— Вы хотите получить землю, — холодно сказала она. — Я тоже хочу получить землю. В этом споре один из нас выиграет, а другой проиграет. Все так просто.

— Допустим, — ответил Фейн, подходя почти вплотную к Кейре, по телу которой сразу же пробежал огонь. — Но что в таком случае нам делать? — Он протянул руки, осторожно заключил ее в объятия и тихо повторил: — Что?

Кейра не сопротивлялась и молча смотрела на него своими изумрудными глазами. Ее губы медленно разомкнулись. Фейн наклонился и впился в них.

Это был глубокий, длительный и многообещающий поцелуй. Когда же наконец Фейн оторвался от губ Кейры и поднял голову, то увидел в ее глазах признание поражения. Она знала это. И уже не протестовала.

— Теперь уже недолго, — пообещал он со вздохом. — Скоро… Очень скоро все разделяющие нас преграды рухнут. И тогда…

Он наклонился и снова поцеловал Кейру.

И тогда… — мысленно повторила она за ним, сдерживая рвущийся из груди страстный стон. И тогда…

ГЛАВА 16

Фейн метался по постели. За окном темная ночь постепенно отступала, неохотно давая путь первым лучам серого декабрьского рассвета. Его исхудавшее тело вздрагивало. А в ушах звучал чей-то голос — глубокий, надтреснутый, нечеловеческий…

Фейну снилось, что он идет через огромное поле, которому нет конца. Вдруг над головой послышалось зловещее хлопанье крыльев. Он инстинктивно пригнулся, а затем бросился плашмя на самую середину блестевшего утренней росой луга…

Прямо над ним кружила пара цапель. Их черные с белым крылья широко простерлись над лугом. А длинные изящные шеи серого цвета, плавно переходящего в белый, поблескивали в слабых солнечных лучах.

Фейн чуть приподнял голову и начал следить за ними. Цапли сделали еще несколько кругов над лугом и полетели к дереву, росшему возле мрачного средневекового замка. Вновь он услышал странный звук. Нет, это был не человеческий голос.

Фейн в недоумении огляделся по сторонам. Он не мог понять, где находится, но все вокруг выглядело знакомым.

Солнце все упорнее пробивалось сквозь голые ветви деревьев, съедая затаившуюся внизу темноту. Но теплее от этого не становилось. Фейн чувствовал, как утренняя изморось охватывает все его тело. А промокшие на холодной росе ноги совсем обледенели.

Опять послышался все тот же непонятный звук. Фейн посмотрел вверх. Потом — направо. Затем — налево. Определив наконец направление, в котором следовало искать источник странного звука, Фейн посмотрел туда и увидел кольцо Камней Пенды. Звук несся прямо оттуда…

Он поднялся и пошел. Кругом продолжали тянуться запорошенные инеем луга и пашни. Фейн шел и шел. Странно, но Камни при этом не приближались, а, наоборот, уходили все дальше и дальше. Он бросил взгляд на свои замерзшие ноги. Потом уже в который раз осмотрелся по сторонам. И понял, что, несмотря на уже одолевавшую все тело усталость от долгой ходьбы, он так и не сдвинулся с места…

Ненадолго очнувшись, Фейн вновь стал метаться по постели. Потом затих…

И снова вдали замаячили Камни Пенды. Они звали его к себе. Звук, который Фейн слышал раньше, оказался их голосом. Но сейчас он звучал громко, почти требовательно. Он лечил его душу, тело, сознание. Стало как-то очень тепло и легко. Ноги перестали ныть. Фейн шел вперед, к валунам, которые на этот раз не убегали от него, а, напротив, двигались навстречу. И вдруг Фейн понял, что эти камни — женщины. Его сердце сильно забилось, все тело подобралось и выпрямилось. Фейн провел ладонью по лбу и нисколько не удивился выступившим на нем крупным капелькам пота. Соски на груди затвердели и больно царапались о шерстяной свитер.

Он снова посмотрел на валуны, почти уверенный, что сейчас увидит исходящий от них неясный свет. Ибо теперь знал, кем они стали, эти Камни Пенды.

Они превратились в Камни Кейры. Фейн пошел дальше. Теперь идти стало намного легче, ибо в спину ему дул сильный ветер. Кроме того, Фейн уже чувствовал, как сами камни притягивают его к себе какой-то магической силой.

Камни приближались и поэтому становились все больше. Древний нечеловеческий голос уже напоминал близкие раскаты грома. И вдруг превратился в оглушительный вой урагана.

Но, к своему удивлению, Фейн почувствовал, что сам ветер стих. Более того, воздух казался совсем неподвижным. А вой камней все продолжался…

Наконец Фейн поравнялся с первым камнем. Серая пятиметровая скала поросла лишайником. Он смотрел на нее и чувствовал дыхание седой старины… Вечности…

У Фейна начала кружиться голова. Но Камни звали его… Они хотели его, эти древние окаменевшие женщины…

Не помня себя, Фейн сел в кровати, держась обеими руками за ее железные края. Ему показалось, что наступил смертный час. Прошло несколько минут, прежде чем он пришел в себя. Фейн несколько раз закрыл и открыл в темноте глаза. Затем почесал веки тыльной стороной ладони. У него было ощущение, будто кто-то бросил в лицо горсть песка…

На маленьком ночном столике зеленым светом горел светящийся циферблат будильника. Часы показывали двадцать минут седьмого.

За окном все еще было темно, но мгла уже стала сереть в преддверии рассвета.

Решив, что можно еще немного поспать, Фейн откинулся спиной на подушки. Но внутренний голос твердил, что нужно немедленно встать и одеться. Перед глазами Фейна снова возникли картины только что виденного сна. Голос камней эхом отдавался во всем его усталом теле.

Фейн вздохнул и попытался рассмеяться при воспоминании о странном, диком сне. Но это ему не удалось. К своему величайшему удивлению, он вдруг почувствовал, что продолжает жить в тех непонятных, болезненных грезах.

Наконец он встал, надел серые вельветовые брюки, белую рубашку, черный свитер и босиком прошел на кухню. Взглянув мимоходом в зеркало, Фейн вдруг обнаружил, что одет в цвета тех самых цапель, которые являлись ему во сне, — черный, белый и серый. Тряхнув головой, Фейн постарался отогнать от себя ночные видения. Сейчас надо думать о другом. Собираясь на назначенную Кейрой встречу, он должен быть уверенным, что все будет сделано по справедливости. Никакого плутовства со стороны Кейры или ее личного адвоката он просто не допустит.

И опять ему показалось, что он слышит голос камней. Но ведь этого не может быть! Ведь он находится дома, в своей собственной благоустроенной квартире.

За окном с шумом проехал грузовик. Голос камней тут же пропал. Фейн улыбнулся, почувствовав, что какая-то страшная тяжесть свалилась с его плеч. Открыв тостер, он вынул два ломтика поджаренного белого хлеба, намазал его маслом и, положив сверху кусочек мармелада, отправил в рот.

И все же видения минувшей ночи не оставляли его. Чтобы объяснить их, не надо было быть психоаналитиком. Фейн не сомневался, что Камни Пенды — это олицетворение Кейры Уэсткомб. Она хочет его, а он — ее. Поэтому их обоих и тянет туда как магнитом. Но вместе с тем Кейра стремится одержать над ним победу в борьбе за отцовское наследство. Отсюда его ощущение беспомощности и отчаяния.

Но как только проблема с исчезнувшим завещанием будет разрешена, он сможет наконец сказать свое последнее «прости» отцу, а затем… Затем…

Кейра.

Что-то кольнуло ему в сердце. Где-то глубоко в душе он вновь ощутил зов Камней Пенды. Причем настолько властный, что Фейн подумал, что грезит наяву. Но нет. Ничего подобного. Он находится в ясном уме и твердой памяти.

Фейн выругался про себя, взял с плиты уже готовый завтрак и поставил на стол. Потом сел, поднес ко рту первый ломтик поджаренного хлеба, но затем медленно положил обратно на тарелку. Он вспомнил, как впервые увидел Камни Пенды. Тогда он решил попозже осмотреть их более внимательно и уехал. В тот день Фейн инстинктивно почувствовал, что время для знакомства с камнями еще не пришло. Камни еще не хотели его.

Он раздраженно тряхнул головой, желая освободиться от ночных видений. Подошел к окну и отдернул занавески. На улице все было уже окрашено унылым серым цветом. Шеренга оранжевых уличных фонарей неясно просвечивала через туман наступающего дня.

Фейн задернул занавески и присел на подоконник. Неожиданно он почувствовал острое желание выйти на улицу.

В душе обзывая себя дураком, он спустился в холл, натянул на ноги теплые сапоги, надел зимнее пальто и через несколько секунд уже был за дверьми своего дома. Открыв ворота гаража, он выкатил свой «ягуар» и сел за руль.

Фейна не очень удивило, что он почти машинально направил машину в сторону Верхнего Раушема. Сначала он нахмурился, вновь проклиная себя за слабость, но затем от всей души рассмеялся. В своей жизни он, наверное, делал и куда большие глупости, нежели эта поездка в семь часов утра через густой туман на услышанный во сне таинственный зов. И все же это отдавало каким-то безумием!..

Кейра задержала дыхание, пытаясь не чихнуть. Она стояла в аллее ореховой рощи и смотрел; издали на Камни Пенды. И ее не в меру чувствительный нос остро реагировал на свежий воздух.

Постояв еще несколько минут, она вышла из рощи на поле. Было около половины восьмого утра. Рассвет уже наступил. Но день обещал быть пасмурным. Впрочем, как раз это Кейре сейчас и требовалось. Все ее мысли были заняты предстоящими судебными тяжбами. А потому настроение оставляло желать лучшего. И даже если бы сквозь низкие облака проглянуло солнце, понадобилось бы много времени, чтобы вернуть ей хорошее расположение духа.

Кейра направилась прямо через поле, желая пройти цепь камней и посмотреть на них с другой стороны. Кроме того, надо было взять пробу воды в реке. Соответствующий прибор для подобной операции лежал у нее в кармане.

Как раз в это время Фейн, припарковав машину на окраине деревни, стал подниматься по склону холма, откуда начиналась узенькая тропа к Камням Пенды. Чувствовал он себя довольно странно. Его пробирала непонятная дрожь. И хотя он уверял себя, что виной тому утренняя изморось и холодный туман, он лукавил. Причина заключалась совсем в другом.

С той минуты, как Фейн проснулся, его не покидало ощущение чего-то… неизбежного. Он думал о том, что жизнь фактически уже наполовину прожита и пора начать подводить первые итоги. Да, он много работал, заработал столько денег, сколько большинству людей и не снилось. Одним словом, Фейн Харвуд добился успеха.

Он любил женщин, а они любили его. Многие из них гордились тем, что могут назвать его своим другом. Фейн для себя решил, что неудачный брак с одной женщиной не должен озлобить его на всю жизнь. И преуспел в этом. Даже когда его отец женился на женщине, годившейся ему во внучки, он на первых порах воспринял это довольно спокойно, несмотря на сомнения. Нет, ему не в чем было себя упрекнуть. Он сумел устроить себе хорошую жизнь и верил, что подкрепил ее разумной философией.

Все это продолжалось до того дня, когда Фейн Харвуд вошел в церковь и стал свидетелем бракосочетания своего отца. И вот сегодня странный сон, в который он до сих пор не мог поверить, заставил его примчаться ни свет ни заря, несмотря на холод, на это мрачное поле.

Фейн быстро взобрался на холм, откуда открывался вид на Камни Пенды. Он остановился на минуту, почему-то не решаясь идти дальше. Но тут же вспомнил о таинственном голосе, которым с ним во сне разговаривали камни, и направился по узкой тропинке прямо к ним. Однако чем ближе Фейн подходил к угрюмым валунам, тем сильнее у него от волнения кололо под ложечкой. Это ощущение не было неприятным. Или пугающим. Просто… он шел к ним.

Казалось, камни приветствовали Фейна. Приглашали к знакомству. Он подошел к первому валуну и остановился. Камень оказался высотой с него. На нем не было лишайника, который видел Фейн во сне. Эта разница между сновидением и реальностью заставила его улыбнуться.

Фейн протянул руку и дотронулся до камня. Он был шершавый и холодный.

— Ну, здравствуй, — сказал Фейн.

Сделав еще один шаг вперед, он очутился в центре каменного кольца в густом как сметана тумане…

Кейра подошла к древним валунам с другой стороны. Там возвышался самый большой из камней. Его высота была никак не меньше семи с половиной метров. А подножие окутывал плотный туман. Она замедлила шаги. Мрачный седой великан навевал на нее необъяснимое волнение. Неожиданно Кейра увидела совсем близко от себя очертание человеческой фигуры. Человек был высокого роста и явно могучего телосложения. Кейра определила это даже сквозь завесу тумана. Сердце ее ушло в пятки.

Пенда! — мелькнула в голове страшная мысль.

Но она тут же опомнилась и рассмеялась: откуда здесь было взяться умершему несколько столетий назад королю?! В духов же и привидения Кейра не верила. И все же в двух шагах от нее четко вырисовывалась чья-то фигура…

Фейн! — мелькнуло в голове у Кейры. Сердце ее готово было выскочить наружу. Кейра сделала шаг назад. Но было поздно. Слишком поздно…