Лиза пожала плечами.

— Он это начал.

— Да, он никогда не зовет ее Лизой, — сказала мне Сьюзен.

— Никогда?

— Нет. Когда он не называет ее Мэтьюз, он зовет ее… детка. — На последнем слове она понизила голос так, что он звучал действительно глубоко и ворчливо. Слишком смешно. Я хлопнула себя по бедрам, когда засмеялась вслух.

После, Алли сказала, что они болели за своих парней, и мне стало любопытно.

— А ты с кем? — Я спросила у нее.

— Она ни с кем, — сказала Симона и улыбнулась. — Все еще. Но она усердно работает над Сашей Торресом. Ты видела его за нашим столом во время обеда.

Я подняла брови на Алли.

— Тот, что с короткими каштановыми волосами? В самом деле? — О, мой Бог. Знала ли она, как он ел свои спагетти? Я догадывалась, что нет, иначе, она могла бы передумать. Или, может быть, нет. Он был горячим, как и большинство из них.

Алли мило покраснела. Чёрт возьми, она работала на него.

— Ты тоже ему нравишься?

Она пожал одним плечом, но улыбка прокралась на ее хорошенькое личико.

— Я надеюсь на это. — Затем она откашлялась. — Во всяком случае, мы должны увидеть, на что вы способны, прежде чем мисс Трент дунет в свой ​​свисток.

Я посмотрела в том же направлении, что и она, и увидела женщину средних лет в спортивной одежде, идущей в спортзал прямиком к оборудованному кабинету. Она держала небольшой серебряный свисток в зубах, но не свистела.

— Хорошо, — сказала я. — Что вы хотите увидеть?

— Ты можешь сделать сальто назад? Это было бы так здорово, — сказала Сьюзен.

Я не могла сделать это в прыжке, но от моих балетных уроков я приобрела действительно немного гибкости, поэтому я наклонилась назад, пока не коснулась линолеума позади моих пяток, затем перенесла свой вес на руки и подняла ноги одну за другой колесом, чтобы снова стать вертикально.

Они открыли рты. Я усмехнулась. Они, конечно, не ожидали этого, и я знала, каким впечатляющим было это движение.

Сьюзан поправила свои волосы, ее глаза были реально большими.

— Черт, это было поразительно.

Алли кивнула.

— Я считаю, что если ты имеешь хотя бы намёк на чувство ритма, то ты с нами.

— Круто. — Я не знала, должна ли быть счастлива сейчас или найти туалет и помыться. С другой стороны, любой танец был лучше, чем отсутствие танцев, так что я попыталась улыбнуться.

— Завтра днём мы будем учить некоторые движения, — сказал мне, Алли. — Приходи на футбольное поле после школы, ты сможешь познакомиться с остальной частью нашей команды и решить, хочешь ли ты присоединиться к нам.

— Ладно. Пока я не имею игрока, чтобы назначать свидания, я приду.

Сьюзен рассмеялась и оплела руки вокруг меня.

— Я могу быть твоим свиданием. — Изобразила она глубоко урчащий голос и потащила меня к остальной части студентов, которые уже начали делать некоторые разминочные упражнения.

Мисс Трент разрешила выбрать игру для сегодняшнего спортивного урока, и мы все проголосовали за волейбол, это единственная игры с мячом, в которой я была действительно хороша.

После физкультуры я собрала свои вещи и поторопилась назад к главному зданию, чтобы найти класс, где у меня, должен был быть последний урок, Мультипликация & Визуальные Эффекты. Я с нетерпением ждала этого времени весь день.

Я проскользнула в дверь со звуками звонка и села на свободное место ближе к учителю, женщине около тридцати, одетой в милое цветочное платье и босоножки на каблуках, которые стучали по полу, когда она шла ко мне.

— Ты, должно быть, Саманта Саммерс. Добро пожаловать на АВЭ, — сказала она, понизив голос, и мы пожали друг другу руки. — Я Кэролайн Джексон. Миссис Шустер сказала тебе, что принести на этот урок?

Я кивнула и открыла свою папку с эскизами, которые нарисовала в течение прошлой недели.

— У меня есть угольный портрет пожилой женщины и движущийся противник. Меня немного беспокоил, этот ребенок в движении, потому что у нас нет никаких детей в семье, а я предпочитаю рисовать с живых моделей. Но я нашла кое-что на Ютубе и работа с этим.

— Ты изобретательная. Это хорошо. — Мисс Джексон улыбнулась. Она изучала каждый из моих рисунков в течение нескольких секунд. — Твои картины вполне профессиональные. Я не была уверена, чего ожидать, когда услышала, что присоединится новый студент, но теперь я вижу, что у тебя определенно есть талант и ты подходишь этому классу. — Она бросила мне одобрительный взгляд. — В начале каждого урока, я хочу обсуждать проекты двух или трех студентов с остальными. Я хотела бы начать с твоего сегодня, если ты согласна.

— Конечно, — сказала я, но непосредственная напряженность завязала мой живот узлом. Я знала, на что способна. Я просто не знала насколько хороши были другие и вписываюсь ли я со своим талантом. Но затем, Мисс Джексон, казалось, получает удовольствие от моих эскизов, поэтому я глубоко вдохнула и заставила себя успокоиться, пока она прикрепляла их на доске.

Класс начал анализировать моего ребенка в движении сначала, и, на самом деле, не очень критиковали его. Им понравился Портрет старой дамы даже больше, и они указали, что я сделала фантастическую работу с морщинами и глубокими линиями вокруг глаз. Это было, когда я, наконец, расслабилась на своем стуле. Я прошла их критический анализ. Вот так.

Наконец, мисс Джексон перешла к моему последнему произведению искусства, Движущемуся противнику. Это был трехслойный эскиз капитана космического корабля, который размахивал вокруг своим световым мечом в руках и перекидывал свой темно-фиолетовый плащ через плечо. На мой взгляд, это было прекрасно. Я работала в течение десяти часов над данным движением. Все, казались впечатленными, и легкая улыбка прокралась на мое лицо.

До тех пор, пока низкое бормотание из задней части класса не вытащило меня из моей эйфории.

— Бог. Что за детское лицо.

Последовал сдерживаемый смех нескольких парней. Волосы у меня на руках встали дыбом. Я не хотела разворачиваться, но чувствовала, что моя верхняя часть тела медленно крутится на месте, пока мой взгляд не упал на холодных глазах Энтони, сидящего в последнем ряду комнаты.

— Мистер Митчелл, есть ли что-нибудь уместное, что вы хотите добавить к этой работе? — Громко сказала мисс Джексон.

Он постучал по губам указательным пальцем, раздумывая пару секунд, затем сказал:

— На самом деле, да. — Он бросил мне быстрый взгляд, продемонстрировав свой ​​восторг на полученный шанс разорвать меня на куски посредством моей работы.

Я обернула руки вокруг себя.

— Хотя телодвижения противника правильны до хладнокровия, первоклассное тело может работать с плохим изображением парня, художник полностью испортил выражение лица. Она явно одержима ямочками на щеках, которые мы уже наблюдали, на первых двух рисунках, и нежно-голубые глаза этого антигероя можно было набросать злее, более свирепым образом. Противник Саманты Саммерс может испугать дерьмо из Винни-Пуха, но вот именно это и пугает.

Весь класс расхохотался. Мне хотелось плакать. Мое лицо горело, как будто я провела на солнце десять часов.

Мисс Джексон сняла мои эскизы с доски, и протянул их мне.

— Спасибо вам большое за ваш анализ, мистер Митчелл, — сказала она саркастическим тоном. — Почему бы нам дальше не посмотреть на вашу работу?

— Конечно. — Ухмыльнулся Тони и подмигнул мне, когда побрел вперед. Это не было хорошим жестом, а чрезвычайно холодным и подлым. Он знал, что мне больно. И этот осел наслаждался этим.

Почему?

Он не мог действительно быть таким жестоким только потому, что Хлоя опрокинула стакан в субботу ночью. Он должен был знать, что я не была впечатлена выходками Хлои и что я, конечно же, не хотела навлечь на него неприятности с кем-либо. Почему он был настолько слепым? И упрямым? Черт возьми!

Тони прикрепил свои рисунки на доске большими, круглыми магнитами.

Мои мысли были выбиты из калии, и у меня отвисла челюсть, когда я посмотрела на них. Он не запечатлел ребёнка с боку как я, но маленький человечек как будто полз к зрителю, что хотелось протянуть руку и взять его. Его соперником был безжалостный рыцарь на чёрном коне. Рыцарь пришпоривал коня с ненасытным выражением.

Но был третий чертеж, от которого у меня действительно перехватило дыхание. Я не знаю, кто эта женщина, но она могла бы быть прекрасной бабушкой кому угодно. На ее лице отображались шрамы долгой, трудной, но счастливой жизни, и даже если ее губы были тонкими и прямыми, вся ее жизнь, ее счастье, ее трудности — это все просвечивалось в ее глазах.

Это было прекрасно.

Я хранила молчание, в то время как некоторые прокомментировали точные темно-серые штрихи и точное использование света и тени. Никто не растоптал уверенность Тони, как он это сделал с моей. Я опустила лицо, чтобы он не заметил мой трепет, когда он захватил свои картины и вернулся на свое место.

Оставшуюся часть урока я сосредоточилась, на том что нам говорила мисс Джексон, поэтому я не испытывала желания размышлять о последнем жестоком поступке Тони против меня. Но, откровенно говоря, мое сердце кровоточило. Если бы любой другой человек сказал дерьмо, вроде этого, о моем рисунке, то я не думала бы дважды об этом. Но увидев, большой талант этого парня, это что-то значило. Возможно, он был прав. Возможно, я испортила проект с антигероем. Придётся прилагать ещё больше усилий для проектов, чтобы не дать ему ни малейшего шанса достать меня когда-либо снова. Все в порядке, проблема решена.

После МВЭ как только все собрали свои вещи мисс Джексон подозвала мне к своему столу.

— Есть цели, которые я хочу, чтобы каждый из моих студентов выполнил в конце этого семестра. Так как Вы уже пропустили несколько месяцев, Вы должны догнать, по крайней мере, самые важные проекты. Приблизительно пять законченных обрабатываемых деталей. Как вы думаете, вы сможете справиться с этим в течение нескольких недель?

— Гм, конечно. — Я шагнула в сторону, чтобы группа детей прошла позади меня. — Что я должна сделать?

Она кратко улыбнулась, затем крикнула через плечо:

— Тони! Пожалуйста, подожди минутку.

Дрожь, вызванная его именем, усилилась внутри меня, когда я обернулась и увидела, что он идёт к нам, сжимая губы.

— Что случилось? — Он пробежался беглым взглядом по мне сверху вниз, затем вернулся к нашему учителю.

Инстинктивно я сделала небольшой шаг в сторону от него и пригвоздила глаза на мисс Джексон с возрастающим ужасом.

— Не могли бы вы дать Мисс Саммерс заметки об основных проектах и объяснить, что она должна сделать? — Спросила его мисс Джексон.

— Черт возьми, нет! — Тони поднял глаза к потолку и неправдоподобно рассмеялся. Я хотела сделать то же самое на ее нелепое предложение.

Мисс Джексон подняла брови.

— Простите?

— Давай, Керри. Это такая избитая фраза. Ты делаешь это только потому, что злишься из-за моей честности ранее.

— Это не было честным, это было ненужным. И это не причина того, почему я хочу, чтобы вы помогли мисс Саммерс.

Несмотря на странность этого диалога, все, что я могла думать, было, ничего себе, он позволяет себе называть ее Керри и не быть отчитанным.

— Нет? Тогда почему? — Проворчал он.

— Потому что ты мой лучший ученик, и нет никого более квалифицированного, чем ты, чтобы помочь ей. — Она улыбнулась, и я подумала, что там был намек на издевательство. Но этого не могло быть. Не между учителем и учеником. И она должна прекратить это прямо в эту минуту. Я не хочу получать помощь от этого парня с чем-либо.

— Меня не волнует, — отрезал он. — Я не хочу давать ей мои записи.

Мисс Джексон вздохнула.

— Прекрасно. Тогда позови Джереми обратно. Я попрошу его поделиться своими записями с мисс Саммерс.

Да. Давайте Джереми. Я бы предпочла его записи.

Но Тони не ушел. Он скрестил руки на груди и отклонился на несколько сантиметров назад.

— Серьезно? Вы хотите поставить ее в пару с Джерри? Парень не может изобразить фигурку с туалетной двери.

Меня не волнует. Позови его!

— Он почти также хорош, как ты, — возразила мисс Джексон.

— Ни в коем случае. — Тони издал лающий смех. — Я не могу поверить, что ты прибегнешь к его помощи.

Ничего себе, она на самом деле задела его гордость? Мне пришлось прикусить улыбку, хотя ситуация не была забавной.

— К сожалению, ты не даешь мне выбора.