- Рита! Рита! - бросает свою измученную картошку Алешка и подбегает к сестре, та опускается на корточки и целует брата, - ты поиграешь со мной в футбол? - он трогает ее выбившую прядь волос с детской нежностью.

- Леш, давай завтра? - она также нежно гладит его по голове.

-Давай! - легко соглашается Алешка, - а ты мне почитаешь маленького принца? - спрашивает он тут же.

- Обязательно перед сном, - обещает Рита, встает и выходит из кухни, Лешка бежит за ней следом.

- Боже она просто чудо, - выдыхает Анна Ивановна, садясь рядом с профессором.

- С этим трудно поспорить, - отзывается он.

Но я бы поспорил. Разве что чудо выглядит, как чучело?

За ужином все хвалят мою стряпню, кроме этой девчонки, она опять в своей дурацкой желтой футболке, видимо специально, давая мне понять, что ее не задели мои красноречивые взгляды вчера. А жаль, я старался. Она выглядит крайне расстроенной и не поднимает взгляда от своей тарелки, ковыряясь вилкой в голубцах. Может, ее бросила подружка? Если она лиси, я бы многое понял. И возможно бы понаблюдал за примирением... И, кажется, я слишком много думаю о ней.

-...Микаэл?

Я смотрю на профессора, похоже я пропустил разговор с моим участием. Черт.

- М? - издаю я.

- Юра говорит, что ты исправишь беседку, которую сломал, - говорит Анна Ивановна, и я удивляюсь, почему внучка не берет пример с нее. Она просто неотразима, даже для своих лет, а уж в молодости, я думаю, давала жару, - это хорошо, поскольку Лидия моя подруга по литературному клубу.

- Труд делает человека человеком, - подражая Юрию Викторовичу, говорю я, - вы меня убедили с первых слов, проф.

- А кто такой проф? - спрашивает мелочь.

- Спроси у Микаэля, - предлагает Юрий

- Кто такой проф? - послушно спрашивает меня Алешка.

- Совесть на моем левом плече, чувак, - говорю я, и, вижу, как губы профессора под усами складываются в улыбку. Я кидаю взгляд на девчонку и встречаюсь с ее серыми глазами, и она быстро отводит их. А мне на наносекунду интересно, что же скрывается за этой безразмерной футболкой.

- Я уберу со стола, - встает Рита, когда все покончили с ужином. Лично я совсем не против, поэтому тоже встаю.

- Всем добра, - говорю я и ухожу наверх, в свою комнату. Надо признать, что эта не совсем то, что я ожидал увидеть внутри одного из домов в 'Изумрудном'. Это очень странная, любящая и дружная семья. И ещё чуть-чуть и я начну срать бабочками от умиления.


Выходные прошли, словно серые будни. В субботу мы с девчонкой помогали старой леди в кафе, я возился в подсобке, а профессорская дочь, то на кухне, то в зале. Мы с ней особо не пересекались. Впрочем, в воскресенье с утра ее вообще не было, но в четыре часа она пришла. Можно сказать, мы были вместе все выходные и не пересекались. Мне не понравилось здесь работать, тем более за это мне не платили, но выбора не было, пришлось выполнять поручения Анны Ивановны, у которой они, кажется, никогда не кончались. Хорошо, что через четыре недели я буду свободен.


Утро понедельника наступает с противного звонка будильника возле моей головы. Я открываю глаза и смотрю на эти чертовы маки, каждый раз, как первый. Ну что ж, сегодня первый раз в первый класс. Я слышал, что этот лицей считался одним из лучших, и славился сильными учителями и железной дисциплиной. И конечно, там учатся много богатых цыпочек, надеюсь, что они и вполовину не такие, как профессорская дочь.

Я, подтягиваясь, выхожу из своей комнаты и натыкаюсь лицом к лицу с Ритой. Она только вышла из ванны в махровом синем халате до пят, с небрежным пучком на затылке. Она с изумлением осматривает меня, словно я приведение. Или все потому что, на мне ничего нет кроме боксеров.

Затем ее взгляд останавливается на тату на моем левом боку. Это надпись на латыни, она начинается у резинки боксеров и продолжается под ними до середины бедра. Возможно, у меня давно не было девчонки, но мое тело готово реагировать на этот взгляд.

- Хочешь потрогать? - я поднимаю одну бровь и слегка наклоняюсь к ней, она вздрагивает и моментально ее щеки вспыхивают. Она качает головой.

- Н-нет, спасибо, - говорит Чита, и поспешно удаляется. А я, тихонько смеясь, захожу в ванну. Это значительно поднимает мне настроение.

В лицей нас подвозит Анна Ивановна, на красном 'Ниссан Жук'. Перед выходом профессор пожимает мне руку и тихо говорит, так что слышу только я: ' Помни о доверии. Так что не делай глупости'. Черт возьми, это какие-то магические слова, потому что чувствую я себя неловко. А я в принципе забыл, что это за чувство. Когда Анна Ивановна останавливается напротив золоченых ворот, словно это какой-то Версаль, по меньшей мере, мы с Ритой выходим.

- Хорошего дняяя! - кричит нам Лешка, высунув свой качан из окна, и откуда он набирается этого дерьма? Я бросаю взгляд на девчонку рядом, которая ему в ответ улыбается и машет рукой. Когда мы заходим во двор, я вижу любопытные взгляды на нас. Черт, здесь много симпатичных цып, так что моя программа не будет такой скучной, это прям воодушевляет. Я не забываю послать несколько улыбок симпатичным мордашкам. А что профессор сам сказал, что надо подстраиваться под любые ситуации. А он вроде умный мужик.

- Привет! - к нам подходит длинноногая симпатичная девушка с короткой стрижкой и зелеными, слегка вытянутыми глазами. - Это он?

Ого, обо мне, похоже, уже сплетничали.

- Это я, - говорю я, Рита кидает осуждающий взгляд на подругу. Интересно она расскажет, что утром испытала оргазм, увидев меня без одежды. Я ухмыляюсь этой мысли.

- Это Кира, это Микаэл, - выдыхает профессорская дочь.

- И сегодня вечером я весь твой, - говорю я.

- Ух ты! Мой парень и я чрезвычайно этому рады, - выдает Кира, она вполне в моем вкусе, хотя формы не столь выдающиеся, - и если что, его придется подождать, их на борьбе часто задерживают.

- Я понял, - говорю я.

-Я надеюсь, - отзывается она. Рита отводит меня к директору и остается в коридоре ждать. Как мило. Возможно, когда я выйду, она ещё и под руку меня возьмет, словно мамочка. И во что я только вязался?

Кабинет директора немного больше, чем мог быть, он весь отделан красным деревом, а в огромном кожаном кресле восседает царь этого государства. У него седые волосы, обрамляющие лысину, небольшой рост, он слегка в теле. Его темные глаза изучают меня словно просвечивающим лучом. Годы тренировок видать. Я протягиваю ему бумаги и разваливаюсь на стуле напротив.

- Микаэл Самсонян, - читает он и вновь поднимает глаза на меня.

- Именно так.

- Я Родион Петрович директор этого замечательного лицея, - он слегка хмурится, - я хочу, чтобы ты знал, что я против твоего нахождения здесь, но здесь задействованы люди выше меня.

Он делает паузу, но я молчу, удивляясь внутри себя, зачем это нужно профессору, и кто он черт его подери.

- Я знаю, что ты эм...трудный подросток, но Юрий Викторович уговорил меня, что с тобой не будет проблем...И я надеюсь, он не зря в тебя верит, в противном случае, ты сразу же будешь исключен.

Черт, опять это доверие. Какое нахер доверие?! Не нужно мне доверять, я подведу!

- ...и учти у меня в стенах этой школы все под контролем, и поверь, я буду следить за каждым твоим шагом.

Он мне наскучивает, он пытается меня запугать, но если бы он встретил меня вне этой школы, не думаю, что он был бы так крут.

- ...и еще ты будишь каждую неделю сдавать мочу, на проверку наркотиков.

Интересно все ученики проходят эту проверку, готов поспорить, что половина этих дитишек не раз пробовали эту дрянь.

- Так я думаю, ты все понял, - он слегка щурит глаза.

- Безусловно - заверяю я, не меняя позы.

- Ты занимался спортом?

- Нет, - отвечаю я. Ещё не хватает мне попасть в кружок.

- Так ладно, выбора у тебя все равно нет, раз ты учишься в этой школе, даже если всего и месяц...Ниночка, - он нажимает на селектор.

- Да, Родион Петрович, - отзывается секретарь.

- На каком доп. факультативе есть места.

Через аппарат слышится щелканье клавиатуры

- Осталось места Мамедова в баскетболе, и театр, - сообщает, наконец, Ниночка, директор некоторое время смотрит на меня, будто что-то решая внутри себя.

- Запиши Микаэля Самсонян на баскетбол.

- Хорошо.

- А какой предмет тебе нравится кроме физкультуры? - спрашивает меня Родион Петрович. Ну, естественно, если я так выгляжу, значит кроме как висеть на брусе ничего меня не должно интересовать. Я пожимаю плечами. Зачем кого-то разочаровывать?

- Разве может быть что-то лучше этого урока, - говорю я. Но директор начинает просматривать бумаги и его брови удивленно ползут вверх.

- У тебя хорошая успеваемость, и по математике имеешь 'отлично'... как ты относишься к тому, чтобы изучит этот предмет более углубленно?

Математика действительно мне нравится, это реально было здорово искать решения и выводить формулы, в поисках правильного решения. И я могу это делать хотя бы на листе бумаге, если не выходит в жизни. Но я вновь пожимаю плечами.

- Ладно, - директор снова нажимает на кнопку, - Ниночка, Микаэл Самсонян факультатив математика, офорьмь, пожалуйста.

- Хорошо, Радион Петрович - отвечает секретарь, снова что-то набирая на клавиатуре. Директор отключается. И что за фигня? Куда я попал? Что за факультатив? Доп. факультатив?

- Ну что, добро пожаловать, Микаэл. Думаю, Рита тебе поможет и познакомит со школой, так что пока ты свободен.

Я выхожу из этого кабинета и натыкаюсь на Читу, поджидающую меня.


Маргарита.


После кабинета директора Микаэл не выглядит счастливым. В принципе, сколько я его знаю, он вообще никогда не выглядит таковым. Довольным, ещё возможно, и то от самого себя.

- Все в порядке? - спрашиваю я.

- Нет, - отвечает он, и мы идем по направлению в класс, - что за херня эти факультативы?

- У нас такая система, сначала идут основные занятия, за ними дополнительны, которые называются факультативные, это изучение кого-нибудь предмета более углублено, а доп. факультатив, чаще всего спорт, - объясняю я, он внимательно слушает меня, а я вспоминаю его великолепное полуобнаженное тело. И это тату, интересно, что там написано. И столько шрамов. Никогда ни у одного человека я не видела столько отметин на теле. Некоторые едва заметны, другие более глубокие. Может папа ошибся, и этому парню не стоит доверять? Хотя кто ему доверяет?

Когда мы заходим в класс, там стихают голоса и все взоры обращены на новичка. Но его это, похоже, нисколько не волнует, потому что выглядит он так, словно море ему по колено.

- Какие люди! - слышим мы изумленный окрик. И кто бы мог предположить, что принадлежит он Марине. Я смотрю на своего спутника, он ей обаятельно улыбается, - Боже мой! Что ты тут забыл? - Власова слегка хмурит брови и бросает взгляд на меня.

- Мимо проходил, - отзывается Микаэл, все в классе в недоумении, и больше всех я, эти двое знакомы? И меня просто распирает от любопытства, откуда они знают друг друга. Я отхожу от Микаэля, и сажусь на свое место, думая, что уж с Мариной этот парень здесь не растеряется. И вообще трудно представить, что он может это делать.

- Ого, Зек и Стерва знакомы, - говорит мне Кира, ну прям капитан очевидность.

- Ого, - говорю я, - а мне все равно.

Кира внимательно смотрит на меня, затем откидывается на спинку стула.

- Ой, ли, - говорит она, и звенит звонок, возвещающий о начале урока. На самом деле мне неприятно, что Микаэл так улыбается этой Диве. А меня постоянно дергает и сомневается девочка ли я. Учитель географии начинает урок, Микаэл, естественно занимает место рядом с Власовой, я сама не знаю почему, но нервничаю по этому поводу. Интересно, она его видела в одних боксерах? Или она видела намного больше? Я пытаюсь не вспоминать офигенное загорелое тело.

- Эй, - пихает меня легонько Кира - ты куда улетела?

Я чувствую, что краснею, словно застуканная на чем-то неприличном.

- Просто, - отзываюсь я и больше стараюсь не смотреть на широкие плечи за третьей партой в среднем ряду.

- Интересно у них было что-нибудь, - говорит Кира, она даже не сомневается, что я пойму о ком идет речь, и я действительно понимаю, - и было ли это до отношений Власовой с Красавчиком или уже после, а?