Остановившись в двух футах от нее, Саймон жестом показал на расстилавшееся перед ними пространство:

— Похоже, вы бросили вызов всему свету.

Он встретился с ее взглядом. На его лице отражались противоречивые чувства: удивление, настороженность и неодобрение. Однако Саймон быстро справился с собой и вновь выглядел бесстрастным.

— Полагаю, вас вряд ли гдето поблизости ожидает грум или лакей?

Порция не собиралась обсуждать с ним эту тему. Рассеянно глядя по сторонам, она сказала:

— Превосходный день, вид просто изумительный. — После короткой паузы девушка добавила: — Я и не знала, что вы такой любитель природы.

Порция краем глаза заметила, как он скользнул взглядом по ее лицу, сунул руки в карманы и немного расслабился.

— Существуют такие создания природы, перед которыми я преклоняюсь.

Не требовалось слишком напрягать мозги, чтобы сообразить, на что он намекает. В прошлом Саймон иногда отпускал язвительные реплики… Сейчас же в ее ушах все еще звучали слова произнесенной ею клятвы.

— Вы собрались на раут в ГлоссапХолл? — спросила она. Он ответил, с элегантной небрежностью пожав плечами:

— А куда же еще?

Саймон повернулся. Он слышал ее клятву и вряд ли забудет о ней.

Порции вдруг захотелось оказаться как можно дальше от него.

— Я пришла сюда, чтобы побыть в одиночестве, — смело заявила девушка. — Теперь же мне придется уйти.

Она повернулась, но Саймон загородил ей дорогу. Его лицо посуровело, он едва сдерживался, чтобы не отчитать ее. Порция физически ощутила усилия, прилагаемые им, чтобы не сорваться, и это тронуло ее. С нарочито подчеркнутым спокойствием, которое больше походило на предупреждение, Саймон произнес:

— Как хотите. — Он отступил в сторону и приглашающим жестом предложил ей пройти вперед.

Проходя мимо него, Порция напряглась, по ее коже пробежали мурашки, словно Саймон и в самом деле излучал угрозу. Миновав его, она с напускным безразличием зашагала по тропе.

Стиснув зубы, он поборол в себе желание остановить ее, схватить за руку, вернуть назад — неведомо с какой целью. Саймон глубоко вздохнул и вышел на солнцепек. А затем последовал за Порцией по тропинке. Чем раньше она доберется до жилья, тем скорее закончится его путешествие. Он ехал от самого Лондона, его мучила жажда, и стакан эля был бы очень кстати.

Ему не составило бы большого труда догнать ее — шаг у него был широкий, однако он с удовольствием разглядывал девушку, пока она не могла этого видеть. Современная мода на платье в талию очень шла Порции, подчеркивая гибкость и стройность ее фигуры, округлость форм, длину ног. Яркоголубой оттенок прекрасно гармонировал с волосами цвета вороного крыла, темносиними глазами и светлой, почти прозрачной кожей. Ростом она была выше среднего. Если бы они встали рядом, ее лоб достигал бы его подбородка. Представив себя в данной ситуации, Саймон мрачно улыбнулся.

Достигнув вершины холма, Порция продолжила свой путь, и лишь тогда Саймон осознал, что бредет вслед за ней. Она обернулась, увидела его и остановилась, поджидая, пока он приблизится.

— Вы что, собираетесь преследовать меня до самого дома? — спросила она, сверкнув глазами.

Порция не сомневалась, что он делает это нарочно. В последний раз они виделись на Рождество, семь месяцев назад. Однако в то время в доме была масса народу, и Саймону не удалось потрепать ей нервы, чем он регулярно занимался с тех пор, как ей исполнилось четырнадцать лет. Похоже, это превратилось в его любимое занятие.

Он смотрел на нее в упор. В обманчиво мягкой голубизне его глаз чтото сверкнуло. Гнев? Решимость? Затем Саймон сурово сжал губы, обошел ее с обычной для себя легкостью и грацией, столь удивительной для такого крупного мужчины, и продолжил путь по тропе.

Повернувшись, Порция наблюдала за тем, как он, сделав несколько шагов, остановился там, где тропа раздваивалась. Он обернулся и снова встретился с ней взглядом.

— Разумеется, не собираюсь.

Он жестом показал вниз. Порция проследила за рукой Саймона и увидела на дороге его двуколку.

— Вас ожидает экипаж!

Он намеренно отрезал ей путь в ГлоссапХолл!

— Я собиралась вернуться.

— Измените решение. — Саймон продолжал гипнотизировать ее взглядом.

В его тоне слышалась типичная мужская надменность, дополненная вызовом, с которым она раньше не встречалась. В его позе не было открытой угрозы, однако Порция ни на минуту не усомнилась, что он непременно остановит ее, если она попытается проскользнуть мимо него.

На угрозы она обычно реагировала дерзко, демонстрируя независимость, тем более если она исходила от него, однако сейчас ею владели какието весьма сильные и непонятные ей эмоции. Она молча стояла, не отводя взгляда от его глаз, пытаясь одержать верх в привычном поединке, однако…

Чтото было не так.

Сколько времени прошло с их последнего противостояния? Три года? Или даже больше? Как бы то ни было, ситуация на поле боя изменилась. Она почувствовала в нем безудержную смелость, откровенно хищную дерзость, твердость под покровом элегантности, словно с годами маска, которую он носил, истончилась и стала полупрозрачной.

Порция неожиданно вспомнила о своей клятве и тут же отбросила возникшую мысль как невероятную. Но та назойливо возвращалась, не давая девушке покоя. Что он видит, когда смотрит на нее? Порция пыталась понять, что таится в его взгляде. Что еще, помимо затаенной угрозы, исходило от него? Она удивилась, осознав, что действительно хочет это выяснить.

Порция театрально вздохнула и подчеркнуто вежливо произнесла:

— Ну что ж, прекрасно.

В его глазах блеснуло удивление, сменившееся подозрением. Она повернулась, посмотрела вниз на тропу, ведущую к деревне, и постаралась скрыть улыбку. Чтобы он не подумал, будто одержал победу, она добавила с прохладцей:

— Дело в том, что одна из моих туфель жмет.

Порция успела сделать всего лишь пару шагов, как Саймон рванулся к ней. Она вздрогнула от неожиданности и остановилась. Он же подлетел к ней, сгреб в охапку и поднял на руки.

— Что вы…

Не останавливаясь, Саймон устроил ее поудобнее и понес дальше, словно она весила не больше ребенка. Порция не сразу оправилась от потрясения.

— И что вы, по вашему мнению, делаете? — изумленно спросила она.

— Туфля вам жмет. А мы же не хотим, чтобы нежная маленькая ножка напрасно страдала?

Тон объяснения был вежливым, выражение лица и взгляд можно было назвать совершенно невинными.

Порция обескураженно замолчала. Она хотела было продолжить протест, но затем отказалась от этой мысли. Она вовремя поняла, что Саймон все равно поступит посвоему. Сопротивляться было бесполезно, так как руки, поддерживавшие ее, казались сделанными из стали, шаг был ровным и мощным. Пальцы, сжимавшие бедра девушки повыше коленей, целомудренно защищенных пышными юбками, напоминали тиски. Порция оказалась в ловушке между его широкой грудью и мускулистыми руками. Она никогда не задумывалась о его силе и о том, какими могут быть последствия его ярости. Лучше не провоцировать Саймона, и не только изза его силы.

Оказавшись в его объятиях, Порция, помимо всего прочего, почувствовала легкое головокружение. Саймон замедлил шаг и ловким движением усадил ее на сиденье экипажа. Она поспешно ухватилась за поручень, по привычке поправляя юбку, чтобы он мог разместиться рядом с ней, и тут увидела озадаченное лицо Уилкса, его грума.

— А, мисс Порция, добрый день! — С широко открытыми глазами Уилкс кивнул ей и передал вожжи Саймону.

Уилкс наверняка видел все произошедшее и ожидал с ее стороны взрыва, или, во всяком случае, какихнибудь резкостей.

И не только он один.

Девушка улыбнулась, продемонстрировав идеальное спокойствие.

— Добрый день, Уилкс.

Грум заморгал глазами, настороженно кивнул и поспешил вернуться на свое место.

Усаживаясь рядом с ней, Саймон взглянул на нее так, словно ожидал, что она вотвот его укусит. Или по крайней мере зарычит.

Он не доверял приторной улыбке, поэтому Порция устремила взгляд вдаль, демонстрируя всем своим видом, что идея прокатиться принадлежит ей.

Экипаж тронулся. Едва гнедые затрусили по дорожке, Порция спросила:

— Как поживают ваши родители?

Последовала небольшая пауза, но затем Саймон все же ответил.

Порция кивнула и принялась рассказывать о членах своей семьи, которых он знал, об их здоровье, планах и заботах.

Она продолжала рассказ так, словно Саймон просил ее об этом.

— Я встретилась с леди О. — В течение ряда лет они таким образом для краткости называли леди Озбалдестон, родственницу Кинстеров и старинного друга ее семьи, матрону, затерроризировавшую половину света. — Она провела последние несколько недель в Чейзе, а сейчас приехала в ГлоссапХолл. Она старинная подруга лорда Недерфилда, вы знаете об этом? Виконт Недерфилд, отец лорда Глоссапа, в настоящее время тоже находится в ГлоссапХолле.

Саймон нахмурился:

— Нет, не знаю.

Порция подкупающе улыбнулась, она обожала леди О., однако Саймон, как и большинство джентльменов, находил проницательность старой леди слишком пугающей.

Порция продолжала болтать, просвещая Саймона по поводу тех, кто уже приехал или только собирался прибыть, и делала это самым дружелюбным образом, как любая хорошо воспитанная леди.

Подозрение, что над ним издеваются, крепло с каждой минутой. Показались гостеприимно распахнутые ворота ГлоссапХолла, и Саймон с облегчением натянул вожжи и пустил гнедых шагом по подъездной дорожке.

ГлоссапХолл был просторным деревенским домом, построенным во времена королевы Елизаветы. Характерный красного кирпича фасад смотрел на юг. Трехэтажное здание имело два крыла — восточное и западное, располагавшихся перпендикулярно к основному корпусу. В центральной части находились бальный зал и оранжерея. Когда они приблизились, солнце отражалось в многочисленных окнах со средниками и освещало высокие трубы, покрытые орнаментом.

Саймон, направляя гнедых на передний двор, испытал чувство сродни смущению. Чувство, для него непривычное, так как мало что могло вывести его из равновесия.

Кроме Порции.

Если бы она набросилась на него, пустила в ход, как повелось, свой острый язычок, все было бы нормально. Он получил бы удовольствие от поединка, но теперь не знал, как вести себя с новой Порцией.

Он не помнил, чтобы девушка когданибудь вела себя с ним с такой… женственной мягкостью — другого слова он просто не мог подобрать. Обычно она действовала с поднятым забралом и весьма агрессивно. Сегодня она, похоже, спрятала и щит, и меч.

И в результате…

Саймон остановил гнедых, бросил Уилксу вожжи и спрыгнул на землю. Порция ждала, когда он обойдет экипаж и подаст ей руку. Он полагал, что она, по своему обыкновению, тоже спрыгнет, демонстрируя полную независимость и нежелание принимать его помощь. Однако на сей раз девушка возложила свои тонкие пальцы на его ладонь и позволила ему помочь ей грациозно спуститься на землю. Когда Саймон отпустил руку, она посмотрела на него и улыбнулась:

— Благодарю вас. Вы были правы. Моя нога чувствует себя сейчас несравненно лучше.

Порция весьма мило и вежливо наклонила голову и отвернулась. Глаза ее были такими темными, что Саймон не смог бы сказать, действительно ли уловил в них коварный блеск или же это была лишь игра света.

Он стоял на переднем дворе, вокруг него носились грумы и лакеи, а он стоял и смотрел, как она плавной походкой направляется к дому. Так и не оглянувшись, Порция исчезла в дверях главного входа.

Из задумчивости Саймона вывел хруст гравия, когда его двуколку и лошадей уводили прочь. Внешне бесстрастный, а на самом деле находясь в мрачной задумчивости, Саймон зашагал к входу в ГлоссапХолл.


— Саймон! Вот здорово! — Широко улыбаясь, Джеймс Глоссап затворил дверь библиотеки и шагнул ему навстречу.

Отдав пальто дворецкому, Саймон обернулся, чтобы поприветствовать Джеймса.

В глазах друга отразилось облегчение, когда он пожимал руку Саймону.

— Ты прибыл как раз вовремя, чтобы поддержать нас с Чарли. — Он кивком показал на гостиную, откуда через закрытую дверь доносился гул мужских и женских голосов. — Чарли отправился прощупать почву.

Бленкинсоп, дворецкий, остановился рядом с Джеймсом.

— Я прикажу отнести чемоданы мистера Кинстера в его обычную комнату, сэр.

Джеймс кивнул:

— Спасибо, Бленкинсоп. Мы присоединимся к остальным, не надо объявлять о нашем появлении.

Старший сержант в отставке, высокий, слегка предрасположенный к полноте, но с хорошей выправкой, Бленкинсоп поклонился и удалился. Джеймс перевел взгляд на Саймона и жестом указал на гостиную.