Ринк и Каролина как бы заключили временное перемирие. И произошло это само собой, без обсуждений.

Однажды утром, когда Каролина занималась деловой перепиской, Ринк без стука вошел в ее кабинет.

— Я хочу тебя кое с кем познакомить. Если ты, конечно, не очень занята.

— Вообще-то у меня завал работы, — рассеянно ответила Каролина.

— Я бы не стал тебя беспокоить, если б это не было так важно.

Многозначительный тон Ринка пробудил ее любопытство.

— С кем же ты хочешь меня познакомить?

— Это сюрприз.

Ринк легонько обнял ее за плечи и привел на склад, где хранились пятисотфунтовые тюки хлопка.

Плечистый мужчина в ослепительно белом костюме и летней панаме — ни дать ни взять персонаж из пьесы Теннесси Уильямса! — пробовал на ощупь образцы хлопка из разных тюков. Заметив во рту незнакомца сигару, Каролина сжалась — Роско постоянно держал сигару во рту, но на этом сходство незнакомца с Роско и закончилось. Роско всем давал понять, что он босс, а незнакомец держался просто. Завидев Ринка и Каролину, он дружелюбно улыбнулся и сделал шаг им навстречу.

— Мистер Зейчери Гамильтон, разрешите представить вам миссис Каролину Ланкастер.

— Очень приятно, — Каролина протянула мужчине руку.

В нем было что-то, моментально располагавшее к доверию, и Каролина даже подумала: «Хотела бы я, чтобы этот человек был моим отцом…»

— Мне тоже очень приятно познакомиться с вами, миссис Ланкастер. Я искренне рад. Ваш… э-э… пасынок рассказал мне, что вы сумели добиться большого прогресса на фабрике.

Каролина порозовела от удовольствия и стала еще прелестней.

— О, Ринк преувеличивает мои заслуги. Но я вообще-то горжусь качеством нашей продукции.

— Мистер Гамильтон закупает хлопок для компании «Дельта Милс», — пояснил Ринк.

Слава Богу, что Каролина в этот момент быстро опустила голову и гость не увидел ее изумленного лица! Ринк чуть не покатился со смеху, глядя на ее поднятые брови и округлившийся рот.

— П-понятно… — пролепетала Каролина, справившись с изумлением.

Любой южанин, имевший хоть какое-то отношение к выращиванию хлопка, знал компанию «Дельта Милс». Она производила хлопчатобумажные ткани, славившиеся своим качеством на весь мир.

— Мы будем рады показать вам образцы нашего хлопка, мистер Гамильтон, — сказала Каролина, стараясь сохранять спокойствие.

Но Господи, как же это было трудно! Ее бросило в жар, руки тряслись. Если им с Ринком удастся заключить сделку с «Дельта Милс», это будет настоящий прорыв в большой бизнес.

— О, Ринк был так любезен, что уже предоставил мне возможность ознакомиться с образцами вашей продукции. Хлопок просто прекрасный! — воскликнул Гамильтон. — Мы были бы не прочь сделать у вас закупки.

Каролина чуть не захлопала в ладоши от радости, но вовремя вспомнила золотое правило торговли: не следует показывать покупателю, что вы в нем жизненно заинтересованы.

— Ну… вообще-то мы уже заключили определенные договора с несколькими фирмами, — заметил осторожно Ринк, набивая цену своему товару.

— Естественно, господин Ланкастер, — кивнул Гамильтон. — И все-таки нам бы очень хотелось… Сколько тюков вы можете нам продать?

Каролина нервно переминалась с ноги на ногу, пока шла торговля. Наконец Ринк и Гамильтон обо всем договорились. Такой выгодной сделки фабрика Ланкастеров еще не заключала!

— Мы доставим товар по воздуху, — небрежно добавил Ринк, направляясь вместе с мистером Гамильтоном и Каролиной в офис, чтобы оговорить детали контракта.

— По воздуху? — удивленно переспросил мистер Гамильтон.

Каролина была потрясена не меньше его.

Ринк ослепительно улыбнулся.

— Да, это у нас эксклюзивная форма обслуживания, для самых ценных клиентов.

И, пропустив в дверях вперед мистера Гамильтона, подмигнул остолбеневшей Каролине.

Каролина долго не могла прийти в себя и, едва дождавшись ухода Гамильтона, взволнованно спросила:

— Но почему мы должны посылать груз самолетом? Что, поезда уже не ходят?

Ринк рассмеялся и бросился к бару, ища какую-нибудь выпивку.

— Ходят-то ходят, но… Ага! Вот она! — Он торжествующе достал бутылку бурбона. — А где бокалы? Хотя… черт с ними! — Ринк откупорил бутылку и отхлебнул прямо из горлышка. — У меня есть старый грузовой самолет. Мы же хотим произвести впечатление на «Дельта Милс», правда? Я думаю, у них не так уж и много компаний, которые доставляют им товар по воздуху.

— Но это же невероятно дорого, Ринк! Мы на одном топливе разоримся…

— Не разоримся, если в роли грузчика и пилота буду выступать я сам, — радостно улыбнулся Ринк. — Нам придется потратиться только на топливо. Думаю, долговременное сотрудничество с «Дельта Милс» того стоит. Ладно, давай выпьем. За нас! — Он взмахнул бутылкой, сделал еще один глоток и предложил Каролине.

Она замялась, борясь с соблазном. Потом благоразумие все же взяло верх.

— Нет-нет, я не могу, — Каролина с опаской покосилась на дверь.

— Почему не можешь?

— А вдруг кто-нибудь зайдет и увидит, что мы выпиваем?

— Никто нас не осудит. Мы же с тобой заключили чертовски выгодную сделку! Да и вообще… Никому и в голову не придет заходить в кабинет без стука.

— Ты же заходишь.

Ринк нетерпеливо передернул плечами.

— Слушай, ты выпьешь или нет?

Каролина, расхрабрившись, приложилась к горлышку и, подражая Ринку, сделала большущий глоток. В следующую секунду она чуть не задохнулась. Из глаз покатились слезы, в желудке словно вспыхнул костер. Ринк взял у согнувшейся в три погибели Каролины бутылку и, громко хохоча, похлопал ее по спине.

— Ну как? Получше стало?

Она медленно распрямилась, вытерла слезящиеся глаза и прошептала:

— Да, вроде бы…

Оба весело рассмеялись.

— Если б ты знала, — с мальчишеским воодушевлением воскликнул Ринк, — как я боялся, что он откажется или оставит нас в подвешенном состоянии! Вдруг он начал бы тянуть с подписанием контракта?

— А почему ты не предупредил меня о его приходе?

— Не хотел тебя обнадеживать.

— Честно говоря, я этому рада. Я люблю сюрпризы.

— И мой сюрприз тебе понравился?

— Да, — Каролина расплылась в улыбке, еще раз порадовавшись их общему успеху. — Да, да, да!

Дальше случилось непредвиденное. Честное слово, она этого не ожидала! Ринк обхватил ее за талию, поднял в воздух и закружил по кабинету. Они глядели друг на друга и заливались счастливым смехом. Она положила руки ему на плечи.

— Какие же мы с тобой молодцы! За всю историю существования фабрики такого еще не было! Ты понимаешь, какие перспективы это открывает, Каролина? Об этой сделке скоро станет известно всем. Покупатели к нам валом повалят. Не в этом году, так в следующем. А значит, мы будем расти, расширяться…

Он вальсировал с нею на руках и смеялся, смеялся как ребенок. А поставив наконец на пол, поцеловал. И это воспринималось как совершенно естественное продолжение их общего праздника. Так целуются не влюбленные, а друзья, успешно справившиеся с работой.

Но как только их губы сомкнулись, все изменилось. Их поцелуй все расставил по своим местам. Ощутив влажную податливость Каролининых губ, Ринк затрепетал от желания.

Стремясь понять, как она реагирует на его прикосновения, Ринк жадно всмотрелся в лицо Каролины. Все в ее облике было ему мило: и яркий румянец, и золотисто-рыжие волосы, и лучистые глаза, и алые губы.

Каролина выжидательно замерла, заметив, что дыхание Ринка участилось, а в глазах появился жаркий блеск.

Он хотел ее! Видит Бог, хотел! Он хотел слиться с ней воедино, сделать ее своей навсегда… Но она поклялась быть верной его отцу, пока смерть не разлучит их… И даже теперь, после смерти, отец не утратил своей власти над ними обоими. Каролина до сих пор принадлежала его отцу…

И как только Ринк об этом вспомнил, он отпустил Каролину. Руки Ринка безвольно повисли вдоль его тела, и он медленно отступил назад. Взгляд еще какое-то время был прикован к любимым чертам, но Ринк мужественно отвел глаза.

Каролина была потрясена и разочарована, но старалась не показывать своих чувств.

Ринк направился к двери.

— Пожалуй, мне стоит угостить парней пивом и рассказать про наш успех с «Дельта Милс». Пусть воодушевятся и работают еще усердней.

— Да, это ты здорово придумал, Ринк. Увидимся дома!

Он кивнул.

— Я постараюсь долго не засиживаться.


По дороге домой Каролина заехала в супермаркет. Там ее тоже ждал сюрприз. Но отнюдь не приятный. Оказывается, по городу уже поползли сплетни…

А дело было так. Хейни позвонила на фабрику и попросила Каролину купить кое-что из продуктов.

— Хорошо, — сказала Каролина. — Я скоро буду. Ринк немного задержится после работы, так что давай устроим ужин на полчаса позже обычного.

В магазине Каролина встретила двух знакомых женщин, которые смотрели на нее с нескрываемым любопытством. Одна из них была самой отчаянной сплетницей на всю округу. Дочь ее, ровесница Каролины, вышла замуж за рабочего. Он любил выпить, и потому на заводе, где он работал, его терпели с трудом. Дочь городской сплетницы в свое время пользовалась успехом у мальчиков. Она как раз принадлежала к той компании, в которую не допускали Каролину. Как, должно быть, ее взбесило, что дочка пьянчуги Доусона так удачно вышла замуж! Ее приятельница была хозяйкой химчистки и тоже любила перемывать косточки ближним, благо общение с многочисленными клиентами давало ей такую возможность.

Каролина с радостью избежала бы разговоров с этими грымзами, но, увы, не поздороваться с ними было нельзя. Решительно вздернув подбородок, она пошла прямо на них.

— Здравствуйте, миссис Лейн! Добрый день, миссис Харпер!

— Здравствуйте, миссис Ланкастер! — в один голос ответили они. Их сердечность была явно преувеличенной. — Как вы поживаете? Мы вам очень сочувствуем. Бедный мистер Ланкастер!

— Похороны прошли прекрасно! Просто прекрасно! — заявила миссис Лейн, даже не отдавая себе отчета в абсурдности такого утверждения.

— Спасибо, — кивнула Каролина и двинулась было дальше, считая, что долг вежливости исполнен с лихвой, но миссис Харпер не собиралась так быстро ее отпускать.

— Ринк вас, верно, поддерживает в трудную минуту. Как все-таки хорошо, что он вернулся домой!

«Осторожней! — предупредила себя Каролина. — Это пираньи, им только дай повод — они живого места на тебе не оставят».

— Возвращение Ринка очень много значит для Лауры Джейн и Хейни, нашей экономки, — спокойно сказала она. — Они рады, что он снова дома. Если, конечно, в такие дни вообще уместно говорить о радости.

Сплетницы буквально на лету ловили каждое ее слово.

— И сколько же он здесь пробудет? У него ведь большой бизнес в Атланте. Мы все теперь, наверное, кажемся ему такими жалкими и ничтожными, как и сам наш городок.

— О, нет. Ринк любит Уинстонвиль. Тут его корни. Самим своим названием наш городок обязан предкам Ринка. И Укромный уголок всегда будет его домом.

Аппетиты хищниц разгорелись еще больше. Они придвинулись поближе, словно намереваясь вгрызться своей жертве в глотку.

— Да, но ведь с тех пор, как вы вышли замуж за мистера Ланкастера, это и ваш дом. А может, вы намерены жить там все вместе? Большой дружной семьей?

— Вот именно, — холодно улыбнулась Каролина. — Большой дружной семьей.

— Это замечательно! — с энтузиазмом заверещали сплетницы.

— Передавайте привет Саре, — сказала Каролина матери своей одноклассницы. — Я слышала, она снова стала матерью.

— Да, это уже четвертый ребенок. — Бесцветные глазки с завистью впились в стройную фигуру Каролины. — Какая жалость, что мистер Ланкастер не подарил вам ребенка! Маленький ангелочек служил бы юной маме утешением в ее горе.

Каролина никогда в жизни не сталкивалась с таким лицемерием. В другой момент это ее, наверное, позабавило бы, но сейчас это замечание вконец вывело ее из себя.

— Но зачем Каролине ребенок, Фло? — подала голос миссис Харпер. — У нее есть Ринк. Он ее утешает. И еще Лаура Джейн, милейшее создание, сущее дитя.

— Ах да, Ринк! Ну конечно! Я совсем забыла о Ринке и его бедной сестре.

— Мне пора. До свидания! — торопливо сказала Каролина и устремилась прочь.

Усилием воли она все же заставила себя купить все необходимое, хотя единственным ее желанием было поскорее выскочить на улицу и уехать. Каролина чуть не плакала от обиды и унижения.

При жизни Роско никто не смел так с ней разговаривать. Знакомые неизменно выказывали почтение супруге Ланкастера, пусть зачастую оно и было показным. Однако судя по всему, на вдову Роско это уже не распространялось. Она опять стала для них Каролиной Доусон. Похоже, ей так и не смыть с себя клеймо дочери пьяницы. Она может жить как святая, но, помня о ее происхождении, все в городе все равно будут подозревать ее в смертных грехах и предосудительных поступках.