– У тебя синяки.

Что? Я проследила за его взглядом, но ничего не увидела, а потом поняла, что парень удерживает меня за ту же руку, что и накануне. От его пальцев у меня на коже действительно остались синяки, но в тусклом свете их почти не было видно.

– Как ты их разглядел?

– Я их поставил, – виновато сказал Сет и посмотрел на меня. – Прости.

Не успела я ответить, как парень поднял мою руку и коснулся губами кожи у меня на запястье. Я задохнулась. По руке пробежали мурашки, и кожа продолжала вибрировать, даже когда Сет отстранился. Его пальцы скользнули по моей руке, снова замерли у запястья, и подушечкой большого пальца парень погладил то место, которому достался почти невесомый поцелуй.

Теперь мое дыхание участилось.

– Что… чего ты хочешь?

Золотистая бровь выгнулась аркой.

– Я постараюсь одним движением сорвать пластырь с раны, чтобы избавить тебя от лишней боли.

Тревога во мне нарастала. Что за метафора?

– Ты что-нибудь слышала о богах Древней Греции?

Так. Отвечать на этот вопрос я сегодня точно не планировала. И вообще не должна. Я лихорадочно искала способ, как выбраться из этой щекотливой ситуации и улизнуть, но Сет все еще гладил пальцем мое запястье.

– Джози?

– Да. Я слышала о богах Древней Греции. – Я облизнула губы, и когда он это заметил, его глаза словно вспыхнули ярче. Господи, этот парень был воплощением красоты, опасности и совершенного безумия. – Может, отпустишь меня теперь?

– Не сейчас, – отмахнулся он. – Раз ты слышала о богах, тебе, должно быть, известны и самые знаменитые мифы. Но ты наверняка не знаешь, что давным давно боги вступали в связь со смертными.

– Э-э…

– И производили на свет прекрасных, счастливых малышей, которых называли полубогами. Дети от союза двух полубогов считались чистокровными. Когда чистокровные сходились со смертными, на свет появлялись полукровки, – продолжал Сет. – Иногда – и никто не знает, как или почему, – чистокровные вступали в связь с полукровками, и у них рождались Аполлионы.

– Та-а-ак… – протянула я.

У Сета на губах снова появилась игривая полуулыбка.

– Я Аполлион.

Я открыла рот, закрыла его, а затем открыла снова.

– Наполеон?

– Аполлион, – поправил Сет – или кем он там был. – А ты, Джози, принадлежишь к тем, кого уже давно никто не встречал.

– Правда? – пискнула я.

– Ага. – Парень наклонился ко мне, и между нами остались считаные сантиметры. Вся передняя половина моего тела отреагировала на его близость волной тепла, прокатившегося по мне. – Ты полубог.

Я недоуменно глазела на него, уверенная, что ослышалась, но парень смотрел на меня явно в ожидании ответа, и я поняла, что расслышала все верно.

– Я полубог?

Сет кивнул.

Когда я рассмеялась, парень чуть отстранился, нахмурился и выпустил мою руку.

– Признавайся, кто тебя подослал? Кто-то точно…

– Меня действительно подослали, но это не то, о чем ты думаешь, – перебил меня Сет, его насупленные брови расправились. – Меня прислал твой отец.

– Мой отец? – Я снова расхохоталась, но смех вышел хриплым. Отец, которого я в жизни не видела? Сказочная история.

– Да, твой папочка. Который, кстати, сидит у меня, как заноза в заднице – и, скорее всего, не только у меня. Твой отец – Аполлон, бог солнца. Редкостный гад.

– Аполлон? – снова хихикнула я.

Сет прищурился.

– Джози, боги действительно существуют. Их довольно много. Они живут среди смертных и каждый день забавляются с тем, что ты считаешь «нормальным».

Мне вдруг стало совсем не смешно.

– И ты утверждаешь, что я полубог? Сам ты какая-то Полианна, а мой отец – Аполлон?

– Я Аполлион, – снова поправил меня Сет. – И да, мы с тобой оба связаны со здоровенным и на редкость вредным богом.

Я молча пялилась на него, пока наконец не обрела дар речи.

– Ты не шутишь.

– Я совершенно серьезен. Столь же серьезен, как Титаны, которые вырвались из Тартара – который, кстати, тоже существует – и теперь охотятся за твоей прекрасной попкой.

Мои мысли сбились с пути где-то между Титанами и моей прекрасной попкой. Я поверить не могла, что этот разговор происходит на самом деле.

– Ты… ты психически ненормальный.

Сет снова подался вперед, и на этот раз я почувствовала его дыхание у себя на щеке и задрожала.

– Я бы рад оказаться ненормальным – все стало бы гораздо веселее. К несчастью, я абсолютно нормален. По крайней мере, пока. Я понимаю, принять все это нелегко, и я бы дал тебе время освоиться. Однако, боюсь, мы лишены этой роскоши.

То, что происходило сейчас, было совершенно ненормально. Я закрыла и снова открыла глаза, но Сет никуда не делся. У меня вспотели ладони, а тоненький мерзкий голосок в моей голове продолжал твердить: «Вот и все. Ты пропала. Сошла с ума окончательно».

– Это правда?

– Правда, – хмуро кивнул парень.

Но это не могло быть правдой. Ни при каком раскладе. Я втянула воздух, но нормального вдоха не получилось. Чувствуя, как меня накрывает паника, я в ужасе начала озираться. Мы стояли на улице, но со всех сторон на меня надвигались невидимые стены. Галлюцинации – один из главных симптомов шизофрении. Когда видишь то, чего нет. Скорее всего, я просто выдумала этого красавчика, который считал себя каким-то поллипоном.

– Мне нужен воздух.

– Да тут полно воздуха, – буркнул он. – Мы же…

– Нет! – воскликнула я. – Мне нужен воздух. Пространство. Отойди от меня!

Секунду парень не двигался с места, и ужас, поселившийся во мне, обернулся хищной птицей, которая принялась выклевывать меня изнутри. Должно быть, Сет что-то прочел у меня на лице, потому что в конце концов все же отстранился.

Я отлепилась от стены. Один неловкий шаг, и я тут же споткнулась о валявшийся под ногами рюкзак. Зацепившись ногой за лямку, я полетела на землю, но рванувшийся вперед Сет успел меня подхватить.

– Не двигайся, – бросил он, наклоняясь и стягивая лямку с моей щиколотки. – Вот, теперь порядок.

Как только Сет освободил меня, я тут же вырвалась, и парень не стал меня удерживать. Я пятилась от него прочь, пытаясь сглотнуть ком в горле.

– Этого не может быть.

Конечно, это галлюцинация. Я просто придумала этого Сета. Может, Джесси даже не ждал меня в библиотеке. Может, всего этого вообще не происходило в действительности. Я знала – знала, – что такое возможно. Я же видела, как мама могла неделями считать, что мы живем в Нью-Йорке или в Китае, хотя все это время мы не покидали стен нашего дома. Или когда она подходила к невидимым людям и вела с ними длинные беседы.

Сет выпрямился, держа в руке мой рюкзак.

– Джози…

Я развернулась и бросилась бежать. Так быстро я в жизни не перебирала ногами, – возможно, я сейчас обогнала бы даже Эрин. Я не оглядывалась и не проверяла, бросился ли этот полоний в погоню. Призвав на помощь все силы, я не останавливалась. Мимо мелькали люди. Кто-то окликнул меня, но я летела дальше. Я взбежала по ступенькам общежития, пронеслась по холлу, не обращая внимания на тех, кто махал мне с диванчиков, и остановилась только возле лифта, нажимая на кнопку вызова.

Я сходила с ума. Мой мозг подложил мне свинью.

Глава 6

«У тебя красивые волосы».

Я правда это сказал? Да, правда. Будь у меня время, я бы врезал сам себе по яйцам, но – увы! – мой разговор с девчонкой прошел примерно так же хорошо, как если бы я вошел во дворец Аида, обвешанный кусками мяса, и позвал поиграть всех его «щенков».

Пожалуй, я мог бы справиться и получше. Но как вообще сообщают такие новости? За чаем с печеньем? В животе заурчало. Боги, я проголодался.

Подхватив рюкзак Джози, я спустился с библиотечного крыльца и зашагал по лужайке. Я знал, в каком общежитии она живет, на каком этаже и в какой комнате. Я мог бы дать ей время осознать услышанное, но в ее синих глазах плескался ужас – такой силы, что я едва ли не физически его почувствовал. Нет, время ей на пользу не пойдет. Джози успеет окончательно убедить себя в том, что встретилась с безумцем.

Я крепче сжал лямку рюкзака. Жаль, я не мог просто стукнуть девушку по голове и этим передать ей знания о нашем мире. Такое умение мне бы не помешало.

Еще хуже было то, что, прикусив губу, я почувствовал на ней вкус ее кожи, отчего сразу же возбудился. Да уж, мне немного было надо. Достаточно легкого ветерка. А Джози… и вовсе была не в моем вкусе. Я предпочитал вызывающую сексуальность. А не хорошеньких девочек – уже не простушек, но еще не милашек.

Хотя ее волосы невзрачными назвать было нельзя.

Как и губы. Пухлые. Четко очерченные. Мягкие на вид.

Или глаза, которые она унаследовала от отца. Я всегда находил темно-синие глаза весьма… сексуальными.

Да и ее формы под толстым свитером, похоже, были тоже ничего.

Черт. Вот теперь я точно возбудился.

Я дошел до середины лужайки, как вдруг почувствовал на коже маслянистую тяжесть. Остановившись, я присмотрелся к студентам, которые, несмотря на вечерний холод, сновали туда-сюда. Мое внимание привлек мужчина с дипломатом. Глифы предупреждающе заскользили у меня по коже, но я и сам догадался, что нужно присмотреться к этому типу.

Тот стоял посреди лужайки и глядел прямо на меня. В бледном свете луны я различил у него на губах легкую ухмылку.

Интересно. Он казался смертным, но я готов был дать руку на отсечение, что это не так – или уже не так.

Мужчина развернулся и быстро зашагал в противоположном направлении. Взвесив все за и против, я решил последовать за ним. Я быстро догнал незнакомца, который успел добраться почти до конца лужайки и укрыться между дереьями, куда не проникал свет фонарей. Бросив рюкзак на землю, я положил ладонь ему на плечо. Руку словно пронзило током, а странное, гнетущее чувство усилилось.

Да, что-то с этим типом точно было не так.

Я развернул его лицом к себе и взглянул в его водянистые глаза, лишенные жизни. От него исходил затхлый, мускусный запах, который напомнил мне о пребывании в Подземном царстве Аида. Приятного в том было мало.

Положив руку ему на грудь, я толкнул его к могучему дубу, чтобы нас точно не увидели случайные прохожие. Мои губы скривились в ухмылке.

– От тебя разит смертью.

Сидящая внутри мужчины тварь склонила голову набок и рассмеялась высоким, неестественным скрипучим смехом.

– Забавно, что тебе знаком этот запах, – проговорила тварь, голос которой доносился словно с другой стороны длинного тоннеля. – Ты же и сам воняешь смертью.

Я закатил глаза.

– Ого! Остроумный ответ!

– Пошел ты, – бросила тварь.

– А этот еще лучше! Держу пари, ты умеешь поддержать интеллектуальный диалог. Давай обсудим дерьмовую экономическую ситуацию в стране.

Тварь внутри мужчины улыбнулась.

– А я держу пари, что Аид с радостью запустит в твою задницу всем, что попадется ему под руку, когда ты наконец-то станешь его личной игрушкой. – Тварь расхохоталась, а я крепче сжал ее воротник. – Что? Все знают о твоей сделке, Аполлион.

Прищурившись, я внимательнее всмотрелся в противника. С чего это от него разило так, словно он долго шатался по Подземному царству и еще брызнул на себя одеколоном с запахом смерти и ноткой реки Стикс? Взглянув ему в глаза, я вспомнил, что сказал Аполлон о бегстве Титанов.

– Черт, да ты тень.

Тварь изогнула бровь, и водянистые глаза стали черными.

– И ты опоздал.

Тварь с такой силой ударилась головой о ствол дуба, что череп мужчины с громким треском раскололся. Тут началось настоящее «Сверхъестественное» – тот телесериал, который Дикон смотрел всякий раз, когда я оказывался в радиусе пятнадцати километров. Из открытого рта мужчины повалил черный дым, который закружился в ветвях деревьев и в конце концов рассеялся в ночи. Я разжал руку, и мужчина замертво упал на землю.

Я взглянул на тело. Рядом валялся дипломат, на котором было выгравировано имя – доктор такой-то.

– Вот дерьмо.

Развернувшись, я подхватил рюкзак и бросился бежать. По кампусу бродили Тени из тех, что сбежали вместе с Титанами. А это означало, что последние были прекрасно осведомлены о местонахождении Джози.

Стараясь держаться неосвещенных мест, я двигался так быстро, что никто из смертных меня не замечал – для них я был не более чем резкий порыв ветра. Я сбавил темп лишь на дорожке, которая вела к Мьюз-Холлу.

Снизив скорость до человеческой, я взбежал по ступенькам на крыльцо, надеясь, что Джози уже успела обрести душевное равновесие. Не хватало того, чтобы она снова испугалась и выскочила на улицу, в ночь, когда по кампусу бродят Тени. А может, сюда добрались и Титаны.

Пока я шел к лифтам, на меня обратила внимание миловидная брюнетка, сидевшая на подлокотнике дивана. Едва заметно улыбаясь, она проводила меня взглядом, пуская в ход свое оружие. Подавшись вперед, девушка скрестила руки под грудью, и в глубоком вырезе ее свитера я увидел более чем достаточно.