— Билли…

Она подошла к стоянке такси. Холодная английская сырость начала пробирать ее. Домой! Но она не хочет домой. Чтобы забыть о Трэвисе, ей надо продать коттедж и переехать в Лиидс. В Лиидсе есть лечебницы, и можно устроить маму в одну из них. Конечно, ей придется время от времени слышать о Трэвисе на деловых встречах, но она сделает все, что в ее силах, чтобы выбросить его из головы.

— Билли! Ради Бога, Билли, остановись наконец и выслушай.

Он схватил ее за плечо и притянул к себе. Волна жара обдала ее, жара и желания. Она обернулась, ее глаза извергали пламя.

— Зачем? — выкрикнула Билли. Боже, как она любит его и как ненавидит! — Зачем увеличивать ложь, Трэвис? Извини, но у меня нет ни времени, ни желания. А сейчас бегите скорей туда, где ждет любимая Клео.

— Клео и я…

— Все кончено? Все кончено несколько недель назад? — презрительно бросила она. — Да, Трэвис, я помню. С памятью у меня все в порядке. Вот только со зрением неважно. Близорукость. А теперь уходите и оставьте меня одну.

Да, я действительно не видела, добавила она про себя. Слишком хороший секс, но это лишь основополагающая биологическая функция, как еда, сон, плач, рождение детей. Дети. Она похолодела. Детей будет достаточно, чтобы заполнить дом к Рождеству, вспомнила она его слова. А что ей делать, если она забеременела?

На секунду она расслабилась, толкая тележку к концу очереди.

— Почему, Билли? — спросил он. — Почему ты не разрешаешь мне объяснить?

— Ты, оказывается, лгал, — сказала она. — О. Клео, о времени рейса. Если бы ты сейчас поклялся на Библии, что это Лондон, я бы и теперь тебе не поверила. Я верила тебе. — Она задыхалась от слез. — Но больше никогда я не смогу доверять тебе. Никогда, слышишь?

— Билли!

Она даже не повернулась, словно не видела и не слышала его.

— Я ошибался в отношении тебя, помнишь? А теперь ошибаешься ты. Если захочешь правды, ты знаешь, где меня найти.

Глава 19

— Почему, Анна? Почему ты не сказала мне?

Анна виновато пожала плечами, лицо ее сжалось от огорчения.

— Это не показалось мне важным, — объяснила она. — Теперь Трэвис часто уезжает на несколько дней. И когда он говорил про Штаты, у меня это никогда не ассоциировалось с Бостоном. Это так важно?

— Только для меня. Он застал меня врасплох. Занимался со мной любовью, врал мне, разбил мое сердце, — взволнованно объясняла Билли.

По крайней мере утешало одно: схватывающие боли внизу живота означали, что она не беременна. Но если ее тело функционировало нормально, то ум отказывался ей подчиняться. Трэвис. Она дышала им, любила его, ела, пила и спала с ним. Он заполнил все ее мысли. Дура, дура, дура, повторяла она про себя, потому что после того, что он с ней сделал, она все еще любила его.

Сейчас у нее не было даже работы, чтобы хоть чем-нибудь заполнить длинные пустые дни. Пустые дни, пустые ночи, пустая жизнь.

— Так какие у тебя планы? — спросила Анна. Они сидели в ее маленькой, но уютной кухне и ели суп с сандвичами. — Тебе сейчас нужна работа, я думаю.

Билли перестала гладить Смаджа, который свернулся у нее на коленях. Она знала, что негигиенично держать кота на руках во время еды, но она нуждалась сейчас в чем-то теплом и осязаемом, чтобы как-то успокоить свои истерзанные нервы. Смадж начал тыкаться своим влажным носом в ее ладонь, заставляя ее продолжить приятные для него ласки.

— Вернуться работать на Гиддингсов? — спросила Билли с негодованием. — Вообрази себе лицо Трэвиса, если я в понедельник утром появлюсь в его офисе и попрошусь к нему на работу.

— Не понимаю, почему бы и нет, — размышляла Анна. — Ты не сделала ничего плохого. И Трэвис говорил… — Она замолчала в смущении.

— Что говорил? — осторожно спросила Билли.

— Что, если тебе нужна рекомендация, ты только попроси.

— Ну уж нет! Я не буду просить ни у Трэвиса, ни у Гиддингсов, — мрачно заверила Билли. — Проживу как-нибудь, пока не получу деньги тети Джейн. Как мама? — спросила она, резко меняя тему разговора. Она еще не успела посетить лечебницу, так как накануне вернулась поздно.

— С Марианной, кажется, все хорошо. Она стала понимать гораздо больше вещей, и доктора настроены весьма оптимистично. Я не говорила тебе раньше, Билли, потому что не хотела тебя напрасно обнадеживать, но если улучшение будет продолжаться, то нет реальных противопоказаний для ее возвращения домой.

Дом. Он нужен именно сейчас, когда Билли задумала продать его. Именно сейчас, когда она решила переехать в Лиидс. Человек предполагает, а Бог располагает. Ну что ж. Она подавила вздох. Придется пересмотреть свои планы.

Она оставила Смаджа у Анны и заказала себе номер в единственном приличном отеле Фелбрафа. Она не могла сейчас поехать в свой коттедж. Она поедет туда утром, когда Трэвис будет на работе, чтобы побродить по любимому дому и саду без опасений, что за ней подглядывают. А он мог подглядывать, несмотря на возведенный несколько месяцев назад забор от котов.

Теперь, благодаря наследству тети Джейн, она могла бы отделать свой коттедж так, как она делала это для других, покрасить его снаружи. Могла нанять кого-нибудь ухаживать за садом.

Да, наследство тети Джейн… Вполне достаточное, чтобы не работать. И едва ли достаточное, чтобы организовать собственное дело. Тетя Джейн знала о состоянии здоровья сестры и о положении дел в Фелбрафе и позаботилась о том, чтобы сделать жизнь Марианны полностью обеспеченной. Но что делать с деньгами? — эта мысль постоянно крутилась у нее в голове.


— Как мне начать свое дело? — возмущалась Билли, беседуя с Анной спустя несколько недель. — Всесильный Трэвис Кент может просто втоптать меня в землю.

— Сейчас ты невротик.

— Не невротик, а реалист.

Анна покачала головой. Ее серые глаза были полны сострадания.

— Эти проклятые Гиддингсы… — не унималась Билли.

— Да, я знаю. Меня та история также затронула, помнишь? Но не это явилось первопричиной. — Она расставляла чашки в сушильном шкафу и в рассеянности уронила полотенце в мойку, полную воды. — Ох, Билли! — Анна взяла стул и подсела к девушке. — Я думаю об этом уже давно, но я не могла выдать секрет твоей мамы. А теперь Марианне становится лучше. Столкновение с прошлым — это часть ее лечения, и она согласна со мной, что пришло время все тебе рассказать.

— Рассказать? Что рассказать?

— Правду. Правду о Гиддингсах. Ты не можешь обвинять Гиддингсов, Билли.

— Но…

— Нет, послушай, — мягко умоляла Анна, взяв девушку за руку. — Ты была молодой и идеализировала отца. У мамы не было сил разрушить твои иллюзии. Но теперь ты достаточно взрослая, чтобы это услышать. Твой отец сам потерял компанию, Билли. Пьянство, азартные игры, нелепые идеи — все это привело к непоправимым ошибкам. Предложение Гиддингсов было даром Божьим. Когда Ричард снова все проиграл…

Он не мог жить с таким позором, про себя добавила Билли. Где-то в глубине сознания она всегда догадывалась, что за самоубийством отца стояло что-то большее, чем потеря семейного дела. Бедная мама, бедный папа! И бедная Анна, выслушивавшая столько лет без единого упрека полные злобы, необоснованные обвинения в адрес Гиддингсов.

Она заставила себя улыбнуться Анне, удивительной Анне, которая так старалась уберечь ее от превратностей жизни.

— Я могу теперь понять, почему ты не возражала против работы на Гиддингсов, почему с легкостью предала меня, снова вернувшись на работу к ним, когда я свое место потеряла.

— Предала тебя?

— Тогда мне так казалось, — пояснила Билли. — И еще более обидным было то, что я услышала эту новость даже не от тебя.

Но если она ошибалась в отношении Гиддингсов, обвиняя их в трагедии своей семьи, то в отношении Трэвиса она абсолютно права. Разве она не видела доказательство собственными глазами — его вместе с Клео?

— Итак, как дела у Гиддингсов? — заставила себя спросить Билли.

— Прекрасно. Отделочные работы уже закончились. Я потружусь еще несколько недель, а затем думаю уйти на пенсию, на этот раз по-хорошему. Трэвис без меня может обойтись. — Анна помолчала. — А вот тебя ему недостает.

— О, конечно! — Билли чуть не подавилась кофе.

— Да, это действительно так, — уверенно добавила Анна. — Трэвис потерял хорошего дизайнера, не говоря уже о своем заместителе. Он полагался на тебя, Билли. Он доверял тебе.

Доверял ей? Ну уж нет. Ничего не проверив, он обвинил ее в предательстве и вышвырнул вон. Он доверял ей не больше, чем Билли теперь доверяет ему.

— Ты имеешь в виду, что он все еще не нашел заместителя? — удивилась она.

Анна покачала головой.

— Он не говорит об этом, но я ручаюсь, что он взял бы тебя назад завтра же. — Она помолчала с задумчивым выражением лица. Билли хотелось бы знать, что пронеслось в этот момент в ее голове. — Почему бы не предоставить ему эту возможность, Билли?

— Я бы предпочла голодать, — оборвала ее девушка. И добавила: — Спасибо Анна, но нет. Когда ты уйдешь на пенсию, Трэвис справится и без нас.

— Хм. Думаю, справится. Он работает слишком много, день и ночь. Словно его подгоняют демоны.

Ну что ж. Будем надеяться, что это те же самые демоны, которые мучают меня каждую ночь, со злостью подумала Билли. Она была почти польщена.

— Он не давал объявления? О помощнике, я имею в виду? В конце концов, это перспективная работа. Там не может быть недостатка в предложениях яркой, подающей надежды молодежи.

— Предложений молодых и подающих надежды целый почтовый мешок, — согласилась Анна. — Но один Бог ведает, чему их теперь учат в этих колледжах. Их взгляды похожи как две капли воды.

— У меня идея! — воскликнула Билли, будто что-то ударило ее. Она помолчала, додумывая мысль до конца, затем широко улыбнулась. — Анна, ты чудо!

Все последнее время она крутилась как белка в колесе. Но ей необходимо было что-то делать, чтобы заполнить время, — долгие часы днем, нескончаемые часы ночью. К тому же ей надо было утомлять себя, чтобы поспать хоть немного ночью. Вложив все свои силы в коттедж, она снова превратила его в дом, которым можно гордиться. Дом нужен для ее мамы, которая скоро настолько окрепнет, что будет приезжать на уик-энды, как уверяют доктора. Затем Билли переключила свое внимание на наследство тети Джейн и на свое будущее.

Ее будущее. Это особый план Билли Тейлор. Трэвис зачахнет от тоски, злорадствовала она, представляя свой план в действии. И тогда берегитесь, Гиддингсы. Потому что Билли Тейлор собирается добиться успеха.

Глава 20

Поздравление ко дню рождения? Вряд ли, ибо ее день рождения в июне. А так как о новости еще не объявлено, то слишком рано для поздравлений. Но в самом деле письмо, поняла Билли, поднимая конверт с коврика. Четко отпечатанные ее имя и адрес, проштемпелеванная почтовая марка — штемпель, похоже, Йоркский. Билли пожала плечами и вскрыла конверт. Из конверта выпала открытка.

Правление и персонал компании Гиддингсов приглашают мисс Уилму Джейн Тейлор в «Свифт-отель» в Йорке для двойного чествования: по случаю шестидесятилетия мисс Анны Миллер и ее выхода на пенсию. Дата и подпись. А ниже кто-то (Трэвис, поняла Билли, и буквы поплыли у нее перед глазами) дописал от руки постскриптум: Пожалуйста, приходи, Билли. Мы не можем позволить Анне огорчаться в такой особый для нее день. Трэвис. Не «с наилучшими пожеланиями, Трэвис». Или «с любовью, Трэвис». Только «Трэвис». А почему бы и нет? Он никто для Билли, она никто для него. Но умный Трэвис догадался. Потому что Трэвис знал, как Билли может среагировать. Он нашел именно те слова, чтобы она пришла. Разве она могла позволить Анне огорчиться из-за нее? Неужели он действительно так хорошо ее знает? — удивлялась она, и эта мысль тревожила.


Она вошла в зал одна, ее глаза пробежали по присутствующим. Она опоздала, но лучше поздно, чем никогда. Ей пришлось вести решительную борьбу с собой. С одной стороны, мучительно провести вечер в одном зале с Трэвисом, видя, как они с Клео перешептываются, танцуют, склонив головы друг к другу. С другой — невозможно позволить Анне огорчиться.

Билли увидела Анну в центре собравшихся и сразу же подошла к ней.

— Билли! — Лицо Анны сияло. — Я уже думала, что ты не придешь.

— С днем рождения! — Девушка крепко обняла свою крестную. — Не приду? Нет. Это было исключено. — Трэвис действительно знал ее лучше, чем она себя. — И со счастливым уходом на пенсию, — добавила она с улыбкой. — На сей раз это приятное событие, правда?

— Если только одна молодая леди не будет нуждаться в моих услугах. — Анна красноречиво приподняла бровь. — Слухи распространяются невероятно быстро, Билли. Не пора ли твоей крестной матери узнать секрет?