Айен держал этот увесистый том под мышкой, — Дженни говорила мне, что, отправляясь на картофельное поле, он всегда берет с собой эту книгу на случай, если у него возникнут по ходу дела какие-либо теоретические или практические проблемы. Вот и сейчас, держа фолиант раскрытым на левой руке, он отыскал в своем спорране очки, которыми пользовался во время чтения. Это были маленькие стеклянные кружочки в проволочной оправе, они когда-то служили еще его покойному отцу. Обычно Айен носил их на кончике носа, что делало его похожим на серьезного молодого аиста.

— Собирать урожай следует в пору, когда появляются зимние гуси, — читал он, затем поверх очков осматривал картофельное поле, как бы ожидая, что вышеупомянутые гуси вот-вот замелькают среди грядок.

— Зимних гусей? — Джейми, нахмурившись, заглянул в книгу из-за плеча Айена. — Каких гусей он имеет в виду? Диких? Да они здесь гнездятся у нас круглый год. Нет, что-то не то.

Айен пожал плечами:

— Может, в Ирландии они появляются только зимой. Или, может быть, он имеет в виду каких-то ирландских гусей, а не диких?

Джейми фыркнул:

— Нам от этого не легче. А есть в этой книге какие-нибудь действительно полезные сведения?

Вокруг нас собралась целая толпа батраков, привлеченная интересом к этому новейшему руководству по сельскому хозяйству.

— Не следует копать картофель, если земля сырая, — торжественно цитировал Айен, игнорируя еще более громкое фырканье Джейми.

— Мм… — бормотал про себя Айен. — Гниение картофеля, колорадский жук, — у нас тут никаких жуков — думаю, нам просто повезло, — картофельная ботва… о нет, здесь есть совет, что делать, если ботва вянет. Болезни картофеля — чтобы установить диагноз, необходимо взглянуть на клубни. Семена картофеля, хранение картофеля… — У Джейми иссякло терпение, он отошел от Айена, упер руки в бока.

— Научное руководство… — Он обвел медленным взглядом поле, поросшее буйной ярко-зеленой ботвой. — Слишком научное, чтобы понять, когда этот чертов овощ созреет…

Фергюс, который, как обычно, ходил по пятам за Джейми, оторвал взгляд от медленно ползущей у него по руке гусеницы и неожиданно спросил:

— А почему бы вам не выкопать один куст и не посмотреть, что там?

Джейми с минуту молча смотрел на Фергюса. Потом слегка приоткрыл рот, словно собираясь что-то сказать, но передумал. Потом мягко потрепал Фергюса по голове и направился к вилам, стоявшим у забора.

Батраки, все мужчины, помогавшие сажать картофель, а затем окучивавшие его под руководством Айена и в соответствии с рекомендациями сэра Уолтера, сгрудились вокруг, чтобы увидеть результаты своего труда.

Джейми выбрал самый большой и пышный куст у края поля и осторожно нацелил вилы в то место, где, по нашему единодушному мнению, должны находиться клубни. Затаив дыхание, он водрузил ногу на вилы и слегка нажал. Вилы легко вошли в темную влажную почву.

Я замерла на месте. От результатов этого эксперимента зависела репутация не только сэра Уолтера О'Баннона Рейли, но и моя собственная.

По мнению Джейми и Айена, урожай ячменя в этом году был ниже обычного, хотя для Лаллиброха его было вполне достаточно. Впрочем, еще один неурожайный год мог бы привести к заметному истощению наших запасов. Лаллиброх считался относительно благополучным хозяйством, но только в сравнении с другими хозяйствами горной Шотландии. Если же эксперимент с картофелем удастся, то обитателям Лаллиброха будет гарантирована сытая жизнь по крайней мере на ближайшие два года.

Джейми еще поднажал на вилы, земля расступилась, зеленый куст ботвы пошел вверх, и мы воочию увидели щедрость земли.

Множество крупных клубней, уродившихся на одном-единственном кусте, вызвало всеобщее ликование и восторг. Айен и я опустились на колени и принялись руками выбирать клубни, оставшиеся в земле.

— Получилось! — снова и снова повторял Айен, вытаскивая из земли картофелину за картофелиной. — Вы только взгляните на нее! Видите, какая она крупная!

— Да, а вот эта! — восторженно восклицала я, отыскивая все новые и новые клубни. Некоторые из них размером превосходили сложенные вместе два моих кулака.

Через некоторое время в корзине уже лежали штук десять очень крупных картофелин, штук двадцать пять картофелин средней величины и множество помельче — размером с мяч для гольфа.

— Как думаешь, — задумчиво вопрошал Джейми, любуясь только что обретенным нами богатством, — приступать нам к уборке урожая или пусть еще подрастет немного? Может, есть смысл подождать до холодов?

По привычке Айен полез за очками, но, вспомнив, что книга сэра Уолтера осталась по другую сторону забора, не стал водружать их себе на нос.

— Нет, думаю, не надо, — отвечал Айен. — Здесь говорится, что мелкие клубни можно использовать на следующий год для посадки, вместо семян. А у нас как раз много такой мелочи. — Он улыбнулся мне счастливой улыбкой, прядь его густых каштановых волос упала на лоб, одна щека была вымазана грязью.

Жена одного из батраков склонилась над корзиной и стала внимательно рассматривать ее содержимое. Затем потрогала клубни рукой.

— Вы говорите, что их можно будет есть? — Ее лицо выражало сомнение. — Но я не понимаю, как же ее можно смолоть в ручной мельнице, чтобы потом добавлять в муку для выпечки хлеба или в крупу для каши.

— Думаю, что молоть картофель, и тем более в ручной мельнице, нельзя, миссис Муррей, — вежливо заметил Джейми.

— Вы так считаете? — Женщина критически оглядела содержимое корзины. — Что же тогда с ней делать?

— Ну, вы должны будете… — начал было Джейми, но сразу умолк. Мне показалось, скорей всего и не только показалось, так оно и было на самом деле, что Джейми никогда не видел, как готовят картофель, хотя много раз ел его во Франции. Я прятала улыбку, наблюдая, как беспомощно смотрит он на покрытый землей клубень, осторожно поворачивая его в руках. У Айена был такой же растерянный вид. Что же касается сэра Уолтера, то он, несомненно, был полным профаном в области приготовления картофельных блюд.

— Картофель можно испечь, — вновь пришел на помощь Фергюс, вынырнув из-под руки Джейми. Он аппетитно облизнул губы, глядя на картофель. — Его можно положить на горячие угли и испечь. А потом есть с солью, но еще лучше с солью и маслом, если оно у вас найдется.

— Масло у нас найдется, — облегченно вздохнул Джейми. Он бросил картофелину миссис Муррей, словно ему не терпелось поскорее избавиться от нее. — Вы сможете ее испечь, — объяснил Джейми.

— А еще ее можно сварить, — добавила я. — Или приготовить пюре, размяв ее в горячем виде и смешав с молоком. Или пожарить на сковороде. А кроме того, ее можно порезать кусочками и положить в суп. Суп от этого станет вкуснее. Картофель — универсальный овощ.

— Об этом и в книге говорится, — радостно подтвердил Айен.

Джейми с улыбкой взглянул на меня:

— А ты мне никогда не говорила, что умеешь готовить, Саксоночка.

— Я не стала бы этого утверждать, но сварить картошку я, наверное, смогла бы.

— Вот и хорошо, — заключил Джейми, бросив взгляд в сторону крестьян и их жен, которые передавали картошку из рук в руки, рассматривая ее весьма подозрительно.

Он громко хлопнул в ладони, желая привлечь внимание присутствующих.

— Сегодня у нас ужин будет здесь, в поле, — объявил он. — Том и Уилли пойдут со мной за дровами для костра. Миссис Уилли, можно воспользоваться вашим большим котлом? О, конечно же, кто-нибудь из мужчин поможет принести его сюда. А ты, Кинкейд, — Джейми повернулся к молодому парню и махнул в сторону небольшой кучки батраков, расположившихся под деревьями, — пойди и объяви всем остальным: сегодня на ужин будет картофель. Итак, с помощью Дженни и других женщин я из десяти ведер молока, взятых после вечерней дойки, трех кур, пойманных в курятнике, и четырех дюжин крупного лука-порея, выдернутого в огороде, сварила суп и нажарила картошки для хозяина Лаллиброха и его жителей.

Солнце уже опустилось за горизонт, когда еда была готова, но небо все еще светилось отблесками пунцово-золотистых лучей, пронизывающих густую зелень сосен, растущих на высоком холме.

Когда суп был разлит по чашкам, а картошка разложена по тарелкам, среди крестьян возникла некоторая заминка, но праздничная атмосфера, созданию которой в немалой степени способствовало виски домашнего приготовления, развеяла сомнения, и вскоре все жители Лаллиброха с удовольствием поглощали неведомые доселе блюда.

— Доркас, не кажется тебе, что вкус у этой картошки немного странный? — спросила некая женщина своего соседа.

— Есть немного, — ответил он, — но хозяин съел уже штук шесть картофелин, и с ним пока ничего не случилось.

Мужчины и дети приняли новую пищу с восторгом, особенно после того, как по моему совету добавили в нее масло.

— Мужчины съедят и лошадиный навоз, если сдобрить его маслом, — заметила Дженни. — Что еще нужно мужчинам? Только набить живот да где-нибудь притулиться, чтобы выспаться после пьянки.

— Хорошо же ты думаешь о нас с Джейми, — поддел ее Айен.

Дженни махнула половником в сторону мужа и брата, сидящих рядом на земле:

— А вы двое вовсе и не мужчины.

Лохматые брови Айена поползли вверх, Джейми был удивлен не меньше:

— Не мужчины? Тогда кто же?

Дженни с улыбкой повернулась к ним, белые зубы блеснули при свете костра. Она погладила Айена по голове и, поцеловав в лоб, сказала:

— Вы мои сладкие.

После ужина один из мужчин запел. Другой достал деревянную флейту и стал ему аккомпанировать. Нежные звуки флейты разносились в ночи далеко окрест. Прохладным, безветренным вечером было приятно сидеть, завернувшись в пледы и одеяла, у костра в тесном семейном кругу. После того как сварили еду, в костер подбросили дров, и он запылал ярким пламенем.

Айен пошел за очередной охапкой дров, а маленькая Мэгги забралась к матери на колени, совершенно вытеснив своего старшего брата. Через минуту послышался голос Джейми:

— У тебя что, муравьи в штанах? Поэтому ты не можешь посидеть спокойно?

Маленький Джейми тем временем подбежал ко мне и стал карабкаться ко мне на колени. Замечание Джейми было встречено веселым смехом, а малыш все никак не мог угомониться. Тогда Джейми вдруг подхватил племянника и, повалив на землю, затеял с ним возню. Джейми сорвал пучок травы и сунул его малышу за шиворот, чем вызвал необычайный восторг мальчика.

— Ну а теперь пойди и помучь немного свою тетю, — сказал Джейми, вдоволь навозившись с мальчуганом.

Маленький Джейми снова проворно вскарабкался ко мне на колени, не переставая хихикать и заигрывать с большим Джейми. Наконец он успокоился, насколько это возможно для шустрого четырехлетнего мальчугана. Я вытащила пучок травы у него из-за ворота рубашки.

— Как вкусно ты пахнешь, тетушка, — сказал он, упираясь мне в подбородок темноволосой кудрявой головкой.

— Спасибо, — сказала я. — Ты, наверное, опять проголодался?

— Да, дай мне молока. — Я придвинула к себе глиняный кувшин, заглянула в него, собираясь наполнить чашку, но его оказалось мало, поэтому я напоила ребенка прямо из кувшина. Отвалившись от кувшина, маленький Джейми вдруг сник, и я почувствовала, как тело его сделалось вдруг горячим, как это бывает перед глубоким сном в раннем детстве. Я укрыла мальчика полой своего плаща и стала медленно покачивать, стараясь попадать в ритм песни, которую распевали у костра. Моя рука ласково касалась маленьких, круглых и твердых, как мрамор, ягодиц ребенка.

— Уснул? — Очертания головы и плеч Джейми-старше-го смутно вырисовывались в свете костра. Огонь поблескивал на эфесе его шпаги и отсвечивал медью в волосах.

— Да. По крайней мере, не ерзает, так и кажется, что держишь на коленях огромный кусок ветчины.

Джейми засмеялся было, но сразу смолк. Я почувствовала, как напряглась его ладонь, поглаживавшая мою руку, и ощутила тепло его тела сквозь складки пледа. Ночной ветерок развевал мои волосы, я смахнула рукой упавшую мне на лицо прядь и обнаружила, что маленький Джейми был прав: мои руки действительно пахли луком и маслом с картофелем. Спящий ребенок был довольно тяжелый, и вскоре у меня онемела левая нога. Я попыталась переменить позу, но вдруг услышала негромкий голос Джейми:

— Не двигайся, Саксоночка. — Голос его звучал ласково и нежно. Я замерла на месте и сидела так до тех пор, пока он не тронул меня за плечо.

— Все в порядке, Саксоночка, — сказал он, улыбаясь. — Ты такая красивая при свете костра, и волосы твои, развевающиеся на ветру, прекрасны. Мне хотелось запечатлеть этот вечер в памяти навсегда.

Я повернулась к нему, радостно улыбаясь. Ночь была темной и холодной. Вокруг было много людей, но нам казалось, что мы одни в целом мире. Нам было светло и тепло рядом друг с другом.

Глава 33

УЗЫ БРАТСТВА

Фергюс из молчаливого наблюдателя постепенно превратился в полноправного члена нашего клана. Он нашел себе работу по вкусу — на конюшне — вместе с Рэбби Макнабом.