Ширли БАСБИ

ВО СНЕ И НАЯВУ

Я посвящаю эту книгу моим мальчикам. Наверное, правильнее сказать — молодым мужчинам, ведь они у меня уже совсем взрослые!

Я посвящаю эту книгу Алексу Поупу. Он прочитал «Испанскую розу» и был вынужден признать под моим нажимом, что она ему понравилась.

Я посвящаю эту книгу добрейшему Рику Спенсу, промелькнувшему по моей жизни, как комета, и все же успевшему «найти» меня.

Я посвящаю эту книгу Брайану Макфадину. Хотя Брайан и не прочитал ни одной моей книги, я слушаю все его музыкальные записи.

И наконец, я посвящаю «Во сне и наяву» Говарду Басби, который и после тридцати лет совместной жизни остается мужчиной моей мечты.


ПРОЛОГ

Апрель 1860 года

Беда никогда не приходит одна.

Сентенция 274, Публициус Сирус

Глава 1

В первый раз Черный Всадник приснился Саре в ту ночь, когда в салуне застрелили ее отца, Мэтью Роулингса. После того как страсти улеглись и все успокоились, девушку проводили в убогую комнатушку, которую Мэтью снял в пансионе.

Сара легла на жесткую, всю в буграх и впадинах кровать и уставилась в потолок ничего не видящими глазами. Смерть отца настолько потрясла ее, что она ни о чем не могла думать.

Могла лишь неподвижно лежать в темноте, глядя прямо перед собой пустыми глазами. Сара отказывалась поверить в постигшее ее несчастье, все произошло так внезапно… Однако усталость в конце концов взяла свое, и она уснула. В ту ночь, в час глубочайшего горя, к ней явился во сне Черный Всадник.

Все вокруг было окутано густым туманом, и Сара никак не могла понять, где находится, — знала лишь одно: ей угрожает опасность, смертельная опасность. Как именно суждено ей умереть, она не знала, но была уверена, что непременно умрет, если не подоспеет помощь. Сара понимала, что спит, и поэтому не боялась умереть в своем мире сновидений, но все же ей было очень грустно оттого, что она где-то допустила ошибку. Казалось, сделай она что-то иначе, и ее ждала бы долгая и скорее всего счастливая жизнь, а не страшная смерть в одиночестве — неизвестно где и по какой причине. И в ту самую минуту, когда умерла последняя надежда на спасение, появился он! Еще мгновение назад раскинувшийся перед ней голубоватый ландшафт был совершенно пустынным — и вдруг на невысоком холме появился Черный Всадник. Его лицо скрывала надвинутая на глаза широкополая черная шляпа. Высокий и худощавый, он небрежно держал в руках поводья. Хотя Сара и не видела его лицо, она с первого же взгляда полюбила этого человека. Она знала: он, Черный Всадник, которому она готова отдать свое сердце, явился, чтобы спасти ее.

Когда Черный Всадник застыл на невысоком холме, внимательно обозревая окрестности, время для Сары остановилось. Она была уверена, что его зоркие глаза ищут, высматривают ее. Наконец пронзительный взгляд нашел несчастную девушку. Черный Всадник яростно пришпорил коня и молнией слетел с холма. В следующую секунду Сара уже была в его горячих объятиях. Он крепко и в то же время очень нежно прижимал ее к себе своими сильными руками, и она слышала, как гулко стучит у него в груди сердце. Черный Всадник осыпал ее лицо жаркими поцелуями и чуть хрипловатым голосом шептал ласковые слова, которые ей так хотелось услышать. Когда наступило это чудесное мгновение, Сара поняла: теперь ей уже никогда не будет угрожать опасность, теперь Она навсегда забудет об одиночестве. Ей нечего бояться в объятиях Черного Всадника, потому что он любит ее и защитит от всех опасностей…

* * *

Сквозь грязное, в каплях дождя, окошко своей комнатенки на чердаке пансиона Сара Роулингс едва различала небольшое кладбище и холмик земли, выросший на могиле ее отца.

Со дня смерти Мэтью Роулингса прошло уже два месяца. Будь ее воля, Сара никогда не похоронила бы отца в этой забытой Богом и людьми дыре, но за семнадцать лет жизни ей редко представлялась возможность поступать по-своему. Судьба — а если называть вещи своими именами, то ее отец, — всецело определяла жизнь девушки, которой оставалось лишь следовать указаниям «свыше». И хотя Мэтью Роулингс, несомненно, любил ее, свою единственную дочь, жизненный путь Сары вовсе не был усыпан розами!

Мысли Сары были такими же грустными, как и залитый дождем техасский ландшафт, раскинувшийся перед ней. Она тяжело вздохнула и отвернулась от окна. После смерти отца Сара осталась без средств к существованию и оказалась в полной зависимости от владелицы пансиона, где они с отцом остановились накануне его трагической смерти. Миссис Сандерс была женщиной суровой и себе на уме. После смерти отца Саре волей-неволей пришлось задуматься над тем, как жить дальше. Раньше у нее не было ни времени, ни желания думать об этом, поскольку все ее беспокойства о будущем сводились к одному: где им с отцом доведется поесть и переночевать в следующий раз? Последние четыре года Сара только и думала об этом — если не спала. Но ведь жизнь не всегда была такой грустной, с тяжким вздохом подумала девушка, усаживаясь на скрипучую старую койку, на которой она спала.

Да, жизнь не всегда была такой унылой, как сейчас. Сара плохо помнила свою мать Розмари, красивую женщину, от которой так хорошо пахло, — она умерла, когда девочке было всего три года. Тогда Сара была еще слишком мала, чтобы понять, каким страшным ударом для ее отца оказалась смерть обожаемой жены. Сейчас она понимала: смерть Розмари превратила рассудительного и хозяйственного плантатора в азартного игрока, который ни минуты не мог прожить без карт, виски и неоправданного риска. В последние годы, как и в последний вечер своей жизни, Мэтью Роулингс был изрядно пьян.

Сара не без труда вспомнила тот день, когда видела отца трезвым. Зато она хорошо помнила плантацию и свой прежний дом, «Холм пересмешника», расположенный неподалеку от Натчеза, в штате Миссисипи.

Сара окинула взглядом свое убогое жилище и грустно улыбнулась. Ее жизнь в «Холме пересмешника» отличалась от теперешней как небо от земли! Неужели с того дня, как отец проиграл в карты все, что у него было, прошло уже четыре года? Неужели с той кошмарной ночи, когда Мэтью пришел домой, поднял ее с кровати, задернутой шелковыми занавесями, и сказал, что они должны немедленно уезжать, неужели с тех пор прошло четыре с лишним года? Не может быть, думала она в ту ночь, чтобы все их имущество — огромный дом с роскошной обстановкой, бескрайние хлопковые поля, множество рабов, конюшня, полная породистых лошадей, — не может быть, чтобы все это перешло к другим людям из-за одной неудачно сделанной ставки.

Сначала Сара была потрясена свалившимся на них горем и долго не могла прийти в себя. Однако через какое-то время она все же взяла себя в руки и попыталась взглянуть на столь внезапную перемену в своей жизни как на захватывающее и забавное приключение. Но проходили дни, и девушка стала понимать, что не очень-то это забавно — видеть, что твои бывшие подруги делают вид, будто не замечают тебя. Не видела она ничего забавного и в том, чтобы делить свое жесткое ложе с клопами и блохами. И не было ничего волнительного и романтичного в тех вечерах, которые ей приходилось проводить вместе с грязными и сквернословящими личностями в прокуренных и провонявших виски салунах, пока ее отец тщетно пытался вернуть утраченное состояние единственно известным ему способом — с помощью карт.

Весть о чудовищном проигрыше Мэтью Роулингса разнеслась по округе с быстротой лесного пожара. Кое-кто из друзей и знакомых сочувствовал бедняге и тактично предлагал помощь, однако большинство отвернулось. Непомерная гордыня и ослиное упрямство не позволили Мэтью принять помощь от истинных друзей, и он вновь взялся за карты. Только теперь из развлечения карты превратились в средство, которым Роулингс зарабатывал себе и дочери на жизнь. Но Господи, какой же жалкой и отвратительной была эта жизнь!

Выигранных денег едва хватало на самое необходимое.

Роулингсы недолго оставались в родных краях. Стыд заставил Мэтью покинуть Натчез и стать бродягой. Они сели на пароход и отправились вниз по Миссисипи, но никогда долго не задерживались на одном месте. Мэтью почти все время проводил в салунах за картами, стараясь хоть как-то поправить свое финансовое положение, а Саре не оставалось ничего иного, как безропотно следовать за отцом.

Со временем Сара Роулингс, понимая, что у нее просто нет другого выхода, как-то приспособилась к такой жизни, но она так и не смогла привыкнуть к частым неудачам отца за карточным столом, в результате которых им приходилось покидать городки по-воровски, тайком, ночью, спасаясь от обозленных кредиторов. Шло время, и постепенно Сара тоже стала зарабатывать на жизнь. Она помогала готовить и мыла полы в пансионах, где они останавливались.

Конечно, этой жизни было ой как далеко до той прежней, которую она когда-то вела в «Холме пересмешника», однако работа позволяла держаться подальше от притонов, где играли в азартные игры, и от пользующихся недоброй славой салунов, в которых почти постоянно просиживал ее отец. К тому же работа избавляла Сару от похотливых взглядов, которые бросали на нее партнеры Мэтью.

В Техас Роулингса вынудила отправиться Сара, вернее, не она сама, а ее красивое личико и стройная фигурка. В один прекрасный день до Мэтью дошло, что его любимая дочь уже не маленькая девочка и что из-за ее стройной фигурки и миловидного личика, с каждым днем хорошеющего, у них рано или поздно возникнут серьезные проблемы. Ему уже и так довелось несколько раз оказываться в неприятных ситуациях из-за дочери, и с каждым разом выпутываться становилось все труднее. Мэтью долго размышлял над этой неожиданной проблемой, и наконец ему в голову пришла неплохая мысль. Ради Сары он даже забыл о своей проклятой гордости и написал единственному оставшемуся в живых родственнику, троюродному брату Сэму Кантреллу. Сэм всегда был добрым и отзывчивым малым, и в детстве они дружили. Лет сорок назад Сэм и его отец Энди переехали в Техас и поселились в колонии Стивена Остина [1]. С тех пор братья не встречались и лишь изредка переписывались, но, может быть, думал Мэтью, Сэм поможет им с Сарой…

Мэтью написал брату. Отец и дочь с тревогой и надеждой ждали ответа. В тот день, когда из Техаса пришло письмо с заверениями Сэма Кантрелла, что он сделает для Сары и Мэтью все возможное, Роулингс прижал к груди дочь и заплакал от избытка чувств. Сразу после получения письма они выехали в Сан-Фелипе, небольшой городок в штате Техас, откуда было рукой подать до «Магнолиевой рощи» — так называлась плантация Сэма.

Правда, добирались Роулингсы до Сан-Фелипе не торопясь. По пути часто останавливались в маленьких городках, где Мэтью зарабатывал деньги — разумеется, игрой в карты.

Отцу Сары и прежде не очень-то везло за карточным столом, а теперь удача совсем от него отвернулась. Последний раз судьба сыграла с ним злую шутку в этом безымянном крошечном поселке на техасском берегу реки Сабин. Мэтью снял комнату, в которой сейчас и сидела Сара. Он договорился с миссис Сандерс, что в качестве платы за кров и еду Сара будет мыть полы и помогать готовить. Устроившись в пансионе, Мэтью Роулингс сразу же отправился в убогий салун, расположенный через дорогу. Как всегда, он был не прочь перекинуться в картишки и очень надеялся на выигрыш. В первую ночь ему крупно повезло. Так повезло, что он решил задержаться в этом поселке еще на день и снова испытать судьбу.

В тот роковой вечер, два месяца назад, удача опять отвернулась от Мэтью Роулингса, отвернулась в последний раз в жизни. Он проиграл, все деньги, напился и обвинил своего удачливого партнера в нечестной игре. Обменявшись «любезностями», соперники выхватили револьверы. Прогремели выстрелы, и секунду спустя бездыханный Мэтью уже лежал на грязном полу.

Сара поднялась с кровати и принялась расхаживать по комнате. Она любила отца, горевала по нему и упорно гнала от себя мысль о том, что более сильный мужчина сумел бы с достоинством пережить смерть жены и не опустился бы до такой степени. Мужчина с более сильным характером никогда не пал бы так низко, как Мэтью Роулингс. Всякий раз, когда Сару посещала эта мысль, ей становилось стыдно за отца, но к стыду нередко примешивалось и раздражение — Мэтью замкнулся в своем горе, отгородился своим отчаянием от дочери.

Если бы он лучше заботился о ней, то она сейчас не осталась бы совершенно одна, без средств к существованию и не зависела бы от совершенно чужих людей.

Саре вдруг стало так грустно, что она закрыла лицо руками и заплакала. Что делать? Сразу после смерти отца она написала Сэму Кантреллу письмо, в котором сообщала о смерти Мэтью. С тех пор прошло несколько недель, но она до сих пор не получила ответа. Неужели дядя Сэм передумал помогать им? Неужели она действительно осталась одна-одинешенька в этом жестоком мире? Неужели у нее ничего нет, кроме одежды, которая сейчас на ней? Что же с ней будет дальше?