Книга предназначена только для ознакомительного чтения. Любая публикация данного

материала без ссылки на группу и указания переводчика строго запрещена. Любое

коммерческое и иное использование материала, кроме предварительного ознакомления, запрещено.

Книга: Влюбиться в няню

Автор: Пенни Вилдер

Количество глав: 7

Рейтинг: 18+

Жанр: Короткий любовный роман, эротика

Переводчик: Марина Мкртчян

Редактор: Мария Барсукова (1-4 глава), Svetlana M. (5-7 глава)

Вычитка: Яна Газиева

Обложка/оформление файла: Svetlana M.

Перевод группы: https://vk.com/books.for_young (Books for young ♔ Перевод книг)


Аннотация:


Мой ближайший сосед – отец одиночка. Очень, ОЧЕНЬ горячий отец одиночка. И он хочет, чтобы я работала на него няней.

Мне не помешают лишние деньги, так что эта часть была простой. Что нелегко, так это то, что я влюблена без памяти в Диакона много лет. Он этого не знал и это никогда не имело особого значения. Я была слишком молода.

Но не теперь.

Он смотрит на меня так, словно хочет немедленно разорвать мою одежду. Его брат ненавидит меня, думает, что я бесполезная и просто дурная женщина, пытающаяся разрушить жизнь Диакона. Если он поймает нас вместе то вероятнее всего, выбросит Диакона и его милую дочь на улицу, просто чтобы доказать свою правоту.

Я не могу этого допустить.

Но увидев Диакона без рубашки.… Замечая, как его гибкое тело сводит меня с ума. Я не уверена, что смогу сопротивляться. Даже если бы я захотела.



Глава 1

Реми

Мусор пахнет отвратительно.

- О господи, что - то туда заползло и умерло? - говорит моя подруга Клара рядом со мной, когда я выношу его на тротуар. Она осталась на ночь фильма ужасов, которую мы проводим каждый месяц по традиции с двенадцати лет.

Я задерживаю дыхание, лицо сильно сжалось.

- Да, независимо от того, что моя мама пыталась откормить нас прошлой ночью.

- Что это было? - говорит Клара.

- Тофу.

- Это какой - то вид птицы, потому что, если это так, то за ней следует охотиться до тех пор, пока она не исчезнет.

Я смеюсь. Бедная Клара. Её семья ест строго только мясо и картошку. Она даже никогда не видела брюссельскую капусту, пока мы не встретились. Клара думала, что это был маленький симпатичный ребёнок капусты, пока она его не попробовала. Теперь она их называет дьявольскими бородавками.

- Я думаю, это сделано из соевых бобов.

Солнце только что поднялось. Когда день прогревается, из цемента выгорает туман. Небо со слоями ярко - оранжевого и жёлтого цветов выглядит, как кукурузная конфета. Прекрасный осенний день.

Разбрызгиватели извиваются с непонятым звуком, который меня сначала пугает, прежде чем я понимаю, что это за звук. Мы должны добежать по газону с босыми ногами, добраться до газеты, прежде чем она испортится. Независимо от того, сколько раз моя мама жаловалась на парня, который доставляет нашу газету, он всегда бросает её на газон вместо крыльца.

Я дрожу от капель воды, когда слышу глубокий недовольный гул пикапа. Смотрю, как он въезжает к дому моего соседа Сэма. Я знаю, что сосед водит Toyota Prius, поэтому этот пикап вряд ли его, если он не купил новую машину. С внешностью офисного компьютерщика он действительно не похож на парня с грузовиком. В этом я не сомневалась.

Двигатель выключается и нужна минутка для того, чтобы водитель вышел из автомобиля. Затем Диакон выходит со стороны водителя, и моё сердце взрывается в груди.

-Боже мой, - говорю я, стоя на этом месте, остолбенев.

Клара поворачивается к дому моего соседа.

- Святое дерьмо, это…

- Да, это так. Не смотри! Я хватаю её за плечи и поворачиваю её тело ко мне лицом.

- Притворись, что мы говорим, - говорю я.

- Мы говорим.

- Просто встань так, чтобы я могла смотреть на него не заметно, - говорю я, наблюдая за ним через плечо.

Она ворчит.

- Хорошо, но поторопись. Здесь очень холодно.

Диакон - это брат Сэма. Он был хозяином дома, а затем продал его Сэму, после того, как женился. Я помню, как сидела в своём старом домике на дереве, наблюдая, как он погружал коробки в фургон. Так хотелось положить каждую коробку обратно в дом, чтобы он не смог уехать. Это было пару лет назад. И я не видела его с тех пор. До настоящего времени.

Он по-прежнему выглядит потрясающе, впрочем, как и тогда. Но все-таки немного более зрелым, и, может быть, стали больше мускулы. Безусловно, его уверенность в себе никуда не пропала. Это трудно не заметить даже на таком расстоянии, тем более, когда он идёт к задней двери грузовика.

То, что нелегко увидеть, дак это то, что находится на заднем сиденье пикапа. Я прищурилась, чтобы лучше видеть.

- Это…. Я начинаю говорить, но отвлекаюсь и не заканчиваю мысль.

- Это что? - говорит Клара, начиная поворачиваться, но я остановила её.

- Не смотри, - говорю я, - он увидит, что мы наблюдаем за ним.

- Тогда скажи мне, что происходит!

Я продолжаю смотреть, затаив дыхание. У него есть ребёнок? Моё сердце так сильно стучит, что я чувствую это во всем теле. Я встаю на цыпочки, глядя сквозь туман разбрызгивателя. Когда я делаю шаг ближе, поток воды ударяет меня по замершему лицу. Я взвизгиваю, а Клара кричит, когда мы пытаемся уйти с пути. Диакон смотрит на нас, но я притворяюсь, что не вижу.

Когда мы убегаем от потоков опрыскивателя, я снова смотрю на него. Он вытаскивал ребёнка из автокресла.

- Господи, у него есть ребёнок,- говорю я.

Клара смотрит раздражённо.

- Могу я сейчас посмотреть, пожалуйста.

- Нет ещё.

Диакону было двадцать пять лет, когда я впервые начала замечать его как нечто большее, чем просто моего соседа, впрочем, как и все остальные. Мне было тогда тринадцать. Я была безумно влюблена в него. Сначала была его улыбка, привлекшая меня к нему. Некоторые соседские дети вместе со мной катались на скейтбордах перед моим домом. Один из мальчиков, с которым я гуляла в то время - моё первое увлечение, построил рамку для нас, чтобы мы катались на коньках. И мы тащили её на улицу в течение лета, потому что большинство людей были на работе, и нам не стоило беспокоиться о пробках. Я была слишком смущена, чтобы носить шлем, потому что хотела выглядеть красиво, и чтобы не выглядеть глупо, сняла его. Ну, и как дебил, я сразу упала. И не в какой-то большой эпический момент, делая трюк. Я каталась на плоской поверхности, когда под моё колесо попал камень, и упала в первую очередь лицом в цемент.

Диакон был рядом и видел всё это. Он бросился и помог мне подняться с земли. Сначала он выглядел испуганным, его лицо было обеспокоенным, пока он не понял, что я в порядке. На самом деле ничего страшного не произошло. Просто немного поцарапалась, вот только моя гордость… Я была трудным ребёнком и переживала гораздо худшие падения. Когда он увидел, что я в порядке, его лицо расплылось в самую заразительную улыбку, которую я когда-либо видела.

- Ты напугала меня, - сказал он.

Всё что я могла делать, так это только смотреть на эту великолепную белоснежную улыбку. Мои другие падения были далёкими воспоминаниями. Диакон поглотил все мои мысли после этого.

Каждый день я сидела в своём дворике и наблюдала за ним. В основном из дома на дереве, потому что мне нравилась высота птичьего полёта. Как правило, он всегда работал или мыл машину во дворе без рубашки, и моему взору открывалось прекрасное тело соседа. У него была старая машина, и он был очень влюблён в неё. Вымывал её несколько раз в неделю.

Я находила разные места в своём доме, чтобы наблюдать за ним. Летом, когда было слишком скучно или слишком жарко, чтобы быть на улице, я сидела в своём домике с открытыми окнами, ожидая услышать скрип петель, когда откроется его дверь. Тогда я найду любую причину, чтобы выйти на улицу. Я даже вызывалась помочь маме с садом, несмотря на то, что все земляные черви ползали, потому что это было рядом с кустарником, где он припарковывал машину.

Я надевала самые скудные шорты, которые смогла найти, и рубашку с глубоким вырезом, хотя в то время у меня не было никакой груди. Пока поливала сад, я убеждалась, что моя рубашка мокрая, поэтому мой бюстгальтер будет просвечивать.

Но я была просто ребёнком, поэтому Диакон никогда не замечал меня, несмотря на все отчаянные попытки.

Чтобы попытаться привлечь его внимание, я дошла даже до того, что выпрашивала сладости в его доме, одетая, как сексуальная медсестра, надеясь, что он наконец заметит меня. У меня колени были в шишках и в полосочку. Мой макияж был похож на маску на лице. Я думала, что была взрослой, но вспоминая, вероятнее всего выглядела, как Невеста Цыплёнка.

Некоторое время он стоял в дверном проёме Сэма с миской конфет. Какой-то сопляк прошёл мимо меня и указал на то, что медсёстры носили униформы, а мой костюм не соответствовал этим параметрам. Диакон засмеялся, не глядя на меня, и бросил шоколадку Snickers в моё ведро с блуждающим огоньком из тыквы. Это было пять лет назад, но у меня всё ещё есть обёртка от того шоколадного батончика. Я храню её, как сувенир.

Вскоре после этого события он встретил кого-то. Я не помню её имя, но никогда не забуду, как ревновала, когда увидела её в первый раз. Это были выходные дни. Я отказалась от приглашения своих друзей пойти посмотреть фильм ради того, чтобы увидеть Диакона. Он опоздал, что было для него не нормальным. Было почти утро, когда его автомобиль, наконец-то подъехал на проезжую часть дороги. Он открыл дверь с пассажирской стороны, а мой живот сжался и мне стало больно. Женщина, которая вышла, была великолепна и соблазнительна. Две вещи, которые определённо не вернуть назад. Они зашли в его дом, а я плакала той ночью вместо того, чтобы спать.

Вскоре после этого они поженились и переехали. Остальное это уже совсем другая история.

Я чувствую, что та жгучая боль, которую я испытывала по ночам, снова застала меня. Я смотрю, как он вытаскивает своего ребёнка из автокресла. Хочу поздороваться, но он, скорее всего не вспомнит меня. Будет очень неловко, если я увижу замешательство на его лице, и мне придётся объяснять кто я. Я немного изменилась с последней нашей встречи. Стала на несколько дюймов выше, отрастила свои светлые волосы, которые когда-то были под стрижку боб, теперь они доходят до середины моей спины. Очки, которые я когда-то носила, были заменены на контактные линзы. Мои бёдра и грудь также изменились, сейчас вместо первого размера, ношу третий. Моей плоской груди, которую я когда-то ненавидела, больше нет.

Некоторое время я беспокоилась. Боялась, что моё тело никогда не будет красивым. К счастью, когда мне исполнилось семнадцать, меня как будто погрузили в Растишку. Теперь в восемнадцать я, наконец, выгляжу как женщина, которой всегда мечтала быть. Той женщиной, которая заставляет мужчин замереть на своём пути, только, чтобы наблюдать за походкой.

Может быть, Диакон сейчас меня заметит.

Но я быстро выбросила эту мысль из головы. Он - женатый мужчина, отец, а я не смогу стать соперницей его жене.

Вздохнув, я наблюдаю, как он и его ребёнок исчезают в доме его брата.

- Теперь можешь смотреть, - говорю я Кларе.

Взволнованная она поворачивается, наткнувшись на пустой двор без Диакона и ребёнка.

- Ты - такая дурочка, - говорит она.

Я улыбаюсь, прихватив с собой газету для своей мамы.


***

Я бросаю мокрую газету на кухонный стол, где моя мама пьёт свой утренний кофе. Она готовила завтрак, поэтому в комнате пахнет корицей.

- Извини. Я пыталась спасти её, прежде чем она вымокла,- говорю я.

Она хмурится и берёт её двумя пальцами. Серые капли падают на столовые приборы.

- Может тебе следует подписаться на новостной сайт? - предлагаю я.

Клара сидит за столом и наливает себе чашку кофе.

- Я думаю, что стоит, - моя мама бросает её в мусор. - Если вы обе хотите что-то ещё, то есть блины на столе.

Клара вопросительно смотрит на меня. Если они наподобие вечернего прошлого ужина, то она уйдёт. Но к счастью это просто блины из цельной пшеницы. Полезные, но съедобные.

Я положила две штучки на наши тарелки и смазала их сиропом. Затем я хватаю стакан апельсинового сока и чашку кофе. Сажусь рядом с Кларой, напротив моей мамы. Но вместо того, чтобы есть, мой разум начинает блуждать, и я замечаю, что смотрю в окно. Все те чувства, которые я испытывала к Диакону, возвращаются. Как будто они лежали в спячке, ожидая его прибытия.

Когда Диакон всё ещё владел домом, я возвращалась домой задолго до своей мамы. Лёжа в постели, я представляла, как он стучит в парадную дверь. Когда я открыла бы, он был без рубашки с букетом длинных красных роз, среди гипсофил. Он сказал бы мне, как я красива, и как он не может жить без меня ни секунды. Наша двенадцатилетняя разница в возрасте мало что значила для него в моих фантазиях. Я была всем тем, что он мог когда-либо хотеть или желать. В моих мечтах он был безнадёжным романтиком.