ПРОЛОГ

Максим вышел из внедорожника черного цвета, поднял глаза, взглянув на окна старенькой многоэтажки. Штукатурка кое-где облезла, и проглядывали трещины. Этот дом нуждался в ремонте, но, видно, это не очень волновало жилищный комитет, да и самих жильцов. Помнил, как первый раз зашел внутрь. Противный запах плесени и еще чего-то тошнотворного, в стельку пьяные соседи, вываливающиеся из своих убогих квартир. Ощущение, что в этом месте собрались отбросы общества. Пожалуй, именно так и было. Он не понимал, как можно жить в таком убогом доме? Видимо, этот вопрос возникал только у него, так как все живущие в многоэтажке вполне довольны своим положением. Интересно, а она еще живет тут или переехала?

Заходить в дом не намеревался. Хотел, но не мог. Больше не мог. Да и что скажет, если она откроет ему? Ведь ненавидит его….

Облокотился на машину, прикрыв глаза.

Как же фигово! столько времени прошло, а Макс до сих пор не мог ее забыть. Как ни пытался, с кем ни пытался…. Почему так погано вышло? Он ведь любил ее, а она еще и залетела от какого-то урода, родила, пыталась повесить ребенка на него. Да только не вышло. Что ей нужно было? Чего не хватало? Он ведь как преданный пес был рядом, а что в итоге?

- Бл*ть! – выругался вслух.

Опустив взгляд, оттолкнулся от машины и направился к городскому скверу неподалеку. Сам не знал, зачем приехал. Инстинктивно свернул на эту улицу. Глупо как-то. Пора бы прекратить идти на поводу у желаний и, наконец, забыть ее. Не вспоминать. Почти вышло, так нет же, вернулась. Еще красивей стала. Глаз не отвести. Сразу видно – изменилась. Не знал, правда, в какую из сторон. Да и пох*р по сути должно быть, но сердце все равно ноет. Внутренности будто на изнанку вывернули. Чуть не сдох тогда, удивился, как еще выжил? Когда снова увидел, глаз не мог отвести. А она, даже не посмотрела, будто он не существует.

Запустив руку в волосы, сжал их, чтобы хоть как-то отвлечься от навязчивых мыслей о ней. Такая красивая. Расцвела за эти годы. Мужики, наверное, штабелями у ее ног падают.

О чем только думает сейчас?! Его вообще не должно это волновать! Их дороги разошлись в тот момент, когда Макс узнал, как она поступила с ним. Ненавидеть бы ее, да не получается.

Хотелось курить, но не стал. Все-таки решил бросить. Сколько она уговаривала избавиться от этой вредной привычки. Не поддавался. Не любил, когда диктуют, что нужно делать. Считал, сам вправе распоряжаться своим здоровьем и личным пространством. Все это знали, но она упорно пыталась перевоспитать, чтобы отказался от сигарет. В итоге сдался, правда, потом, сам себе поставил цель бросить курить.

Все-таки на автомате прошелся руками по карманам пальто в поисках пачки сигарет. Не нашел. Что же, это и к лучшему.

Белый снег хрустел под ногами, мороз щипал кожу везде, где она была открыта. Деревья покрыты слегка потемневшей от загазованности белой массой. Но, несмотря на это, природа не теряла своего очарования. Макс в принципе не замечал все эти тонкости окружения. И ему было глубоко наплевать на них. Находилось что-то более важное, чем созерцание прекрасного. ОНА научила видеть все по-другому, замечать среди бесконечной гонки, в которую попадал каждый, кто жил в мегаполисе, красоту. Она умудрялась видеть мелочи: подснежник весной, проклевывавшийся из потаенного снега, который к тому времени практически сходит с земли; белку на ветке дерева; то, как переливаются лужи, когда в них отражается солнце. Запах цветов, что дорожные службы рассаживают в апреле по городу, пение птиц и прочие, на первый взгляд, незначительные вещи.

Для Максима, они были именно такими. Не видел он их, полностью погруженный в современный мир.

Сунув руки в карманы пальто, а перед этим подняв воротник, прошелся вдоль аллеи, очищенной от снега, дабы не мешать передвижению людей. Летом в этом сквере яблоку негде упасть. Люди шныряют, покрывая каждый свободный участок асфальта, дети резвятся на площадке меж деревьев. Жизнь кипит. Оно и понятно, летом оживает все.

Из кармана донесся сигнал телефона. Не стал доставать его, не хотелось ни с кем говорить. Не сейчас. В груди горело лишь одно желание – набрать ее номер и услышать бархатный голос. Не мог. Не имел прав. Больше не имел. Она теперь не принадлежит ему. От этого паршиво и гадко. Зима не только в городе, но и в душе. Забавно, раньше считал себя абсолютно бесстрастным ко многим вещам. Да, благодаря воспитанию родителей, имелись в нем хорошие качества, но конкуренция в бизнесе, да и в обществе, в котором он крутился по праву рождения, не позволяло себе проявлять сострадание к кому-либо. Поэтому и держал возле себя лишь тех, кому доверял. ОНА появилась из иного мира, с которым он не соприкасался, с которым не считался. Ему были чужды тяготы тех, кто работал, чтобы выжить. Статус не тот, положение обязывает. Не мог допустить, чтобы ей удалось пробиться через его броню, которую долго и тщательно создавал. Следил за всем. Привык контролировать, не мог пускать вещи на самотек, в том числе и отношения. Она же не спросила, ворвалась в жизнь, сметая все преграды на своем пути. Ее поведение часто сбивало столку. Не поддавалось логике. Другая. Не из тех штампованных красоток, что крутились возле таких, как он – состоятельных и привлекательных. Не запачканная развратом и вседозволенностью. Не имела хватки как у светских львиц, от которых Макса тошнило. В его мире притворства и фальши не было места чему-то чистому, а если кто-то появлялся, то со временем становился частью отлаженной системы. Да и уметь нужно постоять за себя. Либо прогнешься под закостенелые устои высшего общества, теряясь в нем, забывая себя; либо научишься стоять крепко и уверенно, создавая что-то свое. Как поется в песне:

«Не стоит прогибаться под изменчивый мир,

Пусть лучше он прогнется под нас»….

За все в этой жизни приходится платить, просто так ничего не дается. И Максиму, также предоставила судьба свой счет. Жизнь хитра и коварна, когда думаешь, что на руках все карты, она вдруг начинает играть в шахматы. Такова истина.

Он привык, что в жизни можно купить все, но ОНА стала исключением. Ни один его метод на ней не работал, что подбешивало, и в то же время, разжигало желание еще большей жажды обладать ею. Увлекся. Не заметил. Не понял. А теперь страдает от бессмысленных чувств, не понимая, насколько глубоко увяз в НЕЙ. Он никогда не действовал наобум. Все четко просчитывал: каждое слово, каждый шаг. Именно мозги являлись его оружием в жестком мире, где каждый мог подсидеть любого, несмотря на то, что являлся другом или хорошим знакомым. Жизнь среди миллионеров - не сахар. Это огромная пирамида, где каждый занимал свою ячейку стремясь добиться более высокой ступени, идя по головам. Это начинаешь понимать лишь с годами, когда приходит осознание, что ты не просто ребенок богача, и тебе все можно, а фигура на шахматной доске и тебе выбирать, станешь пешкой или королем. Некоторые так увлекаются вседозволенностью, что даже когда переходят порог от подростка к взрослой личности, продолжают растрачивать свою жизнь на мелкие глупости и желания. Максим же не видел ничего хорошего в расточительстве времени и сил на развлечения. Миром правят сильные, и он хотел быть среди них. Амбиций у него много, главное направлять в нужное русло. Но с ней все его убеждения летели к чертям, все барьеры рушились. А что в итоге? Убедился в том, что нет в жизни ничего святого, даже светлые люди могут оказаться еще теми лгунами, как в случае с ней.

Выругался про себя. Желание закурить уже было невыносимым. Впору бежать к машине за сигаретами. Но, не спешил. Хотел сам себя испытать на прочность.

- С*ка, как х*рово, - прорычал, остановившись. Всегда был уверен, чувства - это ерунда. Все можно купить: машины, дома, даже людей. Просто у каждого своя цена. Так сколько же стоит любовь?

ГЛАВА 1

За шесть лет до событий в прологе…

Любви нельзя добиться силой, любовь нельзя выпросить и вымолить.

Она приходит с небес, непрошеная и нежданная.

Бак Перл Сайденстрикер

Яна валилась с ног от усталости. Работать приходилось с утра до поздней ночи. А после, практически через весь город ехать в съемную квартиру, где ее подруга спала и видела десятый сон. К дополнению, нужно готовиться к вступительному экзамену, который назначен на следующую неделю. Недосып и усталость скапливались, грозили превратиться в хроническую форму. Но девушке нужны деньги, как воздух. На грант не вышло поступить, на едином тестировании попался неудачный вариант, в результате чего не хватило пары баллов, чтобы попасть на бюджет. Конечно, в следующем году, если будет усердно учиться, то ей вполне могут предоставить грант, но до этого целый год придется платить, как все. Помимо учебы деньги нужны на лекарства матери, квартплату, да и жить на что-то нужно.

Маргарита – ее подруга, а по совместительству и соседка по квартире, оплачивает большую часть за проживание, и ее мама частенько перевозит разные вкусности.

Сама Яна считала себя неприхотливой. Они с мамой жили небогато. Отец умер от рака печени. Водка до добра никого не доводила. В итоге, мать осталась одна с девятилетним ребенком. Родственников, по ее словам, у них не было, некому было помочь. Ей приходилось работать круглые сутки, брать дополнительные дежурства в больнице, где она работала медсестрой, чтобы им было что поесть и что надеть. Яна росла спокойным ребенком, не капризничала. Училась усердно, но практически ни с кем не общалась. Правда, иногда ловила себя на мысли, что завидует одноклассникам. У них не было проблем, не нужно было по нескольку лет ходить в одной одежде, мечтая об новых игрушках и модных нарядах, которые просто не могла себе позволить мама для дочери, хоть и старалась изо всех сил. Одноклассники красиво одевались, пользовались дорогой техникой, обсуждали поездки в лагеря за границей и прочие мелочи, о которых девочка могла только мечтать. Яна сторонилась ребят. Не было у них тем для общения. Лишь к девятому классу мама купила компьютер, частично заняв на него, частично взяв кредит. ПК не был роскошью для многих людей в то время, а для Яны являлся предметом необходимости. Она была безумно рада чуду техники. Чуть позже компьютер сменился самым дешевым ноутбуком. Последний был гораздо удобней. Можно было носить с собой, тем более началась подготовка к единому тестированию.

Но, несмотря на тяжелую жизнь, которую они вели с мамой, девушке было чем хвалиться. Природа одарила ее стройной фигурой, пухлыми губами, голубыми глазами, пушистыми ресницами и светлыми, практически белыми волосами. Яна смело могла надевать бикини на пляже, не стесняясь своей внешности. А благодаря танцам, которыми занималась до средней школы, могла похвастаться гибкостью и пластичностью.

Помнится, как шла она с мамой по улице и услышала приятную музыку из танцевальной школы. Уговорила маму зайти и одним глазком посмотреть на танцующих девочек. Глаз не могла отвести от них, смотрела, как завороженная. Видимо, мать увидела этот интерес в глазах дочери и спустя несколько дней сообщила, что записала ее к хореографу. Яна была на седьмом небе от счастья. На танцы бежала, как на праздник. Не обращая внимания на боль в мышцах и тяжелые нагрузки. В здании танцевальной школы также находился бассейн и тренажерный зал. Изредка ребятам разрешалось посещать плавательный комплекс. Там-то девушка и научилась плавать, чему была рада. Таким образом, в свои восемнадцать лет обладала красивой женственной фигурой, на которую грех жаловаться. Да и глупой себя не считала. В школе училась на отлично, посещала научные кружки и участвовала в олимпиадах.

Со своей подругой Ритой знакома со школы. Она была девушкой одноклассника, которую он привел на выпускной вечер. Там-то девушки и познакомились, после чего общение не прекращалось. По окончании школы решили снять квартиру. Яна, потому что не хотела обременять мать. В их двухкомнатной квартире едва хватало места, да и у мамы завязались отношения с мужчиной, который девушке, мягко говоря, не нравился. Он был любителем выпить. Как Яна ни старалась вразумить мать, та не слушала. Последней каплей было то, что сожитель родительницы начал приставать к Яне. Еще одна причина съехать из малюсенькой квартирки на окраине города, куда они когда-то переехали из захудалой деревушки. Мама будто не видела всего этого. Гражданский муж, как часто повторяла родительница, умудрился подмять ее под себя. Возможно, у нее просто сдали нервы, столько лет приходилось работать на износ, и в ней что-то надломилось. В итоге, пришлось замолчать, смирилась с тем, что в жизни матери есть мужчина, пусть и не самый лучший, но он ее не обижал, как когда-то отец. Только за это, терпела его. Правда, сейчас, слава Богу, видела редко. С мамой старалась встречаться на нейтральной территории, но раз в неделю приходила помогать в уборке, вместе готовили ужин и пили чай, беседуя на разные темы, которые никогда не иссякают. В общем, как можно увидеть, причины у Яны все-таки были, чтобы снять жилье. Не хотелось быть третьей лишней.