейчас.

– Но зачем? – спросила Кейла.

– Приятель-татуировщик рассказал папе о штрих-коде, примерно то же, что и мама – тебе. О содержащемся в нём генетическом коде. Эти слова заставили его задуматься о людях с африканскими корнями, о том, как на протяжении долгих лет нас принижали и дискриминировали. В итоге, отец решил, что штрих-кодовая татуировка – неплохой шанс поменяться ролями с былыми угнетателями, взять реванш. Видимо, здоровье у нашей семьи довольно хорошее. Отец сказал: раз уж именно генетика многие столетия удерживала нас на самом дне социальной ямы, теперь она позволит темнокожим подняться до высот, и мы должны быть готовы воспользоваться всеми преимуществами подобного поворота событий.

– Весьма иронично, если вдуматься, не находишь?

– Да, знаю. Но так неправильно. Не собираюсь я отказываться от всех своих убеждений лишь потому, что вдруг появилась надежда, будто штрих-код станет работать нам на руку.

Кейла бросила взгляд на запястье парня и облегчённо вздохнула – татуировки там не было.

– Это достойно восхищения, – заметила она. – Я тоже не поддерживаю идею штрих-кода, но мне-то он только во вред. А выступать против, когда татуировка может помочь преуспеть… воистину безумие, высший класс!

– Спасибо, – отозвался Мфамб. – Но я просто не могу. Плевать, какие преимущества дал бы штрих-код, я всё равно чувствовал бы себя пленником.

– И что же случилось, когда ты отказался?

– Мы дико поругались. Отец заявил, что ни за что не позволит собственному сыну так низко пасть после всех мучений темнокожих в попытках встать на ноги. Только через его труп! Сказал: "Или делай татуировку, или чтоб ноги твоей в этом доме не было!" – и я ушёл. Об этом месте я слышал кое-что. На одном из сайтов виртуальной реальности однажды сказали, будто оно где-то здесь, так что я сел за руль и махнул прямиком сюда.

– И где мы?

– Названия у этого места нет. Просто группа собравшихся вместе людей, которые не желают терпеть гнёт Глобал-1. Они живут в этих лесах. У некоторых есть татуировки, у кого-то – нет. Всем плевать. Люди занимаются бартером, обменивают одни вещи на другие. Я вот работаю здесь, на кухне, и зарплату получаю за это едой и одеждой – всем самым нужным для выживания. Круто! Мне нравится.

– А где же тогда стоит твоя машина? – спросила девушка.

– Я обменял её на хижину, в которой теперь живу, – Мфамб нахмурился. – Как ты узнала, что я ушёл из дома?

– Написала e-mail, чтобы предупредить насчёт Зэкиела и Недры, но не застала дома. Твои родители просто в ужасе. Они повсюду тебя ищут.

– Надеюсь, поиски не увенчаются успехом. Здесь я поистине счастлив, – парень пожал плечами. – А что там насчёт Зэкиела и Недры?

Кейла поведала ему, что ребята присоединились к Поколению Тату:

– Кажется, весь мир сошёл с ума, когда я узнала, что Зэкиел предал всех нас. Предал меня.

– Поверить не могу, что Зэки – враг. Мы были так близки… – Мфамба, казалось, одолевали сомнения.

– Зачем бы ещё ему становиться членом Поколения Тату? А я точно могу сказать, он – один из них.

– Не знаю. Но, может, есть другая причина.

Они замолчали ненадолго и просто сидели рядышком в кромешной тишине. Через пару минут парень вытянул из нагрудного кармана упаковку мятной жвачки и протянул её девушке.

– Спасибо, – отозвалась она, принимая пластинку.


Поутру Кейла проснулась, свернувшись калачиков в тёплом спальном мешке. Она несколько раз моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд и рассмотреть опрятную, скромно обставленную комнату. Два окна по обе стороны от двери, пропускали внутрь рассеянный утренний свет. Потрогав лоб, девушка ощутила под пальцами ткань чистой марли и вспомнила, что Мфамб обработал порезы перекисью и сделал повязку.

Кейла вылезла из спальника – одежду вечером девушка не снимала – и выглянула в окно. Мфамб на улице уже развёл костёр и жарил на сковородке ломтики бекона. Ночью, когда парень привёл Кейлу в свою хижину, было слишком темно, чтобы разглядеть что-нибудь вокруг. Теперь же девушка смогла приметить столик для пикника и лавку рядом с ним.

– Доброго, – поприветствовал Кейлу парень, когда она вышла на улицу, протягивая ей тарелку яичницы с беконом. – Как ты?

– Рада, что столкнулась с тобой, – отозвалась она, еле заметно улыбнувшись. – Не знаю, что бы я делала в ином случае.

Мфамб присел на лавку рядом с девушкой и принялся за свою порцию.

– Чтобы спрятаться, ты выбрала идеальное место. Люди, живущие в этих лесах, никогда нас не выдадут. Работать сообща и поддерживать друг друга – просто замечательно. Такой подход доказал мне, что члены штрих-кодового сопротивления могут скооперироваться и всё же добиться успеха. Напоминает Американскую революцию, когда народ собирался вместе, чтобы противостоять британцам.

– Но у них были такие хорошие лидеры, как Вашингтон и Бенджамин Франклин, – заметила Кейла.

– А у нас есть Дэвид Янг, – отозвался парень.

– И что он смог сделать? – фыркнула девушка.

– Он всё ещё в строю. Компания Раскодировки не остановлена.

– Ну, может быть, – с сомнением согласилась Кейла. – Я тут подумывала всё же найти Ютону.

– Знаешь, кое-что мы никогда тебе не говорили – пожалуй, не хотели пугать, – сказал Мфамб. – Каждый раз, когда ты связывалась с Ютоной, код сайта даже не изменялся.

– Но я видела её! Она была настоящей!

– Верю. Ютона – настоящая. Я слышал об этой женщине. Но не думаю, что ты о ней знала до того, как попала к нам. Правда?

– Не знала, конечно! Считаешь, я сошла с ума?

– С чего бы? – мягко рассмеялся он. – Нет, считаю, что у тебя есть экстрасенсорные способности. Знаешь, все мы используем лишь крошечную часть своего мозга. Порой в одном его месте, порой – в другом. Уверен, когда-нибудь мы сможем сразу использовать все возможности мозга или, по крайней мере, большей его части. Но только в том случае, если нам позволят развиваться. Может, экстрасенсорные способности – часть этой эволюции? И Ютона тоже стоит на более высокой ступени эволюции – потому-то вы и смогли с ней связаться. И может, именно благодаря этим способностям ты нашла меня здесь, в лесу.

В школе им рассказывали об эволюции. Кейла знала теорию, что все живые существа изменяются, адаптируясь к изменениям окружающей среды. Долгое время шли дебаты по её поводу, но к 2015 году она была признана неоспоримым фактом.

– В смысле, позволят развиваться? – спросила девушка. – Разве не заложено исторически, что люди и животные эволюционируют с течением времени?

– Больше нет, – ответил Мфамб, доедая последний кусочек яичницы. – Глобал-1 сняли все запреты на клонирование. Как по мне, они хотят сделать всем штрих-код, чтобы было легче определить: кого клонировать стоит, а кого – нет. Когда воспроизводство заменится клонированием, остановится и эволюция. Никаких изменений. Никакой адаптации. Человечество перестанет развиваться, и мы так никогда и не сможем использовать ресурсы мозга в полную силу.

– А как же дизайнерские гены? – изумилась Кейла. – Разве они не приносят изменения? Люди смогут острее видеть, быстрее бегать, лучше слышать и многое, многое другое.

– Смогут, – согласился парень. – Но это будет рукотворная эволюция. Человечество начнёт изменяться так, как посчитают нужным учёные и правительство. И возможно, мы получим не те изменения, которые действительно необходимы. – Мфамб собрал со стола грязную посуду. – Пошли со мной к ручью. Можем там помыть посуду и ещё поговорить.


Весь день они проболтали, собирая в лесу чернику, а часов в шесть вечера Мфамб ушёл на работу, оставив девушку в одиночестве. Время Кейла коротала за чтением в свете фонарика книг, имеющихся у парня в хижине. И когда – практически перед самым рассветом – Мфамб вернулся домой, девушка ещё не спала и успела заметить, как он забирается в кипу старых одеял, валяющуюся на полу.