– Да, я действительно люблю… в определенном смысле… более крепких женщин. Но Полли… Она…

– Другая, – закончил за него Дасти, смахивая щеткой пыль с кассового аппарата.

– Точно. – Нэсти вдруг словно обрел дар речи и заговорил быстро и сбивчиво: – Ты знаешь, ее волосы оказались не такими светлыми, как я думал. Они скорее золотистые. Но это все не важно. У нее удивительная фигура. А глаза такие синие, что просто ослепляют. Но знаешь…

– Это все тоже не важно, – догадался Дасти.

– Точно. А важно то, что я чувствую ее душу, ее внутренний мир…

– Уверен, что чувствуешь. Она – та самая незнакомка, которую ты видишь в «ящике» и за которой украдкой следишь из ялика.

Нэсти давно уже научился держать себя в руках – он слишком часто оказывался в ситуациях, когда несдержанность могла стоить ему жизни. «Терпение», – сказал он себе и на этот раз.

– Полли Кроу сильная женщина, но ее что-то угнетает.

– Черт возьми, значит, ты теперь и мысли читать умеешь?

– Ты не собираешься заканчивать этот разговор? – спросил Нэсти, стараясь казаться спокойным. – Может, лучше проверим накладные?

– Но почему ты решил, что ее что-то угнетает?

Взглянув в окно, Нэсти заметил, что на стоянку перед магазином въехал бежевый «мерседес» с опущенным откидным верхом. Машина остановилась, и из нее вылез мужчина. Нэсти бессознательно наблюдал за ним, думая о своем.

– Я почувствовал это, – сказал он. – Она очень напугана.

Дасти кивнул. Они оба прекрасно знали, что такое интуиция.

– Я думаю, – продолжал Нэсти, – что кто-то преследует ее. Она намекала на какую-то смену номеров.

– Да? – В живых глазах Дасти промелькнул интерес. – Что за номера?

– Я думаю, телефонные. Она говорила, что знает, как можно менять номер телефона, чтобы сохранить анонимность. Я не понял, что она имела в виду, но, видимо, кое-кто из таких анонимных абонентов блокирует ее определитель номера.

– Но почему она говорила о номерах именно тебе?

Нэсти и сам ломал над этим голову добрую часть ночи.

– Вероятно, она решила, что это я звонил ей. И оставлял на автоответчике какие-то сообщения. По крайней мере, так я ее понял. Может, ей звонит какой-нибудь сумасшедший?

Дасти долго разглядывал приятеля. Наконец сказал:

– Может, ты и прав. Что-то у вас не заладилось. Видимо, это как раз тот случай, когда нужно отойти в сторону, пока ничего не случилось.

– Так ведь не случилось же…

– Ну и не стоит жалеть, даже если она умнейшая из женщин.

– Она не умнейшая, Даст. Она чего-то боится.

Дасти нахмурился:

– Скорее всего, она просто шизофреничка. Послушай, если у тебя зудит, почешись. Найди себе лучше хорошенькую женщину и затащи в постель. Тогда забудешь свою маленькую певчую птичку.

Мужчина, вылезший из «мерседеса», тем временем подошел к магазину и принялся изучать рекламные проспекты, выставленные в витрине.

– Но я не собираюсь забывать ее. Впрочем, тебя это не касается. Это мое дело, и я сам с ним справлюсь.

Дасти ухмыльнулся и тихонько пропел куплет из «Дома Полли»:

– «Каждому нужен кто-то. Каждый является кем-то. Все мы нужны друг другу». – Голос у него был не сильным, но он верно передавал мелодию. – Знаешь, ты мог бы просто сказать ей, что тебе понравились ее песни, и ты решил, что она именно та женщина, которая тебе нужна.

– Спасибо, Даст. Если я не придумаю что-нибудь получше, я так ей и скажу.

Парню за окном, коренастому и крепкому, на вид было чуть за сорок. Его неторопливые, уверенные движения свидетельствовали о том, что он, если потребуется, сумеет пустить в ход кулаки.

– Может, откроем магазин? – предложил Дасти, кивнув на посетителя.

Незнакомец по-прежнему разглядывал витрину. У него была бритая голова и темно-карие, почти черные глаза. Читая рекламу, гость шевелил губами, обнажая при этом крепкие крупные зубы, сверкая многочисленными золотыми коронками.

– Наверно, считает себя пупом земли, – усмехнулся Нэсти. – Сбить бы с него спесь.

– Самодовольный индюк, – в тон приятелю заметил Дасти. – В форме, но не перенапрягается.

Нэсти взглянул на руки гостя.

– Да, ты прав. С чего бы это нормальному парню брить голову?

– Может, он хочет показать, что не боится потерять золотые кудри.

Нэсти едва заметно улыбнулся:

– Похоже, он нам не нравится, да?

– Похоже, – рассмеялся Дасти. – Привычка составлять мнение о любом незнакомце – это на всю жизнь.

– Ладно, пусть войдет.

Дасти медленно отодвинул засовы и снял замок.

Посетитель тотчас же переступил порог и остановился посреди магазина. Резкий запах его одеколона заглушил ароматы прохладного утреннего воздуха, ворвавшегося в открытую дверь.

– Доброе утро, – приветливо, но вместе с тем несколько суховато произнес Дасти.

– Доброе, – буркнул гость, по-хозяйски осматривая интерьер.

«Надутый ублюдок», – подумал Нэсти.

– Можем чем-нибудь помочь? – обратился он к посетителю.

– Возможно. – Темные глаза незнакомца оглядели Дасти.

Затем уставились на Нэсти. Бритоголовый рассматривал его долго, без всякого стеснения.

– Ты, что ли, ныряльщик? – спросил он наконец.

Нэсти покоробило это «ты».

– Да, я иногда ныряю, а вы? – спросил он, спокойно выдерживая тяжелый взгляд гостя.

– Мое имя Спиннел, Джек Спиннел.

Это было сказано таким тоном, словно посетитель не сомневался: на Нэсти – да и на любого другого – его имя произведет огромное впечатление.

– Рад видеть вас, Джек, – довольно равнодушным тоном проговорил Нэсти, решивший, что в некоторых случаях ложь простительна.

Джек Спиннел упругим шагом прошелся вдоль ряда масок, небрежно подцепив сначала одну, потом другую.

– Как бизнес? – полюбопытствовал он.

– Замечательно, – с вызовом в голосе ответил Дасти, неприязненно взглянув на посетителя.

Он выразительно посмотрел на Нэсти и обратился к Спиннелу:

– Вы ищете что-то конкретное?

– И как давно вы здесь? – вопросом на вопрос ответил Спиннел.

Нэсти насторожился. У него возникло знакомое ощущение – предчувствие опасности.

– Второй год, – ответил он, следя за гостем.

– Зимой, должно быть, торговли нет? – задал Спиннел очередной вопрос.

– Некоторые ныряют и зимой.

– Да? – Спиннел бросил маску в лоток с трубками для дыхания. – Я полагал, что зимой слишком холодно.

– Мы рассказываем об аквалангах и водолазных костюмах, но, конечно, избегаем подледного плавания. – На лице Дасти не было и намека на улыбку. – Человек может пострадать, даже погибнуть, плавая подо льдом.

Спиннел взглянул на озеро.

– Дьявольщина, я даже не думал, что здесь может быть так холодно.

Нэсти переместил резинку за другую щеку, однако промолчал.

– Вы бывали здесь зимой? – спросил Дасти.

– Да, последнюю зиму, – ответил Спиннел не очень уверенно. – По крайней мере, большую часть зимы.

– Неужели? – Дасти подчеркнуто медленно вытащил маску из лотка с трубками и вернул на прежнее место. – И вы собираетесь заняться этой зимой подводным плаванием?

– Нет, я продюсер.

Нэсти проглотил остатки давно остывшего кофе. Он не стал спрашивать, что именно снимал Спиннел. Дасти тоже промолчал.

Выдержав паузу, гость продолжил:

– А также директор программы и автор сценария. Я из Лос-Анджелеса.

– Впечатляет, – почмокал губами Дасти.

Джек Спиннел нахмурился. Покопавшись в ящике с резиновыми прокладками, он заметил:

– Возможно, мы в состоянии освоить это место. Вашему бизнесу это пошло бы на пользу.

Нэсти почти не спал ночью, к тому же сказывалось напряжение вчерашнего вечера.

– Будьте так любезны, объясните нам, кто вы и чего хотите? – сказал он, заметно нервничая. – Похоже, вы полагаете, что мы это знаем. Если так, то вы ошибаетесь, мистер Спиннел.

– Зовите меня просто Джек. – Он снова ослепил их блеском золотых коронок. – Я продюсер, автор сценария и директор программы «Дом Полли». Извините, но мое имя в титрах – на первом месте, и я полагал, что вы меня узнаете.

– Да, конечно. – Дасти, нахмурившись, смотрел, как прокладки рассыпаются в разные стороны. – Вероятно, это неплохая идея. Моя внучка смотрит вашу программу, когда приходит в гости. – Он выразительно посмотрел на Нэсти, предупреждая взглядом, чтобы тот держал рот на замке. Так как у Джулии не было деда, Дасти взял эту роль на себя.

– У меня есть и соавтор, Мэри Риз. Некоторые программы мы делаем вместе, – снисходительно усмехнулся Спиннел. – Вы, возможно, видели ее имя в титрах. Но в целом это мое шоу и моя идея.

Нэсти медленно опустился на стул и сцепил «замком» пальцы. «Этот парень, – подумал он, – кажется, подбирается к главному».

– Я расспрашивал о тебе в городе, – сказал Спиннел, обращаясь к Нэсти. – Все тебя видели, но никто не знает.

Нэсти медленно поднял глаза.

– Да, – кивнул он, – согласен, я человек не очень общительный…

– Говорят, ты тихоня, хотя я бы так не сказал.

Нэсти сделал глубокий вздох – он пытался держать себя в руках.

– Очень жаль, что я не произвел на вас благоприятного впечатления.

– Мне сказали, у тебя дорогая яхта и ты живешь на ней.

– Просто поразительно, как легко вам удается получать ответы на свои вопросы.

– Я всегда получаю ответы на свои вопросы, – сказал Спиннел. – В этом городе любят меня и мое шоу. Люди рады, что мы выбрали именно это местечко; они считают, что шоу привлекает в Киркленд деньги.

– Браво! – криво усмехнулся Нэсти. – А вы тоже так считаете?

– Знаешь, возможно, не только я тобой интересуюсь.

– Кому же еще я интересен?

Спиннел скорчил гримасу и пожал плечами:

– Не важно. Я, может быть, и не назову ни одного имени. Но если ты наживешь себе врагов в этом городишке, то это плохо отразится на вашем бизнесе.

– Что, угроза? – вмешался в разговор Дасти. – Ты кто такой, чтобы вваливаться сюда и угрожать нам? Убирайся отсюда, дерьмо собачье!

– Как мило, – с невозмутимым видом произнес Спиннел. Он взглянул на Дасти. – Я все-таки посоветовал бы вам не высовываться и стараться ладить с людьми.

– Иначе вы не покажете нас в своем шоу? – спросил Нэсти, наслаждаясь изумлением, промелькнувшим в глазах посетителя.

– Чтобы участвовать в «Доме Полли», нужно заслужить такое право, – принялся объяснять явно задетый за живое Спиннел. – Зато, например, в местной типографии говорят, что, после того как их показали в программе, оборот у них возрос в четыре раза. Да спросите хотя бы у психов, которые занимаются колдовством и предсказанием будущего. У Белинды с Фестусом. Ведь не так просто приучить людей к домашнему мылу и свечам, к якобы полезному для здоровья травяному чаю и прочим подобным вещам. Но у них никогда еще дела не шли так хорошо.

– Очень рад за них, – сказал Нэсти. – Значит, именно так вы собираете материал для своих передач?

– Ну, вы-то пока можете не рассчитывать на участие в шоу. Я просто хочу, чтобы вы задумались, не наживали себе врагов. Со мной лучше не враждовать. Но со мной очень легко ужиться, если есть желание.

– А может, мне все равно, как мы с вами уживемся? – пожал плечами Нэсти.

Ему уже надоел этот разговор.

– Может, я по своему характеру не очень дружелюбен?

– Но тебе нравятся красивые женщины.

«Итак, все ясно, ситуация прояснилась», – подумал Нэсти.

– Кому же они не нравятся? – спросил он, по-прежнему стараясь держать себя в руках.

Спиннел рассмеялся:

– Я не об этом. Я говорю именно о тебе. Потому что уже видел тебя… как и некоторые другие из нашей команды. Ты родился под счастливой звездой.

Нэсти подумал, что последнее замечание Спиннела столь же уместно, как танк на кладбище.

– У каждого своя звезда и своя судьба. И я не один такой в Киркленде, – ответил он невозмутимо.

– Но только твоя звезда приводит тебя к пристани. – Карие глаза Спиннела пристально смотрели на Нэсти. – Она вечерами прогуливается у берега. И каждый вечер в то же самое время появляешься там ты, Феррито.

– Эй, поосторожнее! – подал голос Дасти, поднимаясь со стула.

– Не беспокойся, Даст, – остановил приятеля Нэсти. – Это наше с Джеком дело, и мы сами разберемся.

– Она очень впечатлительная… – проговорил Спиннел примирительным тоном.

Нэсти вопросительно посмотрел на Спиннела:

– Действительно впечатлительная?

– Я знаю ее очень хорошо.

«Интересно, насколько хорошо?» – подумал Нэсти, однако промолчал.

– То, что беспокоит ее, беспокоит и меня, – продолжал Спиннел. – Ты понимаешь, о чем я говорю?

– Конечно. Вы заботитесь о благополучии вашей телезвезды. Не будет Полли, не будет и шоу. Другими словами, вы хотите получить гарантию, что я не собираюсь однажды вечером пристукнуть ее у пристани и утопить.