- Почему все должно быть по правилам? Почему ты просто не можешь развернуться и уйти? Твоих обидчиков уже нет в живых… наших общих обидчиков. Справедливость восторжествовала. Те, кто остались, - не ясельная группа детского сада.

Руки Влада скользят по бархатной коже ее рук, и от согревающих лучиков солнечного тепла россыпь сладких мурашек вызывает блаженную улыбку на искусанных губах. Настя даже не понимает, что кусала их с целью отодвинуть боль в груди на задний план. Ей сейчас так не хочется его отпускать, подвергать риску и терять это тепло их окончательного воссоединения!

- Я вернусь. Ничего со мной не случится. Я неубиваемый, ты забыла?

Она не забыла. Она такая же. И только сейчас понимает: пуля от бойцов Никитенко тогда пришлась туда же, куда и пуля ныне покойного крестного. Каждый хотел вырвать ее сильное сердце, отчаявшись прогнуть под себя и поставить на колени. И оба забыли об основном: хочешь убить - стреляй в лоб. Или в сердце, но помни про контрольный. От этого умозаключения она тихо смеется, доверчиво спрятав лицо на груди своего мужчины. Кивает в такт его обещаниям вернуться и верит каждому слову. Финальный бросок. Самый сложный последний бой. Расставить все точки и шагнуть в новую жизнь.

Влад что-то говорит о том, что за эти дни он решит все вопросы, а ее рана заживет. Обидно будет, если она не выдержит перелет в силу своей слабости. Настя все порывалась вскочить с кровати, смеялась в ответ на шутливые замечания Лидера о том, что в этом случае он ее отшлепает. Никогда еще желание вот так, одним ударом покончить с прежней жизнью не было таким сильным. Даже когда он уехал, Настя продолжала жмуриться от счастья и считать минуты до того момента, когда они наконец-то вдвоем покинут эту неприветливую страну, где криминал стал узаконенной формой правления, и начнут жизнь с чистого листа в ином государстве.

А потом были четыре дня неведения и тревоги, которые едва не свели Настю с ума. Когда сила воли и желание услышать его голос немедленно вступили в противоборство. Пальцы замирали над сенсорными кнопками, бессилие и отчаяние иссушали изнутри, усиливая ноющую боль в груди, которая в такие моменты становилась невыносимой. Она все понимала. В их с Владом мире один звонок мог стать той роковой каплей, которая будет стоить жизни. Но как это было невыносимо тяжело - оставаться в неведении, теряя сон и покой, желая помочь своему мужчине… и не имея сил на резкие движения и прыжки.

Она сейчас была, по сути, бесполезна. Каждое утро разминала руку, стискивая зубы от боли, делала упражнения на растяжку и восстановление мышечного тонуса, огрызалась с Хаммером, который запретил ей даже безобидный дартс, опасаясь, что откроется рана… и ждала, вздрагивая от каждого шороха и шума редких машин за окном. Но ее интуиция была верна ей до конца. Она просто знала, что ничего плохого с ним случиться не может. И осваивала новую, непривычную для себя роль влюбленной женщины, ожидающей своего воина из похода. И даже не обиделась на то, что в этот раз ее туда не взяли.

Ее разбудил запах мандаринов. И, кажется, хвои, но в последнем Настя была мало уверена. Открыла глаза, зажмурившись от мерцания голубых огоньков на… сперва она не поверила своим глазам. Елка? Настоящая ель?! Не сосна, которой были забиты все рынки в преддверии Нового года?! Аккуратная пушистая елочка, украшенная только золотистыми шарами. Больше ничего. Вкус Лидера воплощался даже в таких вот приятных мелочах.

- Просыпайся, любимая.

Он намеренно отошел в сторону, чтобы Настя не кинулась ему на шею, рискуя разорвать шов. Позволил ей прийти в себя после тревожного сна, и только после этого осторожно обнял со спины, целуя в пробор волос, запуская прямо под кожу свое уникальное тепло весеннего солнца.

- Мы в этой мясорубке пропустили Новый год. К счастью, есть еще 14 января.

Насте очень хотелось спросить, как все прошло на боевом фронте, но она загасила свое любопытство, чтобы не спугнуть момент волшебства родом из детства. Словно маленькая девочка, подтянула край одеяла к подбородку, сжав пальцами, и счастливо улыбалась, наблюдая, как Влад разливает по бокалам шампанское. И впервые за черт знает сколько лет чувствовала себя счастливой. Свободной от обязательств. Любящей и любимой. И отчетливо понимала, что никогда больше не вернется к прежней жизни, какой бы захватывающей та ей ни казалась.

- У меня для тебя подарок. Но сперва - с Новым годом, моя любимая воительница!

Он присел на край кровати, переплетая свою руку с ее. Сладкое шампанское ударило в голову, но последовавший за глотком поцелуй вновь восполнил ее силы. Настя вздохнула было с разочарованием, когда Влад его прервал, но типично женское любопытство одержало верх. Пальцы разорвали упаковочную бумагу с поразительной быстротой. И тут же восторг сменился удивлением.

Два паспорта. Заграничный и обычный. Настя недоуменно уставилась на пластиковые корочки, с трудом узнав себя на фотографии.

- Хильда Фрайберг? Влад, ты умом тронулся?

- Фрау Фрайберг, пора вам вспомнить базовый курс немецкого. И не называть супруга слабоумным.

- Супруга? Мне, конечно, делали предложение ноги и сердца не так давно. Но я тебя расстрою, это был не ты…

При виде потемневших глаз Корнеева Настю просто пронзило стрелами острого удовольствия. Как много было в этой демонстрации ревности на грани и как сильно она согревала сейчас изнутри!

- Кто?

- Рок у меня такой, вызывать это желание у лидеров криминального мира… Эй, нет!

Влад все равно обнял ее очень бережно, стараясь не задеть рану.

Настя задохнулась скорее от счастья и новой инъекции тепла. Когда его губы коснулись мочки уха, а шепот опалил своим эротизмом, девушка вообще забыла, что не столь давно получила огнестрельное ранение.

- А что еще в этой коробочке, фрау Фрайберг? Теряешь бдительность. Я подскажу, это измеряется в каратах и об этом мечтает каждая женщина. Даже та, что до недавнего времени предпочитала ножи и пистолеты…

Эпилог

Сложнее всего было привыкнуть к вниманию свекрови, которая так любила поговорить за жизнь и разведать, чем же невестка занималась до знакомства с ее сыном. “КМС по стрельбе”, - отшутилась Настя. Да, это опасный спорт. Настолько, что пуля отрикошетила и ранила ее. Пришлось ставить крест на дальнейших спортивных достижениях. Но это же к лучшему, правда? Теперь она уделяет достаточно внимания семье. Двум очаровательным близняшкам, Валентине и Алексе. Что молодой матери делать на стрельбищах? Правильно, нечего делать, максимум, что она может, - научить боевую Алексу держать игрушечный пистолет. Валентина иная. Влад Фрайберг часто смеется, что ребенок пошел в дедушку с бабушкой. Настя с этим не согласна. Гены миротворца изначально присутствовали и в каждом из них. Только вот суровая жизнь внесла свои коррективы.

Странно, что Татьяну Николаевну совсем не смутили документы на чужое имя. Как и то, что молодожены получили гражданство довольно быстро. Влад подсуетился. Меньше всего он хотел, чтобы девочки имели что-то общее с той самой страной, в которой процветал бандитский беспредел.

Сама же Настя нырнула в свою новую жизнь с головой, стоило только “боингу” выпустить шасси в столице благополучной Норвегии. Словно невидимый ластик стер все, что было до этого, позволив начать жизнь с чистого листа. Она ни о чем не думала. Просто наслаждалась жизнью, даже не удивившись тому, что к ее приезду в Осло все было готово. Огромный дом. Родители Влада, которые приняли ее как родную. Пышная свадьба, слезы матери и медовый месяц на Мальдивах. Не имело значения, что по поддельным паспортам они уже считались супружеской парой. И Настя погрузилась в беспечную и счастливую жизнь, которой ее так жестоко однажды лишили. Расцвела уникальной красотой по-настоящему счастливой женщины, ей даже казалось, что она видит в зеркальном отражении ауру чистейшего солнечного света. Конечно, вряд ли так было, но именно так она себя и чувствовала. Просто чудо, как некогда деструктивная энергия нашла свое воплощение в совершенно противоположных вещах. Обустройстве дома. Маленьком магазине цветов. В кулинарии, к которой проснулся особо повышенный интерес. Надо же было хоть когда-то довести рецепт черничного пирога до совершенства!

“Какой ангел поцеловал тебя взасос?” - шутил Влад. Настя лукаво подмигивала, опустив глаза, словно маленькая девочка. Она знала кто. После таких вопросов обычно следовал жаркий секс на всех поверхностях в доме… а иногда и в машине, в их семейном магазине и на природе. И только придя в себя после потрясающего оргазма, Настя искренне шептала в его губы: “Ты…”

Скучала ли она по прежней жизни? Временами ей казалось, что после ранения в нее словно вселился кто-то иной. И этот иной напрочь не желал вспоминать о том, сколько убитых на счету той прежней Насти. Она жаждала забыть прошлую жизнь, как кошмарный сон. Но когда впервые после тяжелых шестичасовых родов обняла трясущимися руками близняшек…

Нет, у нее не было желания крушить и убивать. Это было нечто иное. Защитить своих малышек любой ценой. Ради этого она возьмет в руки оружие и не задумываясь всадит пулю в лоб каждому, кто посмеет даже подумать о том, чтобы их обидеть. Придя в себя после самого счастливого события в жизни каждой женщины, Настя вернулась к тренировкам. Времени не хватало, но она не сбавляла темп, уделяя внимание девочкам и любимому мужу.

Влад часто возвращался в столицу той страны, из которой они однажды сбежали. Она все понимала и не задавала вопросов. Мужчина - воин и охотник. Теперь его женщина не должна сама защищать себя. Гасила переживания, ожидая его возвращения. Вряд ли кто-то, глядя на эту сияющую молодую маму двух очаровательных близняшек, мог бы даже предположить, через что ей пришлось пройти на пути к своему счастью. Если у кого из соседей и новообретенных друзей, вхожих в дом, и возникали вопросы, они очень быстро гасились.

«Почему чета Фрайберг внешне - славяне?» - «Да говорят, их предки всю жизнь прожили в Т…» - «В Т? В этом бандитском государстве?» - «Не стоит быть столь предвзятыми. Какая мафия? Хильда ангел. Я более светлого человека и любящей матери в жизни не встречала…»

У них получилось. Получилось сделать верную ставку и начать новую жизнь. Счастливая семья, выбравшая единственно правильный путь. Владу всегда покорялись любые вершины, и бизнес не был исключением - сеть строительных магазинов успешно расширялась.

В тот день, когда близняшкам исполнились пять лет, Влад застрял в очередной командировке. Настя буквально сбилась с ног, непоседливые Валечка и Аля были в восторге от праздника с обилием воздушных шаров, игрушек и выступлениями приглашенных аниматоров. Обычно лето в Осло не радует теплом, но сегодня как на заказ была приятная погода, ветер утих. Когда в разгар поедания праздничного тортика в саду появился Влад, Настя сразу поняла, что произошло нечто непредвиденное.

Оставив близняшек на попечение двум няням (одна не справлялась с гиперактивными бесенятами), Настя проследовала за мужем в кабинет.

- Рассказывай, - она никогда на него не давила. Но сейчас в ее голосе было нечто, что не позволило Владу соврать или хотя бы приукрасить произошедшее.

- В Т начался беспредел. Братва мочит друг друга. Кто-то должен навести там порядок.

- При чем тут ты?

- Меня короновали после смерти Гуляева. Есть законы, Настёна. Кто, если не я?

Молодая женщина кивнула - не в знак согласия, а всего лишь давая понять, что его услышала. Из сада доносился смех детей, голоса аниматоров и музыка. А она подошла к сейфу под застывшим взглядом супруга. Почему проклятое прошлое никак не оставит их в покое?

- Что ты удумала? - Влад устало опустился в кресло.

Настя набрала комбинацию, усмехнувшись про себя. Нет, не деньги и не бриллианты сейчас искала она в этом сейфе. Достала блестящий “Смит и Вессон”, который всегда искушал ее своим смертельным глянцем, обнажила карабин, кинув на стол коробку с патронами.

- Настя! Если девчонки зайдут?

- Куда ты, туда и я.

Она будет бороться за свой рай. И бороться далеко не мирным способом. Ей плевать на Синдикат. Она уложит всех, и проблема с дележом власти будет решена.

Влад покачал головой. И кажется, в тот момент он принял единственно правильное решение. Есть иные обязательства. Имя им - семья. То, чем никогда не станет для него Синдикат. Настя увидела это в его глазах. Как и он видел то, что она не блефовала.

- О нет, Ангел. Даже думать не смей…