– Лич?

Натаниэль Лич вышел вперед, высоко держа факел в руке. Его дружки сочли благоразумным остаться в тени.

– Я пришел один, – сухо сказал Росс. – А где мать мальчика?

Лич поманил пальцем, и его подручный вывел Джейн для обозрения.

– Деньги!

– Ожерелье! – насмешливо ответил Росс. Лич вынул ожерелье из кармана и, держа его двумя пальцами, крикнул с издевкой:

– На, бери его, милорд!

Росс незаметно опустил руку в правый карман и сжал рукоятку пистолета. Похоже, борьба будет нелегкой. Он присел, вынув еще один пистолет из другого кармана, и взвел курок.

– Это свои… не стреляй, – шепотом проговорил Дикки, подкравшись к Россу слева.

– Ты круглый идиот! Я же мог изрешетить тебя свинцом! – шипящим шепотом пригрозил Росс другу.

– Не сердись. Мы с Люком, Дэвидом и Гаем, как только узнали, где ты, бросились тебе на помощь, – понизив голос, сказал Дикки.

– Смотрите, известный забияка Росс Трилоуни вызвал несколько друзей на подмогу, – ехидно заметил Лич. – Эй, Трилоуни! Тебе чертовски повезло, что меня сейчас интересует только цвет твоих денег! – Лич помахал кошельком.

– Я не собираюсь выкупать то, что мне принадлежит! – ответил Росс.

– Ты же сказал, что заплатишь!

– Я сказал, что мы договоримся, – возразил Росс. – Слушай, что я тебе сейчас скажу. Если я получу ожерелье в целости и сохранности, то ты уйдешь со своими дружками целым и невредимым.

Лич услышал, как подручные недовольно заворчали – ведь он обещал, что поделится с ними своей ночной добычей. Он смерил Джейн, стоявшую у края скалы, свирепым взглядом. Разъяренный неожиданным поворотом дела, Лич подбежал к ней и со всей силы толкнул ее в грудь.

– Ты предала меня! Ты заодно со своими щеголеватыми дружками!

Гай с криком бросился вслед за Джейн в покрытую масляной пленкой Темзу.

Росс перешел в наступление, бросившись к Личу, но тот пустился наутек.

Дэвид подмигнул Дикки, краем глаза следя за разбушевавшимся сбродом. Друзья – Люк, Дэвид и Дикки – сняли свои элегантные камзолы, нашли местечко почище, аккуратно положили их и ринулись на выручку Россу.

Пять джентльменов из высшего общества, с синяками и кровоподтеками, с растрепанными волосами, судя по всему, богатые и влиятельные, прошли по Коричной пристани и свернули в переулок, что было для этих мест зрелищем непривычным и вызвало у обитателей трущоб немалое удивление.

Росс подошел к своей карете, помог дрожавшей от холода женщине поудобнее устроиться на сиденье и, обняв одной рукой, старался ее согреть и ободрить. Он был доволен встречей на пристани: Джейн сидела рядом, а в кармане его камзола лежало ожерелье из бриллиантов с аметистами. Он с удовольствием вспомнил, как Элизабет сидела у него на коленях, положив голову ему на грудь. Еще немного – и она призналась бы, что любит его, в этом он не сомневался. И он бы ответил ей, что любит ее безмерно и страстно мечтает о ней… Росс представил ее в подвенечном платье из белого шелка и грустно улыбнулся.

Глава шестнадцатая

Элизабет пришла в ужас, когда увидела Джейн в насквозь промокшей одежде, в мокрых башмаках, дрожавшую и от холода, и от всего пережитого на Коричной пристани. Через десять минут Джейн уже была в доверху наполненной горячей ванне, окруженная пристальным вниманием своей великодушной подруги.

В коридоре и холле стояла мертвая тишина. Единственным напоминанием о столпотворении, вызванном появлением Джейн, была огромная лужа грязной воды, которая стекла с ее одежды на белоснежный мраморный пол.

– В чем дело? – спросил Росс, нарушая напряженную тишину. – С тех пор как я вернулся, вы не сказали мне и полслова и даже не взглянули на меня! Что, ваш священник вернулся и предостерег вас от общения со мной, отпетым разбойником?

– Я не нуждаюсь в советах Хью, – вырвалось у нее, хотя было бы благоразумнее сказать не «Хью», а «его преподобие». – Вы не ранены? – сухо спросила она, решив держаться благоразумно и с достоинством. – Я надеялась, что Люк успеет предотвратить вашу встречу на Коричной набережной. Я боялась, что Лич и его дружки устроят вам засаду.

– Так и вышло. Но мне очень приятно сознавать, что вы соизволили обо мне беспокоиться, – проговорил он насмешливым тоном.

Элизабет покраснела, но не двинулась с места.

– Я в большом долгу перед вами, – холодно заметила она. – Вы воссоединили мать с сыном и отняли у Лича мое ожерелье, в возвращении которого вы были особенно заинтересованы, так как оно – часть моего приданого!

– Вы обиделись из-за того, что я сказал, что хочу иметь свою собственную семью? Поверьте, я не хотел прослыть равнодушным к судьбе мальчика.

Его спокойствие вывело Элизабет из себя.

– Я обиделась потому, что вы ни словом не обмолвились, что уже начали создавать семью за спиной у своей невесты! Не пройдет и шести месяцев, как у вас появится первенец…

– Уже начал создавать семью?! У меня появится первенец?! – воскликнул Росс, ничего не понимая.

– Сюда приходила ваша дама сердца, чтобы получить финансовую поддержку для своего еще не появившегося на свет незаконного ребенка. Она сказала, что вы были с ней тайно обручены, но потом безжалостно ее бросили. Это случилось тогда, когда Эдвина купила вас?

Воцарилось гнетущее молчание.

– Сесили Бут приходила сегодня вечером к вам и сказала, что мы были с ней тайно обручены и что она ждет от меня ребенка? – подытожил Росс.

– Да.

– Я приношу глубокие извинения за ее ложь и неслыханную дерзость. Она больше никогда не посмеет приставать к вам и беспокоить…

– Я уверена, что она еще долго будет и приставать к вам, и беспокоить вас.

– Элизабет, посмотрите на меня! Я тот же самый Росс, что целовал вас в вашей спальне каких-нибудь два часа назад! Что вы хотели сказать мне тогда? Скажите это сейчас! – (Она продолжала молчать, глядя в стену.) – Если она действительно беременна, то виной тому граф Кэдмор! Я достаточно знаком с работой женского организма, чтобы с уверенностью утверждать, что этот ребенок не мой. За то короткое время, что она была со мной, ее ежемесячное недомогание повторялось регулярно.

Элизабет густо покраснела и опустила глаза.

– Сесили только того и добивается, чтобы вы меня прогнали. Вы этого хотите? Неужели вы позволите какой-то наглой девице предосудительного поведения разрушить наше счастье? Сегодня выдался очень тяжелый день для нас обоих. Давайте сменим тему. – С этими словами он достал ожерелье и протянул его Элизабет в знак примирения. – Вам оно больше не нужно? – спросил он, сверкнув ослепительной мальчишеской улыбкой, от которой у нее упало сердце.

Элизабет смотрела на бриллианты и овальные аметисты. Те же, что и в кольце, подаренном ей Россом. Он заказал это кольцо специально для нее или в честь восьми месяцев романа с Сесили?

– Нет, – отказалась она от своеобразной оливковой ветви. – Вы заслужили его. Возьмите ожерелье в качестве платы за ту работу, что вы проделали на Коричной пристани. Я давно решила, что обменяю это ожерелье на свободу Джейн.

Росс стал задумчиво гладить сверкающие драгоценные камни.

– Пройдет немного времени, и вы попросите меня вернуть его вам, – уверенно проговорил Росс.

– Однажды вы мне уже говорили это, – сказала она с усмешкой.

– И я оказался прав. – Он молча посмотрел на нее. – Подумайте хорошенько, Элизабет!

Она не проронила ни слова. Поколебавшись с минуту, он положил ожерелье обратно в карман, затем повернулся и направился к двери. Его лицо превратилось в непроницаемую маску.

– Вы кое-что забыли, виконт Стрэттон! Вот. – Элизабет вынула из кармана кольцо и протянула его Россу. – Верните это своей любовнице. Она сказала, что очень скучает по нему, так как вы подарили ей его в память о счастливо прожитых восьми месяцах!

Взглянув на бесценное кольцо, Росс весело рассмеялся. Не прошло и минуты, как Элизабет, осталась одна.

– Так ты говоришь, это виконт привез ее сюда? Да как он смел?!

Элизабет прижала руки к вискам, морщась от головной боли.

– Бабушка, постарайся понять: им некуда больше идти! Мы же не можем выбросить их на улицу! Я уже говорила тебе, что из Джека сделают вора-карманника или продадут трубочисту, если он снова вернется к Личу. А Джейн…

– Можешь не говорить, я и так знаю… – резко оборвала внучку Эдвина. – Где вчера был Росс? Почему он не приехал?

– Мы поссорились, – тихо призналась Элизабет.

– А, влюбленные всегда ссорятся. – Бабушка махнула рукой.

– Это была серьезная ссора. Я расторгла помолвку и вернула ему кольцо.

– Ты расторгла помолвку? – удивленно воскликнула Эдвина. Она была настолько потрясена, что поначалу даже не рассердилась. – Но почему?! Я же вижу, что ты полюбила его. Он самый подходящий жених, какие только есть в столице. Он помог тебе спасти этих… этих несчастных. И вот теперь ты отказала ему?

– Причина заключается в нем, а не во мне! – возразила Элизабет.

– Здесь замешана женщина?

Элизабет поджала губы, но румянец на щеках выдал ее.

– Как я могу предположить, какая-нибудь глупая девица начала приставать к нему, а ты оказалась рядом и все услышала, – сказала бабушка.

Элизабет бросила на нее настороженный взгляд.

– Та яркая брюнетка нужна была Россу для забавы, чтобы весело провести время. А она буквально преследовала его. Когда я была последний раз у Марии, эта брюнетка ходила за мной по пятам, надеясь случайно услышать, где можно найти Росса. Поверь мне, ревность к Сесили Бут до добра не доведет!

Элизабет и сама это понимала.

– Что она могла подслушать? Ты хвасталась моей помолвкой с виконтом, когда была в гостях у Марии? Ты рассказывала, какое кольцо он мне подарил? – с замиранием сердца спросила Элизабет, холодея от страшной догадки.

Эдвина нахмурилась, потом усмехнулась.

– Ну конечно! Алиса Пенни вся позеленела от зависти, когда я рассказала ей о твоей помолвке!

– Как ты думаешь, Росс был помолвлен с Сесили Бут?

– Помолвлен? Ха! – Эдвина громко расхохоталась. – Она задумала заловить Росса в свои сети и стать виконтессой! Как только Росс узнал об этом, он тут же распорядился, чтобы его адвокаты лишили ее пособия. Наглая интриганка! Месяц-другой погрелась под аристократическим одеялом и уже вообразила о себе бог знает что!

Элизабет была в полном смятении. Она стала жертвой хитрой и коварной соперницы, которая легко обвела ее вокруг пальца. А ведь Росс предупреждал ее, что беспочвенная ревность может разрушить их счастье. Дочь маркиза по-прежнему оставалась грубой, заносчивой стервочкой.

– Мадам, к нам приехали миссис Трилоуни и леди Рэмсден, Дю Квисн и Кортеней с детьми, – объявил Петтифер. – Могу я проводить их в гостиную?

Эдвина бросила на внучку осуждающий взгляд, и Элизабет виновато опустила голову.

– Очевидно, Росс держит новость о размолвке в тайне от родственников, раз они приехали навестить нас. Слава тебе господи! Элизабет, может, тебе еще удастся убедить Росса, что ты просто впечатлительная и порывистая дамочка… если он этого еще не понял!

Мать Росса рассказала, что сын уехал в Кент, чтобы проследить, как идет восстановление Стрэттон-холла. Леди нанесли ей визит, чтобы она не скучала в отсутствие Росса. Демелза снова повторила, что очень рада, что у нее будет такая красивая и милая невестка, и сообщила, что венчание пройдет в местной церкви в присутствии родных и друзей.

– Какие прекрасные люди! – воскликнула Эдвина, наблюдая их отъезд из окна гостиной. – Вращаться в кругу таких людей – большая честь, от которой не принято отказываться! – Бабушка отошла от окна, села в свое удобное кресло у камина и посмотрела на внучку. – Так на чем мы остановились? Ах, да! На твоей непростительной глупости, милочка. Ты погорячилась, поверив лживой болтовне мисс Бут, и теперь твоя гордость не позволяет признать свою ошибку?

– Нет, я признаю, что погорячилась, – поспешно признала Элизабет, грустно вздыхая.

– Хорошо, будем считать, что это первый шаг к примирению с Россом. Я помогу тебе сделать и второй… Я разрешу твоей подруге и ее сыну остаться в моем доме еще несколько дней. – Увидев, что Элизабет хочет поблагодарить ее, бабушка добавила: – Но только в том случае, если ты помиришься со своим женихом. Да, да, он все еще твой жених. Даром, что ли, я потратила на это столько сил и здоровья?

– Я не могу… – простонала Элизабет, закрыв лицо руками.

Но Эдвина была непреклонна.

– Я не допущу, чтобы счастье и доброе имя моей внучки были так легко загублены. – Бабушка улыбнулась Элизабет ободряющей улыбкой. – Иди собирайся в дорогу. Можешь взять с собой Джози.

Элизабет услышала океан издалека, еще не видя его.

Джози недоверчиво посмотрела на просевшую шиферную крышу Стрэттон-холла, затем перевела разочарованный взгляд на хозяйку. Элизабет постаралась изобразить на лице бодрую улыбку, хотя полуразрушенный, задуманный в готическом стиле дом произвел и на нее удручающее впечатление.