- Мне уже на сцену идти нужно. А ты лучше постарайся успокоиться, хорошо?

- Попробую, - я тяжело вздохнула. – Рит, если тебе не трудно отдай эти цветы кому-нибудь, пусть выбросят или себе заберут.

- Как скажешь, - подруга подхватила корзину и вышла из гримёрки.

Я помассировала виски, пытаясь успокоиться. Сердце медленно перешло в размеренный темп, но напряжение всё равно ощущалось где-то на кончиках пальцев.

- Абрамова! – в дверном проеме гримерной возник Бульба.

Я от неожиданности даже дёрнулась.

- Да?

- Ко мне в кабинет. Быстро!

- Зачем?

- Поговорить надо.

Кажется, меня уволят до того, как я сама напишу заявление. Бульба хоть и выглядит со стороны безобидным, но по натуре человек достаточно жёсткий. Надоело ему и со мной нянькаться, и со всей этой Санта-Барбарой.

Я послушно пошла за ним в кабинет. Комнатка эта была чуть больше нашей с крупным окном, напротив которого стоял письменный стол.

- Садись, - Бульба жестом указал на стул с мягкой спинкой.

Я села, расправила длинный подол своего платья и сложила руки на коленках.

- Подожди меня, сейчас вернусь, - администратор нервным движением поправил узел галстука и куда-то ушел.

Я немного посидела, осмотрелась по сторонам. В кабинете Бульбы я нечасто появлялась, обычно, мужчина вызывает к себе тех, кто серьезно провинился. Сердце снова беспокойно забилось в груди. Что-то вся эта ситуация начинает мне не нравится. Прошло пять минут, но никто так и не появился. Бульба забыл про меня? Жуткая мысль тенью пронеслась у меня в голове. Только не это! Я вскочила со стула, направилась к выходу. Дёрнув за ручку двери, я уже была готова выйти, но внезапно столкнулась с розой. Темно-алая роза на длинном стебле, усыпанном шипами, находилась на уровне моих глаз. Ее сладкий ненавязчивый аромат защекотал в носу. Медленно подняв взгляд вверх, я встретилась с глазами цвета стали. Они с лёгким прищуром спокойно рассматривали меня.

Я отступила на шаг назад. Настолько открытый и пронзительный взгляд заставил меня почувствовать себя неловко. Высокий мужчина восточной внешности продолжал смотреть мне прямо в глаза и было в этом взгляде что-то повеливающие и сдавливающее, будто этот незнакомец уже всё четко для себя решил. Я поняла, кто передо мной стоит. Он… Мой таинственный поклонник.

- Добрый вечер, - его голос был низким и чуть-чуть хрипловатым. Такая хрипотца обычно бывает у тех, кто любит курить. – Корзину с цветами посчитали нужным выбросить на помойку, но, думаю, этот цветок заслуживает прожить чуть дольше.

- Цветок умер тогда, когда его срезали, - проговорила я, спрятав дрожащие руки за спиной.

- А, может, это произошло еще раньше? – тонкие губы дёрнулись в насмешке. – Например, когда он только зацвёл уже был обречен на смерть?

- Может быть, - я сглотнула.

- Он срезан для тебя, - мужчина протянул розу, но я ее не взяла. – Что же, - вздохнул он и резко сжал ее пополам, безжалостно ломая стебель.

Я отчётливо увидела, что шипы вонзились в кожу на ладони, но лицо мужчины осталось всё таким же спокойным, будто ничего не произошло. Он выкинул несчастный цветок в урну, что стояла недалеко от двери и вынул из внутреннего кармана шелковый белый платок. Стёр несколько алых капель крови с ладони и спрятал платок обратно.

- Что вам нужно от меня? – я сделала еще шаг назад, внутренне ощущая потоки угрозы, которые исходили от мужчины.

- Моей будешь. А еще не помешало бы где-нибудь поужинать, - незнакомец даже на секунду не отвел свой пристальный стальной взгляд от меня. – У тебя сегодня день рождения, Кира. Я хотел бы его отпраздновать с тобой.

- Нет, - я отрицательно замотала головой.

- Ты неправильно меня поняла, - насмешка стала гораздо заметней. – Мои слова не звучали как вопрос.

Я от напряжения прикусила щеку изнутри, внимательно всматриваясь в лицо мужчины. Короткостриженый с едва заметной сединой на висках, легкая щетина, крупный нос, густые брови. Высокий, стройный в обтягивающем черном смокинге с белой рубашкой. На вид мужчине лет сорок, даже чуть больше. Чем дольше я рассматривала его, тем отчетливей начала понимать, что где-то его видела, но память никак не могла помочь мне. Теперь и глаза эти цвета стали уже не казались настолько незнакомыми.

- Идем, - мужчина протянул ко мне свою крупную ладонь.

Вспомнила! Я как-то видела его по телевизору и, кажется, наталкивалась на пару фотографий в Интернете. Теперь понятно, почему Бульба молчал, как рыба. Этот мужчина крупный предприниматель в нашем городе и, кажется, его методы видения бизнеса и заработка денег не самые честные. Еще и кличка у него есть такая странная… Как же его? Черт? Демон? Бес? Да-да, точно! Бес. Это всё, что я о нем знала и то, только потому, что дядюшка сам сделал акцент на этом мужчине, когда увидел его по телевизору.

- Нет, - я сделала еще шаг назад.

- Это был не вопрос. Мы пойдем в любом случае, но я предлагаю тебе традиционным способом выбраться из кабинета, - выражение лица Беса было каким-то скучающим и расслабленным.

Я заметила, что в коридоре возникли двое мужчин. Они были еще выше и крепче Беса. Охрана? Или головорезы какие-нибудь? Откуда мне знать, чем именно промышляет этот человек? Мозг судорожно пытался найти выход. Кричать? И чем мне это поможет? Бульба явно не станет идти против этого человека. Надо убежать. Но как?

- Хорошо, - прошептала я, но руку всё равно не приняла, просто пошла вперед.

Тяжелый взгляд мужчины прожигал мне лопатки. Я чувствовала, что на глазах наворачиваются слёзы. Это был страх. Нас провели не к парадным дверям, а к черному ходу. На улице стояло два черных внедорожника и одна легковая машина. Неподалеку от автомобилей курили еще трое мужчин, держа на привязи овчарок. Я сглотнула. Если побегу, они спустят собак на меня? Прикажут им меня разорвать на куски? От одного этого предположения мне стало жутко.

Наш караоке-бар находился на окраине города. Не знаю, почему выбрали именно такое расположение. Добраться на общественном транспорте сюда проблематично, но отбоя в посетителях всё равно не было. Неподалёку раскинулся лесок. Небольшой, но зайцы и лисицы там водились. Не знаю, чем я руководствовалась в этот момент, но даваться в руки человеку, который почему-то решил, что ему слепо должны подчиняться, я твёрдо не хотела.

Подхватив подол платья, я как ошалелая побежала в сторону леса. В баре осталось всё: и вещи, и телефон, и паспорт, и ключи от дома. Но меня это мало интересовало, я вообще плохо себе отдавала отчет в том, что делаю. Просто хотелось скрыться от человека с глазами цвета стали.

Мы ехали в машине. Я пришла в себя раньше, но слабость в теле не позволила мне предпринять еще одну попытку сопротивления. Даже, если бы я и была полна сил, то вряд ли смогла противиться этому мужчине физически. Несмотря на то, что он не обладал дюжей фигурой крепость и железная хватка в нем присутствовали.

Бес усадил меня в машину, закрыл дверцу, обошел автомобиль и сел с другой стороны пассажирского сидения. Я не шевелилась. Совсем. Смотрела перед собой в одну точку, пока одурманенное сознание пыталось проскользнуть в реальность и избавиться от побочного эффекта обморока.

Думала, что меня не догонят, даже посмела надеяться, что и в лес не сунутся, чтобы не испачкать свои дорогие смокинги. Но я недооценила Беса. Он, как настойчивый охотник, ловко словил свою добычу. Все эти цветы, подарок были только уловкой. Наверное, по его задумке, я должна была растаять, и сама повиснуть на шее, восторженно принимая поцелуи и ласки. Но этого не случилось, и мужчина решил больше не церемониться со мной.

Мне было настолько страшно за себя, за свою жизнь, что снова начало подташнивать. Только бы он со мной ничего не сделал, только бы отпустил… Я же ведь ничего такого не совершила. Ладно, если бы я на сцене как-то развратно одевалась, флиртовала с гостями, делала недвусмысленные намёки. Такое поведение могло бы натолкнуть на определённые выводы. А так… Всё всегда закрыто, максимум руки могли быть обнаженными. Спела свой репертуар и тихонько ушла. Тогда почему именно меня постигла такая откровенно печальная участь?

- Если ты хотела устроить пикник под луной в лесу, то выбрала не подходящее время года, мёд мой, - спокойным, немного скучающим тоном проговорил мужчина и нажал какую-то кнопку на панели своей двери. Через секунду перегородка наглухо разделила пассажирский сектор с водительским.

Меня передёрнуло от этого обращения. Мёд мой… Вроде бы звучит очень даже ласково и необычно, а неприятные мурашки по спине всё равно прошлись. Потому что той самой ласки в голосе Беса не было. Так, как говорил он, обычно, обращаются к любимым лошадям или собакам, но уж точно не к людям.

Глотая слёзы, я продолжала смотреть перед собой. Стёртые коленки неприятно жгли, ровно, как и щека. Я глянула на свои руки. Они были грязными, несколько ногтей – обломанными. Так мерзко вдруг стало.

- Изнасилуете меня, а потом убьете? – прошептала я, шмыгнув носом.

- По-моему, я уже чётко обозначил план на сегодняшний вечер, - спокойно отозвался мужчина и подал мне пачку влажных салфеток. – Не думал, что приглашение на ужин спровоцирует тебя на побег. Красоту свою мужчине дарить нужно, а не безрассудно портить ее.

Я слушала этого человека и никак не могла поверить в то, что всё происходит на самом деле. Похоже, для него это вполне нормально – заприметить девушку и не спрашивая ее разрешения, увезти туда, куда заблагорассудится. Вот так просто. Увидел. Взял. Забрал. Варварство какое-то!

- Я не хочу с вами ужинать, - прошептала я, вытащив одну салфетку и промокнув ею, пораненную щёку.

- Не помню, чтобы я задавал вопрос по этому поводу, - абсолютное спокойствие в голосе, будто мы просто что-то обсуждаем, что-то такое незначительно, что даже проявлять хоть какие-то эмоции не обязательно.

- Выпустите меня немедленно! – мое бессилие трансформировалось в некое подобие агонии паники. Я дёрнула за ручку дверцы, но она, конечно же, мне не поддалась. В тонированном окне горели огни ночного города. Мы ехали в город и этот факт чуть-чуть привёл меня в чувства.

- Не нервничай, - железному спокойствию мужчины можно было позавидовать. – Мы просто поужинаем. Какую кухню ты предпочитаешь?

Хотелось нервно засмеяться, потому что это ненормально! Кухня? Он это сейчас серьезно?! Я от него убежать пыталась, колени себе все стёрла, платье в тряпку превратила, а мне про ужин тут рассказывают.

- Никакую, - буркнула я.

- Значит, я выберу на свое усмотрение. После ужина тебя отвезут домой. Сегодня в мои планы не входило тебя насиловать, - мужчина это произнес таким тоном, будто саму идею изнасилования не отметает, а оставляет на перспективу. Может, мне это только показалось, не знаю. Но страх снова ухватил меня за горло, и я опять почувствовала слёзы на щеках.

- Чудовище, - брезгливо проговорила я, сжав салфетку в руке. – Меня тошнит от таких, как вы.

- Что же, после затяжного равнодушия, даже такая реакция с твоей стороны уже может считаться неким прогрессом, - уголки тонких губ скривились в насмешке. – Тебя никто не тронет, просто веди себя смирно. Мне нравятся непокорные, но это непокорство должно быть дозированным, - мужчина коснулся моей щеки кончиком пальца, стёр слезинку. – Не обижу, не бойся.

=Два.

Автомобиль остановился у роскошного парадного входа пятизвёздочного отеля. Тут простой смертный позволить себе остановиться хотя бы на одну ночь никак не сможет, даже если будет откладывать каждый месяц что-то с зарплаты. Мраморные ступеньки, большие стеклянные двери, украшенные золотистыми узорами. Свет лился на многоэтажное здание, сделанное из стекла, камня и стали, снизу-вверх, отчего визуально высотка казалась еще на порядок выше.

Охрана открыла для меня и для Беса дверцы автомобиля. Я вышла. Босая, грязная, растрёпанная, в испорченном платье и залитом слезами лицом, именно такой я предстала перед величием чужой роскошной жизни, к которой мне никогда не хотелось даже на день прикоснуться.

Из отеля к нам торопливо вышла женщина, видимо, она уже была предупреждена о том, что мы скоро прибудем. Невысокая стройная женщина в черном узком платье с воротником под горло. Немного кудрявые черные волосы были собраны в тугой хвост на затылке. Несмотря на то, что она была на высоких каблуках, ее быстрые шаги казались уверенными.

- Лале, - обратился к женщине Бес. – Позаботься о ней, - он жестом указал в мою сторону.

Женщина, немного прищурив свои большие черные глаза, подкрашенные золотистыми тенями, посмотрела на меня. Она тоже определённо имела восточные корни.

- Хорошо, - покорно ответила женщина. – Лучше, поскорей зайти внутрь, иначе еще заболеет.