Тогда и появилась Вирсавия Андреевна.
— А это госпожа Зимовина, — представили меня ей.
— Аверинцева, — сказала она, беззастенчиво оглядывая меня с головы до ног, — Вирсавия Андреевна.
Вероятно, мое удивление было слишком заметно, дама рассмеялась.
— Необычное имя? Библейское, знаете ли, и в переводе с древнееврейского означает «дочь правды». Но скажу вам по секрету, ко мне это не относится. Я лжива, вам любой Она взяла меня под руку.
— Не пугайтесь, — с улыбкой сказала она. — Я и сама была такой же юной девочкой и не знала, как отвечать на слова или жесты. Оставьте, все пустое. Будьте сами собой, и вас заметят. И, общаясь с людьми нашего круга, вы со временем получите должную огранку. — Она взглянула на меня. — Вы и не боитесь!.. Как хорошо!.. — Она ласково ущипнула меня за щеку. — Подождите совсем немного, и мы с вами будем соперницами.
Она была потрясающе красива. Никогда раньше я не видела такой совершенной красоты: пышные темные волосы Вирсавии Андреевны отливали красноватым оттенком, в черных глазах ее и правильных, почти строгих чертах лица выражалась страстная и сильная натура. Я перед ней была гадким неумелым утенком, но, к счастью, понимала это.
— То есть как? — наивно спросила я.
— Как? Очень просто, моя дорогая. Оглянитесь. Большинство мужчин в этом зале ищет моей снисходительной улыбки, ухаживают за мной. Очень скоро мне придется поделиться и поклонниками, и их вниманием. С вами.
Она оказалась права. Прошел год или полтора года, как вдруг большой город принес мне первые жертвы. Когда это случилось, я поняла, что и жертвы мне не нужны, но было поздно. По-видимому, большой город принял мой детский вызов.
Первой жертвой был молоденький лейтенант Петухов. Он приносил мне цветы и конфеты в нарядных коробках. Брал у меня читать книги и непременно восхищался моим выбором и тем, что мои руки касались этих страниц. Он клялся мне в любви, а я допыталась-таки у него рассказа о невесте, которая ждет его где-то в Казани.
— О какой любви тогда вы говорите? — спросила я его.
Он ушел, но ненадолго.
Господин Петухов приходил ко мне, вставал на колени, однажды при всех просил меня простить его. Я не знала, за что мне прощать его, и ничего не ответила ему. Вскоре он перевелся куда-то и уехал навсегда. Больше я его никогда не видела. Не прошло и нескольких месяцев, как новые поклонники появились с цветами и клятвами в любви.
Все это время я продолжала встречаться с Вирсавией Андреевной, и она всегда говорила, что радуется моим успехам в обществе. Сама Аверинцева вдовела. Выйдя замуж шестнадцати лет, она сразу стала одной из самых блистательных дам. Супруг ее был очень богат, но стар, и, вероятно, ему нравилось внимание, каким окружена его юная жена, принадлежавшая между тем ему одному. Умер он позапрошлой весной в монастыре, и Вирсавия Андреевна осталась вдовой в двадцать четыре года.
— Кем мне еще быть с таким именем? — невесело шутила Вирсавия Андреевна. — Либо женой старика, либо вдовой. Видно, так на роду написано…
Общество попыталось приписать ей многочисленных любовников, но сама Аверинцева смеялась:
— К белому грязь не липнет.
Помнится, я как-то сказала, что ее фразу можно истолковать двояко, и она внимательно взглянула на меня и ответила:
— Подумать только, какая проницательность!..
Я ехала домой от портнихи, и заметила суматоху у дома Вирсавии Андреевны. Зная взбалмошный нрав Аверинцевой, я решила поинтересоваться, что происходит, и отправила Таню спросить у прислуги.
Таня пришла недоумевающая.
— Вирсавия Андреевна скоро должны приехать из столицы. Вместе с ней ожидают еще кого-то.
— Странно, — сказала я сама себе.
Но тут к дому подъехал экипаж Аверинцевой, и появилась разрумяненная Вирсавия Андреевна. Увидев меня, она слабо улыбнулась.
— Добрый день, моя дорогая Анна Николаевна.
— Добрый день! С приездом!
— Ах, не надо мне напоминать о дороге! Я едва не умерла — холодно, скверно, сквозит…
После ее неоконченной фразы из экипажа Вирсавии Андреевны выбрался бородатый мужик и бесцеремонно заявил ей:
— Ну, иди, матушка, показывай свои хоромы… И Аверинцева поспешила попрощаться со мною.
— Простите меня, моя дорогая Анна Николаевна, но мне надо отдохнуть с дороги. И потом, вы видите, что я не одна…
С удивлением я взглянула на странного спутника Вирсавии Андреевны и не смогла отвести от него взгляда: настолько гипнотизировали его страшные черные глаза.
— Кто она? — спросил Аверинцеву бородатый мужик, рассматривая меня.
— Анна Николаевна, — нехотя отозвалась Аверинцева, — мы с ней очень дружны.
— Так зови и ее. Вон она как озябла.
Мы с Вирсавией Андреевной невольно переглянулись, а мужик тем временем зашагал к дверям.
— Господи, Вирсавия Андреевна, кто это? — с ужасом спросила я.
— Идемте, Анна Николаевна, — умоляюще прошептала Аверинцева. — Всего несколько минут!.. Мне бы не хотелось его обижать!..
— Что?!. — шепотом воскликнула я. — Не могу поверить, что это говорите вы…
— Прошу вас!.. Всего несколько минут!.. — повторила она. — Он едет на богомолье… У меня всего на ночь… Я бы хотела принять его так, чтобы он остался доволен.
Неожиданно для себя я попала на обед. Мы с Аверинцевой ждали за столом ее странного гостя, Вирсавия Андреевна делилась последними новостями из столицы. Вскоре пришел и гость. Черные его волосы были зачесаны назад и блестели. От него странно пахло, и этот запах заставил меня вздрогнуть — так пахло из сундука моей старой няньки, — и я почувствовала себя опять слабой, маленькой и беспомощной.
— Здравствуй, голубушка, — сказал он мне ласково.
«Он — юродивый», — подумала я.
— Сейчас обедать будем, отец Григорий, — Вирсавия Андреевна подала знак прислуге.
— Э, нет, — сказал отец Григорий с улыбкой, — ты пойди, сама мне подай кушанье. Из твоих-то рук оно и слаще для меня будет. Иди, милая, иди.
И Аверинцева поднялась из-за стола.
«Что происходит? — подумалось мне. — Я сплю, и мне снится странный сон. Вирсавия Андреевна прислуживает страшному мужику».
И он словно услышал мои мысли.
— А что такого, что она прислуживает мужику? Мужик-то — он Божий человек. — И он вонзился в меня своими волчьими глазами.
И я не могла ни пошевелиться, ни сказать что-то, только молила Бога скорее бы выйти вон. Между тем пришла Вирсавия Андреевна, неумело держа перед собой тарелку горячих русских щей.
Отец Григорий кивнул.
— Ставь, — сказал. — А ты, — обратился он ко мне, — водки налей.
И тут я поняла, что не могу его ослушаться. Когда я протянула ему стакан, полный почти до краев, он перехватил мою руку, принял водку свободной рукой, а мою руку удержал.
— Да ты ледяная вся, — сказал с улыбкой, заглядывая мне в глаза, но мне казалось, будто он смотрит прямо в душу.
От его прикосновения мне сделалось дурно, словно я натолкнулась на невидимую стену. Дрожь прошлась по моему телу, колени ослабели, пальцы невольно сжались.
— Нет, нет, — пролепетала я. — Здесь тепло — После улицы я уже согрелась…
Он отпустил меня, принялся неряшливо и поспешно есть. Аверинцева посмотрела на меня, и во всем ее облике читалось отчаяние.
Обед был нескончаемым, я плохо помню, о чем говорил отец Григорий, но он говорил много, много ел и пил водку. Несколько раз я пыталась уйти, но он меня останавливал.
Наконец, за меня начала просить Вирсавия Андреевна.
— Простите, отец Григорий, но Анну Николаевну ждет супруг.
Он поднял глаза на меня, в его взгляде не было ни капли хмеля, одна только темнота — беспросветная, сильная.
— Муж, значит? Какой тебе муж? Ты же ледяная внучка. Снегурочка! Слышала сказку? — и он рассмеялся. — Какой ледяной девке муж?.. Тебя сначала оживить надо! Ты девка еще, а не баба. Ну, ступай.
И я ушла поспешно из столовой, словно с камнем в сердце. Аверинцева последовала за мною.
— Простите меня, Анна Николаевна, — прошептала она. — Простите! Этой встречи не должно было быть! Я не знала, что вы окажетесь здесь… Если понадобится, я все вам объясню!
— Матушка, — позвал из столовой Аверинцеву ее странный гость, — что же ты меня одного оставила?..
Вирсавия Андреевна испуганно оглянулась.
— Иду, отец Григорий! — отозвалась она поспешно. И сказала мне. — Мне надо идти. Прощайте!
— Кто он? — еще раз спросила я у Вирсавии Андреевны.
— Распутин.
Тогда я еще не слышала о загадочной фигуре старца, но его слова надолго остались в моей памяти, как и его глаза, которые вообще невозможно было забыть. Во всем его облике читалась уверенность и первобытная сила.
В ту ночь я не могла уснуть: все время мне казалось, что он смотрит на меня. Но самое ужасное было в том, что я пыталась не раз опровергнуть его слова — доказать самой себе, что он не прав. Да так и не смогла.
Глава 2
Полковник Москвин встретил меня не очень приветливо. Указал на кресло, попросил прощения и на несколько минут уткнулся в свои бумаги. Я расправила на коленях узкую юбку и раскрыла томик стихов, который был со мной, потому что я предполагала, что мне придется ждать. Москвин покосился на меня, но я сделала вид, что ничего не замечаю, продолжила чтение. Полковник вздохнул, а через полминуты он отложил все дела.
Я улыбнулась ему.
— Искренне думала, что придется ждать много дольше.
— Как можно!.. Итак, чем могу служить? Я улыбнулась еще раз.
— Понимаю, насколько глупо прозвучит моя просьба, но, уверена, вы великодушно не откажете мне!
Москвин серьезно откинулся в кресле, пощипывая ус.
— Внимательно слушаю вас, мадам.
— Не могли бы вы разрешить юнкеру Николаю Тимиреву вакацию? На два дня.
Я встала, поднялся и полковник. Я прошла к окну, скучная казарменная обстановка угнетала меня. Мне хотелось скорее вернуться домой и продолжить подготовку к празднику.
— Поймите, мадам, для внеурочной вакации необходимы веские причины.
— Боюсь, что у меня нет веских причин, простите! Однако… — Я сделала паузу. — Господи, ну вы же понимаете, что я не буду вам лгать и придумывать похороны троюродной тетушки. Я буду с вами предельно откровенна — я скучаю по брату, а сегодня день моих именин!
Полковник, очевидно, не понимал, что происходит, зачем я здесь — болтаю глупости и еще что-то требую от него.
— С днем ангела вас, — растерянно сказал он.
— Ах! — Я прошлась мимо него туда и обратно. — Господин полковник, вы даже не представляете, как легко сделать женщину счастливой!
Москвин нахмурился, а я продолжила.
— Мне для счастья необходимы всего несколько часов с братом, вернее, чтобы он побыл со мной до завтра. Все в ваших руках, господин полковник. На все есть ваша непререкаемая воля. Одно ваше слово — и я счастлива, — серьезно сказала я, прикасаясь к его локтю.
— Мадам! Рад… Рад служить…
Я прошла к своему креслу, присела на краешек. Замерла со ждущей улыбкой. Полковник покраснел. Я и не думала, что такой бравый военный будет смущаться наедине с дамой.
— Что ж… Полутора суток вакаций погоды не делают.
Москвин медленно выписал вакационный билет, протянул его мне.
— Господин полковник, вы удивительно щедры ко мне! — Я томно вздохнула. — Благодарю вас! — Я пожала его широкую ладонь, он поклонился, чтобы поцеловать мне руку.
Мы быстро шли по узким длинным коридорам, я спешила домой и поторапливала Николку. Нас окружили юнкера.
— Николай! Ты куда? — кричали они.
— Завтра прибуду! — отзывался он. — У меня вакации!!
— Лжешь!
— Вот еще! Москвин сам лист подписал! — небрежно бросил в их сторону через плечо Николка.
— Москвин?
— Сам Москвин?
— Не может этого быть!
— Москвин — лютый зверь!
Николка победно оглядел однокашников и изрек важно:
— Москвин, конечно, лютый зверь, но Анна его вышколила.
Я ждала Николку у ворот училища. Морозец щипал щеки, беличья муфта была теплой и нарядной. Я знала, что выгляжу чудесно, и на душе было хорошо и радостно от ожидания домашнего ужина при свечах, когда брат будет резко жестикулировать, почти кричать, рассказывая нам новости. Впрочем, Александру Михайловичу его рассказы наверняка неинтересны, слушать буду только я.
Николка выбежал очень скоро, был он весел, в его глазах светилось лукавство. Он поцеловал мне руку, потерся об нее щекой. Я видела изумленные глаза его однокашников, также выходивших из ворот, но уже вслед за нами и строем. Поняла детскую хитрость брата: пойдет слух о красивой даме, с которой уехал на вакацию юнкер Николай Тимирев. Подыгрывая, потрепала его по щеке и поцеловала в лоб. Будущие господа офицеры выдохнули из губ клубы пара одновременно. Глупенькие, глупенькие мальчики, похожие как родные братья в своей форме! Неужели они верят своим глазам?
"Страсти по Анне" отзывы
Отзывы читателей о книге "Страсти по Анне". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Страсти по Анне" друзьям в соцсетях.