Джеймс Стерлинг

Смена правил

ГЛАВА 1. Это не сон

Кэсси


Когда на следующее утро я открыла глаза, часть меня думала, что это был всего лишь сон… красивый, сладкий, романтичный сон. Джек лежал на кровати рядом со мной, и выглядел таким умиротворенным, что от одного только взгляда на него моё сердце стало биться сильнее, и мне захотелось разбудить его для второго раунда. Или, может быть, третьего. Все мои эмоции после вчерашней ночи перемешались, и теперь я поняла, что наконец-то по-настоящему счастлива. Судя по всему, на несколько месяцев это чувство просто-напросто исчезло из моего эмоционального диапазона.

Сейчас все мысли были заняты новым поворотом в моей судьбе. Вчера, после шести месяцев отсутствия в моей жизни, Джек появился на пороге моего дома с дюжиной красных роз. Он смотрел мне в глаза и просил прощения, говорил, что любит меня и хочет вновь завоевать моё доверие. Я не могла поверить, что он приехал сюда, и мне потребовалась вся сила воли, чтобы не рассыпаться на части только от одного взгляда на него. Я хотела, чтобы Джек вернулся в мою жизнь, но при этом мне необходимо было знать, что теперь он вернулся навсегда.

И сейчас Джек лежал рядом со мной в постели. Я хотела спросить его, почему он так долго добирался сюда, и почему не связался со мной раньше. Но, если честно, это уже не имело никакого значения. По крайней мере, я пыталась себя в этом убедить.

Мои вопросы могли подождать, но я знала, что это не продлится вечно. Я не могла просто забыть всё, даже не получив объяснений. Если честно, Джеку следовало многое мне объяснить.

Я медленно поднялась, стараясь не разбудить его, поставила ногу на пол, и тотчас его сильные руки обхватили меня за талию и притянули обратно в постель.

— И куда ты собралась? — выдохнул Джек около моей шеи.

— Туда, куда захочу, — парировала я со смехом.

— Я не говорил, что ты можешь вставать с кровати, — его голос звучал решительно, и я не могла не засмеяться.

— Мне не нужно твое разрешение, — ответила я, когда он улегся на меня сверху, и чмокнул в кончик носа.

— Ты не представляешь, как я скучал по твоей дерзости.

— А я нисколько не скучала по твоим попыткам придавить меня весом своего тела. Уф, слезь с меня.

— Даже не подумаю, — на лице Джека появилась дьявольская усмешка, а его рука начала двигаться вдоль моего голого бедра.

Я шлепнула его по плечу и закатила глаза.

— Ты такая свинья.

— Да, но я же твоя свинья, — Джек подался вперед, прижимаясь своими губами к моим. Инстинктивно я отвернулась, сжав губы в плотную линию. Он отстранился и перекатился на свою сторону кровати.

— Что случилось?

Я улыбнулась, прикрывая рот ладонью.

— Я не могу целовать тебя по утрам. Сперва я должна почистить зубы.

Джек кивнул в знак согласия.

— От тебя воняет.

Моя челюсть отвисла, но я быстро взяла себя в руки, стараясь как можно меньше дышать.

— Неправда. Заткнись!

Он засмеялся, и я потерялась в его ямочках. Как же я скучала по ним.

— Я шучу, Котенок. Ты пахнешь розами.

— И как только я могла скучать по твоим грубым манерам?

— Мы такие, какие есть. Ты заноза в заднице, но я мирюсь с этим.

— Боже мой, — я спрыгнула с кровати, метнув на него свой самый выразительный осуждающий взгляд, и скрылась за дверью.

— Я прикалываюсь. Ты просто ангел, который мирится с моими причудами.

— Правильно, и не забывай об этом! — крикнула я из коридора.

Я почистила зубы в своей крошечной ванной, прежде чем вернулась обратно в спальню. Джек лежал в кровати и не шевелился. Взгляд его голубых глаз был устремлен на меня. От предвкушения по моему телу побежали мурашки.

Было безумием одновременно любить и ненавидеть тот эффект, который оказывал на меня этот мужчина. Меня бесило, что он знал, как действовал на меня. Но с другой стороны мне нравилось то, что он заставлял меня чувствовать при этом. Возможно, мне следовало обратиться за помощью к психиатру.

Затаив дыхание, я села на край кровати, прежде чем улеглась на свою половину, и повернулась к Джеку лицом.

— Что такое, Котенок? — он нахмурил брови, между которыми образовались тревожные морщинки.

— Ничего, — солгала я.

— Я знаю, ты выше этого, Кэсс. Что такое?

— Просто хочу спросить тебя кое о чем.

— Спрашивай всё, что хочешь, — сказал он искренне.

Я заколебалась, не зная, хотелось ли мне поднимать эту тему, ведь он только что вернулся ко мне. Но голос разума был неумолим. Мое постоянное желание получить ответы на волнующие меня вопросы никуда не денется со временем, пока я не удовлетворю его.

— Что случилось в Калифорнии, когда я уехала в Нью-Йорк?

— Что ты имеешь в виду?

— Брось, Джек. Ты приехал через шесть месяцев. Шесть месяцев! — мой тон был более резким, чем мне хотелось, и я заметила, как он отвел глаза.

Джек медленно провел руками по своим темным волосам.

— Прости, Джек. Но мне нужно поговорить об этом, иначе я буду хранить всё в себе, и, в конце концов, просто взорвусь.

Он посмотрел на меня, и печально улыбнулся.

— Нет, ты права. Ты заслуживаешь знать ответы.

— У нас есть время? В смысле, ты играешь сегодня? — всё-таки он профессионально играл в бейсбол, а игровой сезон был в самом разгаре.

— Команда сейчас на выездной игре. Мне сказала лететь сюда, чтобы обосноваться, вместо того, чтобы сразу присоединиться к команде. Я должен явиться в клуб завтра в десять утра.

— Хорошо. Тогда мы можем поговорить сейчас? — мой пульс участился. Джек был здесь, со мной, в моей кровати. Он любил меня и никогда не перестанет любить. Тогда почему я так нервничала?

— Что случилось, когда я уехала в Нью-Йорк?

— Ты хочешь получить детальный отчет за последние шесть месяцев? Боюсь, что это утомит тебя, и ты снова заснешь.

Я закатила глаза, и он нахмурился.

— Тогда расскажи мне только хорошее, что случилось в этот период времени.

— Если это история имела хорошие моменты, Котенок, я давно был бы здесь, — он погладил мою щеку большим пальцем.

Я прижалась к его руке и закрыла глаза, растворяясь в его прикосновении.

— Расскажи только ту часть, которая объяснит, почему тебе потребовалось столько времени, чтобы вернуться ко мне. Расскажи мне укороченную версию, — попросила я мягко, не зная, что последует за этими словами.

Джек прижал меня к себе и начал свой рассказ…


Джек


И она просто ушла. Но перед этим сказала два чертовых слова, которые будут преследовать меня в кошмарах. Эта девушка попросила доказать: доказать мою любовь и преданность ей. Я заслужил это после всего, через что заставил её пройти. Кэсси мне больше не доверяла.

Будь я на её месте, я бы тоже себе не доверял.

Как иронично, не правда ли? Это я остался стоять на стоянке в полном одиночестве. Клянусь, если бы моё сердце могло выпрыгнуть из груди прямо мне в руки, оно бы сделало это. Я представил себе этот момент… моя кровь течет сквозь пальцы и капает на асфальт, пока я смотрю, как сердце в моих руках замедляет свой ритм, пока полностью не останавливается.

Черт.

Моя жизнь не имела никакого смысла без этой девушки. А теперь она ушла.

Снова.

Как так получается, что я всегда теряю её?

Я расстегнул свою спортивную куртку и позволил ей свободно болтаться поверх форменных спортивных брюк. Я обернулся и посмотрел на дверь квартиры в конце парадной лестницы, и медленно двинулся в ту сторону. Мои ботинки громко клацали об асфальт. Я не был готов вернуться в гостиницу к своей команде. Только не сейчас. Они там празднуют сегодняшнюю победу, а мне нужно было оплакать свою потерю.

Картина того, как Кэсси садится в такси и уезжает, раз за разом всплывала у меня в голове. Я закрыл глаза, желая, чтобы этот ненавистный образ исчез. Женский смех и голос моего брата оторвали меня от мыслей о Кэсси.

— Черт. Джек. — В голосе Мелиссы явно слышалось сочувствие.

Я посмотрел на лучшую подругу Кэсси. Она стояла на лестнице рядом с моим младшим братом. Дин был всего на пару лет младше меня, но он всегда оставался для меня маленьким, даже если и был со мной почти одного роста.

На мои глаза навалилась тяжесть, голова раскалывалась. Я просто кивнул в ответ на высказывание Мелиссы.

— Давай, брат, зайдем внутрь, — Дин подталкивал меня со спины, пока Мелисса открывала дверь.

— Ты видел её? — спросила она, бросая свои вещи на кухонный стол.

— Видел, — ответил я холодно, прежде чем сел на стул и кинул свою бейсболку в тот беспорядок, который Мелисса устроила на кухонном столе.

— Что, черт возьми, случилось? Что она сказала? — спросила она, размахивая в воздухе руками.

— Она ушла, — я пожал плечами. — Она переезжает в Нью-Йорк.

— Конечно, она переедет в Нью-Йорк, — сказала Мелисса холодным тоном.

Дин положил руку мне на плечо и пояснил.

— Мелисса имеет в виду, что Кэсси уехала, чтобы начать жить собственной жизнью. Это решение никак не связано с тобой.

Его слова причиняли адскую боль. Я повернулся и посмотрел на младшего брата.

— Ты думаешь, я не знаю этого?

— Да неужели? Или ты рассчитывал, что она прыгнет в твои объятия, и вы будете жить долго и счастливо? — Дин бросил злобный взгляд мне в спину, в его голосе звучало обвинение.

Я резко выдохнул, затем робко улыбнулся.

— Ну, я надеялся, что, возможно, так и будет, — признался я и пожал плечами.

Обычно милое личико Мелиссы исказила гримаса, когда она прорычала.

— Это полный бред, Джек. Ты ждешь, что она бросит свою карьеру, только потому, что ты об этом попросил?

— Я не просил ее отказываться от карьеры. Я просто хотел, чтобы она поговорила со мной. Отложила свой переезд и дала мне второй шанс.

— Такой же шанс, какой ты дал ей, когда женился на той гадине?

— Мелисса, — мягко одернул ее Дин, и так нежно прикоснулся к её руке, что злое выражение тут же исчезло с её лица.

Мою грудь сдавило словно тесками. Я стиснул челюсти, так как упрек Мелиссы пронзил меня подобно сотни кинжалам.

— Думаешь, мне было не больно уйти от Кэсси в тот вечер? Все, чего я хотел — остаться с ней, молить её о прощении и…

— Но ты не сделал этого! Ты не остался с ней. Оставил её в одиночестве рыдать на парковке, а сам ушел с этой сучкой! — закричала Мелисса, обида за Кэсси в её голосе пронзила мои разум и сердце.

— Я осознаю, что натворил! — заорал я, на моей шее запульсировала вена. — Ты думаешь, что я, твою мать, не осознаю, что наделал? Я вынужден жить с этим каждый день и каждую секунду. Я облажался, ясно? Мы все знаем, что я облажался! — я хлопнул ладонью по столу, отчего несколько монет, которые Мелисса выложила на стол, как только вошла в квартиру, задребезжали и скатились на ковер, напомнив мне о первом свидании с Кэсси.

В моём мозгу тут же вспыхнула картина, как она сидит напротив меня в той небольшой кабинке в глубине ресторана. Я вспомнил, как вытащил из кармана бумажный пакет и, гордый своей сообразительностью, высыпал из него четвертаки, а несколько монет скатилось со стола на кафельный пол. Все воспоминания, которые раньше приносили радость, теперь наполняли мое сердце болью.

— Недостаточно знать, что ты сделал, нужно знать, как это повлияло на неё, — сказала Мелисса, её голос звучал мягче.

Я посмотрел на неё, пытаясь усмирить свой гнев.

— Расскажи мне.

— Когда она вернулась из Алабамы, все знали, что ты женишься. Это было во всех газетах, в социальных сетях, везде. Знаешь, что ей звонили из этой глупой студенческой газетенки, в которой она раньше работала, и спрашивали о твоих фотографиях? Они говорили, что у них есть только старые фотки и хотели знать, есть ли новые.

— Ты шутишь, — выкрикнул я с отвращением.

— Хотелось бы.

Мои руки сжались в кулаки.

— Я убью их, этих бесцеремонных, маленьких…

Она указала на меня пальцем, останавливая на полуслове.

— Это были не только в журналах, фейсбуке и газетах, а повсюду, куда бы она не пошла. В колледже было хуже всего. Кэсси не могла спокойно пройти по кампусу, не удостоившись ехидных замечаний. Она была вынуждена решать проблемы своей личной жизни на глазах у всех. И поверь мне, у каждого было свое мнение относительно того, почему вы расстались.