— ПНХ! — мне в ответ. Знать бы еще, куда послали.

— Расшифруй, будь добр.

— Ты мазохист, бля? — с еще большим раздражением. — Иди на хуй.

И почему виноватым себя чувствуя я? Прислонился к стене, прислушался.

— Хочешь, еще один анекдот расскажу?

— Захлопнись, мудак!

Вот и вернулись к вчерашней ночи. А ведь надеялся помириться с ним. Так тихо, что даже не верится.

— Пальцы все на месте?

— Главный точно на своем! — Ох и плоские шуточки.

— А если серьезно? — настаивал я. Реально стремно как-то стало.

— На месте, — буркнул тот.

Снова тихо. Ну и ладно. Даже хорошо. Спать надо. Вообще не в настроении, плюхнулся с размаху на кровать, в ту же секунду в ней что-то взвизгнуло, и с охерительным грохотом я вместе с ней долетел до пола, узрел отъехавшую в сторону длинную тонкую ножку, тут же мне в башку что-то ухерачило сверху, по ходу, со шкафа, к которому я кровать придвинул. Пища от боли, схватился за ушибленный затылок. Ну почему именно сейчас?! Больно-то как…

— Эй, т-ты там как? Живой? — кажись, реально испугался за меня.

— Да, — простонал я с пола совсем неубедительно.

— Это что вообще было?

— Кровать сломал.

Да, понимаю, звучит охренеть как дебильно.

Секундное затишье с той стороны нарушилось сдавленным смехом.

— Ты что там делал такое, что кровать сломал? — давясь, поинтересовался он. И уже не сдерживаясь, захохотал в полный голос. Да так заразительно.

Сижу и сам ржу над собой, все еще поглаживая затылок.

 «Ха-ха»-то «ха-ха», а выбора теперь по-любому нет. Надо к отцу в комнату топать…


  6 глава. Три этажа до земли

Утром долго, нудно и максимально внятно пытался объяснить отцу, какого хрена произошло с моей кроватью. Он тупо не поверил, сделав вывод, что я ночью развлекался с какой-нибудь девкой, да переборщил малость. Ну так, по себе же судит. В поганом настроении, становящемся для меня нормой в последнее время, снова ушел в школу, на сей раз раньше Андрея. На все вопросы друганов отвечал вяло и все в одном духе:

— Не выспался… плохо чувствую себя… отвалите.

Благо они понятливые, не стали надоедать. Почти перед самым звонком заявился в класс Андрей, с кислой миной и потрепанным видом. Поймал на себе странный взгляд своего другана, похоже, сделавшего вывод, что не высыпались мы с ним заодно.

Затрахало все, второй день черти что творится. Спать хочу.

Андрюха, зевая, подошел к моей парте, остановился, вгляделся в мои сонные глаза, а у самого трехпудовые мешки.

— Здорово.

— Здоровее видали, — раздраженно ответил я, краем глаза заметил, что у него рука правая перебинтована.

— Производственная травма, — объяснил он. — Херово выглядишь.

— Прикинь, с тобой та же фигня.

Постоял рядом, посверлили друг друга взглядами, ушел к себе за парту. Во-во, скотина, вали туда и не еби мне мозги хотя бы сейчас.

Вот же… вот же… убить его мало. Он должен мучиться, корчиться от боли! Сам же виноват!

— Че с рукой? — зачем спросил? Еще и через «че» его.

— Уже ответил.

— В падлу нормально ответить?

И вдруг до меня дошло, что в классе нереально тихо:  все слушают наш разговор. Господи, дай мне сил.

— Дрочил слишком усердно.

Вот сука… почему именно так? Все взгляды на меня. Спас до одури громкий звонок. Славно. Никогда прежде не радовался началу урока. Училка пришла на мгновение позже. Что-то говорила, слушал ее через дрему. Через некоторое время она почему-то стала расплываться, походу, я засыпал. И разбудил меня толчок в спину. Ну сейчас-то почему мне поспать не дает?!

Обернулся, готовый врезать этому ублюдку прямо в его наглую харю. Дернулся от него, загремев партой. Это чмо болотное мне такую рожу состроило… не столько страшную, сколько противную. Точно в башке у него помойка.

— Хрена тебе от меня надо? — со злостью поинтересовался я, плюнув на училку. Сил больше нет терпеть это.

— Хочу тебя, — с томным взглядом ответил мне Андрей.

Меня аж передернуло всего.

— Крайне неудачная шутка, — скривился я, отворачиваясь.

Смотрю, а в классе нет уже никого, только мы вдвоем.

— А я и не шутил.

Его голос, как раскат грома, прямо над ухом, щекоча дыханием мою шею. Что за нахер? Когда успел? И… И-и…

— Отвали! — завопил диким ором, рванулся со стула, но его руки клешнями ухватили за талию. Прижал к себе. У меня аж сердце замерло. Я окоченел весь, пошевелиться боюсь. — Серьезно, — прохрипел еле слышно, — неудачная шутка.

А он своим дыханием астматическим мне в ухо, как маньяк:

— Я же обещал, что ты сдохнешь, Кира, — прошептал очень ласково, сжимая руки.

Мурашки целым стадом у меня по спине пробежали. Знает, что я сосед его? Знает!

Снова рванулся вперед, что было мочи. Кажется, ударил его локтем в лицо. Он руки расцепил. Я из класса.

По звуку понял, что он за мной помчался. Лестница вниз! Ни хера себе – пропасть. Путь только наверх. Выбора нет. Бегу, стараясь не споткнуться.

Двери впереди. Выбил с ноги. Крыша. Ветер. Край.

Слышу смешок позади. Поворачиваюсь всем телом, не дыша, выражение ужаса, сто пудово, застыло на моем лице. И…

Что за хрень нездоровая? Андрей передо мной стоит в том виде, в котором кормил меня на кухне тогда и со сковородой в руке.

— Жрать будешь?

— Что?

— А я буду, — и с чавком, хрустом кусок чугуна отгрыз, давай зубами перемалывать как дробилка.

— У меня крыша поехала? — спрашиваю сам у себя.

— А то, — жуя, отвечает Андрей. — Хочешь? — сковороду мне протягивает, а в ней дрель включенная дребезжит бесшумно.

В панике шаг назад сделал, и вдруг – пустота под ногой. Падаю, задыхаясь от страха, а следом сковорода летит. Всего три этажа. Пара секунд. Думаю, волосы поседеть успели. Глаза закрыл, и громкое «хрусть» об землю. Совсем не больно, только привкус крови во рту. А сверху – чугун мне по лбу со звонким «бам», да так щелкнуло, аж глаза открылись.

Вылупился на Андрея, все еще державшего руку у моего лба.

— Хрена тебе от меня надо? — А? Прямо как в тот раз спросил. Сон ведь не вещий? И в классе уже никого нет.

— Училка разбудить тебя попросила.

— М? И только?

— Ты ж типа учишься хорошо и все дела, один раз простительно. Пошли?

Все еще косясь на него, собрал портфель, боясь поворачиваться к нему спиной.

— Пошли, — кивнул и рукой указал на выход из класса.

Андрей, что-то подозревая, удивленно выгнул брови, но, к счастью и уже к моему изумлению, промолчал, потопал вразвалочку к двери, а я следом за ним, стараясь держаться на расстоянии вытянутой руки.

Так поспать хотел, а лучше бы вообще глаза не закрывал.


  7 глава. Давай  напьемся?

Последний урок, настроение еще поганее, чем утром. Андрей всюду по пятам ходит, даже в туалет. Ему скучно, видите ли, весело надо мной глумиться. А я и ответить ничего не могу. Как взгляну на него, сон вспоминается, прям дыхание его мерзкое мне в ухо. Вот что значит – на мозги мне накапал про гомиков. Теперь параша такая приснилась.

— Что на вечер планируем? — вдруг спросил он, как только звонок прозвенел.

— Мне не послышалось? Мы?

— Почему нет?

Он реально не втыкает?

— Слушай сюда, — как можно сдержаннее попросил я, — мы не друзья, и я не собираюсь проводить с тобой, — сделал я акцент на последнем слове (вот снова же нарываюсь), — свои драгоценные вечера.

— Тебе все равно делать нечего, — ничуть не обиделся Андрей.

— Это с чего ты решил так?

— Потому, что ты лох.

— М? — скажу честно, прифигел от такой наглости.

Еще и смотрит снова, как на таракана. Сука. Так тем более не хрен со мной водиться! Может, гомиком притвориться на денек? Он тогда сам отвалится. Тут же отогнал от себя дебильную мысль.

— Давай напьемся? — предложил мне на полном серьезе.

— Нет, — быстро ответил я.

— Девок снимем?

— Нет.

— Анаши курнем?

Покосился на этого придурка, выдержал многообещающую паузу.

— Нет.

— Пипец ты нудный, — почесал затылок и вперед меня на выход.

Надо же, без матов. Это из-за того, что не выспался? Лишней энергии нет? Ни хрена, я не успел портфель толком собрать, он уже вернулся, зыркает так, будто я у него последний кусок хлеба отобрал.

— Что тебе от меня надо? — по словам спросил я, чувствуя, что начинаю ненавидеть его еще больше с каждым мгновением.

— Мне скучно, — окончательно добил меня этой фразой. Не отвечать же ему так же, как ночью.

— Это моя вина? — осведомился я.

— Да.

— Что?!

— Развесели меня.

Вот и приехали. Снова начинается. Я этого не выдержу. И анекдотов почти не знаю.

— Как? — только для уточнения спросил, не более.

— Давай напьемся?

Вернулись к прошлой теме разговора. Он как испорченная пластинка.

— Я не пью, — вообще-то честно, не лезет в глотку.

— Реально нудный, — сделал вывод Андрей и, цапнув меня за портфель, потащил на выход.

— Тогда отвали! — в лоб заявил я.

Да я вообще когда не выспавшийся – злой до не могу.

— Кто и чем тебя так достал?

— Ты.

Андрей остановился, посмотрел на меня с неподдельным удивлением. Пока без раздражения. Уже хорошо. Однако надо его послать-таки ко всем чертям.

— Ты как заноза в заднице, — правда, она всегда – горькая.

Вот теперь его зрачки уменьшились, подбородок чуть выше задрал, косится исподлобья. Знал, куда бить, задница – его ненавистная тема, он же ярый гомофоб.

— Ну-ка повтори, — прорычал он, нависнув надо мной.

А вот это уже плохо, пора включать тревогу, вот только мое чувство осторожности дрыхло без меня.

— Ты, — прошипел я, глядя ему в глаза, — как заноза, — Андрей занес кулак. Твою ж мать, Кирилл, заткнись уже, не испытывай судьбу, — в заднице.

Кулак спикировал мне на голову, прям по макушке звезданул. Больше обидно, чем больно. И почему вдруг взгляд у него стал дружелюбным?

— Давай напьемся? — с лыбой до ушей, и глаза блестят, может, он укуренный.

— Ты дебил?! — психанул я, руку его откинул ударом ладони в сгиб руки. Плевать, что она у него травмирована. Все нормально, раз по башке мне зарядил.

— Еще одно слово, и я тебя стукну по-настоящему, — спокойно ответил Андрей.

Да что с ним такое?! Он же агрессивный, неадекватный, преступный элемент, способный по ночам ломиться в чужую квартиру и сверлить стену, чтобы просто нагадить! Какого хрена он такой мирный сегодня?! Даже я, действительно мирный человек, взбешен до безобразия!

— Ты меня взглядом убить решил? — усмехнулся Андрей как-то слишком грустно.

— С братом что-то? — наконец догадался я.

Больше ничего в голову не пришло. Одноклассник был явно чем-то подавлен, потому и напиться хотел. Неужели у него друзей нет? Больше доставать некого?

— Посрались вчера, — подтвердил он мою версию. Отвел взгляд.

Странно, ничего не слышал. Или когда музыка вечером играла? Довольно долго.

— Из-за чего? — полюбопытствовал я.

Не то чтобы интересно, просто посочувствовать решил. Сам частенько с отцом бодался. Понимаю.

— Просто… — он резко смолк, с недоверием глядя на меня. — Неважно, — взгляд изменился, холодный, надменный. — Не хочешь – не надо, компанию себе найду. А ты?

Какое-то время смотрели друг на друга. Потом Андрей фыркнул и прошел мимо, хорошенько толкнув меня плечом. Твою ж мать, и почему я снова чувствую себя виноватым?! Аргх!

Помчался за ним, догнал, а сказать нечего. Так мы и дошли к нашей семиэтажке, в полном молчании, в напряжении, еще и я оглядывался постоянно по сторонам