Это троекратно повторенное слово «прекрасно» свидетельствовало о том, что Рамиру пытается убедить себя в том, что у него все хорошо.
— Ты счастлива, Летисия? — в свою очередь задал вопрос Рамиру.
— Я рада за тебя, — уклончиво отозвалась Летисия.
— Ты так больше и не вышла замуж?
— Нет, — качнула головой Летисия, — думаю, двух провалов в отношениях с мужчинами мне достаточно.
Рамиру горестно усмехнулся:
— Ты хочешь меня обвинить?..
— Ты ушел в море, — вдруг вырвалось у Летисии, — и ни одного известия! — голос ее перешел на крик. — Ни одного! А я одна здесь ждала дни и ночи…
— Такой была моя работа! — точно разбуженный ее криком, повысил голос Рамиру. — Ты знала, что я моряк. Помнишь, твой отец предостерегал тебя: «Ты молода. Пройдет лето, закончится и любовь. Слишком велика разница между вами». И он оказался прав!
— Плевать на разницу! — совершенно не владея собой, крикнула Летисия. — Я хотела жить простой жизнью, довольствоваться немногим! Ты был единственным, кого я любила в этой жизни.
— И что же это за великая любовь, которая не позволила тебе дождаться меня? Что за необыкновенная страсть, при которой ты вышла замуж за другого?..
— Ты тоже женился на другой, — упавшим голосом молвила Летисия.
Рамиру молча вышел из хижины.
Летисия вышла следом за ним и направилась к своей машине. Краем глаза она увидела катер Витора, мчащийся по направлению к Форталезе, и девушку, бегущую к хижине. Летисия остановилась.
Девушка с криком подбежала к Рамиру и обняла его.
— Это моя дочь Асусена, — проговорил Рамиру. — Прощай, Летисия.
— Сможем ли мы быть друзьями? — вслед ему спросила Летисия. — Именно так ведут себя цивилизованные люди.
Рамиру через плечо бросил на нее недоверчивый взгляд.
— В твоем мире такое возможно, Летисия. А в моем никто не поймет такой дружбы… Пойдем, дочка!
Летисия, позабыв о гордости, смотрела ему вслед.
…Рамиру Соарес был из тех мужчин, которым женщины долго смотрят вслед…
Серена Соарес сидела в своем доме за столом и переписывала рецепт фирменного торта, который диктовала ей ее подруга Эстер, жена рыбака Самюэля, но мысли ее были далеко.
Рамиру сказал ей, что хочет немного прогуляться по берегу. Она не сомневалась, что целью его прогулки была хижина, в которой они с Летисией провели много упоительных часов. Сама память, от которой он не в силах был избавиться, направила туда его стопы. Рамиру всегда отличался исключительной правдивостью, он еще до их свадьбы поведал Серене всю трагическую историю с Летисией, но сейчас он лукавил сам с собой. И Серена это знала. Самюэль предостерегал ее против переезда в Форталезу. Но Серена была не из тех, кто прячет голову под крыло и норовит правдами и неправдами удержать мужа возле своей юбки. Как ей ни больно было сознавать, что Рамиру все еще находится под властью прошлого, это было так. Недаром по приезде в деревню возле Форталезы Рамиру сделался рассеянным, отвечал невпопад, раздражался по пустякам, хотя и пытался скрыть свое настроение. Но сердце любящей женщины всегда все чувствует. И Серена понимала, что происходит с Рамиру.
Серена записывала рецепт изготовления крема, когда в проеме растворенной двери возникла фигура мужа. Бросив взгляд на его лицо, она тут же заговорила как ни в чем не бывало:
— Дорогой, надо принести еще тростника для крыши… Иначе нас попросту зальет после первого же дождя.
Рамиру тут же взял нож, крикнул своего сына Кассиану, ставившего на берегу океана сети на просушку, которому уже помогала Асусена, и мужчины отправились выполнять задание Серены.
Серена, проводив Эстер, позвала Асусену и спросила:
— Дорогая, где ты встретила своего отца, когда я отправила тебя найти его?
Асусена помедлила с ответом, и это не понравилось матери.
— Какая разница, мама? — наконец произнесла она. — Ну ладно, он был возле старой хижины на берегу залива.
Серена молча повернулась и ушла в дом. Поведение матери озадачило Асусену. Но еще больше она была удивлена, увидев Серену, которая вышла из дома с канистрой бензина в руке и побрела в сторону старой хижины…
Глава 2
Впечатление, которое произвел незнакомый парень с катера на Асусену, было настолько ошеломляющим, что она больше ни о чем, кроме него, и думать не могла.
В деревне было много красивых парней, таких, как ее брат Кассиану, но ни один из них не смог бы теперь пленить воображение девушки. Этот юноша казался ей принцем, появившимся из какой-то особенной, загадочной страны, о существовании которой она даже не догадывалась. Что то особенное было во всем его облике и в том, как он смотрел тогда на нее потрясенным и вместе с тем властным взглядом.
Далила, ее подруга, невеста Кассиану и дочь Самюэля и Эстер, выслушав признание подруги, незамедлительно поставила диагноз: любовь с первого взгляда.
Асусена уговаривала ее отправиться вместе на то пустынное место, где она увидела этого юношу: она была уверена, что он вновь появится там. Далиле идти не хотелось, у нее дома была гора дел, которые необходимо переделать, к тому же Кассиану, с подозрением посматривающий на шепчущихся в углу девушек, был бешено ревнив.
— Но мы только искупаемся и вернемся, — настаивала Асусена.
— Ступай одна, — не соглашалась Далила. — Чего ты, собственно, боишься?
— О чем это вы тут шепчетесь? — не утерпел Кассиану.
— Я говорю, что вода сейчас теплая, хорошо бы нам искупаться, — проговорила Асусена.
В конце концов ей удалось уговорить подругу.
Как надеялась Асусена, незнакомый юноша действительно был на берегу. В воде стоял его катер. Сам он лежал на песке, наполовину зарывшись в него. Заслышав шаги приближающихся девушек, он вскочил на ноги и, как будто преодолев секундное замешательство, направился в их сторону, но по пути произошло непредвиденное.
Кассиану, нисколько не успокоенный заверениями сестры и невесты в том, что они хотят разок окунуться, нагнал их в тот момент, когда незнакомец уже приблизился к девушкам.
— Что ты тут делаешь, парень? — выпрыгнув из-за спин подруг, крикнул он. — Уходи отсюда прочь! Что здесь происходит?
Вид у Кассиану был такой агрессивный и внушительный, что юноша застыл на месте.
Далила, хорошо зная своего жениха, вцепилась ему в руку.
— Спокойно, Кассиану! Здесь ничего не происходит!
— Кто этот тип? К кому из вас он пришел? — не дожидаясь ответа, Кассиану кинулся к парню, и через секунду они оба уже барахтались в песке.
Асусена и Далила стали оттаскивать Кассиану от незнакомца: они знали, что у него тяжелая рука. Навалившись на него, они в один голос крикнули парню:
— Уходи отсюда! Уходи скорее!
Незнакомец не заставил себя упрашивать. Поднявшись на ноги, он влетел в воду, подняв облако брызг, в мгновение ока достиг своего катера и завел мотор.
Кассиану долго не мог успокоиться. Сначала он обрушился с упреками на невесту, но когда до него дошло, что парень не имеет к ней никакого отношения, переключился на сестру. Как она могла выставляться перед этим незнакомцем, перед богачом, у которого есть катер и который от праздности своей объезжает окрестности и подлавливает молоденьких дур!.. Возмущение его не улеглось и тогда, когда они явились домой, однако Серена, разобравшись, что произошло, властным жестом отослала сына и подступила с расспросами к дочери. Выслушав признание Асусены, она заметила:
— Что ж, у твоего брата есть причины, чтобы быть настороже. Если этот парень богат, тебе лучше не думать о нем, доченька. Мы из другого мира. Это как в той песенке, которую любит твой отец, о песчинке, засмотревшейся на звезду в небе.
— Маленькая песчинка была большой мечтательницей, — положив голову к матери на колени, пропела Асусена.
— Да, дорогая. Не случайно твой отец любит эту песенку. Однажды он сам размечтался о звезде, которая была далеко от него…
Асусена подняла голову и с изумлением посмотрела на мать.
— Как, мама? Неужели отец любил кого-то, кроме тебя?!..
Летисия добросовестно вникала в дела своего отца. Таинственный мир бизнеса казался ей книгой за семью печатями; каждая последующая ее страница, казалось бы, уничтожала смысл предыдущей. Например, основные клиенты верфи Гаспара Веласкеса, японцы, используют суда, построенные им, чтобы ловить рыбу. Благодаря этому они становятся главными конкурентами рыбоперерабатывающего предприятия, которое принадлежит отцу. Получается, что он сам оснащает своих конкурентов! Гаспар терпеливо объяснял ей суть этого кажущегося противоречия. Если он не примет заказ на строительство судов, японцы передадут его на другую верфь. Он же в этом случае потеряет большую долю рынка. То, что он получает за строительство судов, покрывает с лихвой те потери, которые его предприятие несет на международном рыбном рынке. Шаг за шагом он посвящал дочь в секреты своего дела, в особенности заключаемых им контрактов. Он уверял ее, что в ближайшее время Витор с помощью Дави сделается ее, Летисии, правой рукой. У Витора гибкий, восприимчивый ум, а Дави уже принялся посвящать его в дела.
— Дави, — недоверчиво сказала Летисия, — но ведь он не связан с нашей семьей…
— Всегда неплохо полагаться на человека, который жаждет выбиться и возвыситься над той средой, к которой он принадлежал прежде, — объяснил Гаспар. — Его отец — простой рыбак… Он входит в ту группу рыбаков, которую возглавляет Рамиру Соарес. Кстати, я слышал, Рамиру вернулся в наши края… — И Гаспар метнул испытующий взор в сторону дочери.
Летисия как будто не расслышала его вопроса, и это был плохой признак.
Рассеянность дочери, скорее всего, имела вескую причину. Что, если она уже встречалась с Рамиру? Но задать ей этот вопрос напрямую Гаспар не решился. Он хорошо знал Летисию: если она первая не заговорит о том, что ее волнует, значит, никакого разговора не будет.
И они снова углубились в изучение контрактов.
Дави приехал навестить родителей в тот момент, когда его отец Самюэль рылся в своем заветном сундучке, который вот уже много лет таскал с собой, возбуждая любопытство Эстер. Но она и не пыталась его удовлетворить. Мать чистила рыбу, а сестра учила уроки. Эта с детства знакомая картина ничего, кроме внутреннего раздражения, в душе Дави не вызывала, но он старательно подавлял это чувство. У родителей напрочь отсутствовало честолюбие, а ведь отец, с его любознательным умом и феноменальной памятью, мог достигнуть в жизни гораздо большего. Мог — но не пожелал. Самюэля устраивали ловля рыбы, изучение лекарственных трав и чтение книг, поглощавшие все его свободное время, так же как мать устраивала эта скудная обстановка, неистребимый запах рыбы и вечная возня на кухне. Зато Далила была далеко не безнадежна, в этом-то Дави был уверен. За годы, что они не виделись, она стала красавицей, которая при умном поведении может рассчитывать выйти замуж отнюдь не за простого рыбака, вроде Кассиану, а за приличного человека.
Поднялся обычный для такого случая гвалт, посыпались вопросы… Дави чувствовал себя несколько скованно. Ему не хотелось показать родителям, что в этом бедном жилище он чувствует себя не в своей тарелке, но проницательный отец заметил это, однако чувство собственного достоинства не позволило Самюэлю сделать замечание сыну.
Далила была в восторге от брата, такого импозантного, важного, как настоящий сеньор.
— Дави, почему бы тебе не перебраться к нам? — предложила она.
Повисла неловкая пауза, как будто Далила позволила себе какую-то бестактность. Наконец Дави произнес:
— Видишь ли, у меня уже есть свой собственный дом. Он, конечно, очень скромный, но я к нему привык.
— А невеста у тебя есть? — спросила неугомонная Далила.
— Есть, — улыбнулся ей Дави.
— Значит, тебе следует привезти эту девушку на праздник, который мы устроим после того, как отремонтируем дом, — сказала Эстер. — Мы ее очень хорошо встретим.
— Спасибо, мама, — вежливо проговорил Дави. — Но, однако, мне пора. В другой раз смогу побыть у вас подольше…
Далила вышла проводить брата к машине. Не успели они сделать и нескольких шагов, как на них налетел Кассиану.
— Откуда взялся этот щеголь?!
Дави попятился — он и в детстве боялся этих грубых парней, детей рыбаков, но Далила грозно прикрикнула на жениха:
— Ты что, совсем обалдел? Не узнаешь моего брата?
Гнев Кассиану мгновенно улетучился. Лицо его расплылось в радостной ухмылке.
"Тропиканка" отзывы
Отзывы читателей о книге "Тропиканка". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Тропиканка" друзьям в соцсетях.