Наверное, и правда «это дело» Ольге понравилось. Она плакала при любой возможности. Например, на перроне она первым делом с готовностью с ног до головы залила слезами бросившуюся к ней Шурку, а потом уже смогла слушать ее стремительные речи и даже что-то говорила сама, не замечая, что не перестает плакать.
– Ты чего сопли распустила? – грубо рявкнула Шурка в конце концов и сама пару раз хлюпнула носом. – От радости, что ли? Игорь Дмитриевич, она что, всегда теперь плачет?
– Ольга никогда не плачет, – невозмутимо ответил Игорь, шагавший чуть сзади с двумя Шуркиными чемоданами в обеих руках и с дорожной сумкой через плечо. – С чего ты взяла, что она плачет?
– Действительно… – Шурка забежала вперед, развернула Ольгу лицом к солнцу и принялась пристально рассматривать ее мокрые щеки и слипшиеся ресницы. – Помстилось черт знает что. С недосыпу, наверное. Старею, что ли?
И Ольга рассмеялась сквозь слезы, и Игорь рассмеялся вслед за ней, а Шурка вздохнула, щелкнула языком и сурово сказала:
– Сумасшедший дом. То плачут, то смеются, как сказала бы Анька… Ну, ничего, я вас в норму вобью.
А потом они приехали домой, и Шурка с порога заорала:
– Анька! Теть Кать! Где хоть вы все? Можете не прятаться, все равно найду! А ну быстро целуйте меня, я с поезда! О! А это кто? А, я знаю, вы мама Игоря Дмитриевича! Инга Максимовна, правильно? Вылитый он! Просто как близнецы! Та-а-ак… А это еще что за безобразие?
Это Шурка увидела маячившего посреди комнаты Сашу-маленького и замерла с Анной на руках, хмурясь, кусая губы и подозрительно щуря ярко-зеленые глаза.
– Это Саша-маленький, – объяснила Анна, улыбаясь во весь рот. – Он буквально не замужем.
– Что маленький – это еще простительно, – сурово сказала Шурка, поставила Анну на пол и подбоченилась. – Но он же совершенно рыжий!
– На себя посмотри, – обиженно сказал Саша-маленький и покраснел как маков цвет.
– Речь сейчас идет не обо мне! – с негодованием возразила Шурка. – Речь сейчас о тебе! Придется перекраситься.
– Ну и перекрашивайся, – буркнул Саша и отвернулся.
– Тебе придется перекраситься, – категорическим тоном заявила Шурка. – Двое рыжих в одной семье – это перебор.
– Чего? – возмутился Саша-маленький и покраснел еще сильнее. – Эй, люди, чего эта кошка рыжая ко мне цепляется?
Люди откровенно развлекались, любуясь этой битвой рыжих титанов, а Ольга вдруг почувствовала, что глаза ее опять на мокром месте. Она так надеялась, что Шурка всем понравится и все понравятся Шурке…
– Не расстраивайся. – Шурка обняла Ольгу, прижала ее лицо к своей груди и успокаювающе погладила по голове. – Не обращай на него внимания. Маленький – он и есть маленький. Может, вырастет – поумнеет.
Саша-маленький зашипел сквозь стиснутые зубы, повернулся и потопал из комнаты, а Шурка горестно сказала:
– У меня в юности бойфренд вот точно такой же был. Я уже почти решила замуж за него идти, а потом смотрю: нет, нельзя за него замуж. Совершенно не умел смотреть в лицо опасности. Чуть что – поворачивался и бежал.
Саша-маленький опять зашипел и развернулся на сто восемьдесят градусов.
– В юности – это давно было? – злобно спросил он, скаля безупречные зубы в очень неестественной улыбке и храбро глядя в лицо опасности.
– Давно, – вздохнула Шурка. – Семь лет назад. Или восемь? В третьем классе…
– Бурная у тебя юность была, – еще более злобно сказал Саша-маленький.
– Зато есть о чем сейчас, в старости, вспомнить, – мечтательно улыбнулась Шурка.
– Наш человек, – удовлетворенно заметила Инга Максимовна, с интересом переводя взгляд с Шурки на Сашу-маленького. – Бедный Саша…
– Так он еще и бедный? – ахнула Шурка. – Столько недостатков в одном человеке? Катастрофа.
Саша все-таки не выдержал и убежал в кухню, а Ольга опять чуть не разревелась.
– Шурка, – растерянно сказала она, – ну что ты на Сашу насыпалась? Знаешь, какой он хороший!
– Ладно, ты мне потом подробнее расскажешь, какой он хороший, – отмахнулась Шурка. – Сейчас будет раздача слонов. Я тут вам всем гостинчиков привезла…
И вся эта суета продолжалась несколько часов подряд, и только после обеда все постепенно угомонились – Чижика уложили спать, Шурка, заявив, что тоже с ног валится, ушла в отведенную ей комнату, Инга Максимовна устроилась в большой гостиной перед телевизором, Саша-маленький с Катериной Петровной затеяли лепить вареники с вишней к ужину, а Игорь заявил, что пора Ольге посмотреть свою новую квартиру, схватил ее за руку и чуть не насильно потянул к двери.
– А как же Чижик? – растерялась Ольга. – Чижика я что – одного оставлю?
– В доме толпа народу, – непреклонно сказал Игорь. – Пойдем, неужели тебе не интересно? Тут рядом, буквально через два дома. И мы ненадолго… наверное.
Ольга послушно пошла за ним, чувствуя, что с каждым шагом растет в ней какая-то тревога… или страх… или если и не страх, то ожидание страха. И это ожидание страха сковывало ее, отгораживало от счастливой атмосферы сегодняшней суеты, загоняло в прошлое. Конечно, она сама виновата. Как она могла согласиться? Какой, к черту, замуж, если ее колотит от ужаса при одной мысли, что вот сейчас они останутся вдвоем в пустой квартире? Как она могла подумать, что не боится? Более того – она даже вслух сказала, что не боится. Дура, дура, дура. Надо признаться, пока не поздно, надо честно все объяснить, и может быть, Игорь все поймет и не будет злиться на нее слишком сильно, нет, злиться он, конечно, будет, но, может быть, разрешит остаться с Чижиком.
– Вот, – сказал Игорь, открывая квартиру и тут же отдавая ей ключи. – Вот это и есть твоя квартира. Ну, что же ты? Входи. И меня приглашай.
Он настойчиво подтолкнул Ольгу, и она на ватных ногах, как во сне, переступила порог, сделала пару шагов и остановилась посреди просторной прихожей, прислушиваясь, как Игорь входит вслед за ней и тут же захлопывает дверь.
– Ну, веди меня к столу, – несколько напряженным тоном сказал Игорь и положил ладони ей на плечи. – Новоселье праздновать будем.
Ольга тревожно сжалась и попыталась проглотить ком в горле.
– Оленька, – шепнул Игорь у нее над ухом, – ты что, Оленька? Тебе что-то не нравится?
– Как это – не нравится? – фальшиво удивилась Ольга. – Что мне может не нравиться? Я же ничего еще не видела.
– Ну, смотри… – Игорь обнял ее за плечи и повел по квартире, на ходу объясняя: – Шкафы встроенные, глубокие, что хочешь влезет… В ванной я хотел зеркальную стену, но Галка сказала, что тебе не понравится. А может, сделать, а? А это кухня. Правда, здорово получилось? И вход на лоджию и из кухни, и из большой комнаты. Пойдем… Вот видишь, как удобно… И стол накрыт… Сейчас мы шампанского по чуточке, ключи обмыть… Оленька, ну что с тобой такое?
Ольга машинально переставляла ноги, двигаясь рядом с Игорем, как марионетка, послушно смотрела невидящим взглядом на то, что он показывал, слушала его голос, совершенно не вникая в смысл слов, и думала только о том, что она очень боится, боится, боится… Надо ему сказать.
– Я боюсь, – с трудом сказала она пересохшими губами. – Мне надо было раньше сказать, но я думала: а как же я буду без Чижика? И не смогла…
– Стой, – сказал Игорь и снял руку с ее плеч. Она ожидала, что станет легче, но стало еще труднее. Такое чувство, будто потерялась в дремучем лесу. Игорь шагнул к столу, взял бутылку шампанского, быстро и бесшумно открыл ее и наполнил два огромных бокала. – Тихо, не говори ничего. Давай мы сначала выпьем.
– Не хочу, – сказала Ольга и машинально взяла протянутый Игорем бокал. – Я не люблю пить. И когда другие пьют – тоже не люблю…
– Я знаю. – Игорь поставил свой бокал на стол, шагнул к ней и снова обхватил за плечи. – Я сам этого дела терпеть не могу. Но ты все-таки выпей. Я не буду, а тебе нужно, пей, легче будет, вот увидишь.
Ольга опять сжалась под его рукой, закрыла глаза и быстро, как противное лекарство, проглотила почти все, что было в бокале. Открыла глаза, увидела напряженное лицо Игоря и выпалила, пока не передумала:
– Квартира – ерунда, я без квартиры обойдусь как-нибудь. А без Чижика мне никак… Ты меня не увольняй, ты сам подумай: разве ты найдешь такую няню? Я лучше всех, правда-правда, я не хвастаюсь, я точно знаю!
– Конечно, ты лучше всех, – серьезно сказал Игорь, внимательно глядя ей в лицо веселыми глазами. – Я тоже это точно знаю. Только я что-то не понял, при чем здесь квартира и с какой стати ты заговорила об увольнении. Пьяная уже, да?
– Да, – растерянно сказала Ольга, чувствуя, что ее действительно уже повело. – Но дело не в этом…
– Ну да, не в этом… – Его смеющиеся глаза были совсем близко и страшно ее смущали. – Вот поженимся – я тебя быстро от пьянства отучу. – Игорь отобрал у нее пустой бокал, взял со стола полный и сунул ей в руку. – Глотни-ка еще. Напоследок.
Ольга глотнула и совсем уже храбро сказала:
– Так вот, я как раз насчет свадьбы! Я же говорю: я боюсь…
– Меня? – Его взгляд стал напряженным.
– Да нет! – горячо сказала Ольга, допила шампанское и поставила бокал мимо стола. Вздрогнула от звона бьющегося стекла, но постаралась не отвлекаться на пустяки, чтобы не забыть того, что хотела сказать. – Я тебя не боюсь. Ты очень хороший. Ты всех моих любимых собрал в кучу… то есть вместе… Нет, что-то я не то… Чижика ты тоже любишь. И Шурку забрал. Ты, может, не знаешь, но ты ее просто спас. И Муську разрешил. Ты молодец.
– Спасибо, – растроганно сказал Игорь. Глаза его опять смеялись. – Так чего же ты боишься?
– А вдруг я тебе не понравлюсь? – трагическим тоном сказала Ольга. – И ты не будешь счастлив! А я в этом буду виновата!
Язык не очень ее слушался, и стоять на ватных ногах стало тяжело, поэтому мощную поддержку его рук она приняла даже с благодарностью.
– Во дела, – удивленно сказал Игорь, крепко обнимая ее и чувствуя, как она вцепляется в его руки – не для того, чтобы оттолкнуть, как всегда, а чтобы не упасть. – Глоток шипучки – и через десять минут аут. Или ты прикидываешься пьяной?
– Я не пьяная! – возмутилась Ольга. – Просто я не ела ничего, а тут еще стрессы всякие… Пусти! Сейчас я умоюсь холодненькой водичкой, и все будет в поряд… Ой!
Игорь подхватил ее на руки и понес куда-то, тихо бормоча:
– Вот глупая… Боится она… Не понравится она… Уволится она… Ах ты глупая, хорошая моя, маленькая моя, солнышко моё, радость моя, ты даже представить не можешь, как я тебя люблю, пьяненькая моя, красавица моя, моя, моя, ни за что не отпущу…
Игорь еще что-то говорил, укладывая ее на кровать, и она опять испугалась, когда он принялся разувать и раздевать ее, но он пресек ее попытки сопротивления очень веским аргументом:
– Ты же не покажешься Чижику в таком виде? Спать, спать, спать… Проснешься – и пойдем к Чижику.
– Да, – со вздохом согласилась Ольга. – Придется проспаться. А ты будешь со мной спать?
– О господи, – бормотал Игорь, стаскивая с нее рубаху. – Даже и не надеялся услышать… Может, тебя все время шампанским поить надо?
– А оно дорогое? – спросила Ольга, безуспешно борясь со сном.
Она еще слышала, как Игорь смеялся и что-то говорил, еще чувствовала, как он ее целует и обнимает, и даже сама что-то пыталась сказать, но потом уже и не пыталась, потому что поняла, что уже спит – наверняка это был сон, потому что она продолжала слышать его голос, видеть его глаза и ощущать его горячие губы и руки, но нисколько не боялась, а так не могло быть наяву, уж она-то знала, значит – сон… И когда проснулась, то сразу встретилась с ним взглядом, почувствовала его руки и услышала его голос.
– Ты мне так и не сказала, чего боишься, – шепнул Игорь и потерся носом о ее щеку.
Ольга старательно повспоминала, но никак не могла сосредоточиться, потому что вдруг обнаружила, что не только он крепко обнимает ее, но и она сама совершенно бесстыдно обхватывает руками его талию.
– Ты голый, – обвиняющим тоном сказала она, не придумав ничего другого.
– От такой слышу.
Игорь засмеялся и опять принялся целовать ее, и тогда она тоже засмеялась, но на всякий случай спросила:
– Ты не передумал на мне жениться?
– Не протрезвела еще, – сказал Игорь, заглядывая ей в глаза счастливыми и немножко шальными глазами. – Как это я передумаю? Ты бы не передумала…
И тут она уткнулась носом ему в плечо и разрыдалась, выплакивая все свои страхи и обиды, смывая с души многолетние наслоения тоски, отчаяния и безнадежности, и она нисколько не боялась плакать при нем, потому что ей нечего было бояться, потому что он тоже не боялся ее слез, и не сердился, и не делал вид, что ничего не замечает… Он смотрел на нее улыбающимися глазами, вытирал ее мокрые щеки большими горячими ладонями и рассказывал, какая она необыкновенная, и как он ее любит, и как они будут жить-поживать и добра наживать, и как поедут в свадебное путешествие, например в Париж… Нет? Ну, в Грецию… И не в Грецию? Ну, куда она захочет – туда и поедут. Хорошо-хорошо, если она никуда не хочет – никуда и не поедут. Медовый месяц у них будет здесь. В ее квартире, и чтобы никого рядом, только они вдвоем… Ольга постепенно перестала плакать и испуганно вспомнила:
"Солнечное настроение (сборник)" отзывы
Отзывы читателей о книге "Солнечное настроение (сборник)". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Солнечное настроение (сборник)" друзьям в соцсетях.