— Это верно, но...

— Никаких «но». Иначе я обижусь.

Эрик взял коктейли и протянул один Ребекке.

— Пей, не бойся. Все уже оплачено.

Ребекка с улыбкой взяла стакан.

Хороший ресторан, подумала она, отпив глоток и поморщившись. Совсем не разбавляют спиртное. Держу пари, что алкоголя здесь гораздо больше, чем нужно по традиционному рецепту.

— Итак, слушай наши планы на вечер. — Эрик, облокотившись на барную стойку, смотрел на танцующие пары, которых становилось все больше. — Сейчас мы как следует выпьем, потом потанцуем, потом снова выпьем, а затем... Ну, впрочем, там будет видно.

— Затем я упаду в беспамятстве и меня уволят за пьянство.

— Сомневаюсь, — сказал Эрик, смеясь. — Тогда Питеру придется уволить больше половины сотрудников.

Ребекка с некоторым удивлением подумала, что с появлением Эрика все стало казаться проще. Ей уже совсем не хотелось уезжать. Он безостановочно болтал, и Ребекке нравилось вести с ним беседу, ненавязчивую и веселую. Она уже перестала замечать странные взгляды Алекса Лоуренса и не менее странные жесты Лоры и Дика.

Через какое-то время Ребекка и Эрик присоединились к танцующим. Все завертелось колесом. Ребекка совершенно перестала контролировать себя, ей было наплевать на то, что коктейли, которыми постоянно потчевал ее Эрик, давно следует прекратить пить. К часу ночи веселье достигло предела. Кто-то уже не стоял на ногах, кто-то изо всех сил пытался устоять, держась за пальмы, занимавшие свободное пространство между столиками, кто-то начал выяснять отношения. Но расходиться, похоже, никто не собирался.

— Стой я зак... закружилась, — заплетающимся языком сказала Ребекка неутомимому Эрику, который, несмотря на то что пил не меньше остальных, вовсе не казался захмелевшим.

— Устала? — спросил он, придерживая ее за талию.

— Ужасно. — Ребекка постаралась, чтобы ее голос звучал бодро, но ей это не удалось. — Кажется, я хватила лишнего.

— Да брось ты, кому это интересно. Мы пришли сюда веселиться, не так ли?

— Так. Но, по-моему, с меня хватит. — Ребекка старалась сосредоточить взгляд, но все расплывалось у нее перед глазами. — Эрик, я хочу домой.

— Да ну, детка. Еще так рано, — принялся он ее уговаривать, но, увидев протестующий жест, сказал: — Ладно, давай еще выпьем, и я вызову нам такси.

— Нет, нет, — запротестовала Ребекка. — Больше ни грамма.

— Бэкки, солнышко. — Эрик притянул ее к себе поближе. — Один глоток — и все. Иначе, мы остаемся.

— Последний, — согласно кивнула Ребекка.

Она чувствовала, что Эрик слишком многое начинает себе позволять, но сопротивляться ей не хотелось. Ребекка прекрасно знала, что алкоголь придает смелости и раскованности, которых ей так недоставало в обыденной жизни. Будучи сильным человеком, она старалась полностью контролировать себя, свои эмоции и чувства. Однако стоило ей выпить, как сразу сметались все барьеры. Вот и сейчас Ребекка знала, что нужно срочно прийти в себя, но ничего не могла с собой поделать. Как они с Эриком добрались до такси, она не помнила.


6


Потолок... Кажется, здесь уже давно не делали ремонта... А где это — здесь? О, как болит голова!

Ребекка осторожно дотронулась пальцами до висков и потерла их. Во рту пересохло, а язык казался в два раза больше обычного. Ребекка попробовала восстановить в памяти события вчерашнего вечера.

Так. Сначала я пила меньше всех, мне было скучно... Потом появился Эрик, и мы с ним протанцевали весь вечер. Причем он постоянно приносил мне коктейли... В результате в моей голове остались лишь обрывочные воспоминания. Что же я помню? Помню, как постоянно роняла сигарету, пытаясь закурить... Потом, когда мне наконец-таки удалось удержать ее в пальцах, она постоянно гасла и мне приходилось прикуривать заново. Потом Эрик провожал меня до машины, но оказалось, что он где-то забыл ключи. К тому же он тоже был отнюдь не трезв. Затем мы вызвали такси, потом поехали куда-то... И все... Да где же я сейчас?

Ребекка сообразила, что до сих пор смотрит в потолок. Каждое движение давалось ей с великим трудом. Она посмотрела вправо: окно, тумбочка, кактус, кресло. Обстановка ей ничего не напомнила, но ясно было одно — это не ее квартира. Ребекка приподнялась на постели и обнаружила, что на ней надеты только кружевные черные трусики. Вдруг она услышала чей-то вздох. Ребекка медленно повернула голову и с ужасом обнаружила рядом с собой чье-то тело. Тело явно принадлежало мужчине. Он лежал на животе, зарывшись лицом в подушку. Кто это был, она, как ни старалась, определить не могла. Ребекка была так удивлена своим открытием, что даже забыла о головной боли. Она осторожно дотронулась до плеча мужчины и услышала в ответ еще один вздох.

— Эй, — произнесла она, но реакции со стороны мужчины больше не последовало. Тогда она повторила чуть громче: — Эй... мистер!

Он поднял голову и повернулся к ней. Ребекка в ужасе схватила одеяло и прижала к обнаженной груди.

— Эрик?!

— О, привет, малышка! — Эрик часто заморгал, пытаясь окончательно проснуться. — Ну и ночка выдалась!

Ребекка заметила, что он абсолютно голый, и тут до нее начало доходить, что могло произойти ночью, если она проснулась в одной постели с обнаженным мужчиной.

— Эрик, — осторожно позвала она. — Где мы?

Он сел и оглянулся вокруг, потом недоумевающе посмотрел на Ребекку:

— У меня в квартире, где же еще?

— Подожди. — Ребекка не могла прийти в себя. — Почему... Что я делаю у тебя... в постели.

— Ха! — сказал Эрик и снова улегся.

— Что означает твое «ха»? — Ребекка начала впадать в панику. — Эрик, скажи мне... У нас с тобой... Мы... Что здесь было?

— А ты не помнишь?

— Признаться, нет.

— Вот как? — Эрик насмешливо хмыкнул. — А ты вчера говорила, что никогда не забудешь, какой я потрясающий любовник.

— Я говорила? — Ребекка подпрыгнула. — Мы занимались с тобой любовью? — Она недоверчиво покачала головой. — Этого не может быть!

— Однако это было.

Ребекка в ужасе закрыла глаза рукой.

О, нет! Конечно, в этом нет ничего страшного... Но сам факт! Я ничего не помню. Неужели я так напилась, что совершенно перестала себя контролировать? Дура! Идиотка! Кто заставлял меня столько пить? Это Эрик виноват. Напоил меня, а потом воспользовался тем, что я была не в состоянии сопротивляться.

— Эрик, — сказала она вслух, зябко поводя плечами. — Каким образом я могла оказаться у тебя, если ты должен был отвезти меня домой на такси? Ко мне домой.

— Ну, детка, ты даешь. — Эрик покачал головой. — Да ты же еще в машине начала приставать ко мне. Я нормальный мужчина, разумеется не стал возражать и, понятное дело, привез тебя к себе.

— Да быть этого не может! — Ребекка возмутилась. — Я приставала к тебе? Большего бреда я в жизни не слышала.

Эрик только пожал плечами.

— А ну-ка отвернись, — скомандовала ему Ребекка, собираясь встать с кровати.

— Детка, я уже все видел. Ты не думаешь, что уже слишком поздно разыгрывать стеснительность?

— Заткнись и делай то, что тебе говорят, — зло оборвала его Ребекка и принялась подбирать свою одежду, которая оказалась разбросанной по всей комнате. — Подожди, — Ребекка остановилась как вкопанная. — Если мы с тобой занимались любовью, то почему на мне надеты трусики?

— А я почем знаю? — Эрик рассмеялся, сверкнув белыми зубами. — Ты вообще женщина-загадка. Может, это у тебя такая привычка, надевать нижнее белье после занятия сексом?

Ребекка почувствовала, что она готова убить Эрика.

— Где у тебя ванная? — сухо спросила она.

— Выйди в коридор и увидишь, — последовал ответ.

Ребекка выскользнула из спальни, отыскала ванную комнату, заперлась там, прислонилась спиной к холодному кафелю и медленно сползла по стенке на пол.

Вот это номер. Нет слов. Я и Эрик! Мамочки!

Она закрыла руками лицо, почувствовав запоздалый стыд.

Кошмар! У меня бывали случайные связи, но, по крайней мере, я помню, как это происходило. Бэкки, Бэкки! Говорили тебе: бросай пить, ты перестаешь себя контролировать, когда-нибудь это принесет тебе кучу неприятностей. Так и получилось.

Ребекка почувствовала приступ тошноты. Забытые, в свете предшествующих событий, симптомы алкогольного опьянения возвращались. Она встала и медленно начала натягивать на себя одежду. Принимать душ в этой квартире ей не хотелось. Она вышла из ванной и заглянула в спальню. Эрик все еще валялся в кровати.

— Эрик, — окликнула она его. — Я ухожу.

— Пока! — вяло помахал он ей рукой. — Выход найдешь?

— Честный человек, по крайней мере, хотя бы предложил девушке кофе, — В Ребекке вдруг проснулась жажда оскорбить кого-нибудь, раз уж она сама оказалась в такой унизительной ситуации.

Эрик поднялся, накинул домашний халат и со скучающим выражением лица посмотрел на Ребекку.

— Если бы я каждой своей случайной любовнице предлагал кофе, то давно разорился бы. Но если ты так уж хочешь позавтракать, можешь поставить чайник.

Ребекка задохнулась от возмущения.

— Ты просто урод! Я не случайная любовница! В том, что произошло ночью, виноват алкоголь. Я даже ничего не помню!

— Не надо все сваливать на выпивку. Нашла чем оправдаться. Если ты не умеешь пить и знаешь это, зачем было вчера так надираться?

— А кто приносил мне стакан за стаканом?

— А кто пил? Ты ни разу не отказалась.

Ребекка замолчала: как ни крути, Эрик был прав.

— Ладно, забыли, — сказала она.

— Разумеется, забыли. Надеюсь, ты не думаешь, что можешь претендовать на что-то, если мы с тобой разок перепихнулись?

— В каком смысле претендовать? — изумилась Ребекка.

— Это значит, не станешь бегать за мной.

— Я? Бегать? — Ребекка с презрением посмотрела Эрику в глаза. — Ну ты и тип. Да кому ты нужен!

— Ночью ты мне говорила совсем другое. О, Эрик! Ты лучший! Еще, Эрик! — передразнил он.

— Придурок!

Ребекка направилась к выходу.

— Кем ты себя возомнил? — выкрикнула она, уже стоя на пороге. — Тоже мне — герой-любовник!

— До скорого! Надеюсь, ты не будешь рыдать, если увидишь меня с другой?

Ребекка изо всех сил хлопнула на прощание дверью.


В понедельник она появилась в редакции с опозданием почти на час. Правда, здесь никто не следил за дисциплиной. Профессия журналиста такова, что нельзя подолгу сидеть на одном месте. Приходится побегать. Когда она вошла, то заметила, что несколько человек сразу перестали разговаривать и уставились на нее. Ребекка прошла мимо Виктории.

— Привет!

— Здра-а-авствуй, — как-то странно протянула Виктория.

— Что-нибудь случилось? — поинтересовалась Ребекка, остановившись.

— Почему ты так решила? — спросила Виктория, пряча глаза.

— Да так. Просто тон у тебя странный.

— Тебе показалось, просто голова немного болит. Столько работы!

— А, ясно. — Ребекка поняла, что больше можно ничего не спрашивать, но, пробираясь к своему рабочему месту, она с удивлением ловила на себе любопытствующие взгляды.

Уж не успела ли я натворить еще чего-нибудь позавчера? — подумала Ребекка.

— Привет, Дик. — Ребекка уселась на свой вертящийся стул. — Как настроение?

— Боевое, — ответил Дик.

— Выглядишь довольно бодро.

— И ты ничего. — Он тоже почему-то прятал взгляд. — Ты опоздала. Срочное дело?

— Да нет, просто долго принимала душ. Все никак не могла проснуться.

— Ну-ну, — сказал Дик и сделал вид, что кроме чашки кофе его в этой жизни больше ничего не интересует.

Ребекка вздохнула и начала утренний обзвон. Ничего интересного не произошло. Видимо, редакционная вечеринка за последние три дня была самым важным событием в городе.

— Лора, — окликнула Ребекка свою соседку. — Тебе пришли криминальные сводки?

— Да. А тебе зачем? — удивилась та.

— У меня есть информация, что было совершено покушение на одну нашу кинозвезду.

— У меня нет такой информации. Тебе не приснилось?

— Нет, я слышала краем уха треп двух полицейских. Проверь по своим каналам.

Лора недоверчиво пожала плечами и начала набирать номера телефонов. Через пять минут она со злостью швырнула трубку на место.

— Вот гады! До всего приходится докапываться самой. Спасибо, Бэкки, это действительно оказалось правдой. Видите ли, полиция не хотела раскрывать эту информацию раньше времени. Ну и накатаю я статейку!

— Лору разозлили, — усмехнулся Дик. — Берегитесь все.

— Хорошая ты девчонка, Бэкки, — сказала в приступе благодарности Лора. — Хоть и не разбираешься в людях.