Я опускаю пальцы вниз и изображаю ими идущего.

— Пойдём, — говорю ей.

Она стоит на том же месте, скрестив перед собой руки.

— Нет.

Я уже усвоил одну истину — если эта чика говорит нет, то именно это она и имеет в виду.

Внезапно рядом с нами появляется парень из закусочной, тот, которого она называла Боуном.

— Нужна помощь, Кит? — спрашивает он.

В темноте его губы совсем чёрные, и я едва их вижу. Но зато я вижу её. Она улыбается ему, но я знаю, что эта улыбка фальшивая — её настоящая улыбка заставила бы мужика рухнуть на колени — и говорит:

— Всё отлично.

— Это твой парень на ночь? — спрашивает он.

Она смотрит на меня, шагает вперёд и пробегает кончиками пальцев вниз по моей груди. Мой член тут же твердеет, и я ловлю её руку своей. Кит вздрагивает от неожиданности, но я накрываю ей руку и прижимаю к своему сердцу, надёжно и крепко. Она поднимает на меня взгляд и хлопает ресницами своих карих глаз. Даже представить не мог, какие они тёмные. Сейчас, в ночной тьме, они почти чёрные.

— Это мой парень, — произносит она.

Но уж точно её слова адресованы ему, а не мне.

Волоски на её руке становятся дыбом, то же происходит и со мной. Но, вероятно, совершенно по другой причине.

Боун уходит, оглядываясь на её задницу. Больше всего на свете мне хочется его ударить. Но что-то подсказывает мне, что это не самая хорошая идея.

— Так я твой парень? — спрашиваю я у Кит.

Она выдыхает и убирает руку с моей груди.

— Он ушёл, — говорит она. Затем стягивает свою сумку с моего плеча и перебрасывает на своё. Кит встаёт на цыпочки и быстро целует меня в щёку. Мне хочется повернуться и перехватить её губы своими, но она убежит, если я так сделаю. Уверен в этом. Она показывает знаком «Спасибо тебе». Моё сердце начинает биться быстрее, когда я осознаю, что она говорит со мной на одном языке. Да, недавно я сам её научил, но всё же.

— Куда ты собираешься? — спрашиваю я.

— Домой, — отвечает она, пожимая плечами. Потом разворачивается на каблуках и оставляет меня стоять на месте. Я вытряхиваю сигарету и закуриваю, наблюдая, как она уходит прочь. Даже ни разу не обернувшись. Чёрная сумка ударяется о её ногу, с другой стороны у неё в руке чехол с гитарой. Втянув голову в плечи, она шагает против ветра. У неё есть пальто? Хотелось бы мне отдать ей своё.

Я направляюсь следом за ней. Ничего не могу с собой поделать. Мне нужно увидеть, куда она идёт, иначе я не смогу снова найти её. Не говоря уж о том, что меня до смерти пугает то, как она тут одна в ночном городе. Ей недостаёт жёсткости, чтобы справиться с этим районом или с этими людьми. Если я позволю ей уйти, то, возможно, никогда не узнаю, что означала её тату. А мне это нужно, ведь теперь она на моей руке. Неспроста я нашёл Кит в переходе метро. И когда сегодня я её там увидел, меня осенило, почему она выглядела такой знакомой. Я просто раньше видел, как она играла за деньги в переходе.

Кит пересекает дорогу и идёт в сторону здания старого банка, который несколько лет назад сделали приютом для бездомных. На улице уже образовалась очередь из нескольких человек, и она встаёт за ними. Значит, ей негде остановитьсяжить. И она собралась в долбанный приют для бездомных? Но они закрываются и запирают двери прежде, чем Кит смогла попасть внутрь. Люди в очереди начинают протестовать. Но мест нет.

Когда Кит откидывает голову назад, её длинные тёмные волосы становятся ещё длиннее и достают до самой попы. Видно, что она расстроена. Подняв гитару, Кит идёт дальше по улице. Через несколько кварталов есть ещё один приют, но уверен, он тоже переполнен. Как только город начал меняться, приюты начали появляться здесь повсюду, как забегаловки фаст-фуда. Но бездомных слишком много, и мест на всех не хватает.

Я продолжаю следовать за ней, докуривая сигарету. Но вот, вместо того, чтобы отправиться в следующий приют, Кит садится на скамейку и прячет лицо в ладонях. Она устала. Её бремя тяготит и меня. Подойдя к ней, я сажусь рядом. Она поднимает взгляд и в замешательстве моргает своими карими глазами.

— Ты шёл за мной, — говорит она, оглядывая улицу, явно не уверенная, откуда я появился.

Я киваю.

Её грудь поднимается и опускается, и я догадываюсь, что это был тяжёлый вздох.

— Ты не обязан сидеть здесь со мной, — говорит она.

Я смотрю на неё и, убедившись, что могу использовать голос, говорю:

— Пойдём ко мне домой.

Она глядит в мои глаза, какое-то время сомневается, но потом произносит:

— Хорошо.

Глава 4

Эмили


Он, должно быть, ждёт, что я с ним пересплю. Так они все и думают — надеются залезть ко мне в трусики, когда предлагают ночлег и еду. Он уже угостил меня обедом, теперь дело за кроватью. Вообще-то, с ним будет несложно переспать. У него такие мечтательные синие глаза, а на голове безумный хаос из светлых кудряшек.

Я достаю деньги, которые он мне дал, из своего кармана и пытаюсь вернуть ему.

— За ночлег, — говорю я. Чтобы он знал, что спать с ним в мои планы не входит.

Логан мотает головой, глядя на меня так, будто я лишилась рассудка. И снова стягивает холщовую сумку с моего плеча и вешает на своё. На удивление, его дом находится совсем близко. Всё это время я ночевала в приютах за углом от этого парня. И даже никогда не догадывалась, что он где-то рядом.

Он открывает двери и показывает мне, чтобы я вошла.

— Ты живёшь один? — спрашиваю я.

Он отрицательно мотает головой.

Я останавливаю его и толкаю в плечо.

— И с кем же тогда ты живёшь?

Логан снова проделывает ту же штуку — показывает мне двух человек выше себя и двух ниже. Значит, он живёт со своими братьями. Блин! Я не собираюсь заходить в квартиру, полную незнакомых мне мужчин.

— Я не могу, — говорю я, и в ответ он закатывает глаза. Потом Логан нагибается, и его плечо мягко упирается в мой живот. Он перекидывает меня за спину, будто я мешок с картошкой. В моих руках по-прежнему зажата гитара, и я колочу ею по его ногам — ведь даже если я и заору на него, он не узнает. Я не могу даже слова ему сказать. Не могу сказать, чтобы он поставил меня на ноги.

И вот так он тащит меня по лестнице четыре пролёта вверх, пока мы не добираемся до четвёртого этажа, Логан немного пыхтит. Я подумала, что мы будем подниматься выше, но нет. Он останавливается и отпирает дверь, и тут же мы оказываемся в прихожей.

Я уже больше не сражаюсь с ним, потому что это бесполезно. Он не может меня слышать. Он не может ответить. Поэтому одной рукой я убираю волосы с лица, второй крепче сжимаю свою гитару. Он открывает дверь и шагает внутрь, закрывая её за собой.

Четверо мужчин поворачиваются и смотрят на меня, перекинутую через его плечо. Когда Логан повернулся поворачивается закрыть двери, я как раз оказаласьоказываюсь лицом к ним и помахала машу рукой. Ну а что ещё я могла сделатьмне остаётся? Тот, кого я уже встречала в тату-студии, встаёт.

— Это кто? — спрашивает он.

Потом наклоняется, чтобы посмотреть на моё лицо.

— Чёрт, Логан, это ж та самая девица, что дала тебе по морде.

Остальные тут же встают и подходят к нам.

Один из них говорит:

— Чувак, у неё на трусах Бетти Буп[4].

А я даже не могу дотянуться до юбки, чтобы прикрыть свою задницу.

Логан ставит меня на ноги. Я оступаюсь, когда выпрямляюсь, потому что вся кровь приливает обратно к голове. Он удерживает меня, на его лице улыбка. И тут меня осеняет — они все могли видеть мои трусики, когда я висела вверх ногами, не только тот один. Вероятно, остальные просто повели себя более тактично и притворились, будто ничего и не было.

Логан по очереди указывает на каждого из своих братьев, чтобы они представились.

— Пол, — говорит самый большой из них и протягивает руку.

— Я помню тебя, — говорю в ответ.

— Уж я тебя никогда не забуду, — смеясь, говорит он и бьёт Логана по плечу. — Как и его нос.

Он делает ложный выпад, когда Логан притворяется, будто хочет его ударить. Но не делает этого. Останавливается почти у самого лица Пола.

Второй, чуть поменьше, хотя они с Полом оба огромные, тоже протягивает свою руку, говоря:

— Мэтью.

Мэтью выглядит уставшим и зеленоватым. Я смотрю на Логана, и он еле заметно кивает. Значит, это тот самый брат, у которого рак и который проходит курс химиотерапии. Пол шлёпает по руке Мэтью со словами:

— Ну-ка, не передавай тут свои микробы.

— Пошёл ты, — отвечает Мэтью, а потом уходит по коридору в свою спальню и закрывает дверь. Он не оборачивается посмотреть на меня, но я не возражаю.

Оставшиеся два брата, должно быть, близнецы. Они моложе Логана, и выглядят совершенно одинаково.

— Сэм и Пит, — представляет их Пол.

Они толпятся рядом со мной, и в итоге я оказываюсь зажатой между ними, словно между двумя половинками сэндвича, что, по их мнению, прикольно. Какое-то время они раскачиваются вокруг меня, пока Пол не рявкает на них:

— Отстаньте от неё, — говорит он и даёт обоим по подзатыльнику. — Они не знают, как вести себя, когда собирается компания.

Компания? Так вот кто я?

— Рада с вами познакомиться, — говорю я.

Всё это немного обескураживает. Так много тестостерона в одной комнате. Из телевизора раздаются звуки стрельбы и драки, и я смотрю в их сторону. Ведь Логан не может слышать эти звуки, но тут я вижу, что внизу экрана идут субтитры. Не знаю почему, это вызывает у меня улыбку.

Логан жестом показывает мне следовать за ним, что я и делаю, и, по-видимому, мы направляемся в его комнату.

Один из близнецов (не могу их различить) кричит нам, чтобы мы подождали. Но Логан не может его слышать. И я иду за ним по коридору, а оба близнеца стоят за нами и ржут как сумасшедшие. Что-то происходит, но я не понимаю что. Логан открывает дверь своей спальни и заходит внутрь. Я захожу вслед за ним. И тут же я вижу, как на кровати что-то пошевелилось.

— Кто это, мать твою? — взвизгивает женский голос. Логан поворачивается и щёлкает выключателем, отчего в комнате становится светло. Как только свет загорается, через всю комнату летит книга и врезается в его плечо. Я отступаю в коридор, потому что кем бы ни была та девушка в его комнате, она кидается вещами как умалишённая. Это блондинка. И она голая. Абсолютно голая. Блин!

Девица выскакивает из кровати и начинает хватать свою одежду. Логан проводит рукой вниз по лицу и выглядывает из комнаты. Он что-то показывает жестами Полу, который непринуждённо подпирает стену с ухмылкой на лице. Пол самодовольно вышагивает по коридору, отстраняет меня от дверного проёма и заходит внутрь. Дверь с глухим стуком закрывается.

— Я думал, ты знал, что она собиралась прийти! — говорит Пол, смеясь. Я даже представляю, как от смеха его согнуло пополам, совсем как близнецов, которые продолжают гоготать. Они хлопают друг друга по ладоням и слушают, что происходит за дверью.

Должно быть, Логан общается с братом жестами. Потому что последний говорит:

— Она сказала, что собирается сделать тебе сюрприз.

Что ж, определённо, у неё это получилось.

Пол вздыхает и произносит:

— Он хочет, чтобы ты ушла.

Из-за глухих звуков, раздающихся из комнаты, я начинаю думать, что она опять стала кидаться вещами. Боже мой!

— Он больше не хочет, чтобы ты снова устраивала ему сюрпризы, — тихо говорит Пол, но я его слышу. Мне хочется прижать ухо к дверной трещине, потому что происходящее становится всё тише и тише. До меня доносится, как она хлюпает носом.

— Тебе не нужно волноваться об этом, — с громким всхлипом говорит она. — Я больше никогда не буду спать с тобой.

Дверь распахивается, и она выходит, но тут же пытается припереть меня к стене. Близнецы замирают с открытыми ртами. Она почти метр восемьдесят. Но я-то нет.

— Вот дерьмо, — говорит один из них.

Я терплю её до тех пор, пока она не плюёт в меня, и плевок не попадает мне на щеку.

— А ну-ка притормози, стерва! — говорю я. И отвожу кулак назад. Я не бью как девчонка. Никогда не била. И никогда не буду.

Захватом одной рукой, вроде тех из сумасшедших шоу, что любила смотреть моя бабуля, Логан хватает её за талию, приподнимает и отворачивает от меня. И грозит мне пальцем. Ему следует порадоваться, что он удержал её, а то я надрала бы ей задницу.