— Кэтрин мне все рассказала.

— О чем?

— Ты знаешь о чем. — Блейк взглянул на брата. — Ты мог бы поставить меня в известность, все рассказать.

— Мог бы? А ты уверен, что держал бы язык за зубами?

— Ну-у… — робко протянул Блейк, — скорее всего, нет. Однако мне становится не по себе, когда представляю, что рассчитывал на отношения с сестрой Кэтрин..

— Извини.

Блейк отвернулся от зеркала и хлопнул брата по плечу.

— Спасибо, что помог моей будущей жене. Я знаю, как для нее важно выглядеть безупречно; кроме того, удалось удержать на плаву благотворительный проект.

— Нам лучше поторопиться. — Тревис взглянул на часы.

Несколько минут спустя они заняли свои места у алтаря. Тревис отыскал глазами Дженну и заметил, что в церковь вошла женщина и нервозно огляделась. На ней было синее платье, в тон ему дамская сумочка, которую она прижимала к себе так, словно хранила в ней королевские сокровища. Происходило что-то странное. Чем больше Тревис смотрел на женщину, тем сильнее ощущал тревогу.

Она оглядела толпу, затем заняла крайнее место в последнем ряду. Дженна тоже заметила женщину, внимательно посмотрела на нее и, судя по тому, как спокойно отвела глаза в сторону, узнала ее.

Тревис расслабился — наверное, женщина являлась общей знакомой Кэтрин и Дженны.

Заиграла музыка, к алтарю направилась свидетельница, следом двигалась процессия подружек невесты, одетых в одинаковые атласные платья цвета лаванды, за ним шла девочка, которая разбрасывала цветы. Оркестр заиграл торжественный свадебный марш, гости поднялись, чтобы приветствовать невесту.

Кэтрин появилась в проходе под руку с отчимом, и снова Тревис обратил взгляд на Дженну: девушка смотрела на даму в синем платье. Он уловил медленное движение, женщина открыла сумочку, выудила маленький пистолет и трясущимися руками направила его на невесту.

— У нее пистолет! — крикнул Тревис и метнулся к проходу.

Дженна тоже увидела пистолет. Она растолкала людей и бросилась вперед, сбивая женщину с ног и вместе с ней падая на пол.

Прогремел выстрел. Тревису показалось, что сердце у него перестало биться. В церкви повисла тишина, потом раздались крики:

— Ее застрелили!

— Вызовите «скорую помощь»!

Дженна, скрючившись, лежала на полу, и кровавое пятно медленно расплывалось на платье.

Тревис упал на колени подле нее. Словно в тумане он видел, как мужчины схватили злоумышленницу, как она кричала, упрашивая ее отпустить.

Тревис осторожно просунул руку под плечи девушки, толпа сгрудилась вокруг.

— Дженна, ты слышишь меня?

Она молчала. Он проверил пульс на шее — слабый, но ровный. Все внутри сжалось. Он не хотел терять ее, только не это. Надо что-то делать. Тревис снял пиджак и прижал его к ране на боку.

Истеричное женское рыдание привлекло его внимание, он поднял глаза и увидел Кэтрин, бьющуюся в руках Блейка.

— Дайте мне посмотреть ее! — раздался знакомый голос.

Тревис узнал Боба Дженнсена, хирурга, старого друга семьи. Тот опустился на колени подле Дженны и начал осмотр. Несмотря на все усилия Тревиса, пятно на платье разрасталось.

— С ней все будет в порядке? — спросил он.

— Не знаю.

Глаза защипало, когда смысл слов дошел до сознания. Только живи, и он исправит все ошибки, ликвидирует все противоречия, возникшие между ними. А если Дженна умрет… Об этом Тревис даже не мог думать.


Дженна боролась, она старалась вырваться из пут небытия. Она слышала голоса вокруг, в голове медленно проплывали образы: женщина в темном парике, пистолет, звук выстрела, жалящая боль в боку… Она не хочет умирать.

Глаза открылись. Свет. Впереди свет. Она никак не может сфокусировать зрение, мозг отказывается подчиняться. Так вот какая она, смерть…

— Дженна! — Сквозь опутывающий ее липкий страх прорвался знакомый голос, словно возвращая ей силы.

Тревис. Она хочет кричать от облегчения, но туман в голове не рассеивается. Она слышит его, изо всех сил пытается сконцентрироваться и понимает: она жива.

Последнее воспоминание — женщина в парике. Она казалась до странности знакомой, и как только в руке блеснул пистолет, Дженна окончательно вспомнила ее.

Наконец она снова открыла глаза и увидела Тревиса: темные круги под глазами, лицо встревоженное, рукава смокинга закатаны по локоть, а белоснежная тонкая рубашка без галстука залита кровью. Ее кровью.

Тревис напряженно всматривается ей в лицо, и Дженна почувствовала, как воздух обжег легкие. Она и не осознавала, как сильно хотела видеть его, как страстно мечтала почувствовать рядом его тело. Так сильно, что решила не позволить себе всерьез и надолго увлечься этим человеком.

Дженна изо всех сил старалась восстановить ясность мысли и сфокусировать взгляд. Постепенно туман в голове прояснялся.

— Ты в состоянии принимать посетителей?

Она попыталась улыбнуться.

— Возможно, только одного, — сказала она, удивляясь, что слова произнесены правильно и четко.

— Хорошо. — Он поднялся со стула и осторожно пересел на край кровати. — Я боялся, что как только ты меня увидишь, то обязательно выставишь вон.

Дженна попыталась сесть, но боль в боку тут же просигналила, что горизонтальное положение предпочтительнее. Она заметила кнопки и, превозмогая боль, сумела приподнять кровать под небольшим углом.

Тревис взял ее руку в ладони.

— Как ты себя чувствуешь?

— Сейчас лучше. Я, наверное, расстроила свадьбу Кэтрин.

— Ничего ты не расстроила. Все ждут положительных новостей о твоем здоровье. Церемония завершится, как только тебе станет лучше.

— Женщину, стрелявшую в меня… поймали?

— Да, она в полицейском участке. Очевидно, ты у нее тоже брала интервью для своей статьи?

— В церкви я узнала ее, но мне потребовалось слишком много времени, чтобы сложить два и два. Кстати, она была на торжестве у твоих родителей четвертого июля, но парик и темные очки сбили меня с толку.

— Думаю, это она угрожала тебе раньше.

— Когда я ее интервьюировала, она казалась встревоженной моими вопросами. Сегодня она просто спутала Кэтрин со мной. — Дженна вспомнила о машине, преследовавшей ее накануне ночью. — Наверное, она ехала за нами из Сан-Франциско.

— Зачем тогда ждала до свадьбы?

Девушка пожала плечами.

— Позже я позвоню в полицию и расспрошу их обо всем. А сейчас, — он чуть сжал ей руку, — у нас есть более важная тема для обсуждения.

Дженна вспомнила, как вся ее жизнь превратилась в один короткий эпизод, сконденсировалась в десятисекундном промежутке — между выстрелом и потерей сознания. Пуля, вошедшая в тело, стала неожиданным судьей, вдруг сделавшим жизнь простой и понятной, отделила черное от белого. Девушка осознала, что, какая бы пропасть ни лежала между ней и Тревисом, она может постараться преодолеть ее и не позволить истинной любви ускользнуть из рук.

— Да, есть, — проговорила Дженна. Она попыталась подтянуться ближе к Тревису, не обращая внимания на жалящую боль в боку.

— Тебе еще нельзя двигаться.

— Наклонись немного ближе. — Она поманила его пальцем.

Тревис осторожно прилег на кровать и подпер голову рукой.

— Так достаточно?

— Я люблю тебя, — прошептала она.

Мужчина нежно дотронулся до ее щеки.

— И… — Дженна уже копила силы, чтобы скинуть его с постели, если он не ответит ей взаимностью.

— Я люблю тебя, Дженна. — Он улыбнулся. — Я люблю в тебе все — твою бунтарскую натуру, твой ум, твою красоту, твою смелость… Ты даешь мне силы рисковать, воодушевляешь меня, и больше я не хочу быть скучным типом, как раньше. У меня есть к тебе предложение, — произнес Тревис многозначительно.

— Я уже получала от тебя одно деловое судьбоносное предложение, — заметила девушка. Сердце скакало в ожидании слов, которые Тревис собирался произнести.

— Это не деловое предложение, а личное.

— Я слушаю. — Она вся трепетала.

— Что ты скажешь, если следующей свадьбой, на которой мы будем присутствовать, окажется наша собственная?

Сердце у Дженны подскочило и забилось пойманной птицей, но она сумела произнести:

— Ты просишь меня… выйти за тебя замуж?

— Прошу.

— Я сделаю это при одном условии.

— Если условие будет схоже с тем, что ты выдвигала в последний раз, то, думаю, я смогу его принять.

— Правда? Ты хочешь еще одни выходные для снятия стресса с помощью любовной терапии?

— Нет.

— Как насчет недели?

— Определенно нет.

— Месяц?

— Нет и нет.

Дженна подтянула его ближе и крепко поцеловала. Тревис осторожно обнял любимую женщину.

— Я хочу снимать стресс с Дженной Калверт всю оставшуюся жизнь.

— Думаю, ты получишь мое согласие. — Девушка счастливо улыбнулась своему будущему мужу.

Эпилог

Мауи, три месяца спустя…


Тревис взглянул на слабо освещенный маленький магазинчик для туристов. За полками с лосьонами для загара, пляжными принадлежностями и купальниками он разглядел стеллажи с журналами и газетами. Дженна направилась к холодильнику за бутылкой воды — после утомительного похода их мучила жажда, — а он подошел к стенду. Когда его взгляд наткнулся на свежий номер журнала «Хлое» с заголовком статьи Дженны на обложке, Тревис гордо улыбнулся, схватил журнал с полки, полистал и нашел нужную страницу — «Ликвидировать конкурентов, или что происходит за кулисами конкурсов красоты». Едва он успел прочесть название, как журнал выхватили у него из рук. Это, конечно, была его жена.

— Эй, дай-ка прочитать.

Тревис обнял жену за талию и привлек к себе. Аромат кокосового масла от ее нежной кожи напомнил о маленьком утреннем интимном приключении. Они остановились на Мауи на короткий период перед поездкой на Таити, и мужчина рассчитывал, что путешествие займет недели две или… шесть.

Его жена просто чудо! Он самый счастливый мужчина на свете! Тревис испытывал гордость. Даже огнестрельное ранение не смогло удержать Дженну от написания статьи. Сообщение о попытке убийства автора создало настоящий ажиотаж вокруг ее имени, и впредь Дженна могла выбирать издательства по своему усмотрению.

— Я все еще не могу поверить, что сделала это, — улыбнулась она.

— Да, статья получилась великолепной!

Выяснилось, что женщина, стрелявшая в мисс Калверт, пять лет назад совершила преднамеренное убийство и осталась безнаказанной. Она была убеждена, что Дженна расспрашивала ее в связи с этой историей. Андреа Паттон, бывшая «Мисс Калифорния», угостила девушку, которую считала своей сильнейшей соперницей, низкокалорийным пирожным с арахисом, зная, что у той на орехи сильнейшая аллергия. Девушку спасти не удалось. В полицейском участке Андреа созналась во всем, и Дженна, воспользовавшись эксклюзивным материалом, рассмотрела проблему конкурсов иначе, чем предполагала сначала.

За это короткое время вырос не только ее престиж как журналиста, но и возобновились добрые сестринские отношения с Кэтрин. Тревис считал, что сыграл немалую роль в восстановлении их дружбы.

Мать была настолько обеспокоена ранением Дженны. что на период выздоровления окружила ее такой заботой и вниманием, какой не удостаивала за всю жизнь. Дженна отчаянно сопротивлялась.

Отец и мать Тревиса все еще пребывали в состоянии легкого шока. Сначала свадебная церемония срывается выстрелами, затем в семью Рогов входит не только Кэтрин, но и ее сестра-близнец. Тревис подозревал, что подобную новость его мать могла принять лишь вкупе с крепким напитком. Они отнеслись к ней как люди культурные и хорошо воспитанные, хотя Дженна не так сильно, как сестра, заботилась об одобрении его родителей.

Расплатившись за журнал и бутылку воды, они рука об руку вышли на улицу, залитую полуденным солнцем.

— Не хочешь взглянуть на принадлежности для серфинга? — спросила Дженна, когда они поравнялись с витриной спортивного магазина. Всю неделю она поддразнивала мужа из-за его отвращения к водным видам спорта.

— Завтра. Мы обязательно сделаем это завтра. После такого изнуряющего похода у меня есть другие предложения, более интимные.

— Хмм, интимные, говоришь?

— Ты, я, горячая ванна и снятие стресса… Может, вспомним старые времена?

— Ты забыл о бутылке вина.

— Как насчет красного калифорнийского?

Дженна прижалась к мужу и лукаво улыбнулась.

— Я тебе не показывала, как еще можно использовать превосходное вино?


Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.