— Ты ее знаешь? Ну, или видел ее раньше в окрестностях Эдгартауна или здесь, в Вест Тисбери?

Он мотает головой.

— Нет, никогда раньше не видел. Она пришла ко мне под конец дня, когда солнце уже почти зашло, и попросила купить ваучер в «Хоторне». Она дала мне наличку, чтобы заплатить за ваучер, и обещала пару сотен баксов сверху.

Почесав нос тыльной стороной своей испачканной руки, он продолжает:

— Первую сотню я получил, прежде чем купить ваучер, вторую сотню — когда привез ей его.

— Где вы встречались? — спрашиваю я, надеясь, что местоположение как-то сузит круг подозреваемых.

Он пару раз проводит карандашом по рисунку, как будто заканчивая его.

— Она снова пришла сюда несколько дней спустя, чтоб забрать его. И я не видел ее ни до, ни после этого. Честно, клянусь.

Пару минут спустя, он говорит:

— Я все. — Затем отходит от рисунка. — Я... мм... немного поменял.

Он не нарисовал мою карикатуру, как я думала. Вместо этого, он изобразил настоящую меня. Ну, он сделал меня красивее, чем я есть на самом деле, но, блин, если я хочу поставить рисунок себе на аватарку, я должна выглядеть на нем супермоделью.

Я беру карандаш и вывожу свою авторскую подпись Ти.Эй.Лоун в углу его шедевра.

— Фантастика, Хэнк. Ты и правда очень талантлив.

Отдав ему карандаш, я фотографирую рисунок камерой телефона, чтоб позднее сделать аватарку.

Когда я убираю телефон, Хэнк говорит:

— Могу я поинтересоваться, почему ты спрашиваешь про тот ваучер?

Я киваю.

— Я спрашиваю, потому что эта загадочная женщина, что пришла к тебе, отправила ваучер и приглашение другому человеку, притворившись мной.

Его глаза расширяются, а лицо бледнеет:

— Извини. Я не думал, что она так сделает.

Бас становится позади меня, его поза более расслабленная.

— Если кто-то предлагает тебе легкие деньги, то я гарантирую тебе, что-то тут не чисто.

Когда Хэнк виновато кривится, я похлопываю его по плечу:

— Ну, ничего. Так что ты будешь делать с рисунком?

— Что за книги ты пишешь? — спрашивает он с горящими глазами.

Я улыбаюсь.

— Я пишу детективные романы.

Широкая ухмылка расползается по его лицу.

— Я приберегу его. Однажды ты будешь очень знаменита.

Смеясь, качаю головой.

— Никто не знает.

Он покачивается на пятках, его глаза сверкают уверенностью:

— Да, будешь. То, как ты нашла меня. Все это расследование. Я просто уверен.

— Что ж, спасибо за доверие, Хэнк. И за новый клевый аватар. И если ты и дальше будешь так рисовать, думаю, сам однажды проснешься знаменитым.

Хэнк проглатывает ком в горле и трет глаза, бормоча что-то про пыль, я подхожу и снова беру карандаш, говоря:

— И, раз ты будешь хранить ее... — я кое-что приписываю к своему автографу, затем протягиваю Хэнку карандаш.

— Для Хэнка, лучшего художника в Мартас-Виньярде, — Хоуи с гордостью вслух читает мою надпись рокочущим голосом. — Говорил тебе, она умная и красивая.

Усмехнувшись, он хлопает брата по спине, так что тот вынужденно делает пару шагов вперед.

И когда Хэнк восстанавливает равновесие и дает пять своему брату в знак согласия, Бас говорит плавящим кости голосом, предназначенным только для моих ушей:

— Лучше и не скажешь.

Глава 8

Талия

— Что будешь делать с информацией, полученной от Хэнка? — спрашивает Бас, когда мы паркуемся на тенистой парковке отеля «Хоторн».

Я смотрю, как он глушит двигатель и кладет очки на панель. Он выглядит расслабленным, но моя интуиция подсказывает, что это не так.

— Пока все, что у меня есть — это описание высокой рыжеволосой женщины, без всяких имен. Так что лучшее, что я могу сделать — это работать с тем, что есть. После того, как я выясню контактные данные мистера Шихана, я спрошу у него, где он достал приглашение.

Положив запястья на руль, он поворачивается ко мне:

— А со стойки регистрации эту информацию получить нельзя?

Качаю головой:

— Так как ваучер оплатили заранее, ему не надо было предоставлять какую-либо информацию о себе.

Бас слегка хмурится:

— А может, мистер Шихан думал, что встречается с тобой, когда забирал ваучер и приглашение?

Несколько секунд обдумываю его вопрос, и мой живот скручивает от этой мысли.

— Я и не задумывалась, что она могла притворяться мной, но сейчас, когда ты упомянул об этом… какое странное совпадение, что она так на меня похожа.

Он барабанит пальцами по приборной панели, а ветер тем временем бьет его в лицо, играя с волосами.

— Если он брал машину в прокат, пока был здесь, я смог бы добыть информацию. Я знаю нужных людей в прокатных компаниях. Какое его полное имя?

— Было бы здорово, — открыв сумочку, записываю «Бредли Шихан» на клочке бумаги. — Надеюсь, я докопаюсь до правды за оставшиеся пару дней. Мне не по душе мысль, что кто-то бродит и выдает себя за меня.

Когда я протягиваю ему бумажку, он хватает мою руку.

— Поужинай со мной сегодня.

Мой взгляд встречается с его. Мы отлично сработались, получая нужную мне информацию. Он не должен был помогать мне, но помог. Неужели это так плохо — поужинать с ним?

— Эй, Бас! — Две калифорнийские блондинки в коротких теннисных юбочках дефилируют рядом с его машиной, ракетки покоятся на их плечиках. Та, что поменьше, выгибает идеально выщипанную бровь:

— Может, дашь несколько советов?

Он смотрит на темнеющее небо, потом улыбается им:

— Вам следует поторопиться, дамы.

— О, ты можешь лучше, — с намеком говорит та, что повыше, прежде чем они обе смеются и направляются к теннисным кортам.

Когда его взгляд возвращается ко мне, мой пульс подпрыгивает и бьется внутри. В верхней части левой радужки Баса — темно-коричневое пятнышко. Раньше я не замечала этого, ведь в большинстве случаев мы были в помещениях, а когда находились снаружи, он носил очки. Вплоть до этого момента.

Засунув бумажку в его ладонь, вырываю из захвата свою внезапно задрожавшую руку.

— У меня есть дела, — говорю я и быстро дергаю дверную ручку.

И как только я толкаю дверь, чтобы ее открыть, он снова хватает меня:

— Я бы хотел проводить больше времени с тобой.

Все, о чем я могу думать — это Себастьян. Как он погубил меня для всех остальных мужчин. Натан был пластырем. Я думала, что пройдет время, и я смогу двигаться дальше, а он сможет затянуть зияющую дыру, оставшуюся после единственной умопомрачительной ночи с Себастьяном.

Я качаю головой и снова вырываюсь.

— Прости, Бас. Не думаю, что это хорошая идея.

Он хмурит брови в очевидном разочаровании:

— Это чертовски отличная идея, и ты это знаешь.

Я выхожу из машины и захлопываю дверь. У меня такое чувство, что я задолжала ему некоторые объяснения. Да, химию между нами хоть лопатой греби, как он выразился. Он этого не заслуживает.

— Ты слишком напоминаешь мне кое-кого из моего прошлого.

Когда я поворачиваюсь чтобы уйти, он спрашивает низким требовательным голосом:

— Это хорошие воспоминания? Или плохие?

— И хорошие, и плохие, — я отвечаю честно, а потом убегаю под раскаты грома.

По пути в комнату получаю смс от Натана.

Натан: Нам надо поговорить. Это важно.

Я: позже поговорим.

Натан: Нет сейчас, хотя тебя тут нет.

Омг, он похоже в моей квартире. Что такого важного?

Я: меня нет в городе. Позвоню, когда вернусь.

Вернувшись в комнату, даже не включаю свет. Вместо этого я немедленно раздеваюсь и иду в душ. Чудом сдерживаю слезы, пока позволяю горячей воде смыть ярмарочную пыль, прилипшую к поцелованной солнцем коже.

Машинально беру кусок мыла и сразу кладу его обратно. Та же ситуация с шампунем. К тому времени, как я подсушиваю полотенцем волосы, за окном разыгрывается буря. Гром сотрясает пол, а вспышки молнии импульсами света озаряют комнату. Дождь тяжелой стеной идет за окном, яростно стуча по стеклу.

В затемненной комнате подхожу к своему чемодану и освобождаюсь от комплекта свежего белья, затем открываю дополнительное отделение и достаю оттуда сложенную куртку.

Мои пальцы пробегают по гладкой дорогой коже, прежде чем я скольжу руками внутрь и выдыхаю от краткого возбуждающего ощущения подкладки на своих голых сосках.

Прислонившись к подлокотнику кресла, подтягиваю колени к груди и носом утыкаюсь в кожаный воротник. Глубоко вдыхая, я с облегчением обнаруживаю, что он все еще хранит запах Себастьяна. Запах семнадцатилетнего мальчишки, каким он был, когда дал мне эту куртку ночью под проливным дождем одиннадцать лет назад. Я никогда не использую парфюмированную продукцию, собираясь надеть его куртку. Со временем его запах исчез, но я не хочу, чтоб кожа полностью потеряла свой уникальный мужской аромат.

Куда бы я ни поехала, я беру с собой куртку Себастьяна, но надеваю его только в случае полнейшего одиночества. Сегодня как раз такой случай.

— Почему я не могу отпустить тебя? — шепчу я, пока капают тихие слезы. В принципе я знаю ответ, но прошло уже три года с тех пор, когда он в последний раз касался меня. Казалось бы, стадия тоски уже должна была пройти, и я не могу позволить одному человеку занимать столько места в моей голове.

Защитником, благодетелем, любовником… моей одержимостью. Вот кем стал для меня Себастьян.

А сейчас, когда я встретила мужчину, способного вытолкнуть его на задворки моего сознания и сделать его далеким воспоминанием, я сижу тут в одиночестве, в темноте, надев его куртку. И как я так облажалась?

Я вздыхаю в потолок и плотнее укутываюсь в куртку, позволяя непрекращающемуся ливню за окном объять волшебством мой разум, не желавший ничего решать.

Закрыв глаза, слушаю ровный стук дождя по стеклу и позволяю себе окунуться в воспоминания о той ночи, когда я потеряла свою невинность с единственным человеком, которому я когда-либо полностью доверяла. Единственный человек, которого я целиком пустила в свое сердце, тело и разум. Моя кожа горит, когда я мысленно вызываю ощущение его рук на моем теле, глубину его взгляда и силу его собственнических объятий.

Во время той костюмированной вечеринки, я называла его «Мистер Блэк», прежде чем узнала, что на самом деле его зовут Себастьян. Я вытираю свои слезы и тону в глубоком тембре его голоса, называющего меня «Мисс Скарлетт». Той ночью, в его постели, я сказала называть меня Рэд, и это было способом напомнить ему, что мы уже встречались восемь лет назад, когда я была молоденькой встревоженной девчонкой. Это он назвал меня Рэд, после чего дал мне свою куртку, спасая меня от холода. Он знает меня только под двумя именами: Скарлетт и Рэд.

Я не называла свое настоящее имя, и не уверена, сколько бы протянула с ответом еще, если бы мы продолжили наши страстные встречи после той ночи. Он заставлял меня подчиняться такими чертовски смущающими способами, но с Себастьяном они были скорее естественными. Мужчина, обладающий такой властью над моим телом и разумом, очень опасен для кого-то, хранящего темные секреты. С тех пор я физически держусь подальше от него, ну а сейчас, ради своего будущего счастья, я должна отстраниться и мысленно.

— В последний раз, мистер Блэк… — шепчу я в темную из-за бушующей бури комнату. Поглубже устроившись на подушках, скольжу рукой по бедру, полностью отдаваясь каждой частичке памяти и фантазии о Себастьяне, прежде чем отпустить его раз и навсегда.

Глава 9

Бас

— Черт! — Я ударяю кулаком по рулю, когда она уходит, взмахнув своими великолепными рыжими волосами. Гремит гром, и я нажимаю кнопку, чтобы закрыть крышу. Ну как она может продолжать отрицать связь между нами?

И хорошие, и плохие.

Что это на хрен за ответ? Что такого произошло, что заставляет ее так бояться признать то, что знаем мы оба. Наша химия рвет крышу. Она настолько интенсивна, что мне пришлось вцепиться в проклятый руль, чтобы не протянуть руку и коснуться ее так, как я хочу. И так, как я знаю, она хочет.

Я откидываюсь на сиденье и прокручиваю события сегодняшнего дня.

Я знал, что она умна, но понятия не имел, насколько развита ее интуиция. Я с любовным благоговением наблюдал за ней на ярмарке. Ее сочувствие обнадеживает, но ее очевидный интеллект заставляет меня желать ее еще больше. Я потерял счет своим стоякам.

Автор детективных романов. Кто бы мог подумать? Но после сегодняшнего дня я понимаю, откуда берется ее страсть к писательству.

Мне совсем не нравится, что кто-то притворяется ею, и меня тревожит, что я не имею ни малейшего понятия, кто эта таинственная рыжая. Ну, в конце концов, мы можем проверить этого Шихана. Найдя информацию о нем, я не только помогу в ее расследовании, но и получу еще один предлог встретиться с ней.