- Добрый день, Мария Викторовна.

   - Ксюша! - воскликнула мать Андрея таким тоном, словно только и ждала, что услышать её голос. - Скажи мне, это ведь не шутка?

   Ксения посмотрела на ухмыляющегося Карпова.

   - Кажется, нет.

   - Что значит, кажется? - возмутились в один голос мать и сын. Сыну досталось локтем в бок.

   - Вы женитесь или нет? - потребовала Мария Викторовна чёткого ответа.

   Ксения снова посмотрела на Андрея, а тот приподнял брови, ожидая её ответа. Она поневоле заулыбалась и сказала:

   - Да.

   Андрей перегнулся через сидение, обнял её и поцеловал в щёку, а потом довольно громко сказал:

   - Мама, ты слышала? Она сказала "да"!

   - Слышала. И рада. Как-то спокойнее на душе стало. А то всё вокруг да около...

   - Мама, нехорошо повторять чужие слова.

   - А что делать, если других у меня нет?

   - Почему они так быстро согласились? - спросила Ксения, когда они вошли в лифт.

   - А чего ты ждала? Что они устроят скандал? Мы же не подростки.

   - Но они почти не удивились!

   Андрей привалился спиной к стенке лифта и сунул руки в карманы. С улыбкой наблюдал за Ксенией.

   - Да, милая, кажется, мы с тобой что-то упустили.

   Она погрозила ему пальцем.

   - Не смотри на меня так!

   Карпов рассмеялся.

   В квартире звонил телефон.

   - Это невозможно, - пожаловался Андрей. Ногой захлопнул дверь, и прежде чем включить в прихожей свет, притянул Ксюшу к себе. Она вдруг зажалась, ему показалось, что даже смутилась. Андрей повернул её лицом к себе и поцеловал. Потом шепнул: - Мы дома... - и тут же раздосадовано проговорил: - Кто такой настырный?

   Он пошёл к телефону, а Ксения, наконец, включила свет, и пока Андрей не видел, глянула на себя в зеркало. Сняла пальто, разулась, а из комнаты вышел Андрей и протянул ей телефонную трубку.

   - Мама тебя спрашивает.

   Разговор с Марией Викторовной Ксении дался с трудом. Перебить будущую свекровь было страшно, а то, что та говорила - не радовало. По её словам, свадьба у них с Андреем должна быть феерическая. Ксюша молча слушала, только иногда поддакивала и посматривала на Андрея, который брился в ванной, и прикидывала - хочет он феерии или нет. Оставалось надеяться, что в этом они будут солидарны и обойдутся без излишнего шума. Потом поймала себя на той мысли, что всерьёз обдумывает предложения Марии Викторовны по поводу того, как она будет выходить замуж за её сына. С ума можно сойти...

   - Ты о чём задумалась? - спросил Андрей, когда вышел из ванной, вытирая лицо полотенцем.

   Ксения, замерев, сидела на постели, прижав телефонную трубку к груди. Андрей её потормошил.

   - Ты уверен, что мы правильно поступаем?

   - Ты имеешь в виду, хочу ли я на тебе жениться?

   - Ненавижу тебя, когда ты так себя ведёшь.

   Он улыбнулся.

   - А я тебя люблю.

   Ксюша провела пальцем по его только что выбритой щеке.

   - Но брак - это серьёзно.

   - Очень серьёзно, - подтвердил Андрей. - И у нас всё будет серьёзно. И сейчас серьёзно, разве нет?

   Она отложила трубку и обняла Андрея за шею.

   - Просто у меня такое чувство, что я сейчас проснусь.

   Он поцеловал её, затем отстранился и взял за руку. Попытался снять кольцо с безымянного пальца. Ксения болезненно поморщилась.

   - Мне палец ещё понадобится!

   - Сними это кольцо. Я вчера весь день с ума сходил, когда его видел.

   Она кинула на него странный взгляд, и кольцо сняла, правда, с некоторым усилием. И снова обняла Андрея.

   После третьего звонка матери и второго Ксениных родителей, Андрей телефон отключил.

   - Это просто невозможно, - громко возмущался он. - Ксюш, надо жениться быстрее! Иначе они нас с ума сведут.

   Встал с постели, небрежно прикрыл её одеялом и натянул джинсы. Пошёл на кухню, где Ксения готовила ужин.

   - Ксют, ты слышишь?

   - Что?

   - Жениться, говорю, надо быстрее.

   - А когда ты хочешь?

   - Да хоть завтра.

   - Завтра понедельник.

   - И что?

   Она улыбнулась и отвернулась обратно к плите. Андрей сел у окна, закурил и с довольным прищуром стал наблюдать за Ксенией. Она выглядела немного нелепо в его футболке, непомерно широкой и длинной для её хрупкой фигурки. Что-то помешивала в кастрюльке, принюхивалась, пробовала, кивала, соглашаясь сама с собой, а Карпов улыбался. На этот раз всё было правильно. Она сотни раз для него готовила, и он вот также сидел и наблюдал, но чувствовал, что что-то не так, всегда знал, что она уйдёт. Возможно, сразу, возможно, после ужина, но уйдёт. А он её отпустит, потому что так заведено, так правильно, а вот теперь всё изменилось. И от понимания свершившегося сердце заходится.

   Ксения обернулась, посмотрела на него и сморщила нос.

   - Андрюш...

   Он улыбнулся в ответ на её выразительный взгляд, затянулся в последний раз и затушил сигарету.

   - Не буду больше.

   После ужина устроились на диване в гостиной, перед телевизором, но на экран почти не смотрели. Ксения устроилась у Андрея на руках, переговаривались негромко, иногда целовались, потом вновь пытались сосредоточиться на сюжете фильма, но надолго терпения не хватало.

   И обоим было совершенно неясно, как жили без всего этого так долго. Как ещё неделю назад вот так же сидели на этом же диване и смотрели кино, и обсуждали только сюжет. И не было объятий, поцелуев, шёпота и смеха.

   Но фильм досмотрели. Едва дождались, когда по экрану поползут ленивые титры. Андрей выключил телевизор и предложил:

   - Пошли спать?

   Ложиться вместе спать оказалось волнительнее всего. Не валиться в постель, охваченными страстью, а просто лечь, выключить свет, придвинуться друг к другу и попытаться уснуть. Лежали, размеренно дышали и держались за руки. И улыбались в темноту. Карпов сжимал Ксюшину руку, потом всё-таки перевернулся на бок и притянул девушку к себе. Поцеловал.

   - Жена, - шепнул он, а Ксения рассмеялась и обняла его.


КОНЕЦ