Но когда она рванет…

– Послушай, такое иногда случается.

Голос Джулии Накамы был едва слышен из-за радостного щебета детворы.

– И поскольку я знаю, что все это может быть для тебя нелегко…

– Ты ничего не знаешь о том, насколько это нелегко.

– Я знаю, как это выглядит со стороны, – ни капли не смутившись, сказала мать. – Но комитет одобрил мою исследовательскую стипендию только вчера. Как только мы с твоим отцом обсудили переезд, я…

– Папа знал об этом?

Скрип… скрип…

Мать придвинулась ближе.

– Я понимаю, что ты расстроена, но пожалуйста, говори тише, а то…

– А то что? Ты сбежишь?

– Мэди, пожалуйста.

Скрип… скрип…

Мэди не сводила глаз с сестры, безуспешно пытаясь справиться со злыми слезами. Это не могло случиться с ними. Не сейчас! Не тогда, когда жизнь Сары только вошла в нормальную колею.

– Я знаю, тебе тяжело это слышать, – продолжала мать. – Но такая возможность появляется далеко не каждый день. Когда ты станешь старше и будешь строить собственную карьеру, ты меня поймешь.

Скрип… скрип…

– Мэди, ты меня вообще слушаешь?

– А что слушать? Ты нас бросаешь.

Глаза Мэди сузились.

– Снова.

Показное беспокойство матери сменилось холодным раздражением.

– Успокойся. Люди на нас смотрят.

Скрип… скрип…

– Успокоиться? И как мне «успокоиться», если ты сбегаешь?

Голос Мэди сорвался на крик, и она вскочила со скамьи. Женщина, сидящая неподалеку, удивленно обернулась.

– Ты же говорила, что больше так не поступишь. Ты обещала нам, обещала Саре! И вот ты снова делаешь это.

– Мэдисон, пожалуйста!

Мать крепко сжала пальцами запястье Мэди и потянула ее назад на скамью. Затем с извиняющейся улыбкой посмотрела на случайных свидетелей беседы, пожав плечами и словно говоря: «Извините за сцену. Моя дочь – типичный подросток. Вы же знаете, каково это».

Мэди почти услышала их смех.

Скрип… Повторяющийся ритм замедлился, и Мэди через площадку поймала взгляд сестры. Скрип… Сара нахмурилась… Скрип… Мэди отвела глаза.

– Тебе следует говорить потише.

Мэди выдернула ладонь и скрестила руки на груди.

– Ну да, а тебе тогда следует выполнять свои обещания.

– Ты все поймешь, когда станешь старше. Семью и карьеру совмещать не так-то просто… – Голос матери дрогнул. – Особенно в моей профессии. Но мне уже некуда откладывать. Преподавание в Оксфорде – это возможность, которая мне больше никогда не представится.

Она поднялась со скамьи, отряхивая невидимые соринки со своих брюк.

– А теперь иди за сестрой. Нам пора.

Мэди схватила рюкзак и вскочила.

– Почему бы тебе не сходить за ней самой, раз уж ты уверена, что все делаешь правильно?

Женщина, сидящая неподалеку, судорожно вздохнула, а с лица Джулии пропали все краски. Она встала перед Мэди, закрывая ее от зевак.

– Поговорим позже. Иди за Сарой.

Мэди вздернула подбородок.

– Нет.

Мать со свистом выдохнула и вцепилась пальцами в запястье дочери.

– Понятия не имею, что ты тут изображаешь, Мэдисон, но ты сейчас же пойдешь за сестрой или…

– Почему мама выкручивает тебе руку, Мэди?

Джулия отпустила дочь и отшатнулась. Позади них стояла Сара, следя за беседой немигающим взглядом.

– Я не выкручивала.

– Выкручивала. Я же видела, – заявила Сара. – Вы с Мэди разговаривали, потом Мэди нахмурилась и начала кричать на тебя, потом ты стала кричать на нее, а потом схватила ее за руку и….

– Я буду в машине! Поторопитесь, девочки. Мы уже опаздываем.

Джулия метнулась прочь, огибая мельтешащих перед ней детей. Она ни разу не оглянулась.

Мэди обвила руками Сару, прижимая ее к себе. Сара терпела сестринские объятия целых три секунды, а потом начала вырываться.

– Спасибо, что спасла меня, – поблагодарила Мэди, отпуская ее.

Сара не улыбнулась. Она вообще делала это нечасто.

– Почему мама злится на тебя?

– Она не злится.

– Злится.

– Нет.

– Но я же видела, Мэди. – В голосе Сары звучала уверенность. – Вы разговаривали, потом ты нахмурилась и…

– Не знаю, Сара. Мама просто…

Мэди сникла. Ей совсем не хотелось рассказывать сестре правду о том, что в их жизни все опять переменилось и именно Сара пострадает от перемен больше всего. Вместо этого Мэди выдавила улыбку.

– Мама просто собралась уходить. И попросила меня позвать тебя, а я не захотела.

Казалось, Сара на минутку задумалась над ее словами, и Мэди испугалась, что придется еще и объяснять, почему она не захотела звать сестру. Сара всегда задавала вопросы до тех пор, пока не узнавала все, что было нужно.

– Ладно. – Сара перевела взгляд на улицу, где скрылась их мать. – Так мама уже собралась домой?

– Ага. А ты готова?

– Угу, – ответила Сара и посмотрела на качели.

– Хороший был день.

Мэди ничего не ответила. Не смогла. Секунду спустя Сара была уже на улице, оставив ее позади. Мэди взглянула на экран телефона, зажатого в руке. В последние напряженные минуты в ее ленте появился новый пост. Горло перехватило, когда она прочла его.


** Муза в огне.