— Хорошо, хорошо, спасибо. Всем огромное спасибо. Ты не против, если я позвоню?

Они стояли на плоской вершине горки. Аля повернулась к Денису, помахивая гигантским телефоном.

— Да, извини. — Денис спустился вниз и сел на траву. Але было видно, как он отгоняет тучи мошкары.

Ей вдруг захотелось позвать Дениса, обнять его и сказать, что они не должны ссориться. Сколько дней они пробудут вместе, прежде чем Аля вернется домой, а леса с дурманящим запахом хвои и страстные поцелуи останутся в прошлом?

Черный телефон в правой руке внезапно показался Але коварным насекомым, которое оживет и разрушит ее зачарованный мир, стоит ей нажать на кнопку. На секунду у нее мелькнула шальная мысль отказаться от звонка и джипа, вернуться с Денисом в его домик у озера…

Но мысль эта словно бабочка задержалась на мгновение и, вспорхнув, улетела, махая радужными крылышками, пока совсем не исчезла в темноте.

Ведь дома волнуются, ее разыскивают!

Алю ждет головокружительная карьера и поклонники.

Она устала от тайги, комаров и отсутствия комфорта.

И, наконец, Денис ни разу не предложил ей остаться с ним.

Хватит играть в придуманную сказку! Елене Ларионовой пора выходить на сцену и радовать зрителей.

Аля быстро набирала номер человека, о котором она давно не думала как о любимом муже. Удивительны причуды памяти! Сам Илья окончательно стерся из воспоминаний, а несколько цифр его номера навсегда отпечаталась в голове.


Илья ответил после седьмого гудка.

— Алло.

— Илья, привет. Это я.

— Алька? Откуда ты звонишь? Что это за номер? Ты как?

— Я… Я в Сибири.

— Где? Черт, Аль, ты хоть иногда думаешь? Кого ты себе нашла в этой глуши? Корнев был в ярости, когда ему твою записку принесли. Мне тут же позвонил, орал полчаса…

— Илья, послушай. Нет никакого любимого человека. Это обман.

— Ты что, Аль?!

— Выслушай меня! Долго рассказывать. Нет времени. Меня обманули и держали в плену. Сейчас я фактически посередине дикой тайги, одна, чудом телефон нашла. Все мои вещи в Томске, я попытаюсь туда вернуться…

— Ты можешь точно сказать, где ты? Я за тобой приеду.

Искренняя тревога в его голосе грела сердце.

— Понятия не имею, что это за место.

— Они выкуп требуют?

— Никто ничего не требует! Я не знаю, где нахожусь, и все! Но мне помогут добраться до Томска…

— Аля, спроси у кого-нибудь, где ты находишься, и я за тобой приеду!

— Мне нельзя тут оставаться, понимаешь? Я не могу тебя ждать!

— Почему? Кто тебя похи…

Голос Ильи оборвался на полуслове, и Аля энергично выругалась. Могла бы догадаться, что связь здесь ненадежная и надо говорить по существу. Она снова набрала номер мужа, но механический женский голос проинформировал ее — на счету недостаточно денег для звонка. Кто б сомневался!..


— Поговорила? — Денис встретил Алю с непонятной враждебностью. — Все рассказала?

— Д-да. Много не успела, деньги закончились.

— И что он сказал? Соскучился, ждет?

— Ты подслушивал?

— И не думал. Но ты так кричала, что тебя и Пак слышал в доме. Итак, о чем вы договорились?

— Это мое личное дело, — сухо сказала она и пошла вперед.

— Нет, почему же… и мое тоже. — Денис догнал Алю и преградил ей путь. — Мы вместе поедем в Томск. Что он скажет, когда увидит меня? Ты ведь клялась, что нет у тебя никакого любовника, а тут я…

— Денис, я не хочу об этом говорить. Понимаешь? Не хочу отчитываться, не хочу ничего объяснять. Я устала! Я позвонила единственному человеку, чей номер я помню наизусть. Я не виновата в том, что это мой бывший муж!

Денис в ярости схватил Алю за плечи.

— Значит, ты все-таки ему звонила? Тому мерзавцу, который тебе изменил?

— Пусти, ты мне больно делаешь.

Денис отпустил руки. Аля обошла его и пошла дальше по тропинке к дому Пака. Голова болела ужасно, и больше всего на свете девушке хотелось спать, а не выяснять отношения. Неужели трудно понять — ей нет дела до ревности или прошлых обид! Она бы позвонила кому угодно, лишь бы рассказать о своем печальном положении. Если Денис желает ей добра, он должен радоваться тому, что Аля все ближе и ближе к дому…

Пак молча открыл ей дверь и не удивился ее приходу.

— Он на улице остался, — сказала Аля. — Его надо позвать.

— Денис найдет свою дорогу. О нем не беспокойся.

Пак проводил ее в ту же комнатку, только на этот раз на маленьком металлическом столике был разложен ужин.

— Извините, я все ваши деньги проговорила. Я вам все верну. — Она протянула Паку телефон.

Тот, не говоря ни слова, спрятал его обратно в карман. Аля принялась за еду. Чай в большой эмалированной кружке обжигал губы, но добавленные в него душистые травки облегчали головную боль и проясняли разум. Аля зарылась в подушки с кружкой в руках и смотрела на Пака, который устроился у противоположной стены и тоже не сводил с нее глаз.

Пак первым нарушил тишину.

— Ты никогда уже не будешь такой, как прежде.

— Все люди меняются, — живо откликнулась Аля.

— Но не все меняются так быстро. Сколько ты живешь в тайге?

— А какое сегодня число? Я прилетела сюда двенадцатого или тринадцатого. Нет, кажется, четырнадцатого июля… Точно не помню.

— Вот видишь, ты потеряла счет дням. Ты здесь очень давно. И у тебя новая жизнь.

— Я хочу вернуться к старой. Эта мне не нравится.

— Ты ошибаешься. Разве ты не была здесь счастлива?

«Можно подумать, он подглядывал», — хмыкнула про себя Аля.

— Была. Но все рано или поздно заканчивается.

— Или продолжается вечно.

— Нет уж, спасибо. Такого мне вечно не надо.

— Даже с ним?

Аля вздохнула. Думать о Денисе было больно.

— Это пройдет. И у него, и у меня. У каждого из нас была своя жизнь. Когда я уеду, все пойдет по-старому.

— Вы изменились, и к старому нет возврата.

Аля промолчала. Опять он морочит ей голову этими переменами.

— А ты знаешь, что у него мать в поселке живет?

Аля вытаращила глаза.

— Я помню, как они приехали сюда и жили у меня несколько дней… Он пытался ее остановить, но она шла за своей судьбой. Я посоветовал ему не мешать ей.

— Она до сих пор там живет?

— Да. Иногда Денис встречается с матерью, когда она выходит за ворота. Он никому не рассказывает об этом.

Аля не верила своим ушам. Господи, а она-то напридумывала себе историй о прекрасной любовнице Дениса! Сама могла бы сообразить, что никто, кроме Учителя не нужен бедным, одурманенным сестрам. А вот материнская любовь — чувство совсем иного рода. Ее одним гипнозом и харизмой не убьешь.

— Вначале он надеялся, что она передумает и вернется, — продолжал Пак. — Но потом перестал и остался жить в тайге, скучал по матери. Но на самом деле он продолжал ждать. Теперь я понимаю — он ждал тебя.

— Зачем вы все это мне говорите? Что я должна делать? Отказаться от самой себя и всю жизнь провести среди ваших прекрасных сосен?

Пак молчал, и это еще сильнее сердило Алю.

— Я, между прочим, знаменитая актриса… Я столько лет пахала как лошадь не для того, чтобы все бросить!

— Он ни разу не попросил тебя остаться, — вздохнул Пак. — Но у Дениса своя гордость, и ты должна ее понять.

С этими словами он поднялся, обозначив конец разговора.

— Подождите, вы куда? — запаниковала Аля. — Мы же не договорили. Что мне делать?!

— Тебе пора спать.

Пак вышел в соседнюю комнату и растворился в лабиринте своего дома. Аля устроила себе ложе из подушек. Если бы Денис был рядом…

Слова Пака заставили задуматься над тем, о чем она не хотела думать. Скоро она вернется домой. Евгений навсегда исчезнет из ее жизни. Поселка больше не существует для Али, не существует сестер в их длинных темных платьях, не существует нудной тяжелой работы и слепого обожания Учителя. Пропал страх перед тайгой и недоверие к людям, боль после измены Ильи… И все это для нее сделал Денис. Он увел Алю подальше от поселка, защитил, дал надежду. Денис забыл о себе ради нее, а что она сделала для него?

Без сна Аля лежала на подушках и задавала себе вопросы, на которые не было ответов. Любит ли она Дениса? Как приятно было бродить по утреннему лесу, держась за руки, утопая в мягких иголках… Приятно было поливать его обнаженное тело ледяной водой, а после растирать тонким одеялом докрасна… Приятно было любоваться пламенем свечи и задыхаться от его поцелуев… Но есть ли что-нибудь глубокое в ее чувстве к нему, кроме прелестной таежной романтики?

Аля ворочалась, разбрасывая подушки по полу. Пак ошибается, она ничуть не изменилась. Она по-прежнему актриса Елена Ларионова, привыкшая вызывать в себе эмоции в зависимости от декораций. Так естественно влюбиться в молодого красивого мужчину на фоне девственного таежного леса! Запивать эту любовь ключевой водой, заедать терпкими ягодами. Но то, что хорошо для охотничьего домика, то не годится для московской квартиры. Елена Ларионова потихоньку освобождала свое сердце от тонюсеньких пут новой любви. Уже в самолете она будет вести себя по-другому, по-другому ходить, говорить, чувствовать… Будет готовиться к игре на фоне других декораций и постепенно разучится понимать, где реальная жизнь, а где — сценическое искусство…

10

Джип Пака, не в пример телефону, оказался вполне презентабельным. Аля забралась на переднее сиденье и поняла, это путешествие будет комфортным. В салоне было просторно, уютно, тепло и (какое счастье!) ничем не воняло.

— Откуда у Пака такая машина? — спросила Аля, когда Денис вывел джип на дорогу.

— Понятия не имею. Надо было у него спросить.

Аля видела, что Денис по-прежнему не в настроении. Она не знала, где он провел ночь. Денис появился утром, взял у Пака карту и мешок с припасами, посекретничал с ним о чем-то в углу и сел в машину. О вчерашней размолвке не упоминал ни он, ни она.

Через час молчания Аля решила заговорить.

— Пак сказал, что у тебя в поселке мама живет.

Краем глаза Аля заметила бледность, внезапно проявившуюся на лице Дениса…

— Он не должен был говорить с тобой об этом.

— Как она выглядит? Я должна знать ее. Это с ней ты встречаешься иногда?

Аля затаила дыхание. А что, если он встречается не только с матерью?

— Да, — сухо сказал Денис.

— И все?

— Что — все?

— И больше ни с кем не встречаешься?

Изумленный взгляд Дениса успокоил ее лучше любых слов.

— А почему твоя мама ушла с Евгением?

— Давай не будем об этом говорить.

Аля замолчала. В течение двух часов, до самого привала лишь шум двигателя нарушал тишину. Они остановились в полдень, чтобы поесть и немного передохнуть. Аля вылезла из машины, решив размять ноги. Она съела пригоршню черники. Губы, язык и руки немедленно посинели, но Але было все равно. Денис едва смотрит на нее, так ради кого ей стараться быть красивой?

— Поехали, — хмуро бросил Денис, хлопнув дверцей. — Если очень повезет, к ночи будем в Томске.

— Ты говорил, что до Томска далеко.

— У Пака не машина, а зверь.

Аля похолодела.

— Не переживай, у меня оружие есть. — Денис словно прочитал ее мысли.

— Только перестрелки мне и не хватало.

— Зато будет о чем рассказать подругам.

— Я не собираюсь никому ничего рассказывать, — обиделась Аля.

— Понятное дело. Вдруг до твоего мужа дойдут слухи о том, как ты с первым встречным в тайге кувыркалась.

Жестокие слова наотмашь ударили Алю. Воспоминания о сладких минутах близости и наслаждения были одним махом осквернены, вываляны в грязи. Кувыркались! Так вот как он смотрит на то, что произошло между ними в охотничьем поселке…

— Спасибо на добром слове, — выдавила она из себя.

Больше они не разговаривали. Аля делала вид, что дремлет, а Денис не сводил глаз с дороги. Она молча переживала обиду и жалела лишь о том, что дала ему повод пренебрежительно относиться к ней. А ведь он просил оставить его в покое… Но она предпочла навязаться ему, «утонуть в его объятиях», «испить сладкий мед его поцелуев»… Тьфу! Ничего себе взрыв гормонов. Илья умер бы от смеха, если бы узнал — его застенчивая жена захотела мужчину до такой степени, что буквально повисла у него на шее…


Когда Але на глаза попался первый дорожный указатель, она чуть было не запрыгала на сиденье от радости.

— Нам еще часа полтора, — предупредил Денис. — И гостиницу твою искать надо. Как она называется?

— «Белый ветер», кажется. Но я не уверена.