«Просто он растерялся и не знал, как себя вести, – пыталась убедить себя она. – Все случилось так неожиданно, что любой бы на его месте растерялся… Рома думал, я сделала что-то не то, думал, что если я рассказала, что у меня на кастинге тут парень, то его не возьмут. Но вышло все наоборот… Но он же не мог этого предположить, вот и начал со злости на меня бочку катить. Но это ничего! Теперь-то все изменится! Самое главное, что нас взяли! Меня и Рому! А значит, все будет хорошо! Обязательно!»

11

– А почему вы сказали, что хотите запуститься с нашей четверки? – решила внести ясность молчавшая до сих пор Клава. – В Интернете же написано, что в шоу будут принимать участие семь пар.

– Забудьте про все, что написано в Интернете, – посоветовал Федор Михайлович. – У нас шоу без правил. И если честно, мы еще сами не знаем, сколько пар будет отобрано в окончательном варианте. Новые участники будут приходить к вам в дом постепенно, по мере того как мы их будем утверждать. Возможно, в итоге мы ограничимся пятью парами, а может быть, семью, посмотрим. Но начнем с вас.

– Теперь о самом шоу и о его названии, – воспользовавшись паузой, взял слово Игорь. – Это необычный проект, в чем вы, наверное, уже успели убедиться, и три буквы, которые составляют его название, расшифровываются не только как «Жизнь замечательных ребят»… Аббревиатуру «ЖЗР» можно читать еще и вот как: «Ж» – жадность, «З» – зависть и, наконец, «Р» – ревность. Три наиболее распространенных человеческих порока. Открою вам секрет, на этом мы не собираемся останавливаться. Через полгода планируется запустить проект «ЛТП»: «Ложь, трусость, предательство», ну и так далее, все в таком же духе.

На лицах ребят появилось недоумение. Игорь сделал вид, что не заметил этого.

– Итак, – продолжал он как ни в чем не бывало. – Это шоу – провокация, шоу – проверка на вшивость, как угодно можете назвать. Поэтому вы должны быть готовы ко всему, к любым, самым невероятным заданиям. Правила по ходу дела будут меняться. Это тоже важно понять. Причем меняться они могут круто. Поэтому выражения типа «это не по правилам!», «мы так не договаривались!» можете сразу забыть… И еще: история, в которую вы намерены ввязаться, непростая история, возможно, вы выйдете из нее лютыми врагами, и к этому нужно быть готовыми. Но если вы этого не хотите, если вы боитесь разочароваться в своем друге, подруге, в любви и так далее, то еще не поздно отказаться, потому что мы намерены приложить максимум усилий, чтобы вызвать у вас именно эту реакцию – разочарование. Это мягко говоря. А если говорить откровенно, спровоцировать в вас такие чувства, о наличии которых некоторые из вас даже не подозревают.

Перед ребятами лежали отпечатанные на двадцати страницах экземпляры контракта. Вчера все четверо прошли медицинскую комиссию, специальный психологический тренинг и теперь должны были внимательно прочитать текст контракта, прежде чем поставить под ним свои подписи. Вернее, самостоятельно подписать контракт могли только двое – Роман и Николай, потому что им уже исполнилось восемнадцать лет. Каркуша же и Клава должны были отнести контракты родителям, чтобы те поставили под ними свои подписи. Клава уже решила поехать с этой целью к отцу, потому что тот уже несколько лет как перебрался в Москву.

– Итак, ваше решение? – произнес Игорь, дождавшись, пока все прочитают контракт. – Прошу по одному, в том порядке, в котором сидите. Пожалуйста, Роман. – И Игорь в упор посмотрел на Рому таким взглядом, какого раньше ни Каркуша, ни Клава у него не видели.

Это был взгляд уставшего от жизни человека, уже испытавшего все, что только можно было испытать, и в результате не получившего от жизни ничего, кроме нечеловеческой усталости.

– Я согласен, – проговорил Рома и быстро расписался на своем экземпляре контракта.

– Замечательно, – прокомментировал его действия Игорь и перевел взгляд на Николая.

– А у меня вопрос возник. – Николай пролистал несколько страниц и ткнул пальцем, указывая на один из пунктов контракта. – Вот тут написано, что участники шоу ни при каких обстоятельствах не должны терять человеческого лица... Мне не совсем понятно, что имеется в виду. Тем более из того, что вы вчера сказали, лично я понял, что усилия организаторов шоу именно на это и будут направлены – заставить всех нас потерять человеческое лицо.

– Ты правильно понял, – усмехнулся Игорь. – И все же вы не должны будете его терять. Мы рассчитываем… как бы это лучше сказать… – Он наморщил лоб. – Рассчитываем… вернее, горячо надеемся на ваше сопротивление.

– Понятно, – без особого энтузиазма протянул Николай и подписал контракт.

– Ну, наших милых дам я мучить не буду. А впрочем… – Он на секунду замолчал, потом как-то странно дернул головой и проговорил медленно и четко: – Хотите ли вы по-прежнему после всего, что услышали от меня, участвовать в шоу «ЖЗР»?

– Хотим, – в один голос ответили подруги.

– Что ж, – Игорь устало провел рукой по лбу, как бы подводя этим жестом черту под разговором. – Завтра в двенадцать жду вас с подписанными контрактами. А в пятницу в три часа запускаемся. До встречи.


– Котенок, ты меня извини за вчерашнее, ладно? – Они сидели в кафе недалеко от станции метро «Алексеевская», куда решили отправиться вчетвером, чтобы отметить победу на кастинге, поверить в которую никто из ребят еще был не в состоянии.

То, что с ними произошло, было похоже на сказку, на чудо, и будущие участники шоу «ЖЗР» ощущали себя героями какого-то фильма, а не обычными людьми, сидящими за пластиковыми столиками реального, ничем, надо сказать, не примечательного кафе.

Каркуша молча размешивала ложечкой кофе. Она совсем не обижалась на Рому и была счастлива от того, что невольно, пусть даже не желая того, помогла ему оказаться в числе участников шоу.

– А я не сержусь. С чего ты взял? – Каркуша наконец подняла глаза на Рому.

– Не, ну я так конкретно наехал на тебя… Но просто все так неожиданно произошло…

– Я понимаю, – улыбнулась Каркуша и предложила: – Давай забудем?

– О чем? – Клава с силой стукнула ложечкой по пластиковой поверхности стола. – О чем ты предлагаешь забыть? О том, что, если бы не ты, этих двоих и духу не было бы на шоу? Или о том, что он, – Клава злобно сверкнула глазами в сторону Ромы, – готов был тебя с дерьмом смешать при посторонних людях?

Каркуша знала, что Рома с первого взгляда не понравился Клаве, и все ее старания переубедить подругу вчера вечером не дали никакого результата.

– Послушайте, – осторожно начал Николай, он вообще по большей части молчал, отчего, возможно, и производил впечатление скромного, а главное, спокойного человека. – Мы еще не попали туда, а уже собачимся… Представляете, в кого мы превратимся через два дня, если все, чем грозил нам этот блондин, окажется правдой? Вам не кажется, что мы уже начали терять свои лица, в смысле, человеческие?

– Коля прав, – сказала Каркуша. – И потом, я в самом деле не обижаюсь на Рому, потому что все понимаю…

– Спасибо, котенок, – тихим, проникновенным голосом произнес Рома и с такой нежностью посмотрел на Каркушу, что у той на миг перехватило дыхание.

– Ах ты боже мой! – Клава чуть не поперхнулась кофе. – «Спасибо, котенок!» – передразнила она Рому и, презрительно фыркнув, уставилась на стеклянную дверь.

– Клав! – Катя умоляюще сложила на груди руки. – Перестань!

– Да противно! Это же сплошное лицемерие! – и не думала успокаиваться Клава. – Не понимаю, как ты этого можешь не замечать!

– Блин! – Рома отодвинул от себя чашку. – Где ты выкопала такую подругу? Слышь, девочка… – обратился он к Клаве, подавшись вперед. – Если ты не прекратишь ко мне цепляться…

– То что? – перебила Клава. – Что ты мне сделаешь? Морду набьешь?

– Рома! – Каркуша уже чуть не плакала. – То, что мы понравились комиссии, полностью заслуга Клавы… Потому что именно она придумала наш номер. Так что мы все здесь, если называть вещи своими именами, исключительно благодаря моей подруге.

– Не согласна! – тряхнула густыми русыми волосами Клава. – Ты тоже не ударила в грязь лицом на кастинге… Придумать мало, нужно еще и исполнить. Верно?

– Ребят, – снова вклинился Коля. – Давайте не будем выяснять, кто из нас самый крутой! Если честно, мне даже страшно подумать, что мы будем делать, когда эти телевизионщики начнут нас раскручивать на всякие там ревности, жадности и прочие пороки… Вы только представьте, что нас ожидает! Мы должны держаться друг друга, мы должны постараться стать командой, а вместо этого мы выясняем, кому надо в ножки кланяться и говорить спасибо! Так или иначе, но все мы вчетвером попали на шоу, какой смысл в этих гнилых разборках? Вот если вы меня сейчас спросите: «Колян, ну ты вообще рад, что попал на это шоу, рад тому, что завтра о тебе узнают миллионы людей, будут смотреть на тебя, болеть, переживать и все такое?» – я отвечу: «Почему-то я не рад». Вот вообще не рад. Конкретно не рад. Особенно после той речухи, которую тот чел ясноглазый толкнул. Не, я все понимаю, – уныло продолжал Коля, – что контракт уже подписан и все такое, что поезд ушел, что если я сейчас забью на это на все, упрусь рогом и скажу: «Не пойду ни на какое шоу, хоть вы меня на кусочки режьте!» – то этим я вам троим весь кайф обломаю. Я это к чему все говорю? – Он медленно обвел взглядом всех присутствующих: – Мы теперь, ребичи, в одной упряжке скачем! Как ни крути. И пока кого-то из нас из этого шоу не выпрут на фиг, это будет так, и никак иначе.

12

– И куда же вы смылись со своим Ромой? – спросила Клава, едва Каркуша переступила порог квартиры.

– Просто вдвоем побыть захотелось. А что такое? – В голосе Кати проскальзывали агрессивные нотки.

Как только они вышли из кафе, Рома сжал Каркушину руку и, обдав ее ухо горячим дыханием, прошептал:

– Котенок, а давай сбежим куда-нибудь? Вдвоем, только я и ты?

Не раздумывая, Катя согласилась. Они поехали в Сокольники, гуляли по парку, целовались, останавливаясь почти возле каждого дерева. А потом сидели на скамейке и ели мороженое, и Каркуше казалось, что это было самое вкусное в ее жизни мороженое. Рома еще несколько раз пытался вернуться к тому разговору, просил извинить его за грубые и несправедливые слова, называл себя последним кретином, но Катя мягко напоминала: «Договорились же забыть!» Потом, впервые за все время их знакомства, Рома проводил Каркушу до самого подъезда. Он даже вошел внутрь, и они еще раз поцеловались долгим поцелуем, прежде чем сказать друг другу «до завтра».

– Могла хотя бы позвонить, – с легким укором произнесла Клава. – Что нам было думать? Секунду назад были тут, оборачиваемся, а их уже нет! И телефон зачем-то выключила… Вы что, боялись, что мы за вами увяжемся? Очень надо! Не могли, что ли, по-человечески все объяснить?

– Да ничего мы не боялись, Лавочка! – Каркуше сейчас меньше всего хотелось ссориться и выяснять отношения. В эту минуту она любила всех людей на Земле, даже незнакомых, и всем им желала счастья. – Не сердись на меня! Давай лучше покружимся! – И Каркуша, откинув назад голову, протянула вперед обе руки.

Однако Клава и не думала принимать это неожиданное предложение.

– Что с тобой, подруга? – настороженно спросила она.

– Рома признался мне в любви, – счастливым шепотом произнесла Каркуша и, часто-часто перебирая ногами, развела в стороны руки и закружилась прямо посреди прихожей.

– Понятно… – Клава даже не пыталась скрыть разочарования. – А раньше у вас что, об этом речи не было?

– О чем? – Каркуша остановилась и уставилась на подругу недоумевающим взглядом.

– Ну, я имею в виду, это что, произошло впервые? Ну, что он тебе в любви признался?

– Именно эти слова: «Я тебя люблю» – Рома действительно сказал в первый раз. Раньше это только подразумевалось, а сказано было впервые, – ответила Каркуша, направляясь в гостиную.

Кружиться ей уже не хотелось.

– А ты уверена, что раньше это подразумевалось? – Клава была по-прежнему настроена против Ромы.

– Ну что ты к словам все время цепляешься? – возмутилась Катя. – Уверена, не уверена! Когда речь идет о любви, разве можно быть в чем-то уверенным?

– А ты уверена, что речь идет о любви?

– Все, хватит! – топнула Каркуша. – Я люблю его, и прошу тебя оставить свою иронию для кого-нибудь другого.

– О’кей, – вяло пожала плечами Клава.

Надо было собрать вещи по списку, который, к слову сказать, включал в себя не так уж и много пунктов. Список же запрещенных на шоу «ЖЗР» вещей был куда более обширным: все без исключения продукты питания, сигареты, спиртные напитки, средства связи, видео– и аудиоаппаратура, взрывчатые вещества и много чего еще.


После того как первой четверке участников были представлены режиссер, продюсеры, редакторы, а также стилист и психолог шоу, Игорь, который, как выяснилось, оказался одним из продюсеров, объявил: