— Я никуда не собираюсь пока.

— Ну вот и хорошо, — сказал Кит, он подошел к ней и как-то дьявольски усмехнулся.

Хироу отступила на шаг, позабыв об усталости, от волнения мурашки побежали у нее по спине.

— Вам придется научиться доверять мне, пусть даже на это потребуется целая жизнь.

— Я тоже так думаю, но сейчас я хочу найти ту цепь, что прикует вас ко мне. Надежно, — добавил Кит и подошел вплотную, так что Хироу коснулась спиной полога кровати.

Неужели этот дом казался ей мертвым и унылым? Кит принес с собой такой жар жизни, что казалось, даже воздух заискрился, и ее тело невольно потянулось к теплу.

Кит ревниво глянул на нее, придвигаясь чуть ближе и едва не касаясь ее.

— Но когда я найду, вы уже сбежите.

Хироу приоткрыла рот, чтобы возразить, но Кит приложил палец к ее губам. И это ощущение настолько ошеломило Хироу, что она вообще перестала о чем-либо думать.

— Я мог бы взять особое разрешение в церкви, чтобы нас немедленно обвенчали. Но знаете, сейчас нет времени на эти проволочки, и нам надо успеть в Хоторн-Парк на свадьбу моей сестры, — сказал Кит.

Он чуть подтолкнул ее, опрокинув на мягкое ложе, и склонился над ней.

— Я сейчас сделаю то, что наверняка привяжет вас ко мне, и навсегда.

— И что же? — прошептала Хироу, хотя ясно видела блеск страсти в его темных глазах.

Кит усмехнулся:

— Я собираюсь окончательно испортить вашу репутацию.

Хироу почувствовала, как сердце ее словно подпрыгнуло, но не стала возражать, а вздохнула, предвидя последствия:

— Что ж, тогда я точно никуда не поеду.


На этот раз прибытие Хироу в дом Чарли выглядело несравненно солиднее и элегантнее: ее привезли в роскошной карете герцога Монтфорда, в сопровождении ливрейного лакея, а Кит ехал рядом на лошади. Сам хозяин был в отъезде, но их разместили на ночь в его доме.

Кит грозился присутствовать лично при ее купании, но, когда Хироу пригласила его разделить с ней ванну, Кит ушел, бормоча что-то про тетку Чарли. Пока Хироу наслаждалась душистой косметикой, впервые в своей жизни, Киту было чем заняться: он привел их лошадей с постоялого двора и забрал вещи из гостиницы.

Путешествие закончилось, но ее жизнь, как поняла Хироу, только начиналась. Она покраснела, припомнив минувшую ночь: то долгое, медленное сладострастное искушение, настойчивое — и шаловливое, сладкое — и свирепое, в путанице ног и рук, и гладкость кожи, и губы Кита, приближающиеся к ее лицу. Он шептал о своей любви, снова и снова, пока Хироу, запинаясь, не ответила ему, задохнувшись от нахлынувшего чувства. Хироу вспоминала те сладкие минуты, пока упаковывала свои вещи.

Наконец Кит повел ее в зал пить шоколадный напиток с бисквитами. Горячий шоколад был восхитителен, Хироу пробовала его первый раз в своей жизни, она допила свою чашку, и, пока Кит сожалел об отсутствии миссис Армстронг, она допила и его полчашки.

— Похоже, ваша предполагаемая компаньонка улизнула, — сказал Кит, откинувшись в кресле перед очагом. — Так что нам предстоит найти ей замену.

Он положил ноги на подставку у камина и, казалось, задремал, что, впрочем, было неудивительно, потому что они оба не выспались прошлой ночью.

Это напоминание заставило Хироу снова покраснеть и возразить, что ей не нужны никакие компаньонки, и они продолжали спорить, когда из фойе донесся шум шагов и голоса. Вошел дворецкий Чарли в сопровождении пары гостей, но он не успел представить их, потому что женщина сразу метнулась к ним.

— Кит! — закричала она.

Он поднялся с кресла, оглянувшись, и Хироу внезапно встревожилась. Но когда леди бросилась к нему, их внешнее сходство стало очевидным, и Хироу поняла, что это его сестра, Сидони.

— Где же черти тебя носили? — вскричала Сидони, и Хироу какое-то мгновение не могла понять, то ли она сейчас стукнет брата, то ли бросится в его объятия. — Я чуть с ума не сошла от беспокойства!

— Но я же писал, мы немного попутешествовали, — виновато ответил Кит.

— Немного попутешествовали! — фыркнула женщина. Она кивнула на своего молчаливого темноволосого спутника, стоявшего поодаль. — Барто и Хоб с ног сбились, разыскивая тебя в Лондоне! Они нагрянули и в Рэйвен-Хилл, но узнали, что усадьба выгорела дотла прошлой ночью.

Кит стоял понурившись.

— Я совсем забыл про Хоба.

— Да, забыл! А Хоб пришел к нам тогда и рассказал про поножовщину, похитителей, предписание на арест… — Сидони замолкла, словно задохнувшись от переживаний. — Я уж и не знала, что делать: то ли готовиться к свадьбе, если ты прибудешь вовремя, то ли заниматься поисками, если тебя ранили… — Она прервалась, жадно оглядывая его, Кит неловко потрепал женщину по спине, стараясь ее утешить.

Хироу вполне понимала взволнованность женщины. И ведь именно она, совершенно чужой человек, подставила Кита под удар и внесла сумятицу в их жизнь. Станут ли они обвинять ее?

Словно прочитав ее мысли, женщина отвернулась от Кита и взглянула на Хироу, при этом ее темные глаза не упустили ни одной детали.

— А вы, должно быть, Хироу, — сказала она. — Как вы, в порядке?

Вопрос был несколько неожиданный, и Хироу помедлила, прежде чем ответить. Она слегка кивнула, и тогда Сидони подошла и пожала ее ладони.

— Что ж, добро пожаловать в семью.

— Что? — вскинулся Кит. — Как ты узнала?

— Возможно, уловила из твоего письма.

Смуглый мужчина шагнул к ним и сухо представился:

— Виконт Хоторн.

— Называйте его просто Барто, — сказала Сидони, подталкивая Хироу к стулу и усаживаясь рядом. Поняв, что ее брат жив и здоров, она успокоилась и стала вести себя более естественно.

Однако Хироу продолжала волноваться. Она не привыкла быть в центре внимания в женском обществе, особенно среди сверстниц, и засмущалась еще больше, когда представила, что будет называть будущую виконтессу сестрой.

Сидони склонилась к ней, ожидая начала разговора, но Хироу не знала, что и сказать. Она просто не знала, о чем обычно разговаривают женщины, если они, как она, не рисуют акварели и не играют на фортепиано. К тому же Хироу понятия не имела об этикете светской беседы в женском кругу. Тогда Сидони просто улыбнулась ей и попросила:

— Ну а теперь расскажите мне все.


Эпилог


Кит стоял на пороге сарая, откуда они некогда бежали с Хироу, и улыбался, потому что окружающий пейзаж сильно изменился с тех пор. Тогда было холодно и темно, и призрачный туман окутывал угрюмую пустошь пожарища позади усадьбы. Но теперь летнее солнце освещало аккуратные лужайки перед отстроенной террасой Оукфилда.

Теперь его поместье разительно отличалось от тех угодий, что достались ему по наследству. Некогда заброшенные пустоши были тщательно возделаны, а заброшенные прежде фермы кипели жизнью. Неподалеку паслись овцы, и по полю ходила лошадь, впряженная в плуг, — там соберут урожай зерновых.

Дом, казавшийся некогда проклятым, теперь блестел в лучах послеполуденного солнца, его каменные стены были выскоблены дочиста — никакого темного мха. Конюшни были перестроены, там стало просторнее и чище. Обугленные остатки лабиринта выкорчевали и на подстриженном газоне высадили деревья и цветы. Кит сам помогал проектировать и обустраивать участок, и вместо старомодных клумб он предпочел посадить по всему саду цветущие кусты и украсить его песчаными дорожками.

Здесь можно гулять, никуда не спеша, и сидеть на скамьях под сенью деревьев, и Кит порой удивлялся своей удаче. Тогда, после пожара, Кит и представить себе не мог такую судьбу, но он знал, кому он обязан своим счастьем. Если бы не Хироу, он так и погряз бы в мрачных раздумьях, пьянстве и безделье, а его поместье пришло бы к упадку и разорению.

Теперь он мог смотреть в прошлое с гордо поднятой головой. Тот пожар изменил его, но не испугал и стал всего лишь недобрым воспоминанием. Он был беспечным мальчишкой, но повзрослел и стал зрелым мужчиной; с помощью Хироу он распрямился и сбросил с себя бремя вины, он снова стал самим собой.

Защищая Хироу, Кит обрел самоуважение и силы справиться со всем и всеми. Да, он спустя рукава искал тех друидов, но все же не терял бдительность и берег самое дорогое для себя.

Тот опыт научил его ценить каждый миг отпущенной ему жизни, и Кит не забывал об этом и сейчас, вдыхая аромат трав и цветов. Впереди на дорожке сада он видел силуэты Сидони и Барто и Макса, их сына. Они играли с собаками, беззаботно и радостно, и Кит тоже был счастлив.

Он услышал позади легкие шаги Хироу, она подошла и остановилась рядом, Кит обнял ее, погладив рукой по округлому животу, — у них скоро будет ребенок.

— Как поживают Джордж и Гарольд? — спросил он.

— И Мисси, и Клайд, и Томас, и Тоби… — И Хироу засмеялась. — Все кошки и котята живы и здоровы. Но у меня есть еще один, который тоже не прочь пожить с нами. — В руке у нее оказался урчащий рыжий комочек.

— О нет, — застонал Кит.

— Я люблю тебя, — прошептала она, потому что знала: долгожданное признание покорит его и склонит к уступкам.

— Я тоже люблю тебя, — сказал Кит, потому что знал: она никогда не устанет слушать это. Он потерся щекой о ее шелковистые локоны и с улыбкой дал уговорить себя на еще одного котенка в их доме.

Ну как мог он отказать своей жене, которая до сих пор восхищала и удивляла его? Некогда холодная и скрытная, она оказалась на самом деле теплой и щедрой, и они не уставали шутить по этому поводу. Она сделала их дом приветливым и уютным для всех, кто заходил к ним в гости. Недавно заезжал и Чарли — тот вообще грозился поселиться у них навечно.

Когда прибыло ее наследство, в библиотеке не осталось ни одного свободного места на полках. К тому же Хироу была объявлена и наследницей Рэйвена. Она постаралась побыстрее распродать то немногое, что поступило из замка, а затем пустила эти деньги на отделку Оукфилда.

Приведя в порядок каталоги и расставшись с некоторыми книгами, Хироу охладела к библиотеке, которая некогда была ее главным интересом в жизни, и Кит порой удивлялся… Он искоса бросил на нее пристальный взгляд:

— Ты жалеешь о своих приключениях?

Она растерялась от неожиданного вопроса.

— У меня их не было, пока я не встретила тебя.

— А твои дела с книгами?

Хироу покачала головой и прижала котенка к щеке.

— Это были скучные сделки со скучными антикварами, вряд ли это доставляло мне радость.

Она взглянула на него, ее губы тронула улыбка.

— А жизнь с тобой — разве это не приключение?

Кит повел плечами:

— Да что я? Обычный сельский джентльмен.

Хироу рассмеялась.

— Не думаю, — сказала она, ласково обнимая его. — Ты мог бы убедить кого угодно, но меня тебе не одурачить, Кит Марчант. — Ее глаза сияли, и она поддразнила его улыбкой. — Ты — джентльмен и знаток своего дела.