Любить можно, Касаться нет

Дина Дэ


Глава 1

Звонкий смех Евы доносился из соседней комнаты, вынуждая меня протяжно застонать и спрятать голову под подушку. Неугомонная девчонка! Что ее может так развеселить в шесть, блин, утра!

Увижу — прибью! И даже не посмотрю на то, что вымахала в восемнадцатилетнюю девицу с внешностью фотомодели! Меня этим кротким взглядом из-под густых ресниц и пухлыми губками сердечком, не проймешь! Я знал, какой характер таится за ангельской внешностью.

Еще с пеленок Ева начала проявлять свой упрямый характер. И ее отец только за голову хватался, пытаясь вырастить благоразумную воспитанную дочь.

Но ни черта подобного! Ева отчаянно дралась во дворе с пацанами и возвращалась домой с разбитыми коленками, синяками и счастливой улыбкой до ушей. В школе она постоянно спорила с учителями и получала жирные «неуды» за поведение.

Заявившись один раз на родительское собрание вместо ее отца, я зарёкся, что больше в этой школе моей ноги не будет. Первые десять минут я честно пытался поддакивать и с умным видом кивать головой, но уже спустя полчаса я плюнул на всё и, отрезав, что десятилетний ребенок имеет право на собственное мнение, вышел из класса, громко хлопнув дверью.

Ну а чего они хотели от несдержанного двадцативосьмилетнего парня? Я и сам с собой-то разобраться тогда не мог, а что уж говорить про десятилетнюю девочку, которая была мне почти как племянница?

Я был внесен в черный список местных школьных горгулий, но зато стал героем для Евы. И это, если честно, было для меня гораздо ценнее.

Только вот от ее отца мы тогда получили оба. Ринат был парнем суровым и быстрым на расправу. Да и сейчас мало что изменилось. Ну а как по-другому? Если у тебя взрослая дочь-красавица, расслабляться нельзя ни на минуту.

Ринат пару раз рассказывал мне, как «беседовал» с парнями Евы. И если честно, я им не завидую. Мой друг хоть и был мужиком спокойным и добродушным, но, когда надо, мог напугать до усрачки.

Усмехнувшись своим мыслям, я откинул подушку и прислушался. В комнате Евы стало подозрительно тихо. Рината тоже не было слышно, наверное, уже умчался на свою работу.

С тех пор, как Танюша, мать Евы, умерла от рака, Ринат пахал, как проклятый. Ева тогда была совсем маленькой и не понимала, что происходит. А Ринат вытягивал себя из топкого болота, как мог. И работа ему в этом здорово помогала.

Но прошло уже тринадцать лет, а в жизни Рината так ничего и не изменилось. Он по-прежнему пропадал в своей строительной компании и виделся с дочерью в лучшем случае поздно вечером или в редкие выходные.

Но ничего. Теперь, когда я вернулся, всё будет по-другому. Я смогу растормошить друга и показать ему, что есть жизнь и за пределами офиса. Ринату ведь всего тридцать шесть, а у него, насколько я знаю, даже любовницы нет!

Ева уже взрослая, скоро она съедет от своего папочки к какому-нибудь хахалю, и останется Ринат один. А ведь он мог бы еще раз жениться и обзавестись парочкой детишек. Уж я-то знаю, как Ринат любит детей. А дедом ему еще рано становиться. По крайней мере, я на это надеялся.

Резко поднявшись, я сел в кровати и потер ладонью отросшую щетину. В голове возникла странная мысль. Интересно, а кто разговаривал с Евой по поводу контрацепции? Обычно это делает мама, но девочка была лишена такой возможности. А уж Ринат точно не стал бы говорить с дочкой на подобную тему.

Остается надеяться, что в свои восемнадцать девушка умеет пользоваться презервативами. А еще лучше — отшивать всяких мудаков.

Выпрямившись во весь рост, я смачно потянулся вверх и в стороны, разминая затекшие мышцы.

После вчерашнего позднего перелета всё тело ныло и гудело. Мне бы сейчас не помешала легкая тренировка в боксерском зале или быстрый секс без обязательств. Чтобы не пришлось потом тюленем лежать в постели и отвечать на поцелуи разнеженной утомленной девушки. Эту часть я всегда старался пропускать.

Но подходящей девушки на примете не было, да и про боксерские залы я пока не пробивал. Поэтому придется мне обойтись контрастным душем и крепким кофе.

Быстро натянув шорты и мятую футболку, я вышел из комнаты. Щебетание Евы доносилось уже из кухни. А еще я учуял бесподобный запах жареных блинчиков.

С шумом втянув воздух, я даже глаза прикрыл от удовольствия. Будучи еще одиннадцатилетней девчонкой, Ева научилась готовить самые вкусные в мире блины. Румяные, ажурные, сочащиеся маслом…

Каждый раз, когда я оставался здесь ночевать, на завтрак я требовал эти самые блинчики. Ради них я готов был переехать к своему другу насовсем. Впрочем, я и так практически жил в этой квартире, пока не уехал в Германию.

Решив, что душ подождет, я наскоряк почистил зубы, и направился прямиком на кухню. Мне не терпелось разглядеть Евку при свете дня и расспросить ее про жизнь.

Вчера я прилетел в час ночи, и мы толком даже не поговорили. Сонная девушка только выглянула из своей комнаты и, улыбнувшись, махнула рукой. Я не сдержался и громко присвистнул.

За что тут же получил от Рината подзатыльник. Рассмеявшись, я уклонился.

— А когда мелкая успела превратиться в такую кралю? — улыбаясь, спросил я.

Я видел, как это бесит друга, и не мог не подколоть его.

Окинув меня тяжелым взглядом, Ринат процедил:

— Вот родится у тебя дочка и узнаешь, как это быстро происходит.

— У меня пацан будет, — хмыкнул я и, подумав, добавил. — Несколько пацанов.

— Ну-ну, — язвительно протянул друг, хлопая меня по плечу.

Уж он-то знал, как я берёг свою свободу и бежал от любых серьезных отношений. Но ради сына я готов был остепениться. Когда-нибудь…

Запах утренних блинчиков манил всё сильнее. Пригладив пятерней влажные волосы, я вошел на кухню.

Ева стояла ко мне спиной и, болтая с кем-то по телефону, переворачивала на сковороде блины.

Мне опять захотелось присвистнуть, но Рината рядом не было и бесить было некого. Поэтому я молча опустился на стул, не сводя глаз со стройной фигуры.


Всего четыре года прошло с тех пор, как я в последний раз видел Еву. Четыре, блять! За это время я даже не успел сделать страховой полюс и подобрать себе нормальную химчистку во Франкфурте! А эта девчонка за четыре года успела стать другим человеком!

Когда я уезжал, меня провожал четырнадцатилетний подросток с длиннющими худыми ногами и руками, разбитыми коленками и обветренными губами. А теперь вот встречает взрослая девица с аппетитными формами, копной густых темных волос до попы и… и это только со спины!

Я вдруг разволновался. Мне нестерпимо захотелось увидеть лицо этой прекрасной незнакомки. Ну хотя бы глаза-то от прежней Евки остались?!

Я закинул ногу на ногу и тактично кашлянул в кулак. Девушка продолжала трындеть по телефону, зажав трубку плечом. И меня это начало раздражать. С кем можно в такую рань так долго болтать?!

Отложив деревянную лопатку в сторону, Ева выключила плиту и, бросив в трубку «Перезвоню», развернулась ко мне.

Я сам не заметил, как задержал дыхание и напрягся всем телом. Кто придумал эти женские пижамки с шортиками и тонкими футболочками, под которыми ни черта не скроешь?!

Я не был готов увидеть с утра очертания острых сосков своей почти, блин, племянницы. А пришлось!

Подхватив тарелку с блинами, Ева подошла к столу. Ее грудь была почти на уровне моих глаз. С окаменевшим лицом я уставился куда-то в дверцу холодильника, проклиная утро, свою любовь к блинчикам и Еву, разгуливающей по дому без плотного поролонового лифчика. Да и штаны подлиннее ей приодеть не помешало бы!

— Жень, ты еще не проснулся что ли? — рассмеялась Ева, усаживаясь за стол напротив меня.

Я отмер и посмотрел на девушку. А глаза-то не изменились, и улыбка осталась прежней. На душе потеплело.

— Ну здравствуй, мелкая, — улыбнулся я, чувствуя, как напряжение уходит.

Ева сверкнула золотисто-карими глазами и ехидно протянула:

— А тебе не кажется, что я немного выросла для этого детского прозвища?

Я удивленно приподнял брови и нарочито медленно окинул девушку взглядом. Еще как, блин, выросла! Но признаваться Еве в том, что я заметил это, не собирался.

— Для меня ты всегда будешь мелкой, — усмехнулся я, пододвигая к себе тарелку.

Девушка закатила глаза и прямо из-под носа увела верхний самый румяный блин.

— А ты совсем не изменился! — заявила она, набирая маленькой ложечкой клубничное варенье.

— Четыре года — не такой большой срок, — задумчиво проговорил я, наблюдая, как Ева обмазывает блин джемом.

Девушка подняла на меня насмешливый взгляд.

— Для меня это почти четверть жизни, — фыркнула она и, наклонившись над тарелкой, откусила большой кусок.

Четыре года…

Я и забыл, как соскучился по этой девчонке.

Глава 2

— Жень, ты уже собрался? — крикнула из своей комнаты Ева.

Встряхнув запястье, я посмотрел вначале на часы, потом на приоткрытую дверь спальни. Она, блин, издевается?

Я уже полчаса сидел в зале, развалившись на диване, и ждал, пока девушка соберется, и мы, наконец-то, выйдем из квартиры.

В детстве, чтобы собраться, Еве хватало десяти минут. Но теперь, видимо, всё изменилось… Неужели мелкая превратилась в одну из тех девиц, которые часами вертятся перед зеркалом и спускают кучу бабла на одежду?

Я усмехнулся себе под нос. Пару раз подруги обманом заманивали меня в гипермаркеты, и я знал, каким беспощадным может быть женский шоппинг.

— Пошли! — бросила Ева, проносясь мимо меня в коридор. Она явно опаздывала в свой универ и была не в настроении.

Я проводил насмешливым взглядом стройную фигуру, затянутую в узкие черные джинсы и белый топик, и неторопливо поднялся с дивана.

— Вас за опоздания не наказывают? — участливо поинтересовался я, наблюдая, как Ева ловко застегивает на тонких щиколотках ремешки босоножек.

Девушка резко выпрямилась и раздраженно посмотрела на меня.

— Я никогда не опаздываю! — заявила она, поджав губы.

На своих высоченных шпильках Ева доставала мне до подбородка, и я в который раз поразился тому, как она вымахала. Четыре года назад девчонка едва дотягивала мне до груди.

Усмехнувшись, я красноречиво посмотрел на свои наручные часы и промолчал. Молчание всегда бесило Еву больше всего. А мне почему-то до ужаса хотелось ее подразнить.

* * *

— Познакомишь со своими подругами? — небрежно поинтересовался я у Евы, лихо паркующейся возле университета.

Мимо машины продефилировали несколько симпатичных малышок, и тело тут же среагировало легким напряжением. Вот что значит долгое отсутствие секса.

— А не слишком ли ты староват для них? — рассмеялась Ева, перехватив мой жадный взгляд.

Я оторвался от созерцания юных прелестниц и снисходительно посмотрел на Еву. Для своих восемнадцати она была слишком наивной.

— Девушкам нравятся опытные мужчины в расцвете сил, — хмыкнул я, разглядывая лицо повзрослевшей Евы.

Было странно обсуждать с ней подобные темы, но передо мной была уже не мелкая, с которой я когда-то нянчился, а красивая взрослая девушка. И я спокойно мог разговаривать с Евой на равных. А ведь еще несколько лет назад мне приходилось скрывать своих подруг от девчонки, зная, как она бесится и ревнует. Но теперь-то, надеюсь, переходный возраст миновал.

— Даже не вздумай подкатывать к моим подругам! — прошипела Ева, тыкая указательным пальцем мне в грудь.

Смотри-ка, еще ревнует что ли?

— Не беспокойся, у меня останется время и на тебя, малая, — усмехнулся я, потирая грудь ладонью. — Свожу тебя в зоопарк.

— Я вообще-то за подруг беспокоюсь, — фыркнула Ева и, прихватив сумку, вылезла из машины.

Точно ревнует.

Выбравшись наружу, я потянулся и огляделся по сторонам. Когда-то я тоже здесь учился и успел натворить немало дел…

Две девушки, стоящие неподалеку, заинтересованно покосились в мою сторону. Я тут же сверкнул в ответ белозубой улыбкой и задержал взгляд на их аппетитных попках.

Может, снова податься в студенты?

— Жень, ты ключи от квартиры не брал? — громко спросила Ева, роясь в своей сумке.

Улыбающиеся девушки тут же скисли и, переглянувшись, поспешили к корпусу. Они приняли Еву за мою девушку? Я мрачно посмотрел на мелкую. Умеет же она кайф обламывать.

А я уже представил, как веду этих двух крошек в ресторан, а потом к себе… Только куда, блин?! Сам пока живу у Рината. Надо срочно решать вопрос с квартирой. Иначе личной жизни придет окончательный трындец.