Посмотрев, что машины далеко, выбежала на дорогу, тут же слыша громкий визг шин. Ошалело повернулась и увидела, как черный джип резко затормозил и остановился передо мной, не заезжая на зебру. Спустя секунду, из нее вышел мужчина и гневно выкрикнул с того места:

– Ты сумасшедшая? Я бы тебя сбил!

Повернулась назад, и, замечая, как подростки, бежавшие за мной, остановились и стали ждать, вновь перевела взгляд на огромного высокого мужчину. Если честно, плохо его видела, как и он меня, потому что закрывала лицо от фар. Вновь повернувшись, поразилась, замечая, что подростки остановились и ждут.

– Девушка, я к вам обращаюсь, – гневно послышалось рядом, и я повернулась, встречаясь взглядом с Анатолием. Надо же! Как так?! Он тоже узнал меня, поэтому недовольно нахмурился и проследив за моим взглядом, грубо произнес:

– Садись в машину.

Понимая, что это лучшее из всех вариантов, так как сейчас была растеряна, кивнула и пошла к переднему месту, сев в машину. Посмотрела через стекло и увидела, как Анатолий направился в их сторону, что-то крикнув, и уже в следующую секунду пацаны резво сорвались с места.

Через несколько минут Дорвонцев уже сидел в машине. Он без разговоров выключил аварийку и крутанул руль в сторону, вновь начиная движение. Чувствуя его раздражение, даже злость, четко проговорила:

– Простите. Убегала от них и поэтому…

Он молчал… ничего не говорил, только видела, как с яростью сжимал руль, смотря вперед. Не выдержала и добавила:

– Я понимаю, что виновата…

Резко развернулся ко мне и, просканировав изучающим взглядом, выдал:

– Если одна возвращаешься в столь позднее время, нужно быть готовой к таким ситуациям. И глупо было бросаться под машину! Я бы задавил тебя! Ты понимаешь?!

– Но не задавил, – тихо заметила, чувствуя, как всю трясет от напряжения и стресса. Сама все понимала, но от этого не лучше.

– Да, явно не благодаря тебе! – недовольно отчеканил он.

– Спасибо, что помогли. Я…

– Лучше молчи, – буркнул он, вновь отвернувшись, наблюдая за дорогой.

Чувствовала себя идиоткой. И зачем побежала? Но с другой стороны, нужно было позволить им все забрать или еще что похуже? Вздохнула, тут же замечая, как Дорвонцев взяв телефон и набрав номер, через секунду проговорил:

– Андрюха, привет. Да нормально. Как ты? Слушай, где твои сейчас патрулируют?

Мужчина замолчал, а потом выдал:

– Вот что… будь другом, направь их в мою сторону. Я тебе координаты сброшу. Да, два пацана. Там видно, что обкуренные хулиганы. Чуть мне девчонку не обворовали. Да… а она под машину полезла. Вот, и не говори. Ладно. Если что, звони. Добро.

Положив трубку на панель, остановился на повороте, пропуская машины, думая о своем. Хотелось вновь поблагодарить, но не стала. Не нужно сейчас его дергать.

Подъезжая к дому, выдохнула, что чудом добралась. Только хотела сказать «спасибо» и уйти, но мужчина уже открыл водительскую дверь и вышел. Последовала примеру. После того как Дорвонцев благополучно поставил машину на сигнализацию, мы направились к подъезду. Чувствовала себя неудобно. Я вроде как стараюсь быть неприметной, а сама иду с ТАКИМ мужчиной. Хорошо, что он сейчас не по форме. Очень даже хорошо.

В лифте старалась думать о чем угодно, только не о том, как Анатолий внимательно рассматривает меня. Вроде уже не злой или… это всего лишь видимость?

Не успела выйти, как остановилась, не желая подниматься с ним на свой этаж, выдавила улыбку и вежливо проговорила:

– Спасибо, что не задавили, спасли от преследования и довезли до дома.

– Буду рад приглашению на чашку кофе, – с наглой улыбкой заявил он, уже полностью остыв после случившегося, а, может, и нет, при этом Анатолий чуть наклонил голову, ожидая, как выкручусь.

Скрипнула зубами, удивляясь его резкой перемене. Все же опасный он мужчина: твердо знает, что хочет и идет к этому, отлично маневрируя в любой ситуации. Только подумала, что отвечу шуткой, как резко сменила глупое пожелание на резкий тон, услышав следующую фразу:

– Или муж не разрешает? Кстати, он невидимый или его нет?

– В командировке, – ответила, смело встречая его пронзительный взгляд, возмущаясь наглым утверждениям.

– Уверен, что ты, Наталья, не замужем, – ледяным тоном отчеканил он, начисто стирая ленивую ухмылку, превращаясь в опасного хищника, как я его видела, не переставая сверлить меня взглядом.

Вздохнула, понимая, что тут нужны кардинальные меры. Что же… ладно, пусть так. Полезла в карман сумки, достала паспорт и, открыв на четырнадцатой странице, закрывая пальцем фамилию, показала, довольно резко уточняя:

– Подойдет как доказательство или нужно клятву произнести?

Мужчина заострил внимание на ненавистной печати с записью, отчего пришлось быстро убрать документ, чтобы не запомнил ничего, и посмотреть в его лицо. То, что увидела, было невероятно описать. Чистые кипящие эмоции, не прикрытые ничем. Анатолий был злее, чем в машине, когда чуть не наехал на меня. Правда об этом кричали только глаза, лицо было спокойным и даже вежливым.

Он смотрел на меня, а потом произнес то, что выбило меня из колеи:

– Отлично, познакомлюсь с ним, чтобы поговорить о том, как он отвратительно следит за своей женщиной, отпуская ее на работу, когда с ней может случиться все что угодно.

– Его нет… – напомнила, не желая обманывать про командировку, но выхода не было.

– Я понял, – сухо произнес Дорвонцев, скривившись, делая шаг ко мне.

– Приглашать не буду, – поспешно заверила, удивляясь, как мы перешли на «ты», и уже разговариваем на такие темы, что я показываю ему свой паспорт, желая что-то доказать.

– Это тоже понятно, – выдал он, а потом добавил, довольно улыбнувшись: – Но до дома провожу.

– Я сама… – попыталась протестовать, но, отмечая в его глазах категоричное «нет», поняла, что это бесполезно. Ему надоест, и окажусь на плече, но он все равно сделает так, как хочет и считает нужным.

– Отлично… сама, а я проконтролирую, следуя за тобой, – вежливо сообщил он.

«Поразительно! С такими я еще не общалась…»

Кивнула и пошла впереди, чувствуя пронзительный взгляд в спину. На последней ступеньке повернулась, оказавшись все равно ниже его, и тихо сказала, надеясь, что меня никто не услышит.

– Думаю, дальше не стоит идти. Чтобы не было проблем… у меня. Еще раз огромное спасибо. С меня хороший коньяк.

– Нет, чай с пирогом, если умеешь печь, – четко произнес и прищурился, а на губах – легкая завораживающая улыбка.

– А если не умею? – весело поинтересовалась, отмечая, что мужчина танком наступает, атакуя, не понимая значения отступления. Удивительно, почему у него нет жены и несколько сорванцов, ждущих его с работы. Мгновенно стало не по себе… и перестала рассуждать на запретную тему. Зачем травить себя? И по мужчине… Почему решила, что он свободен? Может, он любит ухаживать за соседками… Но со мной должно быть все понятно. Но нет, ему плевать. Интересно, какие цели преследует Дорвонцев?

– Тогда с меня торт, а с тебя чай. Можно у меня.

– Анатолий… – начала, но меня тут же перебили:

– Наташа, я понял все, но чай с пирогом все равно с тебя буду требовать. Кстати, потом с мужем побеседую. Пока его нет, можешь обращаться и не шарахаться, как будто я особо опасный преступник. Я не обижу.

– Спасибо, – улыбнулась, не в силах сдержаться, отмечая, что все же каким приятным человеком оказался этот мужчина.

– Пожалуйста. Будем друзьями-соседями, – выдал он, посматривая на мое лицо, а именно на губы. Кивнула, не желая ничего понимать. Иногда лучше поверить, чтобы не угнетать себя. Потом все равно тайное станет явным.

Пошла вперед, тут же доставая ключ и открывая дверь. Распахнув, обернулась и посмотрела на мужчину, наблюдающего за мной, кивнула и прошептала:

– Благодарю.

Он только улыбнулся шикарной улыбкой и продолжал стоять, а я вошла внутрь квартиры. Закрылась и прошла к старому засаленному пуфику, присаживаясь на него.

Удивительно, но на душе было так хорошо, что глупо улыбнулась. Невероятно, за последние полтора года я в первый раз улыбаюсь от всей души. Странно.

Постаралась отогнать от себя ненужные мысли, и поднялась, вспоминая, что завтра утром рано вставать, а мне нужно еще помыться и погладить вещи. Надеюсь, утюг не подведет, а то он периодически выключается. Устало повела плечами и побрела в ванную комнату.

Все же повезло мне, что на моем пути оказался именно этот мужчина. Спас. А я даже чаем не напоила… Стало неприятно. Так не пойдет. Завтра испеку пирог, только куплю необходимые ингредиенты. Отнесу и вручу, чтобы без чая, но со всей благодарностью.

Так и сделаю.

Глава 3

19 июля, четверг



Время девять часов вечера, а я уже дома, в кухне. Впервые пробую готовить в хозяйской духовке, переживая, заработает ли она. Ведь даже там было два кирпича, на которые нужно было ставить противень. Еще неприятность, оказывается, стеклянная дверца отходила, отчего пришлось подпереть ее кочергой, которую нашла в коридоре. Злилась, хотела, как лучше, а тут беспредел. Называется, сняла квартиру…

Сегодня разговаривала с владелицей кафе по поводу уборки кухни, мытья посуды и позднего возвращения домой. Сразу она негативно отнеслась, заявляя, что я получила премию и теперь не должна возмущаться. Но на мои слова, что верну и больше не появлюсь здесь, потому что жизнь дороже, задумалась. Ведь если буду так возвращаться, то когда-нибудь не приду по причине, что покойнику это ни к чему. Галина Семеновна скривилась на уточнение и попросила рассказать, в чем проблема. Поведала вчерашнюю историю, упомянув, что нужен еще один человек для уборки, на что услышала, что этот вопрос она решит, доплатив техничке. Поэтому теперь я работаю до восьми часов и отправляюсь домой, что очень радовало.

Сидела на стуле и смотрела, как поднимается слоеное тесло. Решила приготовить пирог из курицы и картошки. Не сладким же кормить. Сама любила такое угощение, но готовила его в последний раз давным-давно. Мама у меня такой всегда заказывала, когда чувствовала себя хорошо.

Резко поднялась и пошла убирать дом, чтобы время не пропало зря. А потом, как отнесу пирог Дорвонцеву, отправлюсь спать.

Ровно через пятьдесят минут я довольно улыбалась, поражаясь, как в этом чудовищном духовом шкафу что-то получилось. Но получилось и невероятно пахло! Притом картошку и пласты грудки я хорошо поперчила и посолила, поливая сливочным маслом, так что должно было получиться вкусно. Переложив на широкую тарелку, которую нашла в шкафу под грудой посуды, после того как на несколько раз помыла, решила быстренько сходить, но вот застопорилась, считая неудобным бегать к мужчине.

Подошла к треснувшему зеркалу, отмечая в отражении свое скромное одеяние – светло-голубые джинсы и белую футболку, и провела по волосам. Быстро схватила расческу и заплела хвост, считая, что так будет лучше. Выдохнув, вспоминая, что Анатолий спас мне жизнь, а я тут чувствую неудобство, смело направилась к нему.

Спускалась, надеясь, что он дома и очень-очень занят. Оказавшись на лестнице, застыла на месте, не зная куда идти. Действительно, не буду же я стучать в каждую квартиру, интересуясь, в какой именно проживает Дорвонцев Анатолий.

Решив, что сама виновата и могла бы спросить номер квартиры своего спасителя, пошла наверх, как услышала приятный голос на лестнице.

– Да, Серега. Обязательно. Ты в столицу со своей красавицей не собираешься? Беременна? Ну ты, брат, молодец. Постарался.

Выдохнув, что все не так плохо, осталась ждать, спустившись с лестницы. Через мгновение наблюдала, как мужчина поднимется с пакетом в руке, а во второй держал сотовый. Увидев меня, он улыбнулся и остановился.

– Ладно, Айсберг, надумаешь, я всегда рад! Жене привет, – тут же засмеялся и весело ответил: – Да не кипятись! Кроме тебя, бешеного, ей никто не нужен. Ага… Добро, – мужчина закончил разговор, тут же посмотрев на меня, а потом уж на пирог, и поинтересовался:

– И его даже есть можно?

Ухмыльнулась и ответила:

– Могу унести назад, если не понравится. Главное, что принесла. Заварку тоже захватила, но отдам и убегу к себе. Уже поздно, – дружелюбно произнесла, надеясь, что он поймет.

Мужчина задумчиво одарил меня придирчивым взглядом, а потом прошел вперед, открывая ключом дверь 76 квартиры. Открыв, распахнул и проговорил:

– Наташа, проходи. Убежать не получится. А если мне плохо станет, то кто спасать будет? – сказал таким тоном, отчего не могла не улыбнуться.

– Не будет. Нормальный пирог, – успокоила мужчину, не двигаясь с места, не желая отступать от своих первоначальных планов.